Знак ржавой луны

Максим Неверов

Знак ржавой луны

Глава1: Первый оскал

Тьма внутри разрушенного супермаркета пахласмертью и прелыми тряпками. Сквозь дырявую крышу лился бледный лунный свет,выхватывая из мрака опрокинутые стеллажи, похожие на скелеты доисторическихчудовищ, и горы рассыпанного товара, который больше никому не был нужен.

Лира бесшумно скользила между ними,сливаясь с тенями. Волчья шкуранадежно скрывала ее тело, лапы ступали мягко, будто по пуху, а нюх выцеживал изгустого воздуха смерти нужные запахи: антибиотики, йод, спирт. Где-то в глубинеаптечного отдела, заваленного коробками, должен быть шанс для Карла. Старыйворчун не протянет до утра, если она вернется с пустыми руками.

Она двигалась с выверенной грацией загнанногозверя. Три месяца научили ее одному: страх — это не трусость. Страх — этожизнь. Страх заставляет следить за каждым углом, замирать при каждом шорохе ивздрагивать, когда под лапой предательски хрустит битое стекло.

Онабыла готова к любому шороху. Но не была готова к тому, что старая консервнаябанка, стоявшая на самой верхней полке стеллажа, вдруг покачнется и рухнетвниз. Грохот пронзил ночную тишину,как выстрел. Звук разлетелся под высокими сводами, отражаясь от стен ивозвращаясь многоголосым эхом. Лиразамерла. Сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле. Она ждала реакции. И реакция пришла. Это был не хаотичный топот, не бессмысленноеверещание, к которому она привыкла. Это был нарастающий, слаженный шум шагов совсех сторон сразу. Кто-то двигался быстро, целенаправленно, перекрывая ей путьк выходу.

Засада.

Они появились из прохода в отдел бытовойхимии, из-за разбитых касс, даже валились с балкона второго этажа, не заботясьо целости гнилых костей. Восемь. Нет, десять. Их глаза в лунном свете горелимертвенным, голодным огнем, а лица были слишком осмысленными.

Первая тварь бросилась на нее, и Лира,пригнувшись к полу, ушла в сторону, полоснув когтями по воздуху. Она невгрызалась в гнилую плоть — слишком велик риск, что брызги крови попадут впасть или в глаза. Она била лапами, отбрасывая их, как нашкодивших щенков,уворачивалась от цепких рук, прыгала через стеллажи. Но их было слишком много. И они действовалислаженно. Двое отвлекали спереди, еще трое заходили с флангов, остальные ждали,когда она ошибется. А потом онаувидела его. Крупный самец, выше остальных на голову. Его тело было покрытокостяными наростами, словно рваным панцирем. Он не пытался укусить. Он тянул кней руки, целясь не в горло, а в плечо, в ногу, стремясь не убить, а схватить.

Лира метнулась в сторону, но один из мелкихзомби, сидевший под ногами, вцепился ей в заднюю лапу. Рванувшись, она вырвалаконечность из его хватки, но в этот момент коготь Костяного скользнула по боку.Еще секунда, и она бы пропустила его хватку. «Это ловушка. Им нужна не еда. Им нужна я.» Осознаниеударило сильнее боли. Следующей ошибки у нее не будет.

Силы таяли. Круг сжимался. Она прижаласьспиной к холодной стене холодильника, скаля клыки и чувствуя, как закипает вгруди отчаяние. И вдруг один из крайних зомби, тот, что перекрывал ей путь кразбитой витрине, дернулся и замертво рухнул на пол. Из его затылка, чуть пониже затылочной кости,торчало тонкое древко. Деревянная игла. Второйзомби, стоявший рядом, повторил его судьбу, не успев даже взвизгнуть. Тварина мгновение замешкались, их выцветшие глаза заметались в поисках новой угрозы.Этого мгновения Лире хватило, чтобы увидеть его.

На крыше пристройки, в пятне лунного света,стоял мужчина. Худой, высокий, с копной темных волос. В руках он держалстранное оружие — пневматическую винтовку, к которой был приделан барабан, явносамодельный. Он методично, словно на стрельбище, всаживал иглу за иглой вголовы тварей, создавая узкий коридор к свободе. И Лира его узнала. Эту бледную кожу, почти светящуюся в темноте.Эти глаза, в которых не было жизни, но был ледяной расчет. Вампир.

Она рванула в проход, который он ей открыл.Последний зомби попытался преградить путь, но деревянная игла вошла точно в еголевый глаз, и тварь осела на пол, дернувшись в последней агонии. Выскочив наружу, Лира отбежала на безопасноерасстояние, тяжело дыша. Вампир не спускался. Он остался на крыше, перезаряжаясвое оружие, и смотрел на неё сверху вниз с выражением брезгливого превосходства.

—Отойди,вампир! — рявкнула она, перейдя в полуобратную форму, чтобы говорить. Голоссрывался на рык. — Не нуждаюсь в помощи кровососа!

Казимир— а это был именно он — хмыкнул.

—Очевидно.— Он ловко вставил новую обойму с иглами в приемник. — Ты идеально справляласьс тем, чтобы стать для них новым рекрутом. Еще минута, и ты бы составилаотличную компанию моему брату.

Последние слова упали втишину ночи, как камни в воду. Лира замерла. Брат?

—Спустись, — потребовала она. — Говори на равных.

—Нет.— Он даже не пошевелился. — Моя плоть… — Казимир на мгновение замялся, подбираяслова. — Моя плоть не вынесет даже их прикосновения.

Он говорил правду. Лира чувствовала это нутром. Этот вампир былне просто брезглив — он был до ужаса уязвим. Оборотни могли заразиться ипогибнуть, но вампиры… Для них укус означал не смерть, а нечто худшее.Перековку.

—Что ты хочешь сказать о своём брате? —спросила она.

—То,что его больше нет. — Голос Казимира дрогнул впервые за весь разговор. — Он былпервым, кого они поймали. Первым «Падшим». Я видел, как он менялся. Как егоглаза гаснут, а тело покрывается этими… наростами. Они не просто убивают нас.Они перековывают. Делают такими же, как они сами, только сильнее. Умнее.

Лира вспомнила Костяного. Его целенаправленные движения. Егопопытку не укусить, а схватить. Холодок пробежал по спине, не имеющий ничегообщего с ночным воздухом.

—Зачемты здесь? — выдохнула она. — Рисковал собой, чтобы спасти меня? С какой стати?

Казимир выпрямился во весь рост. В лунном свете он казалсяпризраком, статуей, сошедшей с древней гробницы.

—Гидроэлектростанция. — Он указал рукой куда-тона север, где за крышами домов угадывались очертания высокой дамбы. — Последнийоплот. Там есть стены, вода, запасы. Там есть шанс продержаться дольше, чем вэтих руинах. Но нам нужен щит. — Его взгляд впился в Лиру. — Нам нужна твояярость, твоя сила.. Приходи на закате к северным воротам. Если захочешь.

—Аесли нет? — огрызнулась она.

Казимир пожал плечами, пряча винтовку за спину.

—Выборза тобой. У меня и без тебя достаточно врагов. — Он повернулся, собираясьуходить, но на мгновение задержался. — Только подумай: в одиночку ты — простокусок мяса, который они рано или поздно поймают. Вместе мы сможем дать им бой.Решай.

Он исчез так же бесшумно, как и появился, растворившись в теняхна крыше.

Лираосталась одна. Она оглянулась на темный проем супермаркета, откуда доносилсязапах смерти и разложения. Там, внутри, остались лежать тела тварей, которыечуть было не сделали её одной из них. Которыечуть не «перековали» её, как брата этогонадменного вампира. Лира опустилась на колени, и знакомая дрожьпробежала по телу. Шерсть втянулась, кости хрустнули, меняя форму. Через минутуна земле, тяжело дыша, сидела обычная девушка с длинными, спутанными,серебристыми волосами.

Взглядеё упал на восток. Небо над крышами начинало светлеть. Занялась заря. Первыелучи солнца коснулись её руки, и кожа тут же отозвалась противным жжением.Скоро ей снова нужно будет искать укрытие, прятаться от света, чтобы необжечься. Как и всем им.

Она посмотрела на тушу зомби, лежащую вдесяти шагах. Еще вчера это могло быть человеком. Отцом, братом, кем-толюбимым. А сегодня — это просто инструмент. Оружие в руках той силы, чтоохотится на них. Ненависть квампирам была у неё в крови. Предатели, трусы, вечные враги её рода. Столетиямиони грызлись за территории, за влияние, за право называться сильнейшими. Но инстинкт выживания кричалгромче. В одиночку она —мишень. Легкая добыча. Вместе она может стать тем, чем её назвал Казимир.Щитом. И грозным оружием.

Солнце поднималось всёвыше. Жжение на коже становилось нестерпимым. Нужно было уходить в тень. Лирас трудом поднялась на ноги. Тело ломило, рана ныла, но в груди зарождалосьчто-то новое. Не надежда. Скорее, холодная решимость. Онасделала первый шаг. Она шла не к спасению. Она шла к неизвестности. К тому, ктоещё час назад был её врагом. К союзу, который мог оказаться страшнее любойбитвы. Но это был шаг вперёд.Первый шаг по дороге, ведущей к севернымворотам гидроэлектростанции.

Глава2: Знак Ржавой Луны

Гидроэлектростанция вырастала из темноты,как чудовищный бетонный зверь, припавший к воде. Лира слышала гул турбин где-тоглубоко в недрах этого сооружения — ровный, утробный звук, обещающий свет итепло. То, чего у её стаи не было уже три долгих года. Она обернулась на своих. Жалкие остатки некогдасильной стаи. Марта припадала на переднюю лапу — старая рана никак не заживала.Близнецы, Эрик и Феликс, держались вместе, но даже их молодая сила выгляделаистощенной. Старый Карл, ради которого она рисковала жизнью в супермаркете, елепереставлял лапы. И двое молодых, почти щенков, которых удалось отбить прибегстве из прежнего логова. Гордостьстаи. Теперь — кучка оборванцев, идущих на поклон к вековым врагам.

Ворота станции были укреплены добротно.Сваренные из толстых листов металла, они уходили краями в бетонные проемы.Поверху тянулась колючая проволока, а в узких бойницах угадывались стволы.Люди. Здесь были люди, и они умели строить защиту.

С лязгом отодвинулся смотровой лючок. Параглаз холодно ощупала прибывших, задержалась на окровавленном боку Лиры, наистощенных мордах оборотней.

—Ктотакие? — Голос был механическим, безэмоциональным.

—Передай Казимиру, — отозваласьЛира, не переходя в человеческую форму. — Пришла та, кого он звал.

Лючок захлопнулся. Минуты тянулись бесконечно. Оборотнипереминались с лапы на лапу, Феликс тихо заскулил — молодой нервничал, чувствуявраждебность по ту сторону стен. Наконец ворота приоткрылись ровно настолько, чтобыпропустить одного человека. Но вышел нечеловек. Казимир шагнул к ним, и лунный свет упал на его бледное лицо. За егоспиной Лира разглядела вооруженный отряд — не меньше десятка вампиров сарбалетами и странными электрошокерами наперевес. Они держали дистанцию, нооружие было наготове.

—Явилась, — констатировал Казимир, окидывая взглядомее стаю. В его голосе не было радости. Только холодная констатация факта. — Ядумал, тебя учили считать. Я звал тебя. Не весь твой зверинец.

Эрик глухо зарычал, но Лира движением хвоста осадила его. Перетекв человеческую форму — болезненно, с хрустом костей, зажимая рану на бокурукой.

