Алхимик и чашка приворотного какао

Целый день Юрская бродила из комнаты в комнату. Съела все вкусняшки, которые Марк втихаря положил ей в сумку. Бездумно пощелкала пультом телевизора. Звонок в дверь раздался около одиннадцати часов вечера, когда она, закутавшись в халат после ванны, приводила волосы в порядок. Девушка распахнула дверь и опешила. На пороге с букетом цветов стоял Алхимов.

– Что ты тут делаешь? Ты напугал меня до смерти! – воскликнула Алла, пропуская мужчину в квартиру.

– Ага, ты так испугалась, что решила впустить в квартиру мужика, даже не заглянув в глазок – Марк снова включил преподавательский тон.

Но уже в следующее мгновение привлек девушку к себе и поцеловал:

– Я очень соскучился и захотел тебя увидеть – его тон стал извиняющимся. – А ещё я решил не давать тебе времени долго оставаться одной. Ты сейчас надумаешь разной ерунды и решишь, что мы не пара, что нам надо расстаться ради нашего благополучия.

Алхимов внимательно заглядывал в глаза смущенной Аллы, пытаясь найти там подтверждение своей теории.

Юрская вспыхнула и отвела взгляд. Иногда студентке казалось, что он умеет читать мысли, поскольку именно такие страхи терзали её весь день. Она вспомнила о своём решении плыть по течению и прижалась губами к пульсирующей вене на приятно пахнущей шее мужчины:

– Да, ты как обычно прав, но я рада, что ты пришёл.

Алла встретилась взглядом с шоколадом его глаз и поплыла, поскольку Марк снова её поцеловал и на этот раз останавливаться у черты не стал.

Они нежились на не удобном диване в комнате девушки. Утреннее солнце пробивалось через закрытые жалюзи, а любовники не спешили покидать теплую пастель. Марк обнимал хрупкое тело студентки и мечтал, что так будет всегда. Вчера, когда Юрская уехала, ему стало очень одиноко. Заведующий кафедрой понял, что девушка внесла в его жизнь тепло и яркие краски. Ему нравилось, что Алла пыталась хозяйничать на его кухне. Алхимова не раздражали её вещи, постоянно попадающие ему под руки. Мужчина чувствовал трепет от того, что засыпал и просыпался рядом с любимой женщиной. Марк всё еще пытался убедить самого себя, что это мимолетное увлечение, но никак не любовь. Но выходило у него очень плохо. Алла была слишком правильной, не демонстрировала ему свои чувства, боясь стать навязчивой. Похоже, она не собиралась выдвигать ему каких-то требований и готова была продолжать тайную порочную связь. Девушка просто любила и ничего не требовала взамен. Профессор боялся быть таким же бескорыстным. Ему казалось, что Алла быстро разочаруется в нем и влюбится в своего ровесника.

– Я хочу, чтобы ты познакомила меня с родителями, и они разрешили тебе оставаться у меня на ночь. – Алхимов сказал это тоном, не терпящим возражения.

– Ты – псих? – девушка перестала водить пальчиком по страшной татуировке и уставилась на мужчину.

– Почему? Потому что, хочу, чтобы ты была со мной рядом постоянно? Тебе надо узнать меня лучше, возможно ты начнёшь испытывать ко мне то же, что и я к тебе. – Марк буквально гипнотизировал возлюбленную взглядом.

– Ты меня пугаешь! Это неправильно! Наши отношения развиваются слишком стремительно! Я ещё в полной мере не осознала, что с нами происходит, а ты… – Юрская возмущённо взмахнула рукой.

– Давлю на тебя? Не учитываю твои пожелания? Но я не собираюсь прятаться и встречаться с тобой в гостинице. Твои близкие должны знать, где ты и с кем. Им придётся принять меня, но это произойдёт не сразу. Поэтому нужно время. И чем раньше ты им сообщишь, тем лучше, – профессор пытался привести весомые аргументы.

– Я обязательно поговорю с родителями. И мы можем встречаться у тебя, пока Марго не будет дома, но оставаться ночевать... И я не хочу постоянно испытывать неприязнь с её стороны, – парировала Алла.

– Марго, скоро съедет, – настаивал мужчина, – диссертация завершена, моя помощь ей больше не нужна. – А кстати, тебе может какую-нибудь работу надо написать – ты все равно со мной спишь – должен же и я как-то отрабатывать.

Марк понял, что пошутил неудачно, когда девушка вскочила с дивана, швырнула ему джинсы и прошипела:

– Убирайся!

