Санни Гринвальд и Дитя тумана

– Стреляйте! – скомандовал Клавдий, поднимаясь вверх по лестнице с ружьем за плечами. – Убейте тех, что еще не нашли место в саду.

Тронтер прицелился, выпустив пулю в брюшко ближайшего глота, одним выстрелом разворотив его на части. Танис кое-как натянул тетиву на желоб и дернул за крючок, с первой попытки размозжив голубым зарядом насекомое.

– Молодец, – похвалил библиотекарь, перезаряжая ружье. – Отличная разминка с утра.

Грянул новый выстрел, сваливший стразу двух жуков, севших на склоне. Клавдий как раз поднялся наверх, открыв огонь из сада. Вскоре наверху грянула настоящая канонада. Шумные выстрелы арбалетов и глухие хлопки ружей возвестили о том, что подоспели оставшиеся члены убежища.

– Поднимаемся, – приказал Тронтер, в прыжке прицепившись к лестнице.

– Почему они не нападают?

– Это же глоты… фуражиры. Тащат в улей все, что можно съесть.

Когда Танис очутился в лесу, его снова чуть не сбил с ног жук. Этот глот был толще, едва удерживая коричневый кокон на брюшке. Танис без колебаний стукнул по нему ложем арбалета. Тронтер был рядом, ударом ноги усмирив насекомое.

– Постарайся не трогать брюшко. Его можно есть.

Танис кивнул, направив арбалет на ближайшую крону. Откуда-то из зарослей звучал громогласный голос Клавдия, напоминавший, что стрелять можно только вверх, поскольку в саду были другие охотники.

Танис прорвался сквозь подлесок, кипящий полудохлыми насекомыми, и столкнулся с Гретой. Мужиковатая девчонка раскручивала пращу, попутно вытирая вспотевший лоб. Дублет был нараспашку, не в пример расстегнутой до середины рубашки под которой свободно гуляла пышная грудь.

– Уф! Смотри куда ломишься, умник!

Она оттолкнула его и, повторив взмах руки над головой, свалила ближайшего глота с дерева. Танис не стал отставать, выстрелив в мелкого обжору, поедавшего зеленые ягоды.

Голубоватый шар попал точно в головогрудь, заставив тело плюхнуться на куст.

– Ты метко стреляешь! Значит, точно был не работягой, – заметила садовница, весело ему подмигнув.

Впервые увидев ее счастливой Танис и сам улыбнулся. Тронтер был прав, утренняя разминка поднимала настроение. Насекомые летали быстрее пули, но когда садились на игольчатые кроны можжевеловых деревьев, становились медлительными. Сбивать их легче всего можно было оттуда. Танис оббежал сад, повстречав Тутмеса, Платта, Багира и даже мальца Туна с длинным багром. Все работали сообща, сокращая популяцию коричневых жуков.

Все было хорошо, пока Танис не услышал жужжащий звук. Нечто вспороло стену кустов, растворившись в листве рядом с правой щекой. Выстрел мог быть шальным, но затем последовал второй.

– Кто стреляет?! Целься выше! – рявкнул он, лишь через мгновение осознав, что пули летят с умыслом.

Человек неподалеку и так знал, где стоит живая мишень. От нового выстрела его спас глот. Громадный жук врезался в него, повалив в траву. Танис хотел было его смахнуть и опешил, почувствовав боль. Насекомое прокусило рукав куртки. Морда у него была больше, а две пары жвал заканчивались острыми кусачками.

«Это не глот», – промелькнуло у него в голове, прежде чем на нее забрался еще один инсектоид, на брюшке которого сверкало жало.

Мерзкое насекомое гулко затрещало, а затем разлетелось на части. Выстрел прогремел прямо над ухом, оглушив его. Открыв глаза, Танис увидел женщину с каштановыми волосами. В руке у чашницы было серебристое ружье. Лицо на удивление спокойное. Второе насекомое лежало рядом, дергая лапками.

Лина помогла ему встать, приобняв за плечи.

– Что ты здесь делаешь? – пробормотал Танис, подобрав арбалет.

– Тут не все фуражиры. Я думала, вам понадобится помощь.

Танис не знал, благодарить ее или допросить. Чашница вышла как раз оттуда, где притаился стрелок.