—Это моя стая. — Её голос звучалглухо, но твердо. — Они идут туда, куда иду я. Или мы входим все, или не входитникто.

Казимир с минуту буравил её взглядом.Глаза у него были странные — почти черные, без зрачков, но в них читаласьсложная работа мысли. Он оценивал. Просчитывал. Наконец коротко кивнул.

— Мы пришли, — Лира шагнулавперед, оказываясь в опасной близости от вампира. — Говори, что дальше,кровосос.

Онне отшатнулся. Только усмехнулся одними уголками губ.

—Дальше — правила, Лира. Нарушишь— вышвырну обратно в эту тьму. И не посмотрю на твою полезность.

Командный центр станции размещался в бывшем машинном зале.Огромное пространство, заставленное мониторами, картами и странными приборами,которые Лира видела впервые в жизни. Пахло машинным маслом и еще чем-тохимическим, от чего щипало в носу. Казимир провел их к большому столу, на которомбыла разложена детальная карта местности. Лира с удивлением узнала очертаниягорода, реки и — главное — четко очерченный красным периметр вокруг станции.

—Смотрисюда, — Казимир ткнул пальцем в карту. — Территория поделена на сектора. Ваш —западный. Там есть отдельный вход, отдельные помещения для отдыха. Вампирызанимают восточное крыло и южную стену. Люди — центральный блок и север.

—Аесли мы захотим пройти на восток? — подал голос Карл, который тоже обратился вчеловека и теперь опирался на стену, тяжело дыша.

—Не захотите. — Казимир даже неповернулся к нему. — Восточное крыло оборудовано ультрафиолетовыми лампами вкоридорах. Для вашего же здоровья не советую туда соваться. А в ваших секторах,— он перевел взгляд на Лиру, — воздух очищен от запахов крови. Для нашегоздоровья.

Лира скрестила руки на груди.

—Акто решает, когда и куда мы идем?

—Вовремя вылазок приказы отдаю я или Леонид. — Казимир выдержал паузу. — Леонид —наш ученый. Полукровка. Он знает эти земли лучше, чем кто-либо. Его авторитетбезусловен. Ослушаешься — пеняй на себя.

—Мыне щенки для дрессировки! — Лира ударила кулаком по столу, и карта подпрыгнула.В её голосе прорезались рычащие нотки. — Я веду стаю три года! Я знаю, каквыживать!

—А я не нянька для дикарей. —Казимир даже не повысил голоса, но в его тихом ответе чувствовалась сталь. —Хочешь выжить — подчиняйся. Или ворота открыты. Прямо сейчас.

Оназарычала — уже открыто, по-звериному. Эрик и Феликс позади неё зашлись вответном рыке, когти с хрустом вырвалисьиз пальцев. И в этот момент Лира увидела. На мониторах,стоящих вдоль стен, мелькали изображения с камер наружного наблюдения. Посеверной стене, четко держа строй, проходила смена караула. Люди в тяжелыхкуртках с нашивками передавали оружие вампирам в светоотражающих плащах.Короткий кивок — и вампиры заняли позиции, а люди ушли вниз, в тепло. Слаженно.Без слов. Без той вражды, которая кипела здесь, в командном центре. Ониработали вместе. Они выживали вместе.

Эрикза её спиной шумно выдохнул, и рычание стихло.

—Мыостаемся, — тихо сказала Лира, не глядя на Казимира. — Покажи, где наш сектор.

Глубокая ночь уже накрыла станцию плотным одеялом, когда молодойоборотень по кличке Феликс примчался к Лире. Глаза у парня были выпучены,шерсть на загривке стояла дыбом.

—Там…там это… на стене…

Лира рванула за ним, перекинувшись на бегу. Волчьи лапы несли еебыстрее, и через минуту она уже стояла у северной стены, вглядываясь в то, чтообнаружил Феликс. На бетоне, примерно в двух метрах от земли, был выцарапан знак.Полумесяц, грубо прочерченный когтем. Но не просто царапина — металл,вмурованный в бетон, оплавился и потек ржавыми подтеками, смешиваясь с чем-тобурым, похожим на засохшую кровь. От знака исходил слабый, тошнотворный запах —химия, смерть и старое мясо.

—Леонидасюда! — крикнул кто-то из вампиров.

Ученый появился через несколько минут. Лира ожидала увидетьклассического полукровку — вечно больного, бледного, с глазами, не переносящимисвет. Но Леонид оказался крупным мужчиной в тяжелых армейских ботинках икамуфляжных штанах. Единственное, что выдавало его происхождение — темные очки,которые он носил, несмотря на ночь. Он долго рассматривал знак, не прикасаясь кнему. Достал какой-то прибор, похожий на толстый фломастер с экраном, поводилим вдоль ржавых подтеков. Прибор запищал, выдавая на дисплей сложные цифры.

—Это не случайность, — наконец сказал Леонид,отступая на шаг. — Сплав крови, ржавчины и органического катализатора. Ониметят территорию.

—Кто?— выдохнул Феликс.

—Зомби.Их разведчики. — Леонид снял очки на мгновение, и Лира увидела его глаза —желтые, с вертикальным зрачком, но в них плескался холодный интеллект, неимеющий ничего общего с животной яростью. — Эволюционировавшие. Те, кого мыназываем “Ржавая Луна”. Это их опознавательный символ.

—Они помечают потенциальные цели,— вмешался Казимир, который подошел незаметно, словно вырос из тени. — Я виделтакое раньше. Там, где появился этот знак, через несколько дней…

Онне договорил. Но Лира поняла.

—Почемумы только сейчас об этом узнаем? — Она резко развернулась к нему. — Вы тутсидите за стенами со своей техникой, а они уже размечают вашу территорию?

—Нашу территорию, — поправилКазимир холодно. — Теперь и твою. И узнали мы об этом, потому что твой щеноксунул нос куда не следует. Знак старый. Ему минимум три дня. Они уже знают, чтомы здесь.

—Лирапосмотрела на знак. В свете прожектора ржавый полумесяц казался насмешкой,ухмылкой мертвеца.

—Значит,они знают, — тихо сказала она. — И что мы будем делать?

Казимир и Леонид переглянулись. В этом коротком обмене взглядамичиталась долгая привычка работать вместе.

—Пойдем со мной, — сказал Леонид.— Покажу кое-что.

Лаборатория Леонида помещалась вбывшем аккумуляторном отсеке. Стены здесь были обиты свинцом, а воздух очищалсямощными фильтрами, которые гудели не переставая.В центре помещения, на специальныхподставках, стояли дроны. Лира видела их раньше — в старом мире, доапокалипсиса, они жужжали над парками и снимали свадьбы. Но эти были другими.Утыканные антеннами, с усиленными пропеллерами и подвешенными снизу страннымиблоками, они напоминали хищных насекомых.

—Знакомься, — Леонид погладил одиниз дронов по корпусу, как любимого пса. — “Соколы”. Разведчики. Видят в пятиспектрах, включая тепловой. Слышат сердцебиение за двести метров. И вот это, —он указал на массивные агрегаты в углу, — “Молоты”. Ударные. Несут по десятькилограммов взрывчатки или зажигательной смеси. И “Факелы” — осветительные, сультрафиолетом. Для незваных гостей.

Лира подошла ближе, разглядывая технику. Она мало что понимала вэтих кнопках и экранах, но чувствовала главное — это оружие. Оружие, котороеможет убивать.

—Тыхочешь послать их против Ржавой Луны?

—Хочу, — кивнул Леонид. — Носначала нужно понять, где их логово. Как они координируются. Есть ли у них…центр.

Онподвел её к большому экрану, на котором мерцала карта местности в инфракрасномдиапазоне.

—Смотри. Вот станция. Видишь этипятна?

Лира всмотрелась. Вокруг станции, нарасстоянии примерно километра, карта пестрела яркими точками.

—Это мы? — спросила она.

