Эфириада

Иван замер, не желая её беспокоить. Он стоял в тени книжного стеллажа и наблюдал.

Девочка хмурилась, перелистывала страницы, возвращалась назад. На лице её читалось отчаяние пополам с упрямством. Она явно пыталась понять написанное, но буквы были чужими, слова – непонятными.

– Ну почему? – прошептала она вдруг, и в голосе её звучала такая обида, что у Ивана защемило сердце. – Почему никто не может это прочитать? Здесь же всё написано! Просто буквы другие!

Она захлопнула книгу и откинулась на спинку стула, глядя в потолок. Глаза её, светлые, почти прозрачные, блестели – то ли от слёз, то ли от усталости.

Иван стоял неподвижно, не решаясь выдать своё присутствие. Он мог бы подойти, объяснить, что эти книги – на английском, на русском, на китайском. Что он может перевести. Но что-то его останавливало. Может быть, нежелание вмешиваться в чужие тайны. Может быть, понимание, что девочка – не просто ребёнок, а принцесса, и любое его слово может иметь последствия.

Королевская семья собирала знания, – подумал он. — Всё, что уцелело от старого мира. Но они не могут их прочитать. Языки забыты, технологии потеряны. А эта девочка…

Иван Андреевич, выйдя из тени, прошёл дальше между стеллажами. В глубине библиотеки он заметил ещё двух посетителей – пожилых мужчин в длинных мантиях, с сосредоточенными лицами. Один был лисом с седыми ушами, другой – волком с густой проседью в хвосте. Они сидели за отдельным столом, склонившись над какими-то фолиантами, и тихо переговаривались. Учёные мужи, не иначе. Иван не стал им мешать.

Он медленно брёл вдоль полок, разглядывая корешки. На уровне глаз попадались в основном книги на польском и латыни – религиозные трактаты, хроники, сборники законов. Но выше, на верхних полках, стояли совсем другие тома – в пластиковых обложках, с выцветшими надписями на английском, немецком, русском. Иногда попадались и книги на незнакомых языках, с иероглифами.

Взгляд Ивана упал на книгу, лежавшую отдельно на небольшой подставке. Она была явно не такой старой, как большинство. Бумага чуть пожелтела, но переплёт был простой, кожаный, с тиснением. Иван взял её в руки, прочитал название:

«Путеводитель по расам Европы. Издание второе, дополненное».

– Хм, – хмыкнул он. – Интересно.

Он открыл книгу наугад и начал листать. Шрифт был чётким, язык – польским, но с множеством устаревших слов и оборотов. Видимо, книга была написана лет через сто-сто пятьдесят после катастрофы, когда язык уже начал меняться.

«Расы зверолюдей, населяющие ныне Европу, столь же разнообразны, сколь и удивительны. Принято выделять три основные расы, встречающиеся повсеместно: Волки, Лисы и Кошки. Они не обладают какими-либо выдающимися сверхъестественными способностями, однако составляют основу населения большинства королевств. Их представители могут занимать любые должности и профессии, от крестьян до советников королей. Многие знатные роды происходят именно от этих рас, и чистота крови в них ценится превыше всего».

Иван усмехнулся. Логично, это были самые массовые модификации. Наверняка в те годы люди выбирали себе образ лисы, волка или кошки. Отсюда и распространённость.

Он перелистнул дальше.

«Миноритарные расы встречаются реже, но часто обладают особыми качествами, которые, как полагают учёные мужи, являются отголоском древней магии, изменившей их предков.

Медведи – необычайно выносливы, способны переносить холод и тяготы, непосильные для других. Среди них много воинов и кузнецов.

Быки – славятся своей физической силой. Нет равных им в тяжёлом труде и в бою с тяжёлым оружием.

Лошади – быстры и легки на ногу. Лучшие курьеры и разведчики, их скорость не знает равных.

Белки – ловкие, способны карабкаться по самым отвесным стенам и деревьям. Ценятся как лазутчики и воры.

Зайцы и Кролики… – здесь автор сделал многозначительную паузу. – О них следует сказать особо. Чистокровных кроликов не существует, ибо представители этой расы славятся своей… неразборчивостью в связях. Говорят, что в каждом городе можно встретить полукровок с кроличьими ушами, но чистота крови для них недостижима. Впрочем, сами они этим нисколько не озабочены».