К ним подбежал Тронтер, сообщив, что насекомые улетают. Действительно, хруста в саду становилось меньше, зато росла несусветная брань Греты. Жуки собрали чересчур много ягод, которые даже толком не успели вырасти.

Пока из разных частей сада гремели выстрелы, Танис опрометью бросился за кусты, откуда его пытались убить и встретил там Игги. Тощая чаровница сидела рядом с раненным Тронтером, оперевшись на ружье. Тут же стоял Клавдий, объяснявший Тутмесу, как правильно крепить повязку на шею.

– Тебе тоже досталось? – спросил мастер убежища, переведя на него суровый взор. – Не от пули, надеюсь?

– Кто стрелял?! – почти рявкнул он, глядя на мужчин. – Меня чуть не убили!

Ни один из присутствующих даже не шелохнулся, лишь Клавдий пожал могучими плечами. Судя по всему, палили все, однако огнестрел был далеко не у каждого.

Вскоре к ним присоединились Багир, Платт и Тун, а вместе с ними пожаловали женщины. Каждая, включая чахлую девчушку лет десяти, тащила связку длинных крюков, аккуратно обходя кусты.

– В этот раз живоглотов прилетело чересчур много, – пояснил темнокожий спайщик, держа на плече арбалет. – Они как будто поумнели с прошлой осени. Игги уже собиралась разить их лигами.

– Вот еще. Тратить силы на эту мелюзгу, – фыркнула женщина, смахнув с вспотевшего лба сальную прядь. – Кто-то ранен? Давайте сперва отведем мужчин ко мне и уж тогда…

Она осеклась, заметив кровь на рукаве его куртки.

– Я не против. Мне у вас понравилось.

Может, это и была уместная шутка, но угрюмица Игги ее не оценила, и уж точно не горела желанием вести его туда, куда он сам явился без спроса. Чаровница удостоила его пристальным взглядом и направилась к склону горы.

Их повели в лабораторию через узкий лаз, скрывавшийся за кустами. Остальные тем временем разобрали крюки и стали бродить по саду, вонзая их в тела инсектоидов.

– Вот это ужин! Пусть Тара чистит королевский котел, – послышался голос Тутмеса. – Эй! Кто еще жаловался на голод?

Вскоре голоса смолкли. Танис шел своим ходом, почему-то продолжая слышать их в голове. Потом потяжелели ноги. Рядом Багир снова стал впоминать глотов, якобы те умнеют и забираются даже на склад, когда тот не заперт.

Танис услышал это сквозь далекий гул, нараставший в голове. Стало ясно, что жвала были отравлены. Игги тоже это знала, поэтому отвела их в мастеровую зону по какому-то секретному коридору, который открыла с помощью нажимной пластины в стене. Через пять минут он уже лежал на кровати, потягивая травяной сбор. Тронтер примостился по ту сторону комнаты, рядом с треаграммой.

В жилой лаборатории они остались вчетвером, но пробыли там недолго. Игги все еще была сердита. Всем своим видом чаровница давала понять, что он будет отлеживаться в другом месте; можно даже на полу, но не рядом с ее покоями.

– Вам двоим нужно разогнать тучи, – неожиданно произнес библиотекарь, растирая дрожащие руки. – За три дня вы не сказали друг другу и пары добрых слов.

– Прошу прощения? – на повышенных тонах молвила чаровница.

– Тронтер прав, подруга, – согласилась Лина. – Короткая прогулка нас всех взбодрит.

– Тогда сходим в библиотеку.

Тронтер покачал головой, предложив прогулку поновее. Тощий библиотекарь снова отвел их в арсенал, вручив арбалеты, и получив дозволение от Клавдия, направился куда-то наверх.

– Ты плохо выглядишь, – шепнула ему Лина, когда они обошли воздушный док. – Выпей мой новый сбор. Тебе потребуется много сил, чтобы туда дойти. Она вручила ему свой посох и достала из холщевого мешка пузырек. Танис послушно осушил еще одну бутылочку с приятным напитком.

– Я думал, мы полетим на дирижабле.

Он оглянулся на цепь металлических ступеней возле пещеры, в которой стоял «Бергман». Вскоре стало ясно, что Лина и впрямь решила устроить прогулку. Через четверть часа изнурительных подъемов и топтания подошв о камень они попали в открытую пещеру. Здесь уже вместо каменного козырька над пропастью был травянистый склон, а дальше начинался простор. Глядя на массивный портал из прямоугольных блоков, вырезанный в скале, Танис догадался, что они поднялись над некрополем.

