Перекресток для двоих

(Анна замирает на месте, словно споткнувшись о эти слова. Она остается стоять спиной к нему несколько секунд, не двигаясь. Затем медленно поворачивается обратно, смотря на него с недоумением, смешанным с … интересом)

Анна (медленно поворачиваясь, недоверчиво и с насмешкой) Вы серьезно? Вы хотите, чтобы я … прочистила вам душу? Вы думаете, я сантехник-психолог в одном лице? (В ее голосе еще звучит ирония, но тон уже не такой резкий, как раньше. В нем появляется нотка … любопытства. Слова про "засор в душе", произнесенные с такой неожиданной горечью, задели ее за живое. Она начинает чувствовать что-то … не совсем неприязнь.)

Том (поднимает на нее глаза. В них нет уже той скользящей усмешки, которая была раньше. Вместо нее – какая-то пустота и усталость. Он говорит тихо, почти шепотом)

Том

Нет, конечно. Вы не сантехник. И не психолог. Вы … просто хотели выпить кофе. В тихом месте. Как и я. Только … у меня не очень получается. И место кажется не таким уж и тихим, когда … когда внутри гудит, как старая водопроводная труба. (Он говорит неуверенно, словно выдавливая слова из себя. В его голосе звучит искренняя усталость и … разочарование. Ирония почти исчезла, уступив место какой-то незащищённости. Он словно снял маску самоуверенного циника, хотя и не совсем осознанно.)

Анна (смотрит на него уже совсем другими глазами. Недоумение сменяется настороженным вниманием. Она видит в нем уже не просто странного и заносчивого типа, а раненого человека, который пытается спрятать свою боль за маской иронии и абсурда)

Анна

Это вы о чем? О чем вы молчите все это время? Вы хотите сказать, что … все эти сантехнические метафоры – это не просто так? Это способ защититься? Или … привлечь внимание? Как сигнал SOS по ржавым трубам?

(Анна говорит уже мягче, с сочувствием и пониманием. Она начинает видеть его игру как защитную реакцию, как крик о помощи, замаскированный под издевку. Ее раздражение исчезает, уступая место желанию разобраться в том, что с ним происходит.)

Том (смотрит в сторону, словно стыдясь своей слабости)

Возможно. Скорее … просто шум. Фон. Чтобы не слышать … тишину. Тишина – это страшно. Особенно когда … когда ты один на один с … с пустотой. А пустота – она как … как проржавевшая труба. Вроде и есть что-то, а вроде и нет. Только гул и холод. (Он говорит отрывисто, недоговаривая, словно ему трудно выразить свои чувства. В его голосе звучит боль и одиночество)

Анна (голос звучит уже почти ласково)

Вы боитесь одиночества, Том? Вы хотите сказать, что сегодняшнее свидание – это попытка заглушить эту тишину? И поэтому вы, вели себя так странно? Чтобы … чтобы отпугнуть меня? Или … проверить, кто останется?

(Анна задает вопросы мягко, стараясь не спугнуть его откровенность. Она понимает, что за его странным поведением скрывается глубокая ранимость и страх. Ее недоумение полностью сменилось сочувствием и желанием понять.)

Том (смотрит в сторону, замешкавшись, словно решаясь на что-то важное. Тихо произносит)

Может быть, и так. А может, просто … не знаю, как иначе. Я вообще … долго думал, идти ли на это свидание. Очень долго. Если честно… я опоздал не потому, что пробки. Я … полчаса ходил вокруг этого кафе. Решиться не мог. (Он говорит это с неловкой улыбкой, словно стыдясь своей нерешительности. Он немного опускает плечи, как будто сбрасывает с себя часть напряжения. В его глазах мелькает искренность.)

Анна (слегка удивлена, но в ее голосе уже нет иронии. Скорее … мягкое удивление) И почему же? Боялись … сорваться в канализацию прямо у входа (Она улыбается уголками губ, но улыбка уже другая – не насмешливая, а скорее … ободряющая. Она пытается вернуть немного легкости в разговор, но тон уже совсем не тот, что был в начале свидания.)