—Да. — Леонид ткнул в оранжевыесигнатуры. — Люди и оборотни. Одинаково теплые. А это, — он переключил режим, иоранжевое сменилось фиолетовым, — вампиры. Мы холоднее. А вот это… — Он вывелна экран новый слой.

Черные пятна. Много черных пятен. Они двигались, пульсировали,сливались и расходились.

—Зомби,— выдохнула Лира. — Их так много…

—Это только те, кого мы видим. —Леонид увеличил масштаб. — А теперь смотри внимательно. Видишь закономерность?

Черные пятна не двигались хаотично. Они огибали какие-тоневидимые преграды, выстраивались в цепочки, замирали в узловых точках.

—Ониорганизованы, — поняла Лира. — Как стая.

—Хуже. — Леонид обернулся к ней, ив его желтых глазах читалось что-то похожее на уважение. — Как армия. У нихесть структура. Есть командиры. И есть цели. Первая разведывательная миссия —понять, кто ими управляет. И можно ли до него добраться. Лира посмотрела на дроны, на карту, на черные пятна,которые ждали своего часа за стенами станции.

—Я пойду, — сказала она коротко. —Мои чуют их лучше любой техники.

Леонид кивнул, словно именно этого ответа и ждал.

—Я знал, что ты это скажешь.Готовь стаю. Выходим через два часа.

Крыша станции встретила их ледяным ветром и россыпью звезд,которые здесь, вдали от городских огней, казались невероятно яркими. Лира стояла у самого края,вглядываясь в темноту за стеной. Где-то там, в этой черноте, пряталась РжаваяЛуна. Где-то там ждала битва, которая могла стать последней.

—Любуешься видом?

Казимир возник за спиной бесшумно, как и положено вампиру. Лирадаже не обернулась.

—Смотрю,где умные вампиры ставят свои ловушки. Чтобы знать, куда не соваться, когданачнется.

—Разумно. — Он встал рядом, тожеглядя в темноту. — Только ловушки мы ставим не там, где удобно нам, а там, гдепройдет враг. А враг, как показывает практика, ходит там, где мы меньше всегождем.

Лира покосилась на него. В лунном свете вампир выглядел почтиживым — черты лица смягчились, исчезла обычная надменность.

—Твоилюди слишком шумят, — неожиданно для себя сказала она. — Я слышу их за стометров. Для зомби с обостренным слухом — за триста.

—Знаю.— Казимир не обиделся, только усмехнулся. — А твои… они пахнут свежей кровью. Живая приманка.Особенно когда ранены.

—Предложишьзалечить раны?

—Предложу не высовываться безнеобходимости. И прикрывать друг друга. — Он повернулся к ней. — Твои слышатврага раньше, чем мои. Мои видят в темноте лучше твоих. Вместе мы — неплохаякоманда. По отдельности — еда.

Лира хмыкнула. В этом был смысл.

—Есливаши будут отвлекать, — медленно проговорила она, обдумывая тактику, — моимогут зайти с флангов. Но для этого нужно, чтобы ваши держали строй и не дышалив затылок.

—А твоим придется слушатьсякоманд, а не бросаться на первый запах. — Казимир протянул руку. — Договор?

Лира посмотрела на его бледные пальцы. Рукопожатие с вампиром.Еще месяц назад она бы рассмеялась такому предложению. А потом убила быпредложившего. Сейчас онапросто кивнула и пожала его руку. Ладонь у него была холодной и сухой, какпергамент, но хватка — крепкой.

—Договор. Пока что.

Где-то внизу, на восточной стене, сработала сирена. Они рванули к лестницеодновременно — вампир и оборотень, вековые враги, бегущие плечом к плечунавстречу общей угрозе.

В командном центре ужекипела работа. Леонид стоял у главного экрана, на котором мерцала панорамавосточных подступов. Люди за пультами что-то быстро набирали на клавиатурах,голоса звучали отрывисто и четко.