Иван фыркнул. Нимфоманы, значит. Забавно.

Он перешёл к разделу о кошачьих.

«Раса Кошек включает множество подвидов, которые часто выделяют в отдельные категории: Львы, Гепарды, Леопарды, Рыси, Пантеры и другие. В отличие от простых кошек, эти подвиды обладают особыми способностями, доставшимися им от древних предков.

Львы – короли среди кошачьих. Они не только сильны и величественны, но и обладают удивительной памятью. Говорят, что лев никогда не забывает ни добра, ни зла, и может помнить события столетней давности так же ясно, как вчерашний день. Возможно, поэтому многие королевские династии ведут свой род от львов.

Гепарды – быстрейшие из зверей. Способны развивать невероятную скорость в коротких рывках, что делает их непревзойдёнными охотниками.

Леопарды – скрытны и хитры. Умеют сливаться с тенями, оставаясь незамеченными.

Рыси – отличаются острым слухом и зрением, способны видеть в полной темноте. Из них выходят лучшие ночные дозорные».

Иван захлопнул книгу и задумался. Всё это – остатки тех самых генетических модификаций, которые люди делали себе триста лет назад. Львы получили улучшенную память, гепарды – скорость, рыси – ночное зрение. А со временем эти особенности закрепились и стали восприниматься как природные свойства рас.

Он открыл книгу на последних страницах, где был раздел «Мифические существа».

«Отдельного упоминания заслуживают существа, называемые людьми. Древние хроники описывают их как зверолюдей, но без ушей и хвостов, иногда с металлическими частями тела и округлыми лицами. Говорят, они были искусны в магии, не старели и жили веками, а многие считали их бессмертными. Некоторые легенды утверждают, что люди – это первые обитатели мира, от которых произошли все зверолюди. Однако достоверных свидетельств их существования нет. Никто из ныне живущих не встречал человека, хотя слухи о них ходят до сих пор. Скорее всего, это не более чем сказки, призванные объяснить происхождение древних руин и артефактов».

Иван усмехнулся. Никто из ныне живущих не встречал человека. А я вот тут стою, читаю эту книгу. Забавно.

Он закрыл книгу и аккуратно поставил её на место. В голове укладывались новые знания. Мир становился понятнее, но от этого не менее странным.

Он оглянулся на учёных мужей, которые по-прежнему корпели над фолиантами, и на девочку-принцессу, всё ещё пытавшуюся разобрать непонятные буквы. Библиотека жила своей тихой жизнью, полной загадок.

Иван Андреевич уже собрался уходить, когда его взгляд снова упал на двух пожилых мужчин, корпевших над фолиантами. Что-то в их облике – сосредоточенность, отрешённость от мира – показалось ему знакомым. Он подошёл ближе.

– Доброе утро, господа, – негромко сказал он. – Не помешаю?

Один из них, лис с седыми ушами и длинным хвостом, поднял голову. Его глаза за стеклами очков (очков! Иван даже удивился) с любопытством уставились на посетителя.

– А, вы тот самый маг, что вчера руку рыцарю заживили, – сказал он доброжелательно. – Наслышаны, наслышаны. Присаживайтесь, пан. Не каждый день такие гости в нашей тихой обители появляются.

Иван присел на свободный стул. Второй учёный, волк с проседью, лишь кивнул, не отрываясь от книги.

– Любопытная у вас библиотека, – заметил Иван, оглядывая стеллажи. – Столько древних книг. Я и не думал, что в Варшаве такое собрание.

– О, это заслуга королевской семьи, – с гордостью сказал лис. – Уже несколько поколений собирают. Всё, что удаётся найти в старых руинах, уцелевшие книги, свитки… Всё сюда. Надеемся, когда-нибудь учёные мужи смогут их прочитать.

– А пока не могут?

Лис развёл руками:

– Многие языки утеряны, пан. Мы знаем латынь, польский, немного немецкий. А там, – он кивнул на верхние полки, – там совсем другие письмена. Кто-то говорит, что это язык древних богов. Кто-то – что демонов. Мы просто храним.

