Приключения УшикО и Ёсика в Алло?Мире

– Почти, – улыбнулась Нянюшка. – Кэш – это быстрая память.

– Быстрая? Как Ёсик, когда за багами бегает? – спросил УшикО.

– Очень похоже, – кивнула Нянюшка. – Представьте, что вы собираете байт-ягоды. Самые вкусные, самые свежие, те, что любите больше всего. Вы кладёте их не в дальнюю корзину, а в маленький кармашек на животе, чтобы всегда могли быстро достать и съесть. Вот этот кармашек – и есть кэш.

– А-а-а, – протянул УшикО. – Значит, кэш – это то, что всегда под рукой?

– Именно! – обрадовалась Нянюшка. – В Алло?Мире кэш хранит самые нужные данные, чтобы не бежать за ними каждый раз в дальние уголки.

– А я болел из-за кэша? – спросил УшикО.

– Да, малыш. Твой кэш переполнился. Слишком много всего ты хотел запомнить, слишком быстро бегал, слишком много радовался. Данные не успевали уходить из кармашка, и он… лопнул.

– Как пузырь? – уточнил Ёсик.

– Как пузырь, – кивнула Нянюшка. – Поэтому надо иногда чистить кэш.

– А как это делается?

– Очень просто. Остановиться. Посидеть тихо. Никуда не бежать. Дать данным успокоиться. Тогда кэш освобождается и снова готов принимать новое.

– Как после сна, – догадался УшикО.

– Как после сна, – улыбнулась Нянюшка.

Ёсик задумался, чихнул и выдал идеальную точку.

– А у меня есть кэш?

– У тебя – точкопроводы. Это твой личный кэш. И его тоже надо чистить.

– Байт-ягодным отваром? – спросил Ёсик.

– Им самым, – засмеялась Нянюшка.

УшикО зевнул. Ёсик свернулся клубочком. День был трудный – они болели, лечились и узнали столько нового, что кэш снова начал потихоньку наполняться.

– Нянюшка, – сонно спросил УшикО. – А завтра мы опять пойдём бегать?

– Пойдёте, – ответила Нянюшка. – Но понемножку. Чтобы кэш не лопнул.

– Договорились, – прошептал УшикО и закрыл глаза.

Нянюшка поправила на груди лампочку-светлячок, нащупала в кармане фартука сложенный рецепт – и тихо улыбнулась. Пусть лежит. На всякий случай. Она вышла из комнаты.

А в Алло?Мире наступила ночь – самая добрая, самая тихая, самая уютная.

– Спокойной ночи, Ванечка. Спокойной ночи, малыш.

Бабушка поправила край сползшего одеяла, выключила ночник на тумбочке и тихо вышла из комнаты.

Как УшикО и Ёсик с малышнёй познакомились

Утром после завтрака Нянюшка отправила их погулять.

– Чтобы поправить здоровье, – сказала она и легонько подтолкнула друзей к выходу.

– Идите, идите. Воздух данных полезен. Только далеко не забредайте.

УшикО и Ёсик вышли за дверь и переглянулись.

– Куда пойдём? – спросил Ёсик, вертя хвостиком.

– А давай туда, где мы ещё не были, – предложил УшикО.

Они побрели по тропинке, которая вилась между строчками, огибала спящие курсоры и уходила куда-то вдаль. Тропинка привела их к незнакомой поляне.

– Смотри! – Ёсик навострил уши. Поляна звенела. Да-да, буквально звенела. Там кто-то пищал, смеялся, прыгал и, кажется, даже падал, но при этом звонко смеялся.

– Это что, детский сад? – удивился УшикО.

– Ах, конечно, это детский сад, но они скоро пойдут в Школу Младших Букв, – раздался голос откуда-то сверху.

Друзья подняли головы и увидели большую, важную букву А. Она стояла на пеньке и смотрела на них с высоты своего роста.

– А вы кто? – спросила буква А строго и с удивлением.

– Я УшикО, а это Ёсик. Мы от Нянюшки. Гуляем.