Алхимов быстро поднялся, поймал девушку за руку и развернул к себе лицом:

– Пожалуйста, извини меня! Это была дурацкая шутка! Я не хотел тебя обидеть! Я опять разозлился из-за твоего нежелания быть ко мне ближе. Я очень хочу быть рядом с тобой постоянно. Что я должен думать? Что ты уже сожалеешь о том, что произошло между нами? Или… – он говорил всё это, прижимая вырывающуюся Аллу к груди.

– Что же ты, договаривай! Или я набиваю себе цену? А вообще, мне нужен перевод на бесплатное обучение и красный диплом. Но больше всего я хочу, чтобы ты оставил меня в покое – ты же получил то, что хотел…

Девушка запнулась, ей хотелось сказать: «переспал с девственницей», но напоминать профессору, что он её первый мужчина она не стала:

– Или трёх раз за бесплатное обучение мало – давай догоним до круглого счёта! – Алла зло выплюнула последние слова и разревелась.

Марк молчал и гладил плачущую девушку.

– Я люблю тебя! – Еле слышно выдохнул мужчина, признание далось тяжело, но стало сразу намного легче, – и очень боюсь потерять. Мне страшно, что ты меня бросишь, а я останусь подыхать в одиночестве. За эти дни я понял, что не могу без тебя. Я сделаю всё, что ты захочешь, лишь бы удержать тебя рядом! Прости меня, пожалуйста! Я уйду, если тебе станет от этого легче!

– Ты мне не веришь, а я… в первый раз влюбилась, – в ответ прошептала Алла, – дай мне время привыкнуть к моим чувствам.

Марк подхватил девушку на руки и переместился с ней на ещё не остывший диван. Алхимов понимал, что Алла права, и он требует от неё слишком многое. Но профессор не мог её потерять, и ему необходимо было привязать её к себе ещё сильнее. Мужчина целовал заплаканное лицо любимой девушки и ждал, когда она успокоиться, чтобы приступить к любовной прелюдии.

Ранним утро шестого января Алхимов вышел на зимний свежий воздух из уютной квартирки Юрских и направился к своей машине. Марку Иосифовичу предстояла не самая легкая поездка. Сложность вызывала не столько дорога, сколько само празднование Рождества. Он ехал к отцу и мачехе.

На удивление Марка этот семейный праздник оказался действительно очень светлым. Возможно, потому что профессор был искренне рад видеть отца здоровым. Они очень душевно поговорили в Сочельник у горящего камина. Заведующий кафедрой впервые за пять лет вернулся к теме скандала, из которого его вытащили близкие. Марку Иосифовичу было странно узнать, что все эти годы Иосиф Ричардович не презирал его, а очень переживал и боялся, чтобы сын не сделал с собой чего-нибудь. И понятно, что верным телохранителем Марка была выбрана Маша. Отец все ещё надеялся, что сын остепенится и женится. Разница в возрасте со второй женой у Иосифа Ричардовича была двадцать лет, поэтому в той ситуации, его больше разозлила позиция Марка закрыться, стать циником и сбежать от своей семьи, которая его очень любила.

Возможно, особое настроение празднику задал визит Марго с будущим мужем. Виктор оказался хорошим парнем. А весть о том, что родители Маши и Марка скоро станут дедушкой и бабушкой привела в восторг всю семью.

Марк Иосифович сидел на крытой веранде и смотрел на падающий пушистый снег, такой редкий в последнее время.

– Не помешаю? – Марго не слышно, как призрак просочилась сквозь приоткрытые двери.

– С каких это пор ты стала такой тактичной! Что-то я не помню этого за все пять лет слежки за мной? – Марк пробурчал с ноткой грусти в ответ.

– Отец проболтался? – скорее утвердительно, чем вопросительно сказала сестра.

– Спасибо! Я и не знал, что все эти годы меня оберегал персональный ангел хранитель! Честно говоря, не знаю, сколько раз ты меня отрезвляла и вытягивала, когда я был готов броситься во все тяжкие, – мужчина был искренен.

Марго потянулась и зажмурила глаза, как большая кошка:

– А за новогодний подарок? За свою студентку спасибо сказать не хочешь? Раз ты в таком хорошем настроении, значит, девочка пришлась по вкусу?

– И каким боком ты к моему нежданно нагрянувшему счастью? – профессор удивленно приподнял брови.

