Никому тебя не отдам

– Даже так? – по голосу слышу, что Данила мгновенно веселеет. – Быстро он.

– Во сколько ты приедешь? – перевожу тему, потому что обсуждать личную жизнь Подгорного я точно не намерена.

– Через часа полтора. И я ужасно соскучился.

– Отлично, – автоматически бросаю взгляд на часы и прикидываю, во сколько включить аэрогриль, чтобы к его приезду все было готово.

– Что купить в магазине?

– Ничего не нужно. Я заказывала доставку продуктов.

– Хорошо. Я могу сегодня остаться ночевать у вас.

– Не думаю, что это хорошая мысль, Даня, – мягко возражаю я. – Завтра с утра придет няня, а у меня занятие с восьми уже, я рано уеду. Не вставать ведь тебе из-за меня на два часа раньше.

– Мне несложно, Яся. И вообще, почему ты не хочешь переехать ко мне? Давно бы Мирошке комнату организовали. Что тянуть?

– Только после свадьбы, Дань, – хихикаю я. – Все, я пошла готовить. Иначе, не успею ничего. Целую тебя.

– И я тебя целую! – чмокает меня на прощание и отключается.

Я действительно тяну с переездом. Наверное, причина дурацкая, но мне не очень нравится энергетика его квартиры. Мама говорит, что это полный бред и я привыкну, но мне там не очень комфортно. Возможно, сказывается отсутствие женской руки и в моих силах вдохнуть в холостяцкие стены тепло и уют. Рано или поздно, я все равно это сделаю, но пока мы с Мироном живем дома.

Поглядывая на часы, я решаю испечь пирог с ягодами, завожу тесто и достаю из шкафа красивую форму для запекания. Ровно в назначенное время приезжает Данила. К этому моменту ужин полностью готов, а в воздухе витает вкуснейший аромат выпечки.

– Привет! – нежно целует меня, когда я встречаю его в прихожей. – Я торт купил, а ты что-то испекла?

– Пирог! – смеюсь я, крепко его обнимая. – С брусникой.

– Ну вот. Завтра тогда тортик возьми на работу, я загляну к тебе на чай.

– Договорились! – мурлыкаю я, принимая коробку с моим любимым «Птичьим молоком». – Проходи скорее.

– Мирона еще не привели? – снимая с себя пальто, вопрошает Шепелев.

– Нет. Но уже скоро должны вернуться.

В этот момент раздается звук домофона, и я не успеваю нажать на кнопку открывания двери, потому что инициативу перенимает Данила.

– Я встречу Мирона в подъезде, – коротко сообщает он мне. – Не хочу, чтобы твой бывший муж полы топтал в прихожей.

Глава 13. Ярослава

– И на последнем такте Данила обнимает тебя за плечи! – демонстрирует движение Елена, наш свадебный хореограф. – Все понятно?

Мы переплетаемся с Даней взглядами в зеркальном отражении и послушно киваем.

– Тогда, еще раз прорепетируем этот кусочек! – хлопает она в ладоши и включает музыку.

Вообще, постановка свадебного танца – это идея Данилы. Я не стала сопротивляться и ответила согласием. Единственное, в чем мы до сих пор не сошлись – это выбор песни. Но время еще есть, думаю, после Нового года мы обязательно определимся.

Спустя два часа мы выходим из танцевального зала и тепло прощаемся с Еленой до января. Девушка улетает в Таиланд практически на месяц, и мы обещаем репетировать дома без нее.

– Заедем поужинать? – приобняв меня, жених ласково касается ладонью моей щеки.

– С удовольствием, но мне нужно забрать Мирона, – посматриваю на часы и прикидываю, сколько времени займет дорога до поселка, где живут мои родители и родители Подгорного.

– Разве он не с няней? – удивленно тянет Даня.

– Нет, – неохотно отвечаю, потому что каждый наш разговор о бывшем муже неприятно заканчивается. – Подгорный забрал его и повез к бабушке с дедушкой. Они наряжают елку и украшают дом.

– Как мило! Вся семья в сборе.

Я оставляю последнюю реплику без внимания и вынимаю из кармана телефон, чтобы предупредить о своем скором приезде.

– Почему он тебе сам не привезет сына? – не унимается Шепелев.

– Дань, – отвлекаюсь от айфона и удивленно на него смотрю. – Тебе же не нравится, когда он, как ты выражаешься «топчет мне полы в прихожей». Встреча на нейтральной территории – лучший вариант для всех. И я как раз хотела заскочить к маме с папой. Совмещу приятное с полезным.

– А с собой ты меня не приглашаешь?

– Данюш, – примирительно тяну и беру его за руку, переплетаясь пальцами. – Ты сам сказал, что у тебя работы куча. Я тебя не отвлекаю. Ты на танец с трудом время выкроил. Но если хочешь, поехали вместе. Я только «за».

По недовольному лицу Данилы вижу, что он сомневается, но, в итоге, соглашается со мной. Боже, как же с ним стало сложно. В прошлый раз я еле его уговорила остаться дома и встретила Мирона сама. Представляю, чтобы началось в подъезде, если бы Подгорный с ним встретился. Да и Мирошка вряд ли бы отлип от любимого папочки и пошел к Шепелеву.

– Мне не нравится ваше общение, Яся. Пойми меня, – тихо говорит он, когда мы прощаемся на парковке.

– У нас нет никакого общения, Дань. Только по поводу ребенка. И все переписки ты видел, я ничего от тебя не скрываю, – хмурюсь в ответ. С недавних пор он маниакально стал мониторить мой телефон.

– Да. Ты права. Люблю тебя. Позвони мне вечером, ок?

– Конечно, Данечка! – расплываюсь в улыбке, усаживаясь за руль своего автомобиля. – И я тебя люблю.

Помахав на прощание, трогаюсь с парковки и выезжаю на оживленную улицу в направлении загородного поселка.

Арсений играет в заботливого папочку уже две недели, исправно появляясь через день. В другие же дни обязательно звонит Мирошке по видеосвязи на планшет, который был приобретен для него специально для этих целей. Между собой мы практически не контактируем, чему я несказанно рада.

Подгорный, видимо, решил наверстать два года, которые провел вдали от сына, потому что рьяно принялся участвовать в его жизни. Я знаю, что они ходили в зоопарк, цирк, дважды были в малышковом театре и очень много гуляли. По сравнению с отцом-праздником я, наверное, в глазах сына выгляжу матерью-наседкой, которая заботится о его интеллектуальном развития. Рисует, лепит, читает и постоянно что-то рассказывает.

Краем глаза замечаю, как на телефон падает сообщение от моей будущей свекрови – Галины Михайловны.

– Ясенька, добрый вечер. Не хочу показаться настойчивой, но как скоро будут готовы пригласительные?

Пригласительные! И списка гостей до сих пор нет окончательного. Вообще, мы с Даней накидали предварительный, и получилась какая-то армянская свадьба на пятьсот человек.

– Добрый вечер, – набираю женщине голосовое. – Извините, что голосом, еду за рулем. Спасибо, что напомнили, никак с Данькой не можем определиться. Думаю, в ближайшие выходные составим список гостей и отправим свадебному организатору.

– Отлично, – тут же отвечает мама Дани. – Давно к нам не заглядывали с Мирошкой, заезжайте в воскресенье. Я планирую постряпать пирог с грибами и картошкой.

– Обязательно обдумаем этот момент!

У нас теплые отношения с матерью моего жениха. Галина Петровна до пенсии работала главным бухгалтером на государственном предприятии, а сейчас занимается разведением экзотических цветов и пишет стихи. Отец же Данилы трудится на руководящей должности в Департаменте транспорта, с ним мы не очень близки. Да и виделись, если честно, от силы раза три.