– А, так вы от Нянюшки? Это тётя Клава Пэвэошная, что ли? – буква А сразу подобрела. – А точно от той самой? Которая баги лечит и сушёные запятые в кармане носит?

– Да! – обрадовался Ёсик. – А вы её знаете?

– А кто ж её не знает, – улыбнулась буква А. – Аааа, тогда проходите. Только осторожно, тут малышня бегает.

УшикО и Ёсик сделали несколько шагов и оказались в самой гуще событий. По поляне носились маленькие буковки-озорницы. Они ещё не умели складываться в слова и поэтому просто прыгали, кувыркались и иногда сталкивались друг с другом лобиками. От столкновения получалось громкое «бум!» – и буквы разлетались в разные стороны, смеясь ещё громче.

– Ой, смотри! – Ёсик ткнул носом в сторону.

Из-за большой круглой скобки то выглядывали, то прятались циферки-хохотушки. Ноль, Единичка, Двойка, Тройка и их подружки. Они играли в прятки и так хохотали, что их было слышно далеко вокруг.

– Нолик! – крикнула Двойка. – Я тебя вижу!

– Не видишь, – солидно ответил Нолик, который торчал из-за скобки ровно посередине.

– Тебя весь Алло?Мир видит! – засмеялась Единичка.

Нолик смутился и спрятался получше. Но он был толстый, круглый, и всё равно торчал с двух сторон.

А у самого края поляны, где рос кустарник из фигурных скобок, сидели Кнопики – маленькие, круглые, мягкие. Это были дети тех самых кнопок, которые живут на клавиатуре. Они грелись на солнышке и довольно жужжали. Один Кнопик подкатился к УшикО и ткнулся ему в лапку.

– Ой! – удивился УшикО. – А это кто?

– Батюшки, это же Кнопик-Малыш, – сказала подошедшая буква Б. – Он самый маленький. Любит, когда его гладят.

УшикО осторожно погладил Кнопика. Тот довольно пискнул и покатился обратно к своим.

Присматривали за всей этой веселой компанией Старшие Буквы. Важные, мудрые, они сидели на лавочках из старых строк и поглядывали по сторонам. Буква В вязала корзинки из тонких проводов. Буква Г была самая грамотная и читала книжку. Буква Д была самой доброй и раздавала байт-ягоды тем, кто проголодался.

– А у них тут порядок, – шепнул Ёсик.

– Как у Нянюшки, – кивнул УшикО.

Тут к ним подошла буква А.

– А вам тут нравится? – спросила она.

– Очень, – честно ответил УшикО. – Только я… я, наверное, пойду. Мы просто посмотреть.

– А почему? – удивилась буква А.

УшикО застеснялся. Он опустил уши и посмотрел на свои лапки.

– Я… я странный. У меня глаза разноцветные. И уши длинные. И я вообще не буква и не цифра. Я просто… УшикО.

Буква А посмотрела на него внимательно, а потом громко позвала:

– А ну, ребята, подойдите-ка все сюда!

Через минуту УшикО и Ёсика окружила целая толпа малышни. Буковки подпрыгивали, чтобы его лучше видеть. Циферки вытягивали свои палочки. Кнопики подкатились поближе.

– Ух, смотрите, какой! – закричала буковка У. – У него уши! Настоящие!

– А глаза! – восхитилась Двойка. – Один зелёный, другой жёлтый!

– И хвостик с огоньком! – пискнул Кнопик-Малыш.

УшикО растерялся. Он не привык, что на него смотрят с таким интересом. Ни Нянюшка, ни Ёсик никогда его так не разглядывали и вслух не обсуждали.

– Ты какой-то не такой, – жалостливо сказала буква Ж, которая всех жалела. – Не такой, как все. Поэтому с тобой будет интересно!

И вся поляна одобрительно загудела.

– А можно с твоим хвостиком поиграть? – спросил Нолик.

– А ты умеешь бегать быстро-быстро? – заинтересовалась Единичка.