– Марк, ты непроходимый болван! Ты, что наивно думаешь, что девочка поехала бы к тебе в логово (и скорее всего она же там и осталась) если бы считала, что мы с тобой спим? Она слишком правильная. Да и адресок твоей берлоги она явно не из справочного бюро узнала. – Маша наслаждалась замешательством брата.

– И как давно она знала, про наш семейный спектакль? – Марк Иосифович недовольно сдвинул брови, намекая на липовый роман с аспиранткой.

– Я рассказала ей, пока ты рассаживал преподавателей в такси. Так, что, занимаясь с тобой, чем-то там, на кафедре после банкета… – сестра не успела продолжить.

– Ничего не было. Я её поцеловал, а она сбежала, – злобно огрызнулся мужчина.

– Так вот, целуясь с тобой на кафедре, она уже знала, что ты свободный мужчина, – девушка упивалась своим превосходством.

Марго попыталась выхватить у брата бокал с красным вином

– Вино! Дай глоток!

– Тебе нельзя, ты же беременна! – Марк ловко перехватил бокал, не разлив не капли и не дав его сестре.

Девушка не довольно надула губы:

– Ну, ты и зануда, ещё хуже, чем твоя Аллочка. Она у меня весь тот вечер шампанское по этой же причине отбирала.

– Постой! Алла и про твою беременность знала? – Марк Иосифович был в шоке.

– Да! Сначала она очень за тебя обиделась: подумала, что я наставила тебе рога. Я даже подлила масла в огонь и пообещала, что познакомлю тебя с Виктором и расскажу про беременность на Рождество. Твоя скромница обозвала меня стервой, поэтому пришлось рассказать ей про наш с тобой обман. Я прямо увидела, как у нее на сердце отлегло. Ну и заодно я убедилась, что твои чувства к девушке взаимны, и она влюблена в тебя, как школьница. Хотя нет, как студентка!

Воспользовавшись замешательством брата, Марго снова попыталась выхватить у него бокал. Марк ловко пресек очередную неудачную попытку сестры отобрать вино.

– Ты, сводница! Спасибо! Эта девушка для меня очень много значит!

Мужчина усадил сестру на подлокотник кресла и протянул ей бокал:

– Только глоток! Не хочу, чтобы у моего племянника была алкогольная зависимость.

Глава 14

Первый день учебы дался Юрской нелегко. Она заметила, что Алхимов очень нервничал перед поездкой к своим родителям. Девушка надеялась, что мужчина не испортил с ними отношения окончательно. Алла старалась не выискивать глазами в толпе знакомую фигуру в темном, но ей очень хотелось увидеть профессора. Студентка чувствовала себя шпионкой, пыталась контролировать каждый свой взгляд и жест. У нее все неплохо получалось, до тех пор, пока на большом перерыве вся группа не пошла в столовую. После перемены у них должна была быть пара в аудитории рядом с кафедрой Алхимова. Алла не хотела сегодня есть, поэтому была возле кабинета первой. Она только собиралась присесть, на пустую скамейку, как почувствовала, что кто-то собственнически обхватил ее за талию. Не скрывая своего удивления, девушка развернулась и оказалась в объятиях однокурсника Юры Максимова.

– И, что такая милая девушка делает одна в таком уединенном месте?

Однокурсник периодически оказывал Юрской знаки внимания, но она их всячески игнорировала. Максимов был известным бабником, и девушка даже не сомневалась, что она уникальный приз – девочка-недотрога. Алла попыталась вырваться, но как оказалось, что если мужчина по-настоящему хочет удержать девушку, то освободиться совсем непросто. Более того, парень освободил руки от зачетного журнала и перехватил девушку надежней.

– Мм, я так долго ждал нашей встречи наедине! Я знаю, что ты смелая девочка, и даже вышла живой, и я надеюсь, невредимой из логова Алхимика. Но сейчас лучше не трепыхайся, я не сделаю тебе больно, а просто поцелую, и твоё ледяное сердце растает.

Алла пыталась уклониться от настойчивых губ однокурсника, когда раздался ледяной голос:

– Максимов, убери лапы от девушки. Юрская, зажиматься с кавалерами будете в клубе – а тут учатся! Максимов, почему зачетный журнал у тебя, а не у старосты? Немедленно на кафедру!

Сверкнув черным, как ночь взглядом Марк Иосифович скрылся за дверью. Студент побледнел как смерть, выпустил однокурсницу из рук, и швырнул журнал на скамейку:

– Черт! Так и знал, что будут проблемы! Кузнецова попросила журнал подержать: ей в столовой на платье суп вывернули, она пошла замывать. Вот блин, она же сказала в сумку спрятать! Мне предупреждение за курение в неположенном месте вынесли. Ещё одно – и буду от лекций отстранен!

Максимов только, что волосы на голове не рвал. Алла поняла, что надо спасать неудачника и идти успокоить непонятно чего взбесившегося профессора.

– Давай журнал, пойду за тебя объясняться. Скажу, что староста мне его доверила, а он у тебя в руках оказался случайно, когда ты решил меня зажать в уголке.

– Алла, ты это, спасибо! Он же тебя не накажет? Ты же лучшая на потоке! – Максимов радостно сунул девушке журнал и бросился прочь с места преступления.

Марк Иосифович был в бешенстве. Он целое утро искал повод зазвать Аллу на кафедру. Алхимову казалось, что прошла целая вечность с их последней встречи, а не три дня. Профессор почти готов был отправиться искать Юрскую по корпусу, когда увидел студентку в объятия другого мужчины – сопляка Максимова. Еле сдерживая ярость, доктор наук ждал своего молодого соперника на кафедре. В дверь тихонько постучали. Алхимов стоял спиной к дверям, но понял, что, скорее всего, в кабинет зашёл не Максимов.

– И что, это было? – он задал вопрос, вошедшему, будучи уверенным, что сердобольная Юрская пришла спасать провинившегося студента.

– На старосту вылили суп, она пошла в туалет. Не могла же она положить журнал на мокрый столик или оставить в коридоре без присмотра. Отдала его Юре. Он ничего не исправлял, и даже не открывал!

Несмотря на то, что девушка неплохо изучила профессора, сейчас ей было страшно. Алла не понимала причину исходящих от Алхимова волн агрессии.

– Да мне плевать, на журнал. Какого черта вы зажимаетесь средь бела дня?

Марку Иосифовичу хотелось добавить «у меня на глазах», но мужчина сдержался. Он и так был унижен. Ещё три дня назад Алла говорила, что влюблена в него. А сейчас…

– Мы не зажимались! Меня Максимов не отпускал – это у него шутки такие дебильные. Хотя, наверное, это присуще всему мужскому роду.

Студентка намекнула про предложение Алхимова отплатить ей за секс написанием курсовой. С каждым словом разъяренного мужчины, она всё больше понимала причину злости профессора. Это была банальная ревность.

– Предупреди своего поклонника, что, если он ещё раз к тебе прикоснётся – я ему руки сломаю!

Напоминание Аллы, про неудачную шутку несколько сбило злость заведующего кафедрой, но он ещё не мог успокоиться.

– Нет! Вам надо – вы и говорите ему сами! – Категорично отказала Юрская.

Марк Иосифович не ожидал смелого ответа от девушки, и ещё его обидела её формальное «вы». Мужчина повернулся и внимательно посмотрел на Аллу.

– Мне только очень интересно, как прозвучит эта угроза: «Ещё раз прикоснешься к Юрской…»? Или нет – весомей прозвучит: «К студентке, с которой я трахаюсь – руки оторву»?

Девушка была обижена, поэтому не выбирала выражений. Любимый мужчина посмел усомниться в её честности. Студентка, не отвела взгляда и упрямо смотрела в чёрный омут глаз профессора. Марк Иосифович сделал шаг навстречу Алле и произнёс:

– Извини, я погорячился! Сделал неправильные выводы, как ты, когда услышала Марго. Я схожу с ума от ревности. Он молодой, красивый…

– А ты, ревнивый дурак! – девушка не дала Алхимову договорить.

– Меня оправдывает, что я влюбленный дурак. Я очень соскучился!

Профессор в два шага дошел до двери и закрыл её на ключ. Развернувшись, мужчина схватил Аллу в объятия и впился в ее губы. Он целовал её грубо, как будто мечтая, чтобы его поцелуи отпечатались на ней клеймом, и больше никто не мог посягать на его собственность. Прошли долгие минуты, пока Марк не успокоился и не стал нежным.

– Я люблю тебя! И никому не отдам! Марго сегодня забирает свои вещи. Переезжай ко мне, – сообщил он хриплым шепотом.

– Ты ей всё рассказал? – Алла отпрянула от профессора.

– Нет, она сама догадалась. А ты мне, почему ничего не рассказала про ваши секреты? – Марк игриво нахмурил брови.

– У нас был договор: я молчу про её тайны, а она мне дарит старого, ревнивого, профессора с плохой репутацией, – теперь Юрская решила позлить своего возлюбленного.

– Ты меня не расслышала или уходишь от ответа? Я хочу, чтобы ты ко мне переехала, – он сказал это тоном, не терпящим возражения.

– Нет! Мы встречаемся неделю! Если пару раз занятия сексом можно считать отношениями. Какой переезд? – искренне возмутилась девушка.

– Ты говорила с родителями? – Перебил её мужчина – Они против… нашей связи? – последнее слово профессор долго подбирал.

– Нет, не говорила! Не дави на меня! – Алла упрямо сжала губы.

– Почему? Я хочу быть с тобой! Я не собираюсь прятаться! Я буду нести ответственность за свои поступки и за тебя!

– Твои благородные порывы могут стоить тебе работы и карьеры! Ты, это понимаешь? Мимолётный роман со студенткой испортит тебе всю жизнь. – пыталась воззвать к разуму Алхимова девушка.

– Мимолётный? Так Максимов – это путь к отступлению? – профессор пытался за шуткой скрыть новую волну ревности. – Я тебе уже надоел?

– Я боюсь, что моя неопытная персона тебе скоро наскучит, и ты пожалеешь о том, что предложил мне к себе переехать, – с обидой и горечью произнесла Юрская.

– Я рассчитываю на долгие серьёзные отношения! – Мужчина привлёк к себе девушку и заглянул в её печальные глаза. – Я не собираюсь выставлять наши чувства на показ, но и встречаться с тобой тайно я не намерен!

Прозвенел звонок.

– Мне надо идти на пару, – Алла прервала неприятный разговор, двинулась к дверям, повернула ключ и вышла.

Профессор не стал ее возвращать. Девушке надо было дать время, и она обязательно согласится. Но если его ревность будет каждый день проверяться на прочность таким же способом, то он скоро начнет бросаться на студентов.

Несколько последующих дней Юрская старательно пряталась от заведующего кафедрой. Теперь уже она спиной чувствовала его пронзительный взгляд. Сегодня пары закончились рано, и Алла направилась домой. Однако выйдя из метро, студентку ждал сюрприз: в сквере недалеко от квартиры отца, опершись о машину, стоял Алхимов. Алла замедлила шаг.

– Привет! Я захотел тебя увидеть! Мне кажется или ты меня избегаешь? – первый вопрос профессора не удивил девушку.

– Нет, я взяла время подумать.

– О чем? Хочешь ли ты встречаться со стариком?

– Подумать, имею ли я право портить тебе жизнь, – Юрская была раздражена.

Марк удивленно взглянул на девушку:

– Портить мне жизнь?

– Связь со студенткой испортит твою репутацию окончательно. Как ты это не понимаешь? – девушка всё больше злилась.

– Точно! А бессонные ночи, срывы на коллегах и безумная ревность её не испортят? А на твою репутацию связь с преподавателем, которого обвиняли в попытке изнасилования несовершеннолетней, не повлияет? – Алхимов приехал не для того, чтобы ругаться, но быть спокойным у него не получалось.

– Это моя жизнь и я все решила, – безапелляционно заявила Алла.

– Что решила?

– Я хочу быть с тобой, но мне надо время, чтобы убедить родителей не устраивать скандал и не разрушать твою карьеру окончательно.

– Познакомь меня с родителями.

– Зачем?

– Я не хочу, чтобы ответственность за наши отношения ложилась на твои плечи. Это я соблазнил маленькую неопытную девочку. Я могу отвечать за свои действия и меня не надо ни перед кем защищать, – Марк был очень решителен.

– Хорошо, я обещаю, что познакомлю вас! Но дай мне ещё пару дней подготовиться к разговору с папой.

Мужчина притянул девушку к себе поближе. Его голос снова стал мягким и вкрадчивым:

– Я очень соскучился! Поехали ко мне?

– Нет, мне сегодня, нельзя, – по румянцу, залившему щеки девушки, Марк все понял.

– И что? Я хочу быть рядом с тобой, а секс – это чрезвычайно приятный, но не обязательный атрибут наших отношений. Поужинаем, посмотрим новую серию детектива, и я отвезу тебя домой. Мы не можем с тобой вместе быть на людях пока ты не поговоришь с родителями, чтобы тебя не компрометировать. Я очень хочу слышать твой голос и видеть тебя, закутавшуюся в мой плед. Без тебя в квартире мрачно и одиноко.

Увидев, что девушка почти согласилась, Марк уверенно открыл дверь машины, приглашая Аллу в тёплый салон.