—Докладывай,— Казимир влетел в зал.

—Восточнаястена, сектор семь. — Леонид увеличил изображение. — Небольшая группа.Десять-двенадцать особей. Но…

—Что“но”?

—Они не атакуют. Смотрите.

На экране зомби действительно вели себя странно. Они не лезли настены, не пытались прорваться. Они рассредоточились полукругом и просто стояли,глядя на станцию. Некоторые делали шаг вперед, замирали, потом отступали. Какбудто… измеряли.

—Эторазведка, — тихо сказала Лира, подходя ближе. — Они смотрят, где охрана, гдепрожектора, где можно пройти незамеченными.

—Подтверждаю.— Леонид кивнул. — Дроны засекли характерные движения. Они метят территорию.Снимают показания.

—Почему не открываем огонь? — Эрик,стоявший у входа, сжал кулаки.

Казимиробернулся к нему. Взгляд у вампира был тяжелыми давящим.

—Потомучто они хотят, чтобы мы открыли огонь. Хотят знать, чем мы стреляем, как далекобьем, сколько у нас боеприпасов. — Он перевел взгляд на Леонида. — Не стрелять.Пусть думают, что мы их не заметили.

—Номы же их видим! — не унимался молодой оборотень.

—Именно. — Казимир усмехнулся, ноусмешка вышла злой. — Теперь мы знаем, что они знают, где мы. Но они не знают,что мы знаем. Это наше преимущество. Пока что.

Лира смотрела на экран, на черные фигуры, замершие в лунномсвете. Они стояли там, за стеной, и ждали. Чего? Сигнала? Подкрепления? Простоподходящего момента?

—Леонид,— позвала она тихо. — Тот знак. Ржавая Луна. Он был на северной стене. А онисейчас на востоке. Что, если…

—Что, если они окружают нас? —закончил ученый. — Я думал об этом. Проверю южный и западный сектора.

Он уже разворачивался к пульту, когдаЛира остановила его:

—Западныйможешь не проверять. Там мои. Если бы там был знак, мы бы его нашли.

—Уверена?

—Абсолютно.

Леонидкивнул и углубился в работу. А Лира поймала на себе взгляд Казимира. Вампирсмотрел на неё с новым выражением — не враждебно, не надменно. С любопытством.

—Что?— спросила она.

—Ничего. — Он отвернулся. — Просто…у тебя хорошее чутье. Нам это пригодится.

Рассвет застал их всех в столовой.Огромное помещение бывшей заводской столовой было поделено на зоныневидимыми границами. Люди сидели в центре, за длинными столами, и ели обычнуюеду — кашу, консервы, хлеб. Вампиры заняли левый угол, где окна были закрашенычерной краской, и пили свои концентраты из непрозрачных фляг. Оборотни расположилисьсправа, ближе к выходу — инстинкт требовал контролировать пути отступления.

Лира сидела одна за крайним столом и смотрела, как её стаявпервые за долгие месяцы ест досыта. Марта, забыв о больной лапе, уплеталасырую печень. Карл, которому антибиотики уже начинали помогать, жевал мясо свидимым удовольствием. Даже вечно голодные близнецы наконец насытились и теперьпросто сидели, тупо глядя перед собой.

Она перевела взгляд на вампирский угол. Казимир сидел в окружениисвоих офицеров — Лира уже различала их по нашивкам. Они о чем-то тихопереговаривались, изредка поглядывая в сторону оборотней. Напряжение висело ввоздухе густым туманом. Люди косились на всех, вампиры игнорировали людей,оборотни скалились на вампиров. Но никто не лез в драку. Никто не провоцировал.А потом случилось маленькое чудо. Молодой вампир-часовой, тот, что стоял увхода с арбалетом, случайно встретился взглядом с Феликсом. Оборотень,доедавший мясо у двери, замер, ожидая привычной вражды. Но вампир вдруг короткокивнул. Просто кивнул — устало, по-человечески. Феликс, помедлив секунду,кивнул в ответ.