Покоритель драконов: Король Севера

– Не эти, придурок, первые! Овцы разбегутся! – Сал оторвал от себя брата и грубо толкнул его в обратную сторону. – Беги к ним, пока не поздно, а затем к взрослым! Живо!

Лиюс не стал спорить или переспрашивать. Пробираться сквозь стадо было не так трудно, пока те стояли смирно. Однако, заблеявшая от боли овца взбудоражила других. Иттер метнулся взглядом на душераздирающий крик. Два волка вцепились в свою жертву, глубоко погружая острые клыки в густую белую шерсть. Сквозь отчаянный плач овцы еле уловимо был слышан её ягнёнок. В силу инстинктов и страха, он не мог отбежать от матери, прыгая вокруг неё.

Иттер осёкся. Глаза потеряли чёткость, и парню пришлось моргнуть, чтобы слёзы не пеленали взор. Парня сковали до боли знакомые чувства. Такой беспомощный, он не мог оставить свою мать, смотря как та погибает в муках. Его надо спасти. Хоть кто-то должен ему помочь! Не понимая собственных эмоций и действий, Иттер сделал неуверенный шаг вперёд. Чужие пальцы сильной хваткой до боли вцепились в его тонкое плечо:

– Ладно, давай, – Салан схватил Иттера, – пошли, надо поскорее убраться от сюда.

– Что? – вздрогнул он, приходя в себя.

Овцы блеяли и разбегались, то и дело сбивая парней и мешая друг другу. Сал стал протискиваться сквозь них, таща за собой Иттера. Он же всё никак не мог оторвать взгляд от матери с ягнёнком. Где-то рядом промчался волк, заваливая очередную овцу. Иттер выскользнул из рук брата, и стадо увлекло их по разные стороны.

Иттера вытолкнуло, и он рухнул на землю. Испуганная овца проскочила прямо по его пальцам, отчего кольца больно впились в костяшки. Упустивший свою добычу, волк громко клацнул пастью прямо перед лицом Иттера. Парень успел лишь перекатиться, прежде чем хищник не нацелился на него. Когда волк переставил лапы для очередного прыжка, спиной Иттер ощутил ещё одного. Он хотел закричать, но вместо этого стал лишь задыхаться, ломая ногти об ещё подмёрзшую землю.

Иттер закрыл глаза. Все звуки вновь стихли. Лишь собственные стоны, всхлипы. Голова разболелась, тело затрясло, а дыхание пропадало. Казалось, он скорее умрёт от разрыва сердца или остановки дыхания, чем волки сомкнут острые клыки на его хрупкой шее. Пусть так, лишь бы не было боли. Её Иттер боялся больше всего. Память подбросила парню знакомую ситуацию: такое было, он уже оставался с волками один на один. Те не тронули его, нет, не тронут и сейчас. Сейчас он откроет глаза и увидит знакомую морду чёрного вожака, что уткнётся в руку и склонит голову, как было тогда. Его стая белоснежных волков завоет где-то вдалеке, и всё окажется лишь виденьем.

В глупой надежде, Иттер приоткрыл глаза. Вместе со зрением вернулись и другие чувства. В нос сразу ударил невыносимый запах крови, примешавшийся с неприятным запахом шерсти. Уши заложило от криков пойманных овец. Пальцы дрожали от топота тысячи копыт. Перед лицом Иттера, как и тогда, была огромная морда вожака. Но то были другие волки. В момент, когда хищник раскрыл пасть, что-то белое снесло его с ног. Иттер даже не обернулся в ту сторону. Он продолжал смотреть перед собой, трясясь, и не в силах даже моргнуть.

Острые клыки коснулись его плеча. Иттер просел, почувствовав, как холодная кровь затекает в одежду, как рука постепенно немела до кончиков пальцев. В страхе он обернулся на волка. Это был Салан. На плече же была рука его брата. Тот резко поднял Иттера. Беспомощный и жалкий – вид юного князя вызвал на лице кузена отвращение. Скулёж привлёк внимание обоих. Савва вцепился вожаку в шею, нещадно терзая его сквозь грубую шерсть. Росший подле хозяина в роскоши и заботе, юный волум едва ли выстоит против разъярённого опытного хищника.

– Поторапливайся, – нависая, процедил Салан Иттеру.

