Аферисты из Инстаграм

– Милый, – думаю я, – ты же сейчас снимаешь это рядом со мной. Вот она я, живая, дышу. А в сторис у тебя пустота. Для кого этот театр?

И это ведь не единичный случай. Каждый день было что-то подобное: рилс «Ищу свою женщину»; кружочек «Доброе утро, поехали работать», хотя он просто валялся на моём диване; видео с завтрака, где кадр обрезан так, чтобы не видно было, что за столом мы вдвоём.

С одной стороны, это выглядело комично. С другой – тревожно. Потому что нормальный мужчина, которому нравится женщина, наоборот захочет показать, что он не один, что у него есть спутница. А тут – будто идёт набор в кастинг на роль «идеальной жены из Инстаграма».

Я пыталась обсуждать это. Говорила:

– Слушай, это странно выглядит. Мы вместе, но ты всё показываешь так, будто один.

На что он, с невозмутимым лицом, отвечал:

– Мне нужны охваты. Это рабочий процесс.

Ах вот оно что! У нас не отношения, а маркетинговый план. Я, получается, не девушка, а фон для продвижения его блога. Отлично. Когда у нас будет годовщина, он, наверное, тоже выложит пост «Поздравьте меня с новым контентом».

Меня это задело. Потому что для меня прозрачность в отношениях – это всё. Если человек даже в соцсетях не может показать правду, значит, у него двойное дно.

И именно в эти моменты я понимала, что его маска «правильного мальчика» даёт сбой. Потому что правильный не будет вести себя так. Настоящий мужчина не строит иллюзии «я свободен» при том, что живёт с женщиной.

Тогда я впервые всерьёз задумалась: а может, он не со мной, а рядом со мной ради картинки?

Дубай умеет поражать. Ты заезжаешь в Atlantis The Royal – и сразу ощущение, будто попала на съёмки голливудского блокбастера: небоскрёбы, огни, хрустальные люстры, а рядом со входом такие машины, что их даже в «Форсаже» не показывают, чтобы зрители не умерли от зависти.

Я думала, что вечер будет лёгким и красивым. Знаешь, то самое свидание, где ты в платье «при параде», он – в идеальном костюме, и всё как в кино. Ну почти. Первые 15 минут Д. держал марку: комплименты, ухмылка, вид «я самый достойный мужчина в этой комнате». Но стоило бокалу шампанского слегка прикоснуться к его губам – и будто переключили тумблер.

Вместо нежности начались подколы. Вместо комплиментов – странные комментарии с привкусом обесценивания. «Ну, платье у тебя красивое, но для Атлантиса можно было бы и получше выбрать». «Ты так серьёзно смотришь, будто собралась покупать этот отель, ха-ха».

Я смотрю на него и думаю: «Так, стоп. Это что, репетиция нового образа? Или он просто расслабился и показал настоящего себя?»

На следующий день у нас по плану был ресторан «Красота» – гастротеатр с иммерсивным шоу. Там всё сделано так, чтобы гости проживали историю, будто они внутри спектакля. Ирония в том, что спектакль сидел прямо передо мной – в виде Д.

Мы заходим, нас встречают актёры, музыка, свет. Я сияю – люблю такие штуки, это мой мир. А он… Он весь вечер не смотрит на меня. Его взгляд цепляется за людей за соседними столиками. Особенно – за моих знакомых. Он будто специально пытался привлечь их внимание: громко шутил, вставлял комментарии, строил из себя «интересного собеседника». Я видела, как он набивает себе цену, как будто играет в дешёвую игру «заметьте меня, я тоже звезда».

Я параллельно листаю телефон. У меня настроение – ноль. Он замечает:

– Ты что-то холодная.

– А ты слишком горячий для чужих ушей.

Я улыбаюсь саркастично, но внутри уже понимаю: ожидание этой поездки было ярче, чем сама поездка.

И вот апогей – он снимает рилс с сигарой под трек: «I am not a maybe, I am the one». А я сижу напротив и думаю: «Ну конечно. Ты ‘the one’, только не для меня. И вообще – как иронично: ник моего бывшего заканчивается на ‘…theone’. Видимо, судьба решила поржать надо мной ещё раз».

Мысли материальны, и уже на следующий день мы встретили того самого бывшего.

В общем, мы решили провести день в Burj Al Arab, в бич-клубе Sal. Место знаковое – белоснежные лежаки, вид на Персидский залив, вокруг красивые люди в идеальных купальниках. Всё как в глянцевом журнале.

Д. сразу же побежал снимать рилсы. Камера – его главный друг. Он прыгал по территории с телефоном, искал удачные ракурсы, делал вид, что приехал сюда «один», и создавал себе новую версию «красивой жизни».

