Пушок. Продолжение: Тайна крысиного хода

Ксения Устюжанцева

Пушок. Продолжение: Тайна крысиного хода

На следующее лето мы с Ариной и нашими родителями снова отправились в деревню к бабушке. На этот раз я уже не боялся переноски: она больше не казалась такой страшной, хотя места в ней по‑прежнему было маловато – вытянуться никак не получалось.

Как только мы приехали, я сразу почувствовал себя увереннее и смело обошёл весь дом. Пик очень обрадовался моему приезду – мы тут же затеяли игру в прятки и провели за ней весь день. Сначала я догонял Пика, а он ловко прятался от меня. Потом к нашей весёлой суматохе присоединилась бабушка – правда, она зачем‑то побелела и схватила веник. Впрочем, долго она не выдержала: быстро устала и оставила нас вдвоём.

Утром я вышел во двор и с удовольствием вдохнул свежий прохладный воздух. По двору важно расхаживали куры – бабушка их недавно завела. Они оказались удивительно интересными: издавали такие смешные звуки, а ещё были разноцветными, почти как бабочки! Иногда я бегаю с ними по двору – так забавно наблюдать, как они в панике разбегаются в разные стороны при моём приближении.

Пик вызвался провести для меня экскурсию по двору. Сначала мы заглянули в баню. Он объяснил, что там люди моются, – но мне это место сразу не понравилось. Стоило представить, что внутри вода, как меня начинало бросать в дрожь.

Потом мы отправились в сарай. Там хранились разные инструменты: лопаты, грабли и прочие вещи, которые мне казались совершенно ненужными. Мы прошли вглубь сарая, и тут я отчётливо услышал чьё‑то дыхание и подозрительные шорохи. Пик мгновенно напрягся и юркнул в укрытие. Я тоже хотел спрятаться рядом с ним, но моя пушистая комплекция не позволила протиснуться в тесное убежище.

И тут из темноты сарая медленно вышел рыжий кот. Он выглядел совсем не так, как я: очень худой, с отсутствующим ухом, второе – потрёпанное, в зазубринах, а хвост будто кто‑то укоротил – явно не хватало доброй половины.

– Не такой уж я и страшный, – хрипловато произнёс он, прищурившись. – Выпрямись, меня не впечатляет, что ты встал на дыбы.

Я опешил и только тут заметил, что моя спина и правда предательски выгнулась, а шерсть встала дыбом.

– А я и не… – начал было я, но осёкся.

– Ты тут новенький? Не видел тебя раньше в наших краях, – продолжил рыжий, внимательно меня разглядывая.

– Я приехал на лето к бабушке, – ответил я, понемногу успокаиваясь.

– Ясно. Меня зовут Барсик, я живу неподалёку. Видишь эти отметины? – он слегка повёл плечом, будто демонстрируя свои шрамы. – Это боевые ранения. Два года назад у нас в деревне была жуткая война. Я противостоял настоящему злу. Мы, конечно, победили, но внешность теперь напоминает мне о тех временах… – Он на мгновение замолчал, взгляд его стал отрешённым, а потом вдруг глаза загорелись каким‑то внутренним огнём – так ярко, что мне даже стало не по себе.

Я невольно сделал шаг назад, но взял себя в лапы.

– А я – Пушок, домашний кот, – представился я чуть дрогнувшим голосом, стараясь не показывать, насколько меня впечатлила его история.

Барсик слегка склонил голову, изучая меня.

– Домашний, значит… – протянул он. – Ну, Пушок, в деревне свои правила. Если хочешь узнать, что тут к чему, я могу показать. Только учти: тут не всё так просто, как кажется на первый взгляд.

Я сглотнул, но кивнул. В груди зашевелилось любопытство – несмотря на устрашающий вид Барсика, мне вдруг очень захотелось узнать побольше о той «войне» и о том, что ещё скрывает эта деревня.