– Н-нет... Нет, нет! Савва! – придя наконец в себя, парень пытался бросится к своему волуму, на которого накинулись другие волки.

– Чего удумал?! – Салан до боли сжал плечо Иттера. – Не испытывай меня. Я же сильнее, не забывай!

Жалкие попытки Иттера вырваться заставляли Сала лишь сильнее вцепиться в него, и он боролся с собой, чтобы "случайно" не отпустить руку сумасшедшего брата. И всё же всё было напрасно. Озлобленные волки отступили от овец, окружая братьев с их волумом. Иттер склонил голову, вжавшись в плечо брата.

– Твой кинжал, он с тобой? – осторожно спросил Салан, не отводя взгляда от волков.

Иттер нервно нащупал рукоять драгоценного кинжала, что Даркхард любезно подарил ему в ту ночь:

– Д-да.

– Давай сюда.

"Хотя смысл?" – подумал Сал, забирая кинжал из рук брата. – "Один, второй", – он переводил взгляд от волка к волку, перебирая варианты. "Осилит ещё? Себя бы уберёг..." – парень искоса посмотрел на израненного Савву. – "Иттер... Ну, он же любимиц богов, пусть те и спасают его". Как бы то не было, пожалуй, сегодня – первый случай, когда Сал был благодарен отцу. Он перецепил рукоять кинжала, всё ещё не до конца уверенный в своих мыслях.

Волки же навострили уши и приподняли головы. В этот же момент Иттер перестал раздражать Салана своей дрожью, и они обернулись в сторону взглядов волков. За топотом бушующего стада овец они не расслышали спасательного цокота копыт. Раньше же самих лошадей, на волков налетели другие волумы. Те, как и Савва ранее, на скорости влетели в волков, вгрызаясь в них клыками.

– Сал! Иттер? – окликнул их откуда-то со стороны обеспокоенный голос Лиюса.

Глава 10

– 490 г. е.с. –

Когда Салан практически отшвырнул младшего брата от волков, приказав бежать, Лиюс умчался без раздумий. Он бежал чуть ли не по самим овцам, что устремились в сторону выхода, создавая плотный непреодолимый поток. К сожалению, из-за этого Лиюс и не успел закрыть ворота, и часть стада разбежалась. Застопорившись буквально на пару секунд, мальчик опомнился и всё же запер ворота с трудом, сохраняя остаток овец.

Испуганные овцы, разбегающиеся по всей территории, насторожили Вилмордов, что близь скотных полей тренировали своих молодых волумов. В сопровождение всадников хозяйских земель, они направились в сторону полей, перехватив по пути и Лиюса. Он жадно глотал воздух, пытаясь отдышаться, и активно махал руками. Из-за усталости и паники ему было сложно объяснить что-то внятное сквозь хриплый кашель. Его тренировки с отцом только начинались, а потому выносливость, вернее, её отсутствие, сильно подвела мальчика.

Мужчина на коне ловко подхватил лёгкое тело Лиюса, усадив к себе в седло, свистнул волумам, и все вместе они в спешке помчались к загону. Подоспев в последние секунды, молодые волумы вцепились в волков, а кони яростно топтали их копытами. Двое всадников спешились на ходу, подбегая к Иттеру и Салану, заслоняя собой. Волки быстро скрылись за деревьями Вечного леса, ровно как и часть стада.

– Салан, Иттер! – Лиюс выпрыгнул из седла, обеспокоенно подбегая к братьям.

Все трое стояли молча, и лишь тело старшего не била дрожь, которая так и осталась внутри. Лиюс нервно переводил взгляд с одного на другого, и если в голубых глазах Иттера читались те же чувства вины и страха, то Салан даже не смотрел в их сторону. Он глубоко дышал через рот, не сводя пристального взгляда с леса.

– Я так рад, что всё хорошо, – переводил дыхание Лиюс, который вот-вот заплачет, – фух, простите меня, я...

– Хорошо? – тихо переспросил Сал, прервав его.

– Ч-что?

– Хорошо?! – прикрикнул он. – Дикие волки напали на нас! Ты по своей наивной глупости даже не удосужился закрыть загон, из-за чего овцы разбежались! А ты, – он развернулся к Иттеру, размахивая его же кинжалом, – ты совсем из ума выжил! Перестань лезть, куда не надо! Сдохнуть хочешь? Так просто подожди, тебя и так рано или поздно прикончат! Такие слабаки и трусы, как ты, долго не живут. Не богам ты молиться должен, а нашим отцам, которые оберегают тебя, драгоценного и никчемного наследника!

Салан грубо и с размаху воткнул кинжал под ноги Иттеру, яростно пиная молодую траву. Нервно запустив пальцы в длинные волнистые волосы, он громко выдохнул, смотря последний раз в сторону Вечного леса. Он широкими шагами подошёл к одному из всадников, выхватил у него поводья и ловко запрыгнул в седло:

– Дед очень расстроится, а вот матушка будет полна ярости. И знайте, что вам прилетит обоим. Выгораживать не стану ни одного!

Он пришпорил коня и умчался в сторону дома. Волумы возвращались из леса, по дороге натыкаясь и разворачивая некоторых овец. Тихий скулёж откуда-то со стороны вывел Иттера из забвения. Он обернулся на звук и увидел идущего к нему Савву, что не ступал на одну лапу.

– Нет! – Иттер побежал навстречу своему волуму.

На его белой густой шёрстке была чётко заметна ярко-красная кровь, особенно много её было на шее, морде и лапах. Да и в целом волум значительно хромал. Всё же эта схватка с вожаком волков не прошла для него успешно. Не появись остальные волумы в тот момент, возможно, для Саввы всё закончилось бы куда хуже. Иттер благодарно приласкал его, виновато протирая руками кровь с мохнатой морды.

Трясущегося ещё сильнее после слов брата Лиюса вновь подхватили на руки и усадили в седло. Один из сопровождающих вытащил княжеский клинок из земли и вместе с поводьями своего коня вручил Иттеру. Люди Вилмордов, отвечающие за волумов, заверили юного князя, что позаботятся о Савве, и тот неуверенно отправился вслед за Лиюсом.

Всю дорогу Иттера трясло от предстоящего разговора со старшими и от чувства вины перед ними и Саввой. Даже сейчас, когда он стоял у дверей главного зала, они с братом всё никак не решались войти.

– Не переживай, – попытался подбодрить его Лиюс, – мама хоть и очень эмоциональная, но хорошая, она всегда меня прощала.

Вот только это всё потому, что Лиюс – её любимый и избалованный сынок. Иттера же она не любила, и он это знал, а потому страшился предстоящего разговора ещё больше. Лиюс всё же первым толкнул дверь, входя в зал и приглашая за собой Иттера. Он скромно склонил голову и вошёл следом.

Салан уже стоял рядом со старшими, рассерженно смотря в стену. Видимо, ему, как старшему и более ответственному, прилетело не меньше, а оттого он лишь больше злился на младших братьев. Эзар сидел в центре, сложив на животе руки и постукивая пальцами, а Ишта, задрав подбородок, следила за каждым движением вошедших.

– Всё ли в порядке с вами? – наконец спросил Эзар.

– Да, дедушка, – ответил первым Лиюс.

– Юный князь?

– Да, – тихо кивнул Иттер.

– Хорошо, – прикрыл глаза Эзар, не понимая, как дальше продолжать беседу с детьми.

– Хорошо? – возмутилась Ишта. – По его вине разбрелось полстада!

– Не начинай, – мужчина устало потёр виски, – по его ли?

– Уж не на моего ли сына ты думаешь? Лиюс – твой внук!

– Но это и правда была моя вина! – встрял он.

– Не говори так, – осекла его мать.

– Прекрати, Ишта. Что сделано, то сделано. Надо пересчитать стадо. Вилморды со своими волумами пока ещё пытаются вернуть часть сбежавших овец, но теперь мы не сможем отдать то количество, на которое рассчитывали изначально, – Эзар посмотрел на поникшего Иттера. – Ладно, ступайте. Все трое.

– И всё? Ты никак его не накажешь?! – не успокаивалась Ишта.

– Кого? Князя? И как же?

– Ребёнка.

– Тем более. Идите, – повторил он, игнорируя слова дочери. – И кстати, Салан, – окликнул он внука, когда тот уже за считанные секунды оказался у дверей, – только не говори мне, что ты думал, будто твой отец не заметит твоего отсутствия.

Сал недовольно сглотнул. Это произошло быстрее, чем он предполагал. Понимая, что теперь его отправят обратно в замок, он кротко кивнул, покидая зал. Иттер же с Лиюсом поспешили удалиться следом. Сал, не дожидаясь братьев, ушёл к себе собираться обратно, и Иттер решил поехать с ним.

– Уверен, что так скоро уедешь? – Лиюс валялся на кровати Иттера, грустно обнимая перевязанного Савву.

– Да, ты же слышал свою мать, она злится на меня, – он отозвал служанок, оставшись наедине с братом и волумом.

– Да брось, она просто расстроена, что овцы разбежались.

– Да, и я не меньше, но Лиюс, неужели ты и правда не замечаешь, как она настроена ко мне? – Иттер тоже присел на кровать, беспокойно осматривая Савву.

– Ну...

Он не знал, что ответить. Конечно, он замечал, что к нему она относится сильно иначе, но всё же. Если она и ненавидит Иттера, то за что? Какая у неё была на это причина? В любом случае Лиюса самого задевало то, как она отнеслась сегодня к Иттеру, его брату и другу.

– Лучше ты скажи, – обратился юный князь к кузену, – не поедешь с нами обратно?

– Нет, мне там делать нечего, уж прости. Раз дедушка сказал только про Сала, значит про меня отец не упоминал, – по голосу Лиюса было понятно, что он не очень-то и расстроен, – да и я сам не горю желанием проводить с ним всё время. Ты будешь снова вечно занят, а Аарон тоже уехал к своей матери. Лучше останусь дома.

– Ну, как скажешь, – Иттер немного расстроился такому решению.

Позвав слуг, чтобы те перенесли раненого Савву до кареты, Иттер и Салан незамедлительно отправились в замок, дожидаясь новых данных от Эзара.

– Так и долго же ваш князь будет отсутствовать? – Даркхард недовольно стучал длинными пальцами, украшенными кольцами с драгоценными камнями по обеденному столу. – Не сочтите за неуважение к вам, Ингард.

– Что вы, принц. Иттер не задержится там, уверен, он вернётся в скором времени.

– Ха-х, – усмехнулся он, – Иттер? Я про Аксела. Простите, но когда дело касается благополучия моего княжества, не хочу полагаться на... ну, вы поняли.

– Осторожнее, принц, – встрял Давид, – ваши слова некоторые могут воспринять так, словно вы не считаетесь с моим племянником.

– Ну что ты, Давид. У меня столько приятных воспоминаний о моём названном брате, – улыбнулся он, вспоминая, как лет семь назад обедал точно так же здесь с Иттером и их отцами. – Если вам нечего мне сказать больше, то я, пожалуй, отправлюсь в покои, что вы мне подготовили. Эдгар?

Эд поднял на него зелёные глаза, а затем мельком перевёл вопросительный взгляд на отца. Тот спокойно кивнул, чтобы сын проводил гостя, и Эд неохотно поднялся из-за стола, прихватив себе бутылку крепкого алкоголя. На его удивление и счастье до комнаты они дошли в тишине, но, остановившись у дверей, когда Эдгар уже собирался уйти к себе, Даркхард притормозил его:

– Зайдёшь?

Это было не предложение. Глубоко вздохнув, Эд зашёл следом за гостем, закрывая дверь. Даркхард нашёл на столе пару кубков и поставил перед Эдгаром, и тому пришлось разлить прихваченную с собой бутылку. Принц уселся на стул и поднял взгляд на Эдгара. Тот не садился, потому что не смел. Это забавляло Даркхарда, ему нравилось, когда люди знали своё место.

– Можно, – сказал он, указывая на другой конец небольшого стола, словно давая команду собаке.

Эд сел, вальяжно облокачиваясь на спинку стула. Даркхард первый потянулся за кубком, не сводя издевательского взгляда серо-голубых глаз с собеседника. Эдгара неприятно кольнуло: "Непривычно. Обычно я на его месте смотрю так на Иттера. Тц", – он осёкся от собственных мыслей. Ему не понравилось то, о чём он задумался.

– Смотрю, он подрос, – Даркхард задумчиво прокрутил уже остатки медовухи на дне бокала.

– Кто? – не понял Эд.

– Тот волум.

– А, да, ты же его видел, когда принц Бранд только подарил его Иттеру, на дне рождения.

– Хм, – усмехнулся Даркхард своим мыслям, – забавно, что он всё ещё не сдох.

"Это он про Иттера или его волума?" – подумал Эд, подливая алкоголь по бокалам.

– Я думал, бракованные долго не живут.

"Яснее не стало".

Даркхард замолчал, а Эд и не хотел поддерживать с ним беседу. В детстве они неплохо ладили, когда границы их статусов не были так очевидны. Да и оба сошлись на том, что нравилось донимать Иттера. Вот только в случае чего прилетало всегда одному Эдгару. Ведь он не принц, да и к тому же старший брат Иттера, который должен был заботиться о нём. Но годы шли, они взрослели, а Даркхард редко посещал южное княжество. План Аксела и Давида постепенно воплощался, и их сыновья хоть и медленно, но сближались, и уже даже Эду казались выходки Даркхарда в сторону Иттера слишком жестокими.

Несмотря на то, что они так и продолжали сидеть молча, Даркхард почему-то не отпускал Эда, и его это раздражало.

– В случае чего, – принц наконец продолжил беседу, – ты поддержишь его?

– Что? – снова не понял Эд.

Даркхард сделал небольшую паузу, то ли не решаясь уточнить, потому что передумал, то ли подбирая правильные слова, но спустя несколько секунд всё же произнёс:

– Говорю, случись что, ты поддержишь его во всём?

– Либо говори прямо, либо не донимай меня бессмыслицей, – отмахнулся Эд, на что Даркхард недовольно нахмурился. – Ха-а, – выдохнул он, – что конкретно? Детские забавы? Глупые идеи? Притащи он дракона – сдал бы, не раздумывая.

Принц грустно усмехнулся:

– Драконы, да... За что и уважаю Хэрвордов, так это за мирное небо над головой. Хоть где-то на Севере безопасно. Скажу прямо, ладно, – он уселся поудобнее, – Иттер... не самый лучший наследник своего отца, и ты это знаешь как никто другой.

– Ну, насколько мне известно, других у дяди нет, – Эд безуспешно попытался перевести это в шутку.

– М-да. Он, безусловно, если и отмечен милостивой Сиоаной, то явно далёк от покровительства Аорана. Жестокость – это не про него. Как и долго усидеть на троне. Не думаешь?

– К чему ты, Даркхард? – Эдгару не нравилось, к чему всё шло.

– Его рано или поздно захотят сместить. Да, сейчас его усердно оберегают Давид и Аксел, но что будет потом? Не думаю, что дело даже дойдёт до краксара.

– Хватит намёков.

– Это не намёки, я говорю прямо.

– Прекращай, – Эд угрожающе встал из-за стола, не намереваясь больше это слушать.

– Ты забываешься, сын Давида.

– Нет, это ты забываешься, думая, что можешь угрожать в моём доме моему брату. Плевать на его немощность. Не будет рядом отца, буду я. Вызов на краксар или мятеж – всё провалится, а предатели будут наказаны. Кем бы они не были, Даркхард, простыми людьми или... княжеской четой.

– Успокойся, Эдгар, – принц примирительно поднял руки, – я не имел в виду ничего такого. Просто хотел убедиться, что ты всегда будешь рядом с нашим братишкой.

– Нашим?

– Ну, мы ведь с ним оба сыновья князей, как-никак, – Даркхард улыбнулся, смотря, как Эдгар всё же не выдерживает и направляется к выходу из комнаты. – Уж прости, если что, – абсолютно не искренне извинился он, – мне просто было скучно.

– Тогда позови прислугу. Или девушку.

– Ну, ты и так неплохо развлёк меня. А вот от девушки, пожалуй, не откажусь. Южанок у меня ещё не было. Давай, Эдгар, на свой вкус, – улыбнулся он, допивая последние глотки медовухи. – И будь добр, пришли с ней ещё алкоголя.

Эдгар наигранно поклонился, отвечая принцу прищуром и такой же наглой улыбкой, и наконец покинул покои. Желая поскорее выпустить пар, он отправился на малую арену, несмотря на позднее время, попутно выполнив поручение гостя.