Цена королевского наследия

Таня Чертова

Цена королевского наследия

Глава 1

– Мари, прошу тебя, спрячься в шкафу, – со слезами на глазах умоляла мама, постоянно оглядываясь на входную дверь. Её пальцы, холодные и дрожащие, судорожно сжали мои руки. В глазах стояли слёзы, но голос, хоть и дрожал, оставался твёрдым. – Быстрее, доченька, времени почти нет!

С первого этажа доносились выкрики заклинаний. Голоса магов звучали холодно и бесстрастно, без намёка на жалость. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вырвется из груди. В горле встал ком. Мама предупреждала об этом, говорила, что их ищут. Пятнадцать лет назад мои родители стали врагами короля и теперь расплата настигла нас. Мне никогда не говорили, из‑за чего всё началось, но одно я знала точно. Это наш последний миг вместе.

– Мам, я могу вам помочь, – я шагнула к ней, пытаясь высвободить руки. – Мне уже не пять лет. Я не хочу жить без вас. Я… я смогу использовать магию, хоть и не в полную силу, но смогу!

– Ты должна жить, доченька, – мама притянула меня к себе, крепко обняла и тут же отстранила, глядя прямо в глаза. Её взгляд был полон такой любви и такой боли, что у меня перехватило дыхание. – Помни, что мы тебя любим. Больше всего на свете. Я спрячу тебя куполом, Они тебя не найдут. Через два дня в кафе, в котором мы были неделю назад, тебя будут ждать. Отныне ты будешь носить фамилию Нир. Миссис Нир, ты же помнишь её? – она сжала мои плечи, словно пытаясь вложить в этот жест всю свою силу и уверенность.

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова, и всё ещё держа маму за руку. Пальцы не хотели отпускать её, будто если я разомкну хватку, то потеряю её навсегда.

– Она станет тебе новой семьёй, – продолжала мама, торопливо, глотая слёзы. – Только так они не найдут тебя. Ты должна быть сильной, Мари. Обещай мне.

– Мам, я люблю тебя, – голос сорвался, по щекам покатились горячие слёзы. – И папу, и Киру тоже. Пожалуйста, передай им. Я хочу, чтобы они знали…

– Они знают, Мари, знают, – прошептала мама, в последний раз обнимая меня и целуя в лоб. Её губы были холодными, а руки дрожали всё сильнее. – Прости нас, что не смогли жить с тобой дольше…

Она подтолкнула меня к шкафу, и я, спотыкаясь, сделала несколько шагов. Мама закрыла дверь шкафа, и последнее, что я увидела, её решительное, но полное боли лицо. А снизу всё ещё доносились гул заклинаний, вспышки магии и тяжёлые удары – битва продолжалась.

В темноте шкафа я прижалась к стенке, зажав рот рукой. Слезы текли по щекам, но я не издавала ни звука. Где‑то там, внизу, мои родные сражались за мою жизнь и я должна была выжить. Ради них.

– Я люблю вас, я сделаю всё, чтобы ваша смерть была не напрасной, – выдохнула я.

Почему мне не 20 лет? Полностью овладев магией, я бы сражалась с ними. Я бы защитила их! Почему родители и старшая сестра должны умирать за мою жизнь? Что во мне такого, из‑за чего я должна жить, а мои родные – нет?

Слезы текли по щекам, капали на руки, сжимавшие ткань штанов. Я закусила губу до крови, чтобы не издать ни звука, чтобы не выдать себя и не поставить под удар тех, кто пытался меня спасти. В груди бушевала буря. Гнев, отчаяние, бессилие и огромная, всепоглощающая любовь к семье, которую я, возможно, больше никогда не увижу.

Тишина в шкафу казалась живой. Она давила, душила, напоминала, что я бессильна. А за его дверцами решалась судьба тех, кто подарил мне жизнь и отдал её, чтобы я могла жить дальше.

***

Курт обернулся на меня, когда я сбежала с лестницы и запустила огненный шар в сторону тёмного мага. Кивнув супругу, встала рядом с ним и с Кирой. Я видела слёзы на глазах дочери. Она понимает, что мы должны сделать это. Мы должны сохранить жизнь Мари. Она ключ ко всему. Только она вернёт всё на место.

Я никогда не говорила Мари, что она не моя дочь. Не говорила, почему за нами погоня. Но предупреждала, рано или поздно, Они придут и убьют нас. Они никогда не оставляют в живых тех, кто однажды перегородил им дорогу.