Барсик важно выпрямился (насколько позволяла его худоба) и начал:

– Во‑первых, запомни границы. Наша территория – от старого дуба у колодца до сарая, дальше начинается земля Серого клана. С ними лучше не связываться – драчуны ещё те. Во‑вторых, утром первым делом проверяй кормушку у крыльца: бабушка иногда оставляет там что‑нибудь вкусненькое. В‑третьих, никогда не трогай клушку с цыплятами – даже если они сами лезут под лапы. Бабушка за них порвёт любого.

Я внимательно слушал, стараясь запомнить каждое слово.

– А что за война была? – не выдержал я. – Ты говорил, два года назад…

Барсик помрачнел, потёр потрёпанное ухо.

– Да, два лета назад. На нас напали крысы. Целая орда – из‑за реки пришли. Они воровали еду, портили запасы, пугали кур. Мы, коты деревни, объединились – всего нас было семеро. Я тогда был помоложе, шустрее…

Он замолчал, вспоминая.

– Мы выстроили оборону: днём дежурили у погреба и курятника, ночью патрулировали двор. Было тяжело – они нападали стаями, дрались отчаянно. Вот тут я и потерял ухо – в схватке у амбара. А хвост… хвост пострадал в финальной битве, когда мы загнали их обратно к реке.

Барсик гордо выпрямился.

– Мы победили, но заплатили за это. Из семерых нас осталось только трое. Теперь мы следим, чтобы крысы не вернулись. Каждый кот в деревне знает: безопасность – это общее дело.

Я смотрел на него с восхищением. Перед моими глазами уже рисовались картины героических сражений, ночных патрулей, смелых атак.

– И… я могу как‑то помочь? – осторожно спросил я.

Барсик прищурился, изучая меня.

– Можешь. Для начала – будь начеку. Если заметишь подозрительное шевеление у забора, странный шорох у сарая или увидишь крысиный след – сразу ко мне. И ещё: научись бесшумно передвигаться и прятаться. Завтра утром начну тебя тренировать.

Моё сердце забилось чаще.

– Правда?!

– Правда, – усмехнулся Барсик. – Из тебя может выйти толк. Главное – не забывай: ты теперь часть нашей команды. А в команде все друг за друга.

В этот момент из дома донёсся голос бабушки:

– Пушок! Кыс – кыс – кыс!

– Ну что, новобранец, – подмигнул Барсик, – иди подкрепляйся. Боевой кот должен быть сытым!

Я направился к дому, и вдруг почувствовал себя по‑настоящему взрослым и важным. Теперь у меня была миссия – помогать охранять деревню.

****

На следующее утро, едва солнце коснулось верхушек деревьев, Барсик уже ждал меня у сарая.

– Ну что, новобранец, – строго сказал он, – первый урок: бесшумное передвижение. Видишь ту бабочку на лопухе? Подойди к ней так, чтобы она не улетела.

Я осторожно ступил вперёд, но лапа скрипнула по сухой земле. Бабочка вспорхнула и улетела.

– Тише, Пушок! – прошипел Барсик. – Представь, что под тобой не земля, а тончайший лёд. Ставь лапы плавно, сначала переднюю, потом заднюю. И не забывай втягивать когти!

Я попробовал снова – на этот раз медленно, почти не дыша. Шаг… ещё шаг… Я почти дотянулся до бабочки, но она всё равно заметила меня и улетела.

– Неплохо для начала, – одобрил Барсик. – Завтра попробуем ещё. А теперь – урок номер два: умение замирать на месте.

Он показал, как мгновенно замереть, если тебя заметили, и слиться с окружением – прижаться к земле, прикрыть глаза наполовину и не шевелиться.

Потом Барсик привёл меня к забору, где росли густые кусты крапивы.

– Теперь учимся замечать детали, – сказал он. – Вчера я спрятал здесь три предмета. Найди их.

Я стал внимательно осматривать местность. Сначала заметил блестящую пуговицу, застрявшую в ветках. Потом – маленький камешек необычной формы, спрятанный под листом лопуха. А третий предмет никак не давался.

– Смотри внимательнее, – подбадривал Барсик. – Что изменилось с прошлого раза? Что выглядит не так, как обычно?

И тут я увидел: один из стеблей крапивы был слегка примят, а рядом – крошечная ямка в земле. Разгребая листву лапой, я обнаружил спрятанную вишенку.