К Мирону они тоже относятся хорошо, но, не имея опыта общения с маленькими детьми, слегка настороженно. Мама не просто так беспокоится, у них огромное количество нужных и полезных знакомств и, как я поняла, многих людей обязательно нужно пригласить на нашу свадьбу.

Без пробок довольно быстро добираюсь до поселка и, приветственно кивнув охраннику на въезде, заезжаю на территорию. Прокатываюсь по центральной улице и сворачиваю в знакомый переулок, проехав несколько метров останавливаюсь у ворот дома Подгорных и достаю телефон, чтобы позвонить Даше.

Спустя пару мгновений автоматические ворота открываются, и я въезжаю на территорию дома Подгорных. Испытываю странные чувства. Мы все детство с Алисой курсировали то к ней, то ко мне, и очень много воспоминаний связано с этим местом. А сейчас я приезжаю забирать своего сына, которого родила от брата лучшей подруги.

Словно подслушав мои мысли, на крыльце появляется стройная фигурка Алисы и нерешительно машет мне. Я глушу мотор и выхожу на морозный воздух, не веря своим глазам. Надо же, и она вернулась!

– Привет! – глубоко вдохнув, широко улыбаюсь.

Сердце колотится где-то в горле от волнения, а во рту мгновенно пересыхает.

– Привет! – с горящими глазами отвечает Алиска, после чего, повинуясь порыву, кубарем скатывается по ступенькам и летит ко мне, широко раскрыв руки. Я же лечу ей навстречу с распростертыми объятиями и крепко сгребаю ее в объятия. – Я так скучала, Алиска. Прости меня за все!

– И я, Яська! – вторит мне подруга, хлюпая носом. – И ты меня прости за все. И Арса-идиота тоже.

Мы, как дурочки, ревем, обнимаемся, скачем, что-то лепечем, а потом валимся в сугроб и хохочем, глядя в темное небо, с которого пролетают редкие снежинки. Помирились! Наконец-то. Как же мне не ее не хватало!

Глава 14. Арсений

– Вот, сын, смотри! – удерживая за ноги сидящего на моей шее Мирошку, сообщаю. – Раз, два, три, елочка, гори!

Сынуля в предвкушении елозит по моим плечам и радостно хлопает в ладошки, когда мама незаметно включает гирлянду в розетку. Елка загорается теплым желтым светом, искрит и переливается, даря ощущение праздника и волшебства.

– Красиво! – восхищенно шепчет сын. Я не вижу его глаз, но уверен, что они светятся от счастья.

– Очень красивая елочка, – нахваливает мама, подходя ближе. – И Мирон какой молодец, помогал украшать елочку.

Взять пацана к родителям – было правильным решением. В своей квартире у меня нет настроения украшать дом, а родители всегда ответственно подходят к подготовке к празднику. Вот и этот год не стал исключением. Мама, как знала, заранее закупила кучу новых игрушек и тщательно продумала концепцию украшения дома. В этот раз – оно в сине-красных патриотичных тонах. Мне очень нравится.

Сын тянется потрогать звезду на макушке елки, и я встаю на цыпочки, чтобы он дотянулся. Подумать только, сколько у него эмоций и впечатлений.

– Ярослава скоро приедет, – осторожно говорит мама, откладывая телефон, словно невзначай касаясь моего плеча.

– Приедет и приедет, мне-то что? – фыркаю, спуская сына на пол. Он тут же бежит к елке рассматривать игрушки, а я следую за ним, чтобы он ничего не натворил.

Произношу максимально равнодушно, в первую очередь убеждая в этом себя. Главное – не вестись на провокации, а в этом Ясе равных нет. Ее налитая грудь все еще перед глазами стоит, как наваждение. Пришлось дважды напряжение скидывать. Лина, наивная, думала, это на нее так стоит у меня.

– Какие у вас отношения?

– Никаких, мама, – резковато отвечаю. – Какие могут быть отношения с девушкой, которая вычеркнула меня из своей жизни и забыла обо всем, что обещала? И очень быстро утешилась в объятиях другого?

– Сенечка, – примирительно тянет мама, усаживаясь в мягкое кресло. – Вы оба очень упрямые. Как ослы, ей богу. Что ты, что она не хотите видеть истины.

– Истины? – усмехаюсь я, оборачиваясь в ее сторону. Замечаю блестящие от слез глаза, в которых отражаются яркие огонечки. – Какой истины? Ты пытаешься ее оправдать. Непонятно зачем. Яся – истеричка. Она мне всю кровь свернула, Алисе, родителям своим. Благодаря этому, никто ни с кем не общается, а Макар и Кира ненавидят меня. Да что там, Ян, брат Яси, с которым у нас всегда были отличные отношения, такую тираду мне выдал, словно я самый ужасный человек на земле.

– Я за то, что нужно поговорить. Вы не поставили точку в отношениях.

– Мама! – меня уже потряхивает от злости. Сначала Алиса решила мне мозги промыть, сейчас тяжелая артиллерия подключилась. Дальше кто? Отец? – Точку в отношениях поставила Ярослава, которая хладнокровно подала на развод. В очередной раз поверив не мне. Да что там, она и слышать ничего не хотела. Орала в трубку, рыдала как ненормальная и крыла меня последними словами.

– Ее можно понять, – пожимает мама плечами, усаживая на колени Мирона. Дает ему в руки игрушку – механический вертолет с Сантой-Клаусом и чмокает его в макушку. – Она была просто истощена морально. Мы как могли отвлекали и развлекали ее. Но ей нужен был только ты. Не мне тебе рассказывать, что последний отказ в визе просто уничтожил ее. А то, что ты не смог прилететь, как обещал – добил окончательно. Ярослава очень сильно тебя любила, сын. Очень.

– Это была больная любовь. Сейчас Ярослава здорова.

– Да. Данила вылечил ее. Так бывает, и пути расходятся. Зато какой чудесный Мирончик у нас есть. Да, малыш?

Мирошка ничего не понимает, но кивает, а когда мама начинает его щекотать, звонко хохочет, а у меня сердце замирает, глядя на своего сына. Подумать только – у меня есть сын. Моя плоть и кровь. Безумно похожий на меня, только глаза Ясины. Умный, шустрый и очень позитивный парень.

– А ты? Любил ее? – неожиданно спрашивает мама, отчего новогодний шар, который я решаю перевесить чуть повыше, выпадает из моих пальцев и укатывается под диван.

– Хорошо, что ты не купила стеклянные игрушки, мама, – становлюсь на колени и шарю рукой в узком пространстве. Игнорирую вопрос умышленно. Любил ли я Раевскую? Безусловно. До безумия и отвала башки.

– У нас же ребенок в доме, – тихо смеется родительница. – Не уходи от темы, Сеня.

– Ой, перестань, – морщусь я, нащупав заветный шарик. – К чему этот разговор? И вообще, я есть хочу.

– Мы ведь ужинали полчаса назад? – удивляется мать.

– У меня растущий организм! – хохочу, забирая у нее своего сына. – Мирошка, ты есть хочешь?

– Да! Курочку! – визжит пацан, потому что я подкидываю его до потолка, а потом ловко ловлю.

– Ладно. Будет вам курочка. Пойдемте на кухню.

Я послушно перемещаюсь следом с сыном на руках, который увлеченно рассматривает игрушечный вертолетик.

– Алиска что-то запропастилась! – выглядывает мама в окно. – Она голодная, интересно?

– Не знаю. Наверное. Она вечно ест все, что не приколочено.

Сам замалчиваю причину своего аппетита. Не говорить ведь о том, что Лина практически не готовит и совершенно не выносит запахи еды в доме. Приходится питаться в кафе или на работе. Меня это, если честно, ужасно вымораживает, но я понимаю, что такое состояние Лины временное.

– А почему твоя жена с тобой не приехала? – спрашивает мать, открывая духовой шкаф. Вынимает оттуда противень с запеченной курицей и картошкой, после чего ставит его на стол.

– Она не очень хорошо себя чувствует, – усаживаю Мирона за стол и достаю тарелки из кухонного шкафа.

– Ммм. Я подумала, что мы не очень ей понравились. Борис со своими шутками явно вогнал ее в краску.

– Нет, что ты? – смеюсь я, вспоминая шуточки своего младшего братца. Парню уже восемнадцать, а он никак не хочет взрослеть. – Вы ей очень понравились. Просто она немного стеснительная, и не очень быстро находит общий язык с незнакомыми людьми.

Я слегка кривлю душой. Лина была в жутком напряжении в их первую встречу, беспрестанно кусала губы и не отпускала моей руки. Была немногословна и односложно отвечала на вопросы. Единственным, с кем она вела себя легко и непринужденно, оказался Мирон. Я искренне надеюсь, что подобное поведение с моими родными было на фоне стресса, и в дальнейшем она расслабится.

– Не обижайся, конечно, – осторожно произносит мама, – но я все равно не могу понять причины для такой поспешной регистрации брака.

– А тебе и не нужно понимать, мамуль. Это – мое решение!

Входная дверь хлопает, и до нас доносится звонкий девичий смех.

– Мама, Сеня! – громко кричит Алиса. – Скорее ставьте кофе. Мы с Ясей помирились! Мирошка, беги к нам. Мама приехала!

Глава 15. Ярослава

Как бы я не противилась внутренне, мне пришлось с улыбкой согласиться поужинать в доме Подгорных. Мы только установили хрупкий мир с Алисой, я просто не имею права отказаться и уехать к своим родителям сейчас.

– Какая ты нарядная, Ясенька! – замечает моя свекровь. – И очень красивая. Платье новое?

– Спасибо, Дашечка. Да, – немного смущенно отвечаю. Платье и вправду новое. Ярко-красное, обтягивающее и с шикарным вырезом. Наверное, не стоило сегодня его надевать, но наперед я мыслить, видимо, так и не научилась.

– Ясечка всегда у нас была самая модная! – подхватывает Алиса с широкой улыбкой. Как же я по ней скучала. Лучезарнее человека я не встречала в своей жизни.

– Я положу тебе твои любимые крылышки! – тепло улыбается мне Даша, вынимая из шкафчика красивую плоскую тарелку с изображением лебедей.

– Спасибо! – улыбаюсь ей в ответ, держа Мирона, который в буквальном смысле слова прилип ко мне. Я его только покормила в соседней комнате, и он слегка разомлел. – Только руки нужно помыть.

На Арсения не смотрю принципиально, едва кивнув ему при встрече. Пигалицы с ним нет, что к лучшему. С ней мне не хочется встречаться еще больше.

– Мироша, – ласково говорю сыну, – посиди немножко. Мама ручки вымоет и вернется.

– Я с тобой! – тоненьким голоском просит мальчик.

– Мирон, – неожиданно включается в разговор Арсений. – Иди ко мне, мы пока с тобой вилки на столе разложим. Как тебе идея? Классная?

– Да! – послушно кивает малыш и тянется к папе.

Подгорный в тот же момент оказывается рядом, принимает Мирона и наши руки случайно соприкасаются. Ловлю на себе тяжелый мужской взгляд, а в нос настойчиво проникает аромат его парфюма. Тело фантомно реагирует на забытые ощущения, разгоняя кровь в венах и вызывая смешанные чувства, но разум быстренько все берет под свой контроль. Все в прошлом. Все. В. Прошлом.

Спустя некоторое время мы все дружно сидим за столом. Алиса беспрестанно рассказывает различные истории, которые я слушаю краем уха. Как бы я ни старалась, в присутствии бывшего мужа не могу расслабиться ни на секунду. Я чувствую, как от него буквально фонит раздражением в мой адрес, или, возможно, я схожу с ума, потому что Даша и его сестра ведут себя совершенно непринужденно. Арсений вставляет какие-то реплики, отчего все буквально покатываются со смеху, а мне кусок в горло не лезет. Для приличия поковырявшись во вкуснейшей курице, благодарю за ужин и отправляю Мирона одеваться.

– Мы договорились, да? – спрашивает меня Алиса, крепко обнимая на прощание.

– Да, – звонко чмокаю ее в щеку. – Завтра жду тебя в гости.

– Напиши, как доберетесь до дома, – просит меня Даша.

– Обязательно! – обнимаю ее на прощание. – Только мы сейчас к родителям еще заскочим. Если что, не волнуйся!

Арс надевает на Мирона ботинки и поправляет шапку, я же полностью одета. Подхватываю пакет с вещами сына и готовлюсь выйти с ним на улицу.

– Я помогу вам! – хмуро оповещает меня Арсений, после чего снимает с вешалки пуховик и натягивает его на себя.

– Не надо. Мы сами справимся! – противлюсь я.

– Как это не надо? – хором ахают Даша с Алисой и начинают наперебой трещать. – Надо. Конечно надо. Помоги, Сенечка.

Бывший муж забирает из моих рук пакет, подхватывает сына и шагает к выходу из дома. Мне ничего не остается, как идти в след за ним, наспех попрощавшись с женской половиной семьи Подгорных.

– Не стоило беспокоиться! – ворчу ему в спину, едва мы оказываемся с ним на крыльце.

– А никто и не беспокоится за тебя! – не оборачиваясь, грубо отвечает мне Арс, на что я показываю ему язык. – Все, что я делаю – только ради сына.

Мы спускаемся с крыльца, под ногами хрустит свежевыпавший снежок, а вокруг нереальная зимняя сказка. Заснеженная территория дома укрыта мягкими сугробами, праздничная иллюминация придает уют и создает теплую атмосферу. Справа, около туй, замечаю небольшую снежную горку и две лопаты, лежащие рядом. Видимо, для Мирона построили, но еще не залили. Очень мило.

Мы подходим к машине, которую я предусмотрительно завела с автозапуска, и Арс открывает заднюю дверь, чтобы усадить Мирона в автокресло, а я достаю щетку из багажника, чтобы смести нападавший снег. На бывшего мужа стараюсь не смотреть, потому что испытываю трепетные чувства, когда вижу их вместе. Такой маленький и трогательный сын, и сильный и мужественный его отец. И о чем я думала, когда хотела запретить им общаться? Мирошка его просто обожает!

– Веди себя хорошо, Мирончик! – расцеловывает его в обе щеки, Арс, машет на прощание и закрывает дверь, после чего обращается ко мне. – Ну вот, тут же отрубился Мирон. У тебя значок датчика масла горит. Есть у тебя? Я долью.

– Масло? Какое? – не сразу понимаю, о чем он говорит, погруженная в свои думы.

– Масло. Машинное.

– А. Должно быть.

Арсений заглядывает в багажник, со знанием дела открывает какой-то лючок, откуда вынимает пластмассовую бутылку. Затем садится за руль, нажимает кнопку открывания капота и выбирается на улицу под моим пристальным вниманием. Открывает какую-то крышку, вынимает спицу и что-то внимательно смотрит на свету.

– Пиздец! – выдыхает он, устанавливая ее обратно.

– Что такое? – подхожу ближе, задерживая дыхание, потому что порыв ветра настойчиво пихает мне в нос знакомый запах, от которого у меня раньше кружилась голова.

– Ты как ездишь вообще? Масло на нуле. Хочешь, чтобы двигатель склинило?

– Я не разбираюсь в этом! – тоже начинаю заводиться. Он кто такой, чтобы мне таким тоном выговаривать претензии? И машина моя. Что хочу, то и делаю!

– Не разбирается она. Не видишь, что масленка горит? А жених твой куда смотрит? На сиськи твои?

– А куда он смотрит, тебя не касается, ясно? – возмущенно отвечаю, упирая руки в боки. Надо бы помолчать, но меня уже несет. Держите семеро! – Тебе, смотрю, мои сиськи покоя не дают до сих пор?

– Это ты о чем? – рявкает Подгорный, заливая масло в двигатель. Награждает меня полным ненависти взглядом, отчего щеки тут же начинают гореть.

– Я же видела, как ты пялился в моей прихожей, когда я Мирона кормила. Чуть дыру не прожег!

– Ты вообще ненормальная? – хохочет он, хлопая крышкой капота. – Выдаешь желаемое за действительное?

– Желаемое? – прыскаю я. – Еще что придумаешь?

– Я? Ничего. Это ты у нас фантазерка. Решила, видимо, старое вспомнить и меня соблазнить? Твой Шепелев хреново трахает тебя, что на меня глазами голодными смотришь? И сегодня вырядилась случайно?

– Что? – я буквально задыхаюсь от возмущения, не веря своим ушам. Подумать только, он решил, что я его соблазняю? – Да ты мне на хрен не упал, ясно? Ты просто забыл, как могут выглядеть яркие девушки. И Шепелев меня трахает превосходно. По крайней мере, с ним я каждый раз кончаю. И мне не нужно притворяться, как раньше.

Последние фразы вылетают против моей воли, и я запоздало прикусываю язык. Крайне запоздало, потому что понимаю, что наболтала лишнего. В следующее мгновение оказываюсь лежащей на злополучном капоте, а надо мной нависает массивная фигура Подгорного. Но это еще цветочки, потому что в тот же момент, я чувствую, как его губы накрывают мои.

Глава 16. Ярослава

Его губы. Мягкие, шелковистые и знакомые до боли. И щетина мягкая, хоть и царапает мою нежную кожу лица, но как-то деликатно, чувственно. Погружаюсь в состояние анабиоза и меня буквально парализует от собственных ощущений, по телу прокатывается дрожь, и я испытываю легкое головокружение. Попав врасплох, мгновенно реагирую на контакт, а тысячи нервных окончаний буквально сигнализируют о вспышке эндорфинов.

Дыхание перехватывает в ту же секунду, как язык бывшего мужа собственнически метит территорию. Делает это так по-хозяйски и настырно, как домой вернулся. Губы прихватывает, наполняет своим вкусом и слюной. Я прихожу в себя и сопротивляюсь изо всех сил, мычу ему в рот, но Арс не реагирует на мои жалкие трепыхания, пальцами правой руки сжимает мою челюсть, заставляя шире разомкнуть губы и проникает еще глубже. Агрессивно и порочно. Настырно, что возмущает до глубины души, одновременно распаляя мою женское естество. Воздуха в легких не хватает, и я пытаюсь сделать глоток кислорода, голова кружится сильнее, а сердце колотится как ненормальное, норовя пробить грудную клетку.

Я распластана под сильным мужским телом и, какого-то хрена, мое нутро откликается на этот варварский захват. Это злит неимоверно, потому что я не собираюсь растекаться лужицей от напора Подгорного. И вообще, что происходит? Он – женатый человек, в конце концов. И я почти замужем. А он вылизывает мой рот и тычется мне в бедро своим членом. Уж его я ни с чем не спутаю. А как давно он этим языком ласкал свою Пигалицу? Фу!

– Отвали от меня! – шиплю я и пытаюсь цапнуть его за нижнюю губу.

– За языком следи, и подобного не повторится! Слишком ты эмоционально реагируешь для удовлетворенной девушки! Уверен, в трусах Ниагарский водопад, как раньше! – рявкает он мне в лицо и прожигает взглядом серых глаз насквозь. В них я не замечаю и намека на пренебрежение и равнодушие. Нет. Только злость и … похоть?