Сейчас в наших силах сохранить жизнь Мари и не подпустить Их к единственному наследнику Королевства.

– Сейчас, – услышали мой голос в своих головах Курт и Кира. Купол возведён вокруг Мари. Они не найдут её. Теперь пора сражаться.

***

В доме повисла гнетущая тишина, такая плотная, что, казалось, её можно было ощутить физически. Сколько времени прошло с момента, когда затихли последние отголоски битвы внизу? Час? Два? Или, может, всего несколько минут, растянувшихся в вечность?

Я всё ещё сидела, сжавшись в углу шкафа, боясь пошевелиться. Ладони, которые всё это время отчаянно сжимала, впиваясь ногтями в кожу, напомнили о себе острой пульсирующей болью. Я осторожно разжала кулаки и посмотрела на них. Полумесяцы от ногтей покраснели, а в самых глубоких местах проступили капли крови. Тонкие алые ручейки медленно стекали к запястьям.

Дыхание понемногу выравнивалось, но сердце по‑прежнему билось часто и неровно, словно пыталось вырваться из груди. В ушах ещё звучали отголоски заклинаний, крики, грохот. Теперь же вокруг была лишь мёртвая, давящая тишина, от которой закладывало уши.

Я провела пальцами по царапинам, чувствуя, как подрагивают руки. Каждая мелочь вдруг стала невыносимо яркой: шершавость деревянной стенки шкафа под ладонью, слабый запах пыли и магии, застрявший в воздухе, тусклый блик света, пробивающийся сквозь щель в дверце.

Тишина не успокаивала. Она давила, обвиняла, шептала, что я спряталась, пока другие сражались. И теперь мне предстояло жить с этим.

– Заживление, – тихо произнесла заклинание и раны начали затягиваться.

Можно ли сейчас выйти из шкафа? Мысль пульсировала в висках, словно назойливый шёпот. Вдруг тёмные маги всё ещё здесь, затаились в тени, ждут, пока я совершу ошибку? Что мне делать эти два дня до встречи с миссис Нир? Почему никто не может ответить на мои вопросы? Теперь я сама по себе.

Сглотнув ком в горле, я осторожно нащупала ручку дверцы и медленно, почти беззвучно, приоткрыла её. Петли едва слышно скрипнули, этот звук показался оглушительно громким в мёртвой тишине дома. Выскользнув наружу, я замерла. Пол под ногами предательски заскрипел. Каждый звук отдавался эхом в опустевших комнатах.

Этот дом… Мы прожили здесь последний год. Дольше, чем где‑либо за годы бегства. Стены, пропитанные нашими надеждами, казались теперь чужими. Я уже начала верить, что всё позади. Моих родителей больше не ищут, мы наконец сможем жить, как обычные маги. Ходить на рынок, праздновать дни солнцестояния, не оглядываясь через плечо…

Вчера ко мне подошёл отец. Его голос звучал непривычно мягко, а в глазах читалась такая глубокая печаль, что у меня защемило сердце. Он вложил в мои ладони маленькую коробку, которую открыть я могу только в Акадмии, и кулон, который теперь тяжело висит на шее, согревая кожу едва заметным магическим теплом.

Этой ночью я спала в обнимку с мамой и Кирой. Они сдерживали слёзы, гладили меня по волосам, шептали что‑то успокаивающее. Всё казалось просто страшным сном… Но, выходя сейчас из своей комнаты и видя следы магических ударов на стенах, обугленные пятна на ковре, я окончательно осознала, что это произошло на самом деле. Моих родных больше нет.

Тихо спускаясь на первый этаж, я прислушивалась к каждому шороху. Но в доме царила мёртвая тишина, нарушаемая лишь моим прерывистым дыханием. Воздух был пропитан запахом гари и магии, давно утратившей свою силу.

Первым я увидела тело сестры. Кира лежала у лестницы, раскинув руки, будто пыталась кого‑то защитить в последние мгновения. Рядом, чуть в стороне, покоилась мама. Её лицо было спокойным, словно она приняла свою судьбу с достоинством. Папа лежал у самого выхода из дома, в позе, выдававшей последнюю отчаянную попытку защитить свою семью.

На улице, у ворот, виднелась куча тел тёмных магов. Их чёрные плащи безжизненно раскинулись на земле, контрастируя с поблёкшей вечерней травой. Несколько магических артефактов всё ещё слабо мерцали, отбрасывая призрачный свет.

С трудом сглотнув ком в горле, я подошла к родным. Дрожащими руками закрыла им глаза – осторожно, почти благоговейно, словно это могло подарить им покой. В груди клубилась боль, но я заставила себя не поддаваться отчаянию. Сейчас не время для слёз.

Вернувшись наверх, глубоко вдохнула и начала действовать. Надо собрать вещи на первое время, забрать деньги из сейфа и не забыть ту самую коробку, что он вручил вчера. Сегодня переночую в гостевом доме неподалёку. Дальше будем разбираться на месте. Шаг за шагом. Ради них.

– Мари, у тебя чего такой вид? Что‑то случилось? – голос мисс Шарти, хозяйки гостевого дома, прозвучал мягко, но в нём отчётливо слышалось беспокойство. Она окинула меня внимательным взглядом.

Папа упоминал её вчера. Мисс Шарти, девушка к которой я должна прийти сразу. Я сглотнула, пытаясь унять внутреннюю дрожь, и тихо ответила:

– Папа сказал обратиться к вам.

Мисс Шарти замерла на мгновение, её брови слегка сдвинулись к переносице. Затем она медленно присела на стул напротив, и её лицо стало тревожным, не просто озабоченным, а по‑настоящему встревоженным, будто она уже догадывалась, что произошло. Пару секунд она молча изучала меня, словно пытаясь прочесть всю историю в моих глазах.

Вдруг она резко встала и, не говоря ни слова, потянула меня за руку.

– В обычных комнатах тебе нельзя находиться. Сегодня переночуешь в моей. Там безопаснее. – Её голос стал твёрже, в нём зазвучали командные нотки, но без жестокости, лишь забота и понимание ситуации. – Я должна отдать тебе письмо от твоих родителей. Прочитаешь и поймёшь, куда идти завтра. Мне жаль, Мари. Не так мы должны были с тобой снова встретиться.

Она открыла дверь в свою комнату – небольшую, уютную, с запахом лаванды и старых книг. Мягко подтолкнула меня внутрь, усадила в глубокое кресло у камина, в котором тлели последние угли. Затем быстро вернулась с чашкой тёплого чая и тарелкой печенья. Поставила всё это на столик рядом со мной, протянула письмо и, слегка коснувшись моего плеча, тихо сказала:

– Прочти. И не торопись. У тебя есть время. А я пока проверю защитные чары на доме. Если что-то понадобиться, слева от двери есть кулон, произнеси "Вызываю"и я приду к тебе. Сама никуда не ходи. Опасно.

Её шаги затихли за дверью, а я осталась сидеть, глядя на бумагу с знакомым почерком папы. Пальцы дрожали, когда я потянулась к нему. Внутри клубились страх, надежда и острая, невыносимая тоска по тем, кого больше нет рядом.

"Дорогая Мари,

Мы очень тебя любим. Помни об этом всегда, что бы ни случилось. Знай: мы рядом, даже если нас не видно. Наша любовь и забота будут оберегать тебя из потустороннего мира, освещая путь в самые тёмные времена. Сейчас тебе тяжело, сердце полно боли, но, родная, ты должна найти в себе силы и сделать так, как мы тебя просим. Доверься плану, который мы тщательно продумали, он поможет тебе остаться в безопасности.

В этом письме описан путь, который тебе предстоит пройти. Следуй указаниям шаг за шагом, не торопись и будь осторожна:

1. Завтра в 8 утра отправляйся в магазинчик Дорны. Там ты встретишь мага в коричневом плаще. Он передаст тебе амулет и ещё одно письмо с дальнейшими инструкциями.

2. В том же магазинчике купи омелу, розу и настойку корня дуба. В полученном письме будет подробно написано, как и зачем использовать эти ингредиенты.

3. После этого отправляйся к мистеру Дарку. Переночуй у него.

4. В 5 часов вечера в кафе тебя будет ждать миссис Нир. Она расскажет, что делать дальше, и поможет начать новую жизнь.

Будь сильной, наша дорогая. Мы верим в тебя всем сердцем. Помни, наша любовь с тобой. Она никуда не исчезла.

С бесконечной любовью и надеждой,

мама, папа и Кира."

Убрав письмо на стол, я почувствовала, как тело обмякло. Слишком много свалилось за этот день. Сердце сжималось от боли, но я глубоко вздохнула и приказала себе взять себя в руки.

Теперь нужно сделать всё возможное и невозможное, чтобы смерть родных не оказалась напрасной. Я обязана восстановить честь нашей фамилии. Узнать правду, что совершили мои родители 15 лет назад и почему мы столько лет скрывались. Их жертва не должна быть забыта. Я докопаюсь до истины и поступлю так, чтобы они могли мной гордиться.

***

Дрожащими руками открыла дверь в магазин. Помещение утопало в причудливой игре света. Витражные окна и панели на стенах пропускали лучи, окрашивая пространство в изумрудные, сапфировые и аметистовые тона. Отблески скользили по полкам, витринам и стеклянным сосудам, заставляя их мерцать, будто наполненные не настойками, а звёздной пылью.

В центре зала стоял массивный прилавок из красного дерева, украшенный гравировкой в виде алхимических символов. Рядом возвышался старинный шкаф с выдвижными ящичками, на каждом висела крошечная табличка с названием содержимого. У дальней стены, возле полки с редкими минералами, стояли два мага. Один, в длинном лиловом плаще с капюшоном, внимательно изучал флакон с мерцающей серебристой жидкостью, поднеся его к свету. Второй, облачённый в тёмно‑зелёный халат с вышитыми созвездиями, перелистывал толстый фолиант с кожаным переплётом, время от времени кивая самому себе и делая пометки на пергаменте. Их голоса звучали негромко, но в интонациях угадывались жаркие споры о пропорциях и заклинаниях, способных усилить действие зелий. Вдоль стен тянулись витрины из тёмного дуба с серебряными накладками. За толстыми стёклами хранились сокровища зельеварения. Сушеные цветы, корни причудливых форм, стеклянные колбы с настойками и миниатюрные бутылочки эликсирами.

Возле витражного окна, в самом освещённом уголке магазина, возвышался стеллаж с книгами по зельеварению. Он занимал почти всю высоту стены. Стеллаж состоял из семи ярусов разной ширины, чтобы вместить фолианты самых разных размеров. Полки поддерживали витые колонны‑подставки в форме змеевидных корней, а между ярусами располагались небольшие выдвижные ящички с ярлыками: "Рецепты простых зелий", "Яды и противоядия", "Зелья трансформации"и "Редкие составы".

На полках теснились книги. От древних, потрёпанных томов с потрескавшимися кожаными переплётами до новеньких, аккуратно переплётенных сборников. Их корешки пестрели надписями на разных языках и алфавитах, многие были снабжены магическими метками.

Время от времени книги на полках перешёптывались – едва уловимый шёпот, похожий на шелест сухих листьев. Если прислушаться, можно было разобрать обрывки фраз: "…добавь три капли крови единорога…", "…настой выдерживается под полной луной…"или "…осторожно: может взорваться!". Это говорило о том, что многие из них были не просто книгами, а хранилищами живых знаний, способными делиться мудростью с достойными.

Маги, находившиеся в магазине, время от времени бросали взгляды в сторону стеллажа, а один из них, в зелёном халате, уже направился к нему, протягивая руку к объёмистому тому с поблёскивающим серебряным корешком. Видимо, искал подтверждение какой‑то сложной формуле.

Я склонилась над витриной, зачарованно разглядывая флакон с мерцающей лазурной настойкой. Жидкость внутри переливалась, будто в ней плескалось миниатюрное северное сияние. Пальцы невольно потянулись к стеклу, но я сдержалась. Такие редкие ингредиенты наверняка стоили целое состояние.

Внезапно я ощутила прикосновение, чья‑то рука легла на моё плечо. Лёгкое, но властное, оно заставило меня вздрогнуть и резко обернуться. Передо мной стоял маг в коричневом плаще.

Капюшон низко нависал над лицом, скрывая его черты в глубокой тени. Ткань плаща странно колыхалась, хотя в магазине не чувствовалось ни малейшего сквозняка. От незнакомца веяло холодом и чем‑то ещё, едва уловимым ароматом ладана и морозного воздуха, будто он пришёл издалека, из мест, где зима правит круглый год.

Маг приложил палец к месту, где предположительно находились его губы, и едва заметно качнул головой. Просьба хранить тишину была ясна без слов. Не отпуская моего плеча, он мягко, но уверенно направил меня в сторону боковой ниши между стеллажом с книгами и массивным шкафом с минералами. Мы прошли мимо витражных окон. Ниша была скрыта от посторонних глаз за тяжёлой бархатной шторой с вышитыми лунами и звёздами.

В укромном уголке маг наконец отпустил моё плечо. Движения его были плавными. Он достал из внутреннего кармана плаща небольшой свиток, перевязанный чёрной шёлковой лентой с восковой печатью, и амулет. Оба предмета он протянул мне обеими руками.

Я хотела спросить, как его зовут, но маг предостерегающе поднял руку. Я замерла, чувствуя, как учащённо бьётся сердце. В тишине было слышно лишь слабое потрескивание витражного стекла под порывами ветра снаружи и моё собственное дыхание, ставшее вдруг слишком громким.

Он молчал так долго, что мне начало казаться, будто он и вовсе не собирается говорить. Но вдруг, очень тихо, почти шёпотом, маг произнёс:

– Мне жаль.

Голос звучал глухо, но в нём угадывалась неподдельная искренность. В тот же миг капюшон чуть сдвинулся, и из тени сверкнули ярко‑голубые глаза – глубокие, пронзительные, словно два осколка зимнего неба. Они встретились с моими, и на долю секунды мне показалось, что маг хочет сказать что‑то ещё. В его взгляде читалась тяжесть.

Маг резко развернулся, плащ взметнулся за его спиной и он растворился в лабиринте полок и витрин так же бесшумно, как и появился.

Я осталась стоять в нише, сжимая в руках письмо и амулет. Ладони слегка дрожали, а в груди клубилось странное чувство – смесь тревоги, любопытства и необъяснимой грусти. Что значили его слова? Почему он выглядел таким… виноватым?

Витражный свет по‑прежнему играл на стенах, маги в зале продолжали свои разговоры, а я стояла и смотрела туда, где только что был незнакомец, – и понимала, что с этого мгновения моя жизнь уже не будет прежней.

Глава 2

Дорога до дома мистера Дарка заняла полчаса. Как только я подошла к дому, ворота сами открылись. Зачарованные петли бесшумно скользнули в стороны, и я вошла внутрь. Меня уже ждали.

– Мисс, я проведу вас в вашу комнату. Мистер Дарк скоро придёт, – мужчина с добрым лицом и седыми висками взял мои вещи и провёл до комнаты.

Помещение оказалось скромным, но уютным. Серый шкаф у стены, двухместная кровать с мягким покрывалом, письменный стол у окна и небольшой стеллаж с книгами рядом. Над столом и кроватью висели пейзажи в простых рамах, леса и горы, будто напоминание о свободе. Я села на кровать и решила сначала прочитать письмо от незнакомца в коричневом плаще.

"Дорогая Мари,

тебе нужно будет сегодня ночью ровно в 12 часов в котле смешать три веточки омелы, один бутон розы и 10 капель настойки корня дуба, произнося заклинание "Sopru tari hoe". Когда в котле начнет появляться синий дым, положи туда амулет. Произнеси заклинание "Epsa ron"и достань амулет. Носи его, пока не попадешь в Академию.

Любим и защищаем,

твои родные"

Я отложила письмо и невольно прилегла. Усталость взяла своё, и я незаметно уснула. Проснулась от лёгкого стука в дверь.

– Войдите, – сказала я.

В комнату вошёл дворецкий.

– Мистер Дарк зовёт вас на ужин.

Мы спустились вниз. В столовой за массивным дубовым столом сидел мистер Дарк, седовласый, с проницательными серыми глазами и доброй улыбкой. Я заняла место напротив.

– Мне жаль, Мари, что так случилось, – тихо произнёс он. – Я до последнего верил, что твои родные будут жить. Мы всё делали для этого. Но Они нашли их.

Его голос дрогнул, и на мгновение он замолчал, глядя куда‑то вдаль, словно заново переживая случившееся.

– Завтра я отвезу тебя в кафе. Там ты встретишься с миссис Нир. Следующая наша встреча будет в Академии. Я там преподаю, а мой сын Адам учится. Там тебе будет безопаснее. Считай меня и Адама своей семьёй. Можешь обращаться к нам с любыми проблемами. А теперь, давай ужинать. После я покажу тебе, где сварить зелье для амулета.

Я слушала его, и в груди понемногу теплело. Впервые после той ночи я почувствовала, что не одна.

– Спасибо, мистер Дарк. Я рада, что у меня остались те, кто будет рядом, – искренне сказала я.

Мистер Дарк кивнул, и мы приступили к ужину. Несколько минут мы ели в тишине, но потом я не выдержала.

– Мистер Дарк… Вы знали моих родителей много лет. Можете рассказать, что именно они сделали 15 лет назад? Почему король объявил их врагами?

Мистер Дарк отложил вилку и посмотрел на меня серьёзно, но без осуждения.

– Твои родители, Мари, были выдающимися магами. Но их прошлое я не могу рассказать. Сейчас не время для этого. Ты обо всём узнаешь. Но не от меня. Они бы гордились тобой, Мари. И я уверен, ты найдёшь свой путь. А пока, давай закончим ужин. У нас впереди много работы.

Ровно в полночь я стояла у котла в небольшой лаборатории, которую мистер Дарк выделил для моих нужд. В помещении пахло сухими травами и древесным дымом. На полке вдоль стены стояли десятки баночек с ингредиентами, а на стене висели медные инструменты для зельеварения.

Я глубоко вдохнула, стараясь унять дрожь в руках, и начала действовать согласно письму. Сначала аккуратно отмерила три веточки омелы, их гладкие зелёные листья слегка поблескивали в свете магической лампы. Затем добавила один алый бутон розы. Наконец, капнула десять капель настойки корня дуба.

Как только последние капли упали в котёл, я произнесла заклинание.

– Sopru tari hoe.

Слова прозвучали непривычно, с гортанными звуками древнего языка, но я выговорила их чётко, как учили родители.

Котёл начал нагреваться без видимого источника огня. Смесь забурлила, издавая тихое шипение, и из неё поднялся лёгкий пар. Я внимательно следила за процессом, затаив дыхание.

Через несколько мгновений пар сгустился, и над котлом возник дым. Сначала прозрачный, затем постепенно приобретающий глубокий синий оттенок, словно ночное небо в морозную ночь. Он кружился над поверхностью, образуя причудливые узоры.

В этот момент дверь лаборатории приоткрылась, и вошёл мистер Дарк. Его глаза расширились от удивления, когда он увидел синий дым.

– Мари… – тихо произнёс он, подходя ближе. – Это же древняя формула Лариндейлов! Я думал, она утеряна…

Когда дым стал густым и насыщенным, я осторожно опустила амулет в котёл. Металл коснулся поверхности зелья с тихим звоном, и сразу же по смеси побежали серебристые искры, будто звёзды в ночном небе.

Не теряя ни секунды, я произнесла второе заклинание.

– Epsa ron.

Голос звучал твёрже, чем я ожидала, в нём прозвучала сила, которую я не чувствовала раньше. В тот же миг синий дым вспыхнул ярче, на мгновение озарив комнату холодным светом, а затем резко втянулся внутрь амулета.

Но тут произошло нечто неожиданное. Зелье, которое до этого момента было прозрачным с мерцающими частицами, внезапно запульсировало алыми всполохами. По комнате прокатилась волна магической энергии. Книги на полках затряслись, свечи на стенах мигнули и вспыхнули ярче, а на стенах проступили светящиеся руны, которых раньше здесь не было.

Мистер Дарк резко выдохнул и инстинктивно выставил защитный барьер, полупрозрачную голубую сферу вокруг нас.

– Впечатляет, – пробормотал он. – Похоже, зелье не просто активировало амулет… оно пробудило древнюю защиту дома. Видишь эти руны? Они появились не случайно. Это значит, что магия твоих родителей признала тебя.

Котёл перестал бурлить, зелье успокоилось и приобрело прозрачный, кристальный оттенок с мерцающими серебристыми частицами.

Я медленно, с осторожностью вытащила амулет щипцами. Он был тёплым на ощупь, а поверхность переливалась мягким голубым светом, пульсирующим в ровном ритме, словно у амулета появилось собственное сердце.

Поднесла его ближе и увидела, что гравировка, прежде едва заметная, теперь ярко светилась. Узор напоминал переплетённые ветви с каплями росы, символ защиты. Амулет был готов. Я надела его на шею и он тут же мягко согрел кожу, создавая едва ощутимое защитное поле вокруг меня.

Мистер Дарк подошёл ближе, внимательно изучая амулет.

– Он не просто скрывает твой след, – задумчиво произнёс он. – Он создаёт ложный след. Любой поисковый артефакт теперь будет вести преследователей в противоположную сторону. Твои родители продумали всё до мелочей.