Том (улыбается в ответ, уже более открыто, хотя все еще немного неуверенно) Нет, не канализации боялся. Боялся … того, что увижу. Точнее, … того, что меня увидят. Настоящего. Без всех этих труб и задвижек. А потом … потом увидел вас в окне. И … решился. Вы, оказались … очаровательной. Даже из окна. (Он произносит последнее слово немного вымученно, словно ему трудно говорить комплименты. Но в его глазах видно, что он говорит искренне. Он немного краснеет, отводя взгляд.)

Анна (заметно смущается. Но теперь, в ее глазах появляется теплота и легкая кокетливость)

Очаровательной? После всех этих … сантехнических пассажей, вы хотите сказать, что я вас очаровала еще до того, как вы успели меня как следует раздразить? (Она говорит это с улыбкой, в голосе звучит легкое поддразнивание, но уже совсем другого рода – мягкое и игривое. Она расслабляется, понимая, что напряжение между ними спало. Ее тон становится более доброжелательным и открытым.)

Том (смотрит на нее уже прямо, улыбаясь более уверенно)

Именно так, Анна. Вы оказались … как … как … (задумывается, ища метафору, но на этот раз уже без цинизма, а скорее … с очарованием) … как … как солнечный зайчик в темной ванной. Неожиданно и … приятно. Даже среди всех моих ржавых труб и засоров. (Он заканчивает фразой с легкой самоиронией, но уже без горечи. В его голосе звучит надежда и … небольшое очарование. Он словно начинает видеть ситуацию в другом свете, благодаря реакции Анны.)

Анна (улыбается чуть шире, ее глаза светятся интересом) Это … очень мило. Даже не ожидала такого от … мастера по сантехническим метафорам. Но … темная ванная звучит грустно. У вас действительно … все так мрачно? (Она слегка наклоняет голову, смотря на него с мягким сочувствием. В ее голосе нет насмешки, только искренний интерес.)

Том (немного замолкает, смотря в свой кофе. Вздыхает тихо, но уже не так тяжело, как раньше. Будто выпускает часть накопившегося напряжения.)

Не то слово. Скорее… пусто. Знаете, как … как сливной бачок, в котором вода ушла давно, и осталось только эхо капель. Вот так и у меня дома. Тихо и пусто. И … холодно. Даже летом. (Он говорит это тихо, почти себе под нос, но достаточно громко, чтобы она услышала. В его голосе звучит не жалоба, а скорее … констатация факта. Печаль, но без агрессии.)

Анна (смотрит на него внимательно, замечая грусть в его глазах. Ее тон становится еще мягче.) Пусто? И вам … не хочется возвращаться в эту пустоту? После … после такого вечера? Вы … вы хотели бы … чтобы вечер продолжился? Не заканчивался так быстро? (Она говорит это очень аккуратно, давая ему возможность высказаться, но не навязываясь. В ее голосе звучит готовность поддержать разговор и возможно, предложить что-то еще.)

Том (поднимает глаза и смотрит на нее прямо, уже без стеснения, но с некоторой неуверенностью. Легко улыбается, но улыбка грустная.)

Ну … если честно… больше всего на свете сейчас не хочется возвращаться в эту … в эту комнатушку с холодными трубами. Хочется … чтобы солнечный зайчик … не исчезал так быстро.

Анна (смотрит на него прямо, без кокетства или намека на что-то большее, просто и искренне)

Знаете что? Не ездите ни в какую комнатушку. Поезжайте ко мне. Чтобы не оставаться одному. Я серьезно. (Она говорит это просто, как решение проблемы, без лишних эмоций, но с твердостью в голосе. В ее взгляде нет никакой двусмысленности, только желание помочь избежать одиночества.)

Том (ошеломленно смотрит на нее, моргает несколько раз, словно не уверен, что правильно расслышал, потом с легкой ироничной ухмылкой)

Погодите-погодите… То есть, вы хотите сказать… вы меня сейчас… в постель затащить пытаетесь? Вот так, с ходу? За сантехническую щедрость? (Он задает вопрос с явным юмором, но в его глазах все еще есть удивление и некоторая неуверенность. Он провоцирует, но уже не так резко, как раньше. В голосе скорее игра, чем злость.)

Анна (меняет выражение лица, ее улыбка становится более сдержанной, но она сохраняет спокойствие) Ну что вы такое говорите? Вы же сами только что жаловались на темноту и холод. Я просто… предлагаю вам не сидеть одному в четырех стенах. Ни на что я не намекаю. Просто… человеческое участие.

(В ее голосе появляется легкая нотка раздражения от его провокации, но она старается сохранять тон, заявленный ранее – помощь, а не флирт. Она подчеркивает, что его интерпретация ее предложения – надуманная.)

Том (продолжает язвить, но уже с меньшей уверенностью, словно проверяет ее реакцию)

Ну хорошо, допустим. Но чем же мы будем заниматься у вас? Играть в сантехников и трубы? Или … в более интересные игры для взрослых одиноких людей? (Он все еще пытается шутить и провоцировать, но в его голосе уже меньше напористости. Он как бы тестирует границы ее доброты и терпения.)

Анна (ее спокойствие начинает исчезать, в голосе прорезается явное раздражение)

Вы меня уже достали, если честно. Я вам предлагаю просто не быть сегодня одному. Потому что у вас, как вы сказали, капель в сливном бачке. Либо вы соглашаетесь поехать ко мне, чтобы изменить обстановку и не киснуть в одиночестве, либо я встаю и ухожу. Решайте быстро. У меня время не резиновое. (Она теряет терпение. Ее голос становится более жестким и решительным. Она ставит ультиматум, подчеркивая, что ее предложение остается в силе, но она не намерена дальше терпеть его издевки. Она возвращает разговор к исходной причине – его одиночеству.)

Том (смотрит на нее уже без насмешки, видит ее раздражение и понимает, что перегнул палку. Вздыхает, немного подумав)

Ладно-ладно… не кипятитесь. Извините, если что не так сказал. Просто … пугаюсь такой прямолинейной и молниеносной доброте… (Он сдается, но не полностью теряет свою иронию.

Анна

Отлично. Сейчас только официанта позову, рассчитаемся и поедем (Она начинает оглядываться по сторонам в поисках официанта, движение быстрое и деловитое.)

Том (спохватывается, слегка паникуя) Погодите-погодите! Вы что это делаете? Я сам рассчитаюсь! Вы же меня … спасаете от катастрофы экзистенциальной, а я тут буду сидеть сложа руки? Честь имею, так сказать. И немного мелочи в кармане. Надеюсь. (Он начинает суетливо рыться по карманам, изображая поиск кошелька и денег, движения немного преувеличены, как в комической пантомиме.)

Анна (останавливается, удивленно смотрит на него) Да бросьте вы! Я не привыкла, чтобы за меня платили. Сама как-то привыкла. Эмансипация и все такое. Да и счет там копеечный, честно говоря. Два кофе и вода из-под крана. (Она говорит это с легкой иронией, но в тоне есть искреннее недоумение. Она действительно не видит проблемы в том, чтобы заплатить самой.)

Том (торжественно вытаскивает из кармана мятый бумажник, открывает его с пафосом) Эмансипация – это прекрасно! Я только за! Но сегодня исключение. Во-первых, вы везете меня к себе домой, что уже само по себе подвиг в наше время цинизма и равнодушия. Во-вторых, я хочу хоть что-то приятное сделать для спасительницы от капель в бачке. Ну дайте мне это маленькое удовольствие! Не лишайте меня радости быть рыцарем хоть на пять минут! (Он говорит это с преувеличенным энтузиазмом, как пародируя романтические жесты. Бумажник выглядит жалким, но он держит его как драгоценность.)

Анна (задумывается на секунду, потом пожимает плечами и улыбается, уже более открыто)

Ну ладно, уговорили. Вы пока тут геройствуйте с официантом, а я побегу машину греть. (Она подмигивает ему, берет свою сумку и быстро направляется к выходу. В ее движениях снова появляется торопливость, но теперь она уже не выглядит раздраженной, скорее веселой и предвкушающей.)

Том (остается один за столиком, смотрит ей вслед с легкой улыбкой, потом снова смотрит на свой мятый бумажник ) Улыбка сползает с лица, взгляд становится пустым.) (Внезапно, рядом с ним, за тем же столиком, возникает Он. Он выглядит так же, как и Том, но в его облике есть уверенность и внутренняя сила. Он одет безупречно, даже если одежда идентична мятой одежде Парня №1. Его голос звучит громче и увереннее.)

ОН

Герой… Это она точно подметила…

Том вздрагивает, словно проснувшись, и поворачивается к нему. Он смотрит на него с удивлением и какой-то обреченностью.)

Том

Опять ты? Я думал, ты ушел… Или хотя бы замолчал на время…

Он (с легкой насмешкой в голосе)

Куда я уйду? Я – это ты. Твои мысли, твои страхи, твои… несбывшиеся надежды. И нет, я не замолчу. Особенно сейчас. Когда ты снова начинаешь…

Том (перебивает, опуская взгляд)

Начинаю что? Вести себя как… жалкий неудачник? Да, наверное. Посмотри на меня. Сижу тут, в мятой рубашке, ковыряюсь в этом позорном кошельке… Изображаю из себя… не знаю кого. Смешно же.

Он (садится напротив, смотрит прямо в глаза)

Смешно и жалко. Именно. Ты снова давишь на жалость. Бедная девушка, одинокий парень, экзистенциальный кризис… И она ведется. Жалеет тебя. И везет домой. Гениально, просто гениально. Ты мастер манипуляций, признаю. Том (горько усмехается)

Нет, просто… просто отчаялся. Я не манипулирую, я… я просто хочу, чтобы меня хоть кто-то заметил.

Он (голос становится жестче)

Заметили. И что дальше? Ты думаешь, это решит твои проблемы? Эта девушка, которую ты видишь впервые в жизни? Ты думаешь, они заполнят эту… дыру внутри тебя?

Том (поднимает взгляд, в нем появляется отчаяние)

Я не знаю! Я ничего не знаю! Я просто… тону. Дом, пустые стены, эхо… Я пытаюсь зацепиться хоть за что-то. Хоть за кого-то. Да, это жалко. . Но я не знаю, как иначе. Я Устал от этого… бесконечного одиночества. Оно меня съедает изнутри. (Том замолкает, опустив голову. В его глазах стоят слезы. Он смотрит на него какое-то время, в его взгляде появляется что-то, похожее на… сочувствие?)

Он (тише, почти шепотом)

Я знаю… Я тоже устал. И я помню, как это началось.

Том (не поднимая головы, глухо) Что началось? Самоуничтожение? Или ты про тот вечер… когда я понял, что я… никто?

Он (медленно, словно вспоминая)

Не "никто". Скорее чья то тень. Помнишь… ее смех? Звонкий такой, уверенный. Как она говорила: "Не волнуйся, милый, я все улажу". И ведь улаживала. Всегда. Том (вздрагивает, поднимает голову, в глазах боль)

Не говори о ней. Пожалуйста… Не надо.

Он (не слушает, продолжает, голос становится жестче, но в нем проскальзывает горечь)

А кто будет говорить? Кто напомнит тебе, как ты разучился дышать самостоятельно? Как отдал ей… все решения, все… свои мечты в шелковые перчатки Сары?

Том (закрывает лицо руками, голос дрожит) Хватит… Я прошу тебя… Хватит… Он (немного тише, но настойчиво)

Нет, не хватит. Пока ты не вспомнишь. Пока ты не поймешь, что этот мятый бумажник – это не просто… нехватка денег. Это символ. Символ твоей… кастрации. Ты сам позволил себя… обесценить. Отдать ей… ключи от себя. И она взяла. С удовольствием взяла. И она в этом не виновата.

Том (отнимает руки от лица, смотрит на него с отчаянием и злостью)

Замолчи! Ты ничего не понимаешь! Я знаю… она хотела как лучше! Она любила меня! Она… заботилась!

Он (холодно усмехается) Ну или о своем… удобном приложении? О талантливом мальчике для битья, который всегда будет благодарен за ее… милость? Да брось. Ты же не маленький. Ты же видишь, что произошло. Она тебя… купила,. Твою свободу, твою уверенность, твою… самость. И ты продался. За ее "заботу".

Том (вскакивает со стула, кричит, привлекая внимание нескольких посетителей) Это неправда! Ты лжешь! Я… я сам так хотел! Я… я устал от борьбы! Я просто хотел… покоя!

(Он встает вместе с ним, смотрит на него в упор, в его глазах нет жалости, только горькая правда.)

Он

Ты получил "покой". Покой кладбища. Покой человека, который похоронил себя заживо. И теперь ты сидишь здесь, с пустым кошельком, и ищешь… замены. Новых… спасительниц. Которые увезут тебя в квартирку. Чтобы ты снова почувствовал себя… нужным. Хоть кому-то. Хоть ненадолго.

(Том опускает руки, его плечи поникают. Вся злость уходит, остается только опустошение.)

Том (тихо, сломлено)

Может быть, ты прав. Я… не знаю. Я просто… не знаю. Как… выбраться из этого…

(Он смотрит на него еще мгновение, потом его фигура начинает меркнуть, растворяться в воздухе. Остается только тихий шепот, словно эхо его последних слов.)

Он (шепотом)

Начни… с себя. Начни… снова дышать.

(Он исчезает окончательно. Том остается стоять, как будто очнувшись от кошмара. Он смотрит вокруг, как будто впервые видит это кафе. Официант подходит к нему, с тем же усталым выражением лица, но теперь в его взгляде появляется легкое беспокойство.)

ОФИЦИАНТ Молодой человек? С вами точно все в порядке? Может, вам воды принести? Вы как-то… побледнели.

(Том медленно садится обратно за столик, смотрит на свой мятый бумажник. В его глазах больше нет слез, только… пустота и слабый проблеск… надежды?)

Том (тихо, словно самому себе) Начать… с себя… Дышать…

(Он поднимает бумажник, открывает его, смотрит внутрь. Затем медленно, с усилием, выпрямляет плечи. Протягивает руку за деньгами, чтобы расплатиться с официантом. Рука все еще дрожит, но уже меньше. В его движениях появляется какая-то… новая решимость.

Действие 1

Сцена 2

Комната Анны – яркий калейдоскоп, отражающий ее внутренний мир. Стены, выкрашенные в теплый персиковый цвет, служат фоном для настоящего взрыва творчества. Одна из стен полностью занята импровизированным коллажем: плакаты с изображением вдохновляющих пейзажей и городов соседствуют с распечатанными цитатами известных людей, вырезками из журналов и яркими абстрактными картинами, написанными самой Анной. Среди них выделяются мотивирующие фразы, написанные от руки разноцветными маркерами на листах бумаги разного размера, личные фотографии Анны. В комнате царит творческий беспорядок. На старинном деревянном комоде громоздятся стопки книг по психологии, саморазвитию и искусству, перемежающиеся с ракушками, и полузасохшими букетами цветов. Рядом с комодом – мольберт с незаконченной картиной, на которой изображена птица, парящая над городом. На полу, покрытом пестрым ковром, разбросаны подушки разных форм и размеров. В углу стоит диванчик, заваленный яркими пледами и мягкими игрушками. Несмотря на кажущийся хаос, в комнате чувствуется жизнь и энергия. Здесь она пытается собрать по кусочкам свой хрупкий мир, наполненный мечтами и надеждами.

(Звук шагов за дверью. Анна влетает в комнату, оглядывается и ее глаза расширяются от ужаса при виде царящего беспорядка. Она начинает метаться по комнате, лихорадочно засовывая разбросанные вещи в дверцы старенького шкафа, не особо заботясь о порядке. Заталкивает туда свитера, журналы, косметички, всё подряд.) Том появляется в дверях

Анна (в панике, шепотом) Ой, Боже, сейчас, секунду! (Анна делает последний отчаянный рывок, захлопывая дверцы шкафа, из которого предательски вываливается шарф. Анна пинает его ногой под диван. Пытается пригладить волосы, делает глубокий вдох и открывает дверь. На пороге уже стоит Том улыбаясь.)

Анна (стараясь выглядеть непринужденно)

Проходи Том, извини тут за… творческий беспорядок. Я тут как раз… проветривала! (Она нервно смеется, пропуская Тома в комнату. Он входит, оглядываясь с любопытством, но стараясь не показывать удивления.)

Анна (быстро подходит к выключателю у двери и щелкает им)

Сейчас свет включу… (Она щелкает выключателем. Раздается короткое замыкание, яркая вспышка, и лампочка в потолочном светильнике взрывается с тихим хлопком. Комната погружается в полную темноту.) Анна (вскрикивает) Ой! (Неловкая пауза. В темноте слышно, как Анна нервно смеется.) Том (спокойно) Ничего страшного. Сейчас разберемся. (Он делает шаг в темноте, спотыкается обо что-то и чуть не падает.)

Анна (удивленно и с юмором) Ой, ты еще и спец по спотыканию в темноте? Вот это да! Я думала, твой конёк исключительно кафе и непринужденные беседы! (Она хихикает в полной темноте)

Том

Ну, непринужденные беседы – это само собой разумеющееся. А спотыкание в темноте… это так, бонусная опция. Чтобы вечер не был слишком предсказуемым. Главное, чтобы шею не свернуть в темноте. (Он продолжает говорить, двигаясь в темноте, судя по звуку, в сторону, где, как он помнит, должен быть светильник.)

Анна (смеясь)

Предсказуемым точно не будет! Так, подожди, кажется, у меня где-то была запасная лампочка… надо только вспомнить, где именно в этом хаосе…

(Пауза. Слышно, как Анна начинает шарить в темноте, открывая ящики и шкафчики.) Анна (бормочет) Так, так, так… где же ты, лампочка, моя ласточка, не может же она сквозь землю провалиться… обычно они где-то тут… среди… косметики… и… о, вот! Кажется, нашла! (Слышно, как она что-то достает. Пауза. Потом голос Анны приближается.)

Анна

Ура! Нашла! Держи! Правда, она какая-то… маленькая… надеюсь, подойдет. Ты же у нас электрик-любитель, разберешься? (Она протягивает ему лампочку. В темноте слышно, как он берет ее.)

Том

Сантехника и электрика, разные вещи. Дай-ка посмотрю… хмм… цоколь вроде такой же… ну, не знаю, посмотрим, как светить будет. Главное, чтобы вообще светила. А то придется нам весь вечер при свечах сидеть. Романтика, конечно, но не в полной же темноте.

(Снова слышен смех Анны)

Анна

Романтика в полной темноте – это уже перебор даже для меня! Я пока… поищу свечи на всякий случай. Вдруг твоя маленькая лампочка окажется совсем не героической. (Анна отходит, продолжая шарить в темноте. Слышно, как Том осторожно осматривает светильник в темноте, Том осторожно вкручивает лампочку в патрон светильника. Несколько секунд тишины, затем щелчок выключателя. Комнату заливает мягкий, немного тусклый свет от маленькой лампочки.)