УшикО посмотрел на Ёсика. Ёсик довольно вилял хвостом – ему здесь явно нравилось.

– Ну… – начал УшикО. – Бегать я умею. Попробуй, догони.

Но тут его за руку взяла буква П и пригласила УшикО почитать «Правила поведения на поляне». Там было написано:

Не бегать по запросам. Запросы – это не дорожки, это важные строчки. Если по ним побежать, они обидятся и уползут не туда.

Не дразнить спящих курсоров. Они хоть и спят, но могут проснуться и начать мигать. А когда курсор мигает – значит, он что-то ищет. Найдёт – мало не покажется.

Если увидел бага – сразу звать Старшую Букву. Самим не ловить, в рот не брать, хвостом не отгонять. Старшие буквы придут и сами разберутся.

– А мы умеем багов ловить! – похвастался Ёсик. – Я их нюхаю, а УшикО относит Нянюшке. Она их в фичи превращает.

Старшие Буквы переглянулись с уважением.

– Ого, – сказала буква О. – Отлично. Нянюшкины помощники. Это хорошо.

Сначала УшикО всё ещё стеснялся. Но когда малышня утащила его в игру «Догони байт-ягоду», он забыл про свой страх.

Они носились по поляне, прятались за скобками, падали в кучу устаревших данных и хохотали так, что даже спящие курсоры просыпались и удивлённо моргали.

Ёсик нашёл себе компанию – буковки и циферки наперебой просили его понюхать то одно, то другое. Он важно вынюхивал, чихал точками и получал порцию байт-ягод за старание.

А когда солнышко-уведомление начало тихо тускнеть, на поляну пришла Нянюшка.

– Я так и знала, что вы тут, – сказала она, глядя на раскрасневшихся друзей. – Ну как, понравилось?

– Очень! – закричал УшикО. – Нянюшка, тут столько ребят! И они… они меня не боятся!

– А почему они должны тебя бояться? – удивилась Нянюшка. – Ты же хороший.

– Я думал, я странный, – тихо сказал УшикО.

Нянюшка присела на корточки и посмотрела ему в глаза.

– Странный – это не страшный. Странный – это интересный. Ты такой один во всём Алло?Мире. И это твоё сокровище.

УшикО задумался. А потом улыбнулся.

– Нянюшка, а мы можем ещё сюда приходить?

– Конечно, – сказала Нянюшка. – Если будете вести себя хорошо и не бегать по запросам.

– Мы будем вести себя хорошо! – хором пообещали УшикО и Ёсик.

Старшие Буквы помахали им на прощание. Малышня замахала в ответ. Кнопики покатились следом, но буква А строго сказала: «А ну, стоять! Не провожать!», и они остановились.

Домой друзья шли уставшие, счастливые и чуть-чуть притихшие.

– УшикО, – вдруг сказал Ёсик. – А у меня тоже есть друзья, кроме тебя?

– Конечно, – ответил УшикО. – Теперь есть. Вон сколько.

– Здорово, – вздохнул Ёсик. И чихнул от счастья – из носа вылетела ровная, красивая точка.

Вечером, лёжа в своих кроватках, УшикО долго не мог уснуть. Он всё вспоминал, как малышня смотрела на него – не с испугом, а с интересом.

– Нянюшка, – позвал он тихо.

– Что, малыш?

– А правда, что странный – это не страшный?

– Правда, – ответила Нянюшка из темноты. – Страшный – это тот, кто обижает. А странный – это просто другой. А другие нужны, чтобы мир не был скучным.

Нянюшкин урок. Правила безопасной игры

Когда УшикО уже почти засыпал, он вдруг приподнялся на локте:

– Нянюшка, а почему на поляне такие правила? Ну, про запросы, курсоров и багов?

Нянюшка подошла ближе, присела на край коробки-кроватки и погладила УшикО по голове.

– Хороший вопрос, малыш. Давай расскажу.

Про запросы

– Запросы – это такие строчки, которые бегут от одной программы к другой. Они очень важные. Если по ним побежать, они могут споткнуться, упасть и потеряться. А без запроса программа не знает, что ей делать. Тогда она стоит на месте и грустит.

– Как поезд без рельсов? – спросил Ёсик, который на самом деле уже спал, но ухом всё равно слышал.

– Как поезд без рельсов, – кивнула Нянюшка. – Поэтому по запросам не бегают. Их уважают.

Про спящих курсоров

– А курсоры? Они же просто мигают, – сказал УшикО.

– Курсор – это указатель. Он показывает место, где сейчас что-то напишут или исправят. Когда курсор спит, он отдыхает. А если его разбудить и начать дразнить, он может обидеться и начать мигать так быстро, что все буквы перепутаются.

– И что тогда?

– Тогда вместо «мама» получится «амам», а вместо «байт-ягода» – «года-байтя». Хорошо?

УшикО представил себе «году-байтю» и захихикал.

– Нехорошо, – сказал он. – Надо, чтобы всё правильно было.

– Надо, – согласилась Нянюшка.

Про багов

– А багов почему самим нельзя ловить? Мы же ловим! – встрепенулся Ёсик, уже почти проснувшись.

– Вы – другое дело, – улыбнулась Нянюшка. – Вы у меня обученные. У тебя, Ёсик, нос специальный, баговый. А у малышни носики маленькие, неопытные. Если они сунутся к багу, он может укусить. Или, ещё хуже, в нос залезть.

– Как тот, кусачий? – вспомнил УшикО.

– Именно. Поэтому если малышня видит бага – надо сразу звать Старшую Букву. А Старшие Буквы уже знают, что делать: или сами поймают, или к нам отправят.

– А если баг тихий? – спросил УшикО.

– Тихих они могут и не заметить. Но для того и нужны вы с Ёсиком, – подмигнула Нянюшка. – Вы как скорая баговая помощь. Придёте, проверите, заберёте.

УшикО довольно вздохнул.

– Нянюшка, а почему ты всё это знаешь?

– Я старая система, – улыбнулась Нянюшка. – Я ещё те времена помню, когда вместо клавиш были кнопки, а вместо экранов – бумажки с дырочками.

– С дырочками? – удивился Ёсик. – Как сыр?

– Очень похоже, – засмеялась Нянюшка. – Только сыр есть можно, а те бумажки – нет. Они данные хранили. И называли их Перфокарты. Но про это я расскажу как-нибудь в другой раз.

– Чудно́, – зевнул УшикО. – Спокойной ночи, Нянюшка.

– Спокойной ночи, малыши.

Она поправила на них одеяльца, подоткнула со всех сторон и тихо вышла.

А в Алло?Мире наступила ночь – самая добрая, самая тихая, самая уютная.

– Спокойной ночи, Ванечка. Спокойной ночи, малыш.

УшикО улыбнулся в темноте и закрыл свои разноцветные глаза. Ванечка в Большом Мире тоже тихо посапывал в своей кровати.

Как УшикО и Ёсик встретили Глюка

В Алло?Мире наступило утро – самое обычное, ничем не примечательное. Солнышко-уведомление светило ровно, запросы бежали по своим делам, байты мирно спали в своих коробках. УшикО и Ёсик позавтракали кэш-кашей и собрались на прогулку.

– Сегодня не бегайте слишком много, – наказала Нянюшка. – Здоровье ещё не до конца поправили.

– Хорошо, – хором ответили друзья и отправились к Школьной поляне – очень уж хотелось ещё поиграть с малышнёй.

Но до поляны они не дошли.

Странная встреча

На полпути Ёсик вдруг остановился как вкопанный. Шерсть на его загривке встала дыбом. Нос мелко задрожал.

– Что там? – насторожился УшикО.

– Не пойму, – прошептал Ёсик. – Пахнет… странно. Не баг, не фича, не данные. Как будто… как будто всё сразу.