Иван кивнул, делая вид, что понимает. Потом перевёл взгляд на девочку-принцессу, всё ещё сидевшую за своим столиком.

– А это кто? – спросил он как можно небрежнее. – Тоже учёная?

Лис улыбнулся, и в глазах его появилось тепло:

– Это наша гордость, пан. Её высочество принцесса Мария, единственная дочь королевы Беатрисы. Наследница трона.

Иван присвистнул про себя. Принцесса. Чистокровная львица-альбинос. Будущая королева.

– Она часто здесь бывает? – спросил он.

– Каждый день, – ответил лис. – Её величество королева лично воспитывает дочь и прививает ей любовь к наукам и магии. Мы, – он указал на себя и на волка, – её наставники. Няньки, если хотите. Следим, чтобы не зачиталась до обморока.

Иван усмехнулся. Хорошие няньки – учёные мужи, а не скучающие гувернантки.

– А король? – спросил он, вспомнив вчерашнего Георга. – Он тоже интересуется наукой?

Лис и волк переглянулись. Волк, до этого молчавший, хмыкнул и вернулся к книге. Лис вздохнул:

– Король Георг… он редко бывает здесь. У него свои заботы. Иногда снизойдёт, проведёт с семьёй час-другой, но… – он понизил голос, – вы же понимаете, пан. При дворе свои порядки. Король есть король, но настоящая власть…

Он не договорил, но Иван понял. Король-консорт, тень при троне. А настоящая правительница – королева, и она воспитывает дочь так, как считает нужным. Вдали от дворцовых интриг, в тишине библиотеки, среди книг, которые никто не может прочитать.

– А она? – кивнул Иван в сторону принцессы. – Она понимает, что эти книги… особенные?

– Она пытается, – с неожиданной гордостью сказал лис. – Упрямая, как все львы. Говорит, что когда вырастет, обязательно научится читать все эти письмена. Мы её не разубеждаем. Пусть мечтает.

Иван посмотрел на девочку. Она сидела, склонив голову над книгой, и водила пальцем по строчкам. Белоснежные ушки с кисточками чуть подрагивали, хвост время от времени нетерпеливо ударял по полу. Она что-то шептала, пытаясь сложить буквы в слова.

– Спасибо за беседу, господа, – сказал Иван, поднимаясь. – Пойду, пожалуй. Скоро обед, а мне ещё к королю.

– Удачи, пан, – кивнул лис. – Заходите ещё, если будет время. У нас тут тихо, но иногда приятно поговорить с новым зверочеловеком.

Иван усмехнулся про себя.

Он вышел из библиотеки, оставив учёных и принцессу наедине с мёртвыми знаниями. В голове его крутилась мысль: «Единственная наследница. Девочка, которая пытается прочитать книги из старого мира. И никто, кроме меня, не может ей помочь».

Иван Андреевич вышел из библиотеки и медленно побрёл обратно по коридорам. В голове всё ещё крутились образы: стеллажи с мёртвыми книгами, учёные мужи, склонившиеся над фолиантами, и маленькая принцесса-львица, упрямо водившая пальцем по непонятным строкам.

– Единственная наследница, – пробормотал он себе под нос. – Умная, любознательная, с белым хвостом. И сидит в библиотеке, пытаясь прочитать технические справочники на языках, которых никто не знает.

Он усмехнулся. Картинка была почти абсурдной. Девочка лет двенадцати, с белоснежными ушками и кисточкой на хвосте, в одиночку сражается с наследием погибшей цивилизации. А вокруг – придворные, которым плевать, и король, который развлекается с прислугой.

– А что, если… – начал он и сам рассмеялся своей мысли. – Выкрасть принцессу и взять с собой в путешествие? Представляю: едет по степи караван, впереди Ян с хвостом-знаменем, за ним Казик с колодой карт, а на верблюде, в отдельной корзинке, сидит маленькая принцесса и читает вслух «Основы квантовой механики». Красота.

Он представил эту картину и расхохотался в голос. Проходивший мимо слуга с подносом испуганно покосился на странного лысого человека, который стоял посреди коридора и ржал как конь.

– Всё хорошо, – махнул рукой Иван. – Просто вспомнил анекдот.