Том

Свет есть! (Он отходит от выключателя, осматривая комнату, теперь уже при свете. Анна на мгновение замирает в тени у шкафа, где она искала свечи, потом выходит на свет, улыбаясь облегченно.)

Анна

Ура! Я уж думала, мы так и будем сидеть в темноте. Сейчас, я быстро… чайник поставлю, что ли? Чай или кофе? Что будешь? (Она начинает двигаться в сторону двери.)

Том

Чай отлично, спасибо.

Анна

(уже в дверях) Отлично! Тогда чай! Сейчас вернусь!

(Анна быстро выходит из комнаты, скрываясь за дверью. Том остается один в комнате. Он оглядывается. Свет от маленькой лампочки высвечивает детали комнаты, делая беспорядок скорее уютным, чем отталкивающим. Его взгляд останавливается на стене у кровати. Стена увешана разнокалиберными фотографиями, от пола до потолка, и листками бумаги с разноцветными надписями, и масляными картинами, что-то напоминающее абстракцию.) (Том подходит ближе, рассматривая фотографии. Вот детская фотография Анны с огромными бантами, вот она с друзьями на море, вот смешное селфи с какой-то вечеринки, вот серьезное фото, вероятно, для документов. Между фотографиями прикреплены листки с написанными от руки цитатами. Некоторые из них известные, вдохновляющие, другие кажутся личными заметками или фразами из книг.) (Он читает вслух, тихо, почти шепотом, как будто боясь нарушить тишину комнаты.)

Том

*"Будь собой. Все остальные роли уже заняты."* Оскар Уайльд. Классика.

(Он переводит взгляд на другую цитату.)

Том

*"Единственный способ делать великие дела – любить то, что вы делаете."* Стив Джобс. Тоже неплохо.

(Он усмехается, читая следующую, написанную ярким розовым маркером.)

Том

*"Жизнь слишком коротка, чтобы пить плохое вино."* Вот это мне нравится! Сразу видно, человек с правильными приоритетами.

(Он продолжает рассматривать фотографии. Замечает несколько фотографий, где Анна улыбается особенно искренне. На одной из них она обнимает пожилую женщину, вероятно, бабушку. На другой – играет с маленьким щенком.) (То задерживает взгляд на одной фотографии, где Анна стоит на фоне какого-то горного пейзажа, ветер треплет ее волосы, а глаза сияют счастьем. Он невольно улыбается, замечая, как много можно узнать о человеке, просто рассматривая его стену.) (Звук шагов за дверью возвращает его в реальность. Анна возвращается с подносом, на котором стоят две чашки и коробка печенья.) Анна (заходя в комнату)

Я вернулась! Чай готов. Печенье найдено. Свечи, кстати, тоже отыскала, на всякий пожарный. Ну как, не скучал тут? Или уже успел разглядеть все ужасы моего творческого беспорядка при новом освещении?

(Анна ставит поднос на прикроватную тумбочку, замечая, что Том стоит у стены с фотографиями.)

Анна (слегка смущенно)

А, ты уже до стены добрался? Там вся моя жизнь в картинках и цитатах. Картины писала сама. Не пугайся, это не так страшно, как кажется. (Она улыбается, приглашая Тома к чаю.)

Анна (жестом) Давай чай пить. И рассказывай, что нового в мире непринужденных бесед.

Том

Слушай, тут у тебя, я смотрю, жизнь бьет ключом. Картины. Вот тут ты, кажется, танцуешь… там с микрофоном… а это что, показ мод? Ты, я вижу, прямо… круглая творческая личность Анна. (Анна засмеялась, откусывая печенье.)

Анна

Круглая? Ну, немного, может, и округлилась к зиме. Но зачем так резко? Только познакомились, а ты уже… по фигуре проходишься. (Она шутливо надула губы, но в глазах был смех.)