Из-за старого курсора, который давно уже никуда не двигался и считался просто частью пейзажа, кто-то выглянул. Это был… кто-то. То ли буква, то ли цифра, то ли вообще непонятно что. Он переливался всеми цветами сразу, но как-то неровно, с помехами. В одном месте у него был хвостик, как у Ёсика, в другом – ухо, как у УшикО, в третьем – сразу три глаза, которые моргали не в такт.

– Ой, – сказал УшикО.

– Ай, – пискнул Ёсик.

– Ы-ы-ы, – сказал незнакомец. И добавил: – Простите, я, кажется, не с той ноги встал. То есть с той, но не той. То есть… Ой.

Он запутался в собственных лапах и упал. Вставая, он зацепился хвостом за курсор, дёрнул – и курсор обиженно мигнул.

– Ты кто? – осторожно спросил УшикО.

– Я? – задумался незнакомец. – Сейчас, подождите. Я вроде бы помнил… Где моя память? Ах да, вот она.

Он пошарил где-то у себя в складках нелепой одежды и достал маленькую табличку. На табличке было написано: Глюк.

– Точно! – обрадовался он. – Я Глюк! Очень приятно. Или нет? Подождите, дайте вспомню, приятно мне или нет.

Он задумался так сильно, что у него из второго уха пошёл дымок. УшикО и Ёсик переглянулись.

– Ты чего? – спросил Ёсик.

– Я не чего, я вообще, – обиделся Глюк. – То есть я не вообще, я конкретно. То есть… Ой, опять.

Он махнул лапой (одной из трёх), и в ту же секунду:

– ближайшая строчка запроса свернулась в спираль,

– двое байтов, которые мирно спали, вдруг проснулись и начали танцевать,

– а с дерева из скобочек выскочила байт-ягода и, вместо того чтобы упасть вниз, полетела вверх.

– Ой-ой-ой, – сказал УшикО.

– Мамочки, – тоненько пискнул Ёсик, чего с ним раньше никогда не случалось.

– Извините, – сказал Глюк. – Я не нарочно. Я просто… глючу.

– Нам надо к Нянюшке! – решил УшикО. – Она точно знает, что с тобой делать.

– К Нянюшке? – обрадовался Глюк. – А кто это? А где это? А зачем это? А почему это? А…

– Потом объясним! – Ёсик схватил Глюка за одну из лап и потащил за собой.

По дороге Глюк умудрился:

– трижды споткнуться об одну и ту же кочку,

– перепутать направление и побежать в другую сторону (пришлось возвращать),

– случайно превратить проходящий мимо запрос в мыльный пузырь.

– Простите! – крикнул вежливый Глюк запросу. Запрос обиженно лопнул.

Нянюшка уже стояла на крыльце. Она смотрела в их сторону и качала головой.

– Я так и знала, – сказала она, когда троица подбежала к ней. – Чувствовала, что сегодня что-то случится.

– Нянюшка! – запыхался УшикО. – Мы нашли… вот это… он Глюк… он всё портит… но он не хочет!

– Я не хочу, – подтвердил Глюк. – Я просто глючу. А как перестать – не знаю.

Нянюшка присела на корточки и внимательно посмотрела на Глюка.

– Тяжёлый случай, – сказала она. – Запущенный. Но лечится.

– Правда? – Глюк обрадовался так, что из ушей у него вылетели две бабочки. Он печально проводил их взглядом и тяжело вздохнул.

– Правда. Но придётся потерпеть.

Лечение Глюка

Нянюшка достала из кармана фартука:

– очки (для близоруких багов) – вдруг пригодятся,

– носовой платок (для утешения),

– сушёные запятые – на всякий случай,

– и маленькую баночку с надписью «Антиглюкин».

– Это что? – с опаской спросил Глюк.

– Это лекарство. Будешь пить по одной ложке каждый час. Оно поможет твоим данным успокоиться.

– А оно вкусное?

– Оно полезное, – строго сказала Нянюшка. – А вкусное потом, когда выздоровеешь.

Она налила в ложечку прозрачную жидкость, которая чуть-чуть светилась.

– Открывай рот.

Глюк открыл. Три рта. Он же не знал, какой из его ртов сейчас правильный.

– Все три рта закрыть! – скомандовала Нянюшка. – Оставить один!

Глюк послушно убрал два рта (они просто исчезли, потому что Глюк мог всё).

– Ам! – сказала Нянюшка.

– Ам? – переспросил Глюк.

– Ты должен сказать «ам», когда выпьешь.

– А если я скажу «ам» до того, как выпью?

– Тогда будешь пить ещё раз. – Нянюшка погрозила пальцем, а затем просто улыбнулась.

Глюк быстро выпил лекарство и громко сказал:

– Ам!

Из его уха вышел маленький дымок, и Глюк перестал переливаться всеми цветами. Осталось только три цвета – синий, жёлтый и зелёный. И два глаза вместо трёх.

– Ой, – сказал Глюк. – А где мой третий глаз?

– Спрятался, – махнула рукой Нянюшка. – Не нужен он тебе. С двумя проще.

Как Глюк учился не глючить

Остаток дня УшикО и Ёсик учили Глюка жить правильно и не глючить.

– Это байт, – показывал УшикО на спящую гусеничку. – Его нельзя будить.

– А почему?

– Потому что он проснётся и превратится в бага.

Глюк задумался. От его задумчивости ближайший байт во сне перевернулся на другой бок, но не проснулся, а лишь приоткрыл один глаз.

– Это запрос, – объяснял Ёсик, показывая носом на бегущую строчку. – Его нельзя трогать.

– А почему?

– Потому что он важный. Если его тронуть, он запутается и не дойдёт, куда шёл.

Глюк снова задумался. От его задумчивости запрос немного споткнулся, но продолжил бежать.

– Ты думай поменьше, – посоветовал УшикО. – У тебя думание какое-то слишком громкое получается.

– А как мне думать тихо?

– Ну… как я. Или как Ёсик. Просто представь, что твои мысли – это байт-ягоды, и ты их не трогаешь, а просто смотришь на них.

Глюк попробовал. Из его рта вылетело облачко пара, но потом всё успокоилось.

– Кажется, получилось, – удивился он.

К вечеру Глюк почти не глючил. Правда, иногда у него отрастал лишний хвост, но он быстро его убирал. Или он начинал говорить задом наперёд, но потом спохватывался и переворачивал слова обратно.

– Нянюшка, – спросил УшикО перед сном. – А откуда берутся глюки?

Нянюшка вздохнула и погладила его по голове.

Нянюшкин урок. Откуда берутся глюки

– Глюки, малыш, – это сбой в данных, который не хочет становиться багом. Понимаешь, баг – это маленький жучок, который просто грызёт память. А глюк – это когда данные запутались, перепутались, перемешались и не знают, кто они и зачем.

– Как я, – подал голос Глюк, который сидел в уголке и пил третью ложку Антиглюкина.

– Как ты, – кивнула Нянюшка. – Глюки появляются, когда:

– слишком много запросов бежит одновременно, и они сталкиваются,

– или когда программа устаёт и начинает ошибаться,

– или когда данные обижаются и решают вести себя неправильно.

– Данные обижаются? – удивился Ёсик.

– Ещё как. Данные – они же живые. Если их неправильно записать, они могут затаить обиду и превратиться в глюк.

– А как их лечить?

– Терпением, – сказала Нянюшка. – И вниманием. Глюку нужно объяснить, кто он, зачем он и что ему делать. Тогда он перестаёт глючить и становится… ну, просто частью мира.

– Как я теперь, – улыбнулся Глюк. У него получилась кривая улыбка, но очень добрая.

– А где он будет жить? – спросил УшикО.

Нянюшка задумалась.

– Глюк, – сказала она. – Ты не хочешь случайно… ну, не знаю… помогать нам?

– Помогать? – Глюк даже подпрыгнул от радости (и от его прыжка все байты в комнате на секунду стали фиолетовыми). – Я могу помогать?

– Можешь. Будешь с УшикО и Ёсиком ходить. Только осторожно. И если почувствуешь, что начинаешь глючить – сразу пьёшь Антиглюкин.

– Обещаю! – торжественно сказал Глюк.

Новичок в компании

УшикО и Ёсик переглянулись и заулыбались.

– У нас теперь новый друг, – сказал УшикО.

– И он немножко странный, – добавил Ёсик.

– Странный – это не страшный, – вспомнил УшикО слова Нянюшки. – Странный – это интересный.

Глюк смутился и покраснел. Потом посинел. Потом пожелтел. Потом взял себя в лапы и остался обычного серо-полосатого цвета.

– Спокойной ночи, – сказал он. И, подумав, добавил: – Я, кажется, впервые говорю это правильно.

– Спокойной ночи, Глюк, – ответили друзья.

И в Алло?Мире наступила ночь – самая добрая, самая тихая, самая уютная.

Только иногда, где-то вдалеке, что-то тихонько глючило, но сразу исправлялось. Потому что теперь в Алло?Мире был тот, кто умел лечить глюки – любовью, терпением и ложечкой Антиглюкина.

– Спокойной ночи, Ванечка. Спокойной ночи, малыш.

Как к Глюку приехали родственники

Утро в Алло?Мире началось с необычного звука. Где-то вдалеке нарастал гул, похожий на стаю рассерженных байтов, только громче и… разноцветнее.

– Что это? – насторожился Ёсик, отрываясь от миски с кэш-кашей.

УшикО прислушался своими большими ушами:

– Там кто-то… много кого-то… и они кричат «Глю-у-ук!»

Глюк, который пил свой утренний Антиглюкин (уже четвёртую ложку, и сегодня пока без происшествий), вдруг поперхнулся.

– Ой, – сказал он. – Ой-ой-ой.

– Что случилось? – встревожилась Нянюшка.

– Это… это они, – прошептал Глюк. – Мои родственники.

За окном уже было видно облако пыли данных, а в нём – целая толпа самых невероятных существ, каких только можно представить.

Глючное семейство

На поляну перед домиком Нянюшки высыпало… ну, если честно, никто не смог бы сосчитать, сколько их было. Потому что они постоянно менялись.

– Сыночек! – закричала одна особенно пёстрая дама, которая была похожа сразу на букву, на цифру и на чайник одновременно. – Нашёлся! Глючок ты наш дорогой!

Она бросилась к Глюку и принялась его обнимать. От её объятий у Глюка выросло сразу два дополнительных уха и хвост с кисточкой.

– Мама, – смущённо сказал Глюк. – Ну что ты… Я же писал вам…

– Писал! – возмутилась мама. – Ты написал: «У меня всё хорошо, я пью Антиглюкин и живу у Нянюшки». А где подробности? Где фотографии? Где…

– Мама, это Нянюшка, – быстро перебил Глюк, показывая на стоящую на крыльце женщину.

Мама Глюка (её звали Глюкерия, но все звали просто Глюча) мгновенно переключилась.

– Ах, Нянюшка! – всплеснула она сразу тремя руками (четвёртая в этот момент распутывала косичку у кого-то из младших). – Спасибо вам! Спасибище! Вы нашего Глючка вылечили! Он теперь почти не глючит! Ну, иногда, самую малость, по праздникам!

– По праздникам можно, – улыбнулась Нянюшка.

А тем временем вся поляна заполнилась родственниками Глюка. Их было много:

– Дедушка Глюк-Глюкович – старый, мудрый, но жутко рассеянный. Он постоянно забывал, где у него голова, и носил её то на плечах, то под мышкой, то вешал на ближайший курсор.

– Бабушка Глюкуша – маленькая, круглая, очень добрая. Когда она волновалась, из неё сыпались скобки – круглые, фигурные, даже квадратные.

– Папа Глюкомобиль – огромный, шумный, он постоянно куда-то ехал, даже когда стоял на месте. Говорили, что он когда-то был просто глюком, но потом так разогнался, что стал почти транспортом.