Слуга ускорил шаг.

Иван проводил его взглядом и покачал головой. Шутки шутками, но мысль была занятная. Девочка явно умна не по годам, а знания, которые она пытается добыть из этих книг, могли бы пригодиться. Да и белый хвост – как у Яна, только львиный. Смотрелись бы они вместе эффектно. Ян – фенек, она – львица. Целый зоопарк.

– Ладно, – сказал он себе. – Хватит фантазировать. У нас и без того проблем хватает. Ян в отключке, Казик проиграет все деньги, а мне ещё с королём разговаривать.

Он свернул за угол и направился к приёмному залу. До обеда оставалось ещё около часа. Можно было подождать в тени колонны, понаблюдать за придворными и подумать о том, как строить разговор с Георгом.

Но мысль о маленькой принцессе, которую так и тянет похитить и увезти в далёкие края, всё ещё грела где-то на задворках сознания.

– Потом, – прошептал Иван. – Всё потом. Сначала дело.

Иван Андреевич, устав бродить по коридорам, вернулся в приёмный зал и присел на скамью у колонны. До обеда оставалось ещё около часа. В зале было немноголюдно – несколько придворных лениво переговаривались, ожидая своей очереди на аудиенцию.

Иван прислушался. Рядом, на соседней скамье, расположилась компания – двое мужчин и женщина, все с роскошными хвостами (лисы, волки), одетые богато, но не вычурно. Они обсуждали вчерашний бал, дуэль, исцеление руки Болеслава. Иван уловил своё имя и решил вмешаться.

– Прошу прощения, – сказал он, поворачиваясь к ним. – Кажется, обо мне речь?

Придворные смутились, но один из мужчин, лис с длинными усами, быстро нашёлся:

– А, пан маг! Мы как раз восхищались вашим искусством. Такое исцеление – это ж надо!

– Пустяки, – отмахнулся Иван. – Просто знаю пару приёмов.

– Скромничает, – улыбнулась женщина, волчица с красивым серым хвостом. – Присаживайтесь к нам, пан. В одиночестве скучно.

Иван пересел к ним. Разговор завязался легко. Придворные оказались словоохотливыми, особенно когда узнали, что Иван – путешественник с севера и мало что знает о столичных порядках.

– А у вас тут всё так… запутанно, – заметил Иван, переводя разговор на политику. – Король, королева… Кто из них главный?

Придворные переглянулись. Лис с усами усмехнулся:

– Вы, пан, прямо в сердце вопроса. Главная, конечно, королева Беатриса. Её слово – закон. А король Георг… ну, он для красоты.

– Для красоты? – удивился Иван, хотя уже слышал подобное.

– А то, – вступил второй мужчина, волк с проседью. – У нас выборная монархия, пан. Только выбирать-то не из кого. Титул могут наследовать только чистокровные. А где их взять?

– Как же так? – Иван изобразил наивность.

– А так, – волк понизил голос. – Чтобы королевская кровь оставалась чистой, пришлось… ну, вы понимаете. Король и королева – брат и сестра. По-другому никак.

Иван внутренне присвистнул, но лицо сохранил невозмутимым.

– И давно так?

– Уже третье поколение, – вздохнула женщина. – Дворянство очень обеспокоено. С каждым разом найти чистокровного альбиноса для наследования всё труднее. Сейчас у нас только одна надежда – принцесса Мария.

– Маленькая львица? – уточнил Иван.

– Она самая, – кивнул лис. – Единственная дочь королевы. Если с ней что случится… – он выразительно замолчал.

– А что случится? – спросил Иван, хотя уже догадывался.

– Династия прервётся, пан. Выборная монархия превратится в фикцию. Кого выбирать, если нет чистокровных? Придётся менять законы, а это смута.

Иван задумчиво покачал головой. Вот она, обратная сторона культа красоты и чистоты крови. Система, построенная на исключительности, зашла в тупик. Чтобы сохранить династию, пришлось жениться на сестре. Чтобы продолжить род – надеяться на одного ребёнка.

– А король Георг? – спросил он. – Он не пытается… ну, разнообразить?

Придворные многозначительно переглянулись. Женщина фыркнула: