Твой цвет

Глаша Пэт

Твой цвет

Я сижу на скамейке под козырьком. Стена позади меня вся обклеена рекламными объявлениями, и с них на меня глядят десятки счастливых серых лиц. Им до меня дело есть, а мне до них нет. Подъезжает автобус, в него заходят люди, искоса поглядывая на меня, а я сижу. Им до меня дело есть, а мне до них нет. Встаю только тогда, когда автобус скрывается из виду. Прячу блокнот в сумку и выхожу из-под козырька. Дождь уже успел перейти в морось. Это радует.

Я люблю дожди и автобусы, бумагу и чернила, а ещё разные истории. Вообще, я очень многое люблю. Только вот людей полюбить у меня никогда не выходило. Впрочем, у нас с ними это взаимно.Иду дальше. Шоссе сменяется людной улицей, и все проходящие мимо косятся на меня. Но я вновь повторяю про себя свой жизненный девиз. Им до меня дело есть, а мне до них нет. Улица постепенно переходит в аллею, а та в старый парк. Людей вокруг всё меньше, это положительно сказывается на моём настроении. Вообще каждый раз, чем ближе я подхожу к заветному месту, тем лучше себя чувствую. Мне известно и о райском саде, и о Боге. Так может мне удалось найти рай на этой разноцветной, но такой скучной земле?Единственный человек, до которого мне есть дело, это ты. К тебе я и прихожу неизменно каждый вторник в четыре часа дня. К теплице, где ты в это время работаешь. Чтобы попасть внутрь, ты доходишь до конца этого парка и спускаешься по некогда белым бетонным ступеням, поросшим теперь мхом и местами растрескавшимися. Я прихожу обычно на пять-десять минут позже тебя, однако за тобой не спускаюсь. Напротив, я поднимаюсь. Взбираюсь на плоскую прозрачную крышу теплицы и наблюдаю за тобой оттуда.У нас есть кое-что общее с этой крышей. И то, что нас объединяет, отравляет мою жизнь. Если бы на мне не было одежды, можно было бы лежать там преспокойно сколько угодно времени, снизу меня никто не смог бы увидеть. Но в нашем обществе правила для всех одни, потому я тоже одеваюсь, как и все люди, и потому мне приходится как можно быстрее прятаться, когда ты собираешься посмотреть наверх.

Ты выращиваешь в теплице растения – а что там ещё можно делать? В больших и маленьких глиняных горшках, которые ты приносишь с собой, растут эустомы, протеи, стрелиции… Каждый раз, когда распускается новый цветок, я всю следующую неделю ищу информацию о нём в энциклопедиях. Обо всех ростках ты заботишься трепетно и бережно, будто о собственных детях. Ты не только поливаешь их и удобряешь, но и беседуешь с ними, как с разумными существами. Никто из моих знакомых так не делает. Они бы все точно посчитали тебя странным человеком, но только не я. Твои еженедельные разговоры с растениями это то, что каждый раз заставляет меня лежать не дыша, пытаясь вникнуть в твои слова, обращённые к тем, кто их не слышит. Однако твой ласковый голос приглушён стеклянными стенами и шумом внешнего мира, и ничего разобрать не получается.