Как только каменный свод остался позади, в лицо ударил ветер. У входа в пещеру начиналось кладбище, состоявшее из стершихся от дождей каменных столбиков и плит среди высокой травы.

Солнце ярко светило над Лиаданскими горами. Танис накинул капюшон, присмотревшись к горному кряжу слева, который оказался выше, чем он думал. Сперва он проклинал библиотекаря за долгий подьем, но теперь, идя по ровном склону, среди трав и редких кустарников, был благодарен.

Туман, затянувший всю планету, клубился далеко внизу, напоминая бескрайнее пятно соли. Здесь фиам не имел власти, а природа торжествовала, пусть и во всей своей скудности, свойственной горным лугам.

Четыре крошечные фигурки двигались по прямой больше часа, изредка поворачивая между скалистыми склонами. Затем начался резкий подъем на высокий холм. Вершина исполина была увенчана мраморным обелиском с непонятными символами. Танис поднялся первым, лишь единожды воспользовавшись посохом Лины. С высоты ему открылась травянистая котловина с чистейшим озером на дне. Спускаясь вниз почти бегом, он опередил остальных, попав к подножию землистой чаши.

– Эй! А здесь теплее, чем наверху! – крикнул он, раскинув руки в стороны.– Потрясное место!

– Потому что ты стоишь на вулкане, – набегу рассмеялась Лина, догнав его. – Он спит уже тысячи лет. Раньше их было много, но сейчас гремит лишь старый Сардарук.

Она так разогналась, что под конец едва не упала, успев опереться на его плечо. Танис заключил чашницу в объятия, развернув лицом к озеру.

– У тебя крепкий хват, – засмеялась та, восстановив равновесие. – Нам это пригодится.

– Нам или тебе? – буркнула Игги.

Женщина в робе с капюшоном спустилась следом, мрачная, как туча. За весь поход она сказала пару слов и то лишь Тронтеру, который всегда замыкал. Непонятно, что творилось в лохматой голове. Возможно, груз знаний превратил ее в антипод веселушки Лины, а может обиды из прошлого. Местные сказали, что она всегда была такой и в тридцать восемь лет брюзжала, как старая Тара.

Возле озера они провели около получаса. Трава и камыш полностью затянули его берега, но кое-где виднелись железные причалы, уводившие на десятки футов к большой воде, а под ними садки для рыбы. В том, что место не простаивает Танис убедился, когда они обошли озеро, перед возвращением обратно. На другой его стороне под скалистыми наростами были вскопаны огороды, где, среди грядок, росли саженцы, принесенные Гретой. Тут же стоял продолговатый склад с железной дверью.

Наверное, это все, что могли позволить себе жители Кандалаха. Грета не раз говорила, что без деревьев почва теряет защиту. Дожди вымывают из нее все полезности, превращая в глину, а потом в болото. Только в горах она оставалась условно плодородной.

– Вы могли бы здесь жить, – произнес Танис, вспомнив, что говорил то же самое о библиотеке.

– Увы. Здесь полчища инсектоидов, – печально вздохнул Тронтер. – Если бы не они, мы бы давно заселили горы.

– А ты не преувеличиваешь?

– То, что ты не видел самых больших – твои проблемы, – впервые заговорила Игги. – Некоторые, вроде аттов или жрунов способны проглотить человека целиком. На скалах такие не водятся, но низины кишат ими. Особенно много болотных червей вокруг Озера Банши. Скоро сам все увидишь.

– Как?

– Багир хочет, чтобы мы полетели в Аргалон и привезли новые кеги, – ответил Тронтер, потирая дрожащие руки. – Наши, как ты знаешь, пришли в негодность. Там целый улей аттов – огромных, плотоядных муравьев.

– Аргалон – это убежище?

– Нет. Город древних. Мы там кормимся. В Аргалоне много золота, запчастей и даже оружия.

– Зачем вам золото? Оно все еще имеет цену?

– Для автоматонов. Все их внутренности из него. Золото – отличный проводник для любой энергии. На Мистосе его больше, чем серебра и меди.

Поход к горному озеру оказался первым приятным впечатлением от Кандалаха. Тронтеру удалось разговорить Игги, да и он получил удовольствие, проведя три часа на свежем воздухе.

Уже поднимаясь обратно к обелиску, Танис еще раз оглянулся на озеро и заметил нечто новое. В том месте, где стояли огороды Греты, на каменных зубцах лежал железный обруч с дырками. Чуть поодаль из травы поднималось еще несколько таких же обломков, напоминавших ребра.

Присмотревшись, Танис обомлел.

Под травой среди курганов лежали обломки чего-то массивного. Особенно большим казался центральный объект, похожий на прямоугольный дом с круглыми окнами.

– А я все думала, увидишь ты или нет, – донесся снизу насмешливый голосок Лины. – Это обломки имперского дирижабля.

– Он был таким громадным?

– В классе «Молот» все большие, – произнесла Игги, почесав копну слипшихся волос. –Они больше не летают, да и воздушных доков для них не осталось.

Близилось время обеда, когда они покинули котловину с озером. Глядя на обручи размером со свод пещеры, Танис попытался представить, какой взрыв сотряс горы. Догнав Тронтера, он спросил, почему упал молот, но никто толком не знал.

– 140 лет назад убежища перестали расти, а потом началось Чищение, – объяснил библиотекарь. – Людей было так много, что одна трапеза в день для человека считалась благостью. Большую часть принял третий мир. Кандалах стал первым после Нового Санктара. Тут жило больше пятнадцати тысяч человек.

– Чищение – это война?

– Отголоски Великой чистки в Новом Санктаре. Своего рода мирная сегрегация. Последний император Балеронии тогда разделил жителей столицы на тех, кто живет наверху и внизу. Это стоило ему власти. Подданные наверху стали плести интриги против его семьи, а те, что внизу, разделились на банды, забрав остатки еды у простых работяг. Именно император сто лет назад бежал из Нового Санктара на этом дирижабле.

Теперь уже Игги пояснила, что существовал Санктар, считавшийся столицей островной империи, а после прихода опалы, люди построили город на скалах, назвав его Новым Санктаром.

– Это и есть имперский город. – Библиотекарь махнул рукой в сторону северо-западного края равнины. – Единственный полис, возведенный не на месте некрополя. Столица тысячи труб. Там, в конце Эпохи вознесений, два могущественных лорда свергли последнего властителя этого мира. Династия Балеронов оборвалась.

– Да. Сейчас имперский город вымер, – небрежно добавила Игги. – Его огни больше не горят.

– А я могу попасть в другое убежище без дирижабля?

Лина и Игги переглянулись. Тронтер деловито кашлянул, привлекая его внимание.

– Полагаю, что можно дойти до Омнилаха или Молоза. Лиаданские горы тянутся через весь юго-запад острова. Омнилах на юге. Молоз на северо-западе. В горах нет опалы и виспов, но много инсектоидов. Нужна большая удача, чтобы пройти четыре сотни миль.

– О, Танис, надеюсь, ты пошутил, – забеспокоилась чашница, погладив его по плечу. – Мы, конечно, поддержим любой твой план, но у тебя не хватит еды и сил, чтобы уйти.

Конечно, пошутил. Три часа за три дня он чувствовал себя нормальным человеком. Любой в его положении, если не полный дурак, попытался бы вырваться из этой могилы. Все что он там делал – это болтал ни о чем, работал непонятно ради чего и пытался свыкнуться с мыслю, что будет делать это до смерти.

Теперь мысль о том, что он сможет добраться до моря без дирижабля, крепко засела у него в голове. Танис чувствовал, что теряет время с этими людьми и хотел найти новое убежище, где ему помогут вспомнить прошлое.

Глава 6. Прибытие

Они вернулись в Кандалах как раз, когда Тара и Лоретта стали накрывать на стол. Уже внизу Тронтер забрал у него арбалет, который так и не пригодился на озере, и отнес в арсенал. У входа в тоннель Танис остался один, но пробыл в таком положении недолго.

В какой-то момент он почувствовал, что его дергают за край куртки. Подошла Катрин. Он и раньше видел эту девчушку. Ей было одиннадцать и разговаривать она не любила, потому что глотала слова и заикалась. Слепая на один глаз, Катрин чаще держалась мальчишек или помогала Таре на кухне, поэтому Танис удивился, когда услышал снизу ее сбивчивый голосок.

– Вы были там… видели озерцо?

– Да.

– Чайки летали?

Танис улыбнулся. Дети любили задавать странные вопросы. Несмотря на потерю памяти, он почему-то это знал.

– Нет. Там не было живности.

Катрин схватила его за руку и потянула за собой. В коридоре рядом с общим залом она подвела его к стене и ткнула пальчиком в какой-то узор.

– Чайка! – бойко отчеканила та. – Они не болеют, потому что едят рыбу.

Танис присмотрелся к ее личику. Оно было тощим, с впалыми скулами. Нос короткий, слегка вздернутый. Правый глаз девочки был закрыт, давно покрывшись темной коркой. На него она клала рыжую прядь, словно стеснялась своего вида, и постоянно ее теребила.

– Смотри. Птичка, как глайдер. Помнишь это?

Он посмотрел на птицу с расправленными крыльями, больше похожую на безголовое чудовище с обрубленным хвостом. Кто-то нацарапал ее на стене, испещренной красными прожилками, словно та летела сквозь метеоритный дождь.

– Давай я научу тебя рисовать.

– Катрин!

Рядом возникла Игги с таким яростным взглядом, словно только что кого-то убила. Рыжая девчушка тотчас припустила прочь, озираясь на чаровницу. Танис развернулся к женщине, смело шагнув навстречу.

– Зачем? Ты ее испугала!

– Страх – наше природное состояние.

– Игги, кто тебе хвост прищемил? Почему ты все время огрызаешься?

Женщина стиснула кулаки. Танису даже показалось, что та хочет его ударить, но порыв ярости так же быстро угас. Она запустила пальцы в свои темные волосы и бездумно взлохматила их.

– Святой дух мне свидетель, вы все, как дети! Как можно радоваться жизни вот теперь, на костях миллионов людей?

– Почему тебя это злит? Мы же должны как-то отдыхать.

– Мира больше нет, Танис, – громко и внятно произнесла женщина. – Даже в дождь туман не способен подняться выше пятиста ярдов, но теперь и не нужно. Природа мертва. Внизу лишь пустота и горы ржавого железа. Ни деревьев, ни животных, ни людей. Я хочу сказать, мы все должны быть в ужасе оттого, что происходит, а они… – она стрельнула глазками в сторону зала, – по вечерам в шахматы играют.

– По-твоему они должны боятся?

– Да! Страх мотивирует. Если бы мы осознали, что живем последнее столетие не как подданные империи и даже не как этнос или племя, а как вид, то, может, попытались бы хоть что-то сделать.

Потом она ушла. Танис долго стоял неподвижно, а затем вернулся в общий зал и сел за стол. Сперва слова нервной женщины показались ему бредом, но чем дольше он думал о них, тем больше узнавал собственные мысли. Неужели Игги все это время тоже испытывала отвращение от их уклада жизни? Если так, то у них было что-то общее.

– Грета. Какой приятный сюрприз, – раздался зычный голос Клавдия.

Со стороны балкона к ним вошла угрюмая садовница и, прошмыгнув за стол, заняла место между Тутмесом и Туном.

– Приятный, неужели?

– Я рад, что ты снова обедаешь с нами. Еще раз приношу извинения за те слова. Мы не в коем случае не планируем возвращать Краста. Ты нужнее десяти таких обалдуев, как он.

– Все в порядке, Клавдий. Я тебя простила.

– Не прошло и полугода, – хохотнул Тутмес, щелкнув железной ложкой по столешнице.

Когда два автоматона принесли громадный котел с мясистой похлебкой, Танис втихую дожидался своей порции, изредка ловя хмурые взгляды Тутмеса. Варево из брюшка глотов оказалось на удивление вкусным, особенно с приправой из душистых трав. Все смогли взять по две порции оранжевого месива, вот только хлеба не было. Тара попридержала запас до лучших времен.

Вскоре Лина вышла из-за стола с глиняным кувшином и разлила по чашам обещанную чарму. Напиток достался всем, кроме крошки Катрин. Тоста не последовало, так что Танис залпом осушил свою меру, а затем обнюхал чашу. Аромат у кукурузного пойла был приятным, а вот послевкусие отдавало горчинкой.

– А вино у вас есть?

Танис спросил это как раз, когда за столом смолкли голоса. Секунду царило молчание, после чего раздался взрыв хохота.

– Ты что, прочитал о нем где-то? – спросил костлявый приятель Туна. – Какое вино?

– Он читать не умеет, – усмехнулся Тутмес. – Наверное, кишечных узлов обожрался.

– Последняя бутылка вина была открыта 190 лет назад. Об этом даже балладу сложили, – деловито молвил Тронтер, приподняв палец. – Ее нашли в крипте знатного лорда под Галийской грядой. Собиратели из нижнего Санктара распили ее в тот же день, после чего были казнены.

Участники жалкого застолья еще немного посмеялись. Только Танису было не до смеха. Он три дня ел отбросы, слонялся по пещерам и дышал сырым воздухом. Это было невыносимо.

– Рад, что повеселил вас, – хорошенько все взвесив, ответил он. – Я вижу, вам есть, чем заняться в перерывах между поеданием отходов и починкой коридоров. Так жили ваши предки почти три столетия. Без смысла, зато жили.

– Танис! Наша жизнь полна смысла. – Лина щелкнула каменными перстнями на пальцах, привлекая его внимание. – Никогда больше так не говори. Мы уважаем твое мнение и оно имеет вес, как и наше собственное.

– Значит, мы все надорвемся! Оглянитесь. Вам нравится такая жизнь? Вы могли бы сделать ее более комфортной и безопасной.

– Именно этим мы и занимаемся, грамотей. Чиним коридоры, чтобы нас не засыпало гранитом, – проворчал Тутмес. – Ты единственный здесь, кто пока ничем не помог. Только тучи нагоняешь и ходишь с открытым ртом!

– А ты единственный, кто продолжает об этом напоминать. В чем твоя проблема Тутмес? Страшно по утрам в зеркало смотреть?

Мужчина со шрамом вскочил, состроив ему такую гримасу, что на мгновение перестал быть похожим на человека. Правая рука работяги потянулась к ножу у пояса. Лина тоже поднялась, ударив кулаком по столу.

– Танис, не смей переходить на личности!

– Тутмес прав. Ты дармоед и пока бесполезен, – произнесла Игги, глядя на Клавдия. – Знай свое место, грубиян.

Он слышал эти слова уже три дня и устал от них.

– Нет!

Сжав руку в кулак, Танис поднял ее как можно выше, изобразив «жест воли», и сообщил, что желает высказаться против мнения большинства. Люди затаили дыхание, переведя взоры на Клавдия. Большой человек сидел во главе стола, завернувшись в сливовую мантию. Совершенно невозможно было понять, что чувствует мастер убежища. Двигались только его седые брови. Потом Клавдий посмотрел на Игги, еще подумал и утвердительно кивнул.

– Я поражен тем, что вы живете здесь с рождения и не замечаете вещей, которые могли бы облегчить вашу жизнь. У вас есть озеро с рыбой, но вы едите всякий мусор. Рядом с озером можно построить укрепленную базу, в которой поочередно могут жить люди, дыша свежим воздухом. Можно провести каналы по всей котловине, вспахать там поля и начать выращивать что-то полезнее щавеля и трав.

– Каким образом я буду что-то выращивать из воздуха? – раздался ледяной голосок Греты.

– Тебе доставят саженцы из Зароса. Договориться можно с каждым.

В ответ девушка горько усмехнулась, но спорить не стала.

– Да и почва в садах сухая. Ее можно продолжать удобрять водорослями, как это делал твой дед. – Он посмотрел на Клавдия. – Рольф не был лентяем. Или был?

Бородатый ударил ладонью по столу.

– А еще можно починить древний лифт и подняться на вершину гряды, узнав наконец, что там находится. Вам не интересно, где вы живете?

– Довольно! – рявкнула Игги. – Кем ты себя возомнил? Если тебе тут так тяжело дышать, то пакуй вещи и дыши туманом.

– Игги, он никуда не пойдет! – вмешалась Лина.

– Я тоже против, – согласился Багир, приподняв кулак. – Танис крепкий мужчина со слабым умом, но он исправится. К тому же мне нужен новый ученик…

– Да провались ты со своим учеником! – озлобленно произнес Тутмес, продолжая держаться за нож. – Разве не видите, он хочет тут командовать. Может быть, он и не терял память, а работает на одного из лидеров восточной банды. Дариус давно мечтает заглянуть к нам на склады.