А я зашла внутрь… и замерла. Вдали я увидела своего бывшего. В груди всё сжалось. Я буквально почувствовала, как кровь отхлынула от лица. «Только не это. Только не сейчас». Меня охватила паника. Я не знала, куда бежать и что делать. В итоге я просто… убежала. Убежала в лобби Бурджа, села на диван и смотрела в одну точку. Мысль крутилась одна: «Как объяснить Д., что я не могу вернуться на лежак? Как сказать правду, не выглядя при этом странно?»

Через полчаса я собралась и написала Д. прямо: «Слушай, там мой бывший. Мне очень некомфортно. Давай уйдём».

И, что удивительно, он согласился без лишних вопросов. «Да, конечно, не проблема». И даже предложил новое место.

Казалось бы – ситуация спасена. Но именно в тот момент начался настоящий театр абсурда. Мне позвонили по работе, и я уехала на пару часов. Д. остался один. Я думала: ну пусть отдохнёт, позанимается своими блогерскими делами, полежит у бассейна.

Когда я закончила все свои дела и вернулась к нему, я думала, он уже отпустил ситуацию, но нет. Он будто застыл в своей обиде, как актёр, который слишком вжился в роль жертвы. Снаружи – спокойствие. Внутри – пассивная агрессия, натянутая тишина, за которой скрипят зубы. Каждое его молчание звучало громче крика, а взгляд говорил: «Моё время – драгоценно, ты его тратишь зря». Я чувствовала, как воздух между нами густеет, превращаясь в невидимый лёд.

И в какой-то момент просто выдохнула. Решила написать Юле – той самой, что когда-то участвовала в нашей небольшой «проверке».

«Сос, напиши что-нибудь Д., – набрала я, – я хочу провести выходные со своим бывшим».

Это звучало как эксперимент. Честно – я сама не знала, что ищу: подтверждение, оправдание или финальный удар.

Юля не задавала вопросов. Просто сделала, как я попросила. И дальше началось самое интересное, но об этом в ее главе.

Уважение закончилось там, где появился шанс на «выгодную сделку». После этого всё покатилось под откос с удивительной скоростью.

Мы собирались провести выходные на островах – то ли на World Islands, то ли на Saadiyat. Картинка в голове была красивая: море, солнце, немного тишины, разговоры, может, даже шанс снова почувствовать тепло. Но вместо этого он вдруг заявил, что хочет «потусить в Даунтауне». Все выходные.

Я смотрела на него и едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться.

«Потусить с Юлей», а я как раз буду «тусить с бывшим».

Вечером мы приехали в Birds – место, где всё дышит искусственностью. Атмосфера полусвета, красивые лица, чуть приподнятые подбородки, панорама Дубая, отражающаяся в бокалах шампанского. Музыка – ровно такая, под которую удобно изображать, что ты богат и счастлив, даже если внутри пусто. Я уехала по работе – он остался ждать.

Час.

Для «девы» (а он свято верил в гороскопы и объяснял ими любую вспышку раздражения) это, наверное, было личным апокалипсисом. Но меня это уже не трогало. У меня не было сил подыгрывать. Я ловила себя на мысли, что хочу тишины, одиночества, свободы – хоть на пару часов. Когда я вернулась, он сидел за столом и выглядел скучающим, пока вдруг… не случилось то, что способно воскресить его быстрее любого кофе.

К нему подошла компания:

– О, мы тебя знаем! Можно фото? Подпишемся на твой инстаграм!

И всё.

Он ожил.

Мгновенно.

Улыбка, поза, взгляд – будто кто-то нажал «включить демонстрационный режим».

Плечи расправились, глаза засверкали, интонации стали мягче.

Наша драма испарилась – вместе с остатками моего терпения. Я смотрела на него и думала: «Вот он ты – настоящий. Ты живёшь ради чужого взгляда, ради этих тридцати секунд славы. А потом что? Когда свет погаснет, камеры выключатся, а лайки перестанут расти – кто останется рядом с тобой?»

Но давайте честно: в Дубае косячил не только он. Мой бывший молодой человек умудрялся присутствовать везде – как тень, как бэкграунд, как приложение, которое невозможно удалить. Он то писал мне, то неожиданно приезжал к моему дому, то вдруг появлялся в торговом центре, где мы с Д. дымили кальян. Ещё и звонил под предлогом «занести ноутбук» (ну конечно, ноутбук – это именно то, без чего я не могу прожить). И, как вишенка на торте, мы однажды реально встретили его в Бурж аль Араб, когда поехали на бассейн. Я заранее знала: мир тесен, и это случится. И вот момент настал. Д. это, конечно, вывело из себя. Он всем видом показывал, что ему неприятно. Даже устроил театральный жест: показательно ушёл, отменил все наши планы на выходные и бросил фразу: «Разберись со своим бывшим, потом пиши мне».

В голове я тогда крутила только одно: ну окей, может, он обиделся и решил так мне отомстить. Я даже пыталась найти ему оправдания – мол, наверное, просто деньги закончились, стресс, усталость, вот и сорвался. Но в глубине души я понимала: это была только прелюдия к следующему акту спектакля «Аферист с большой буквы Д».

Когда он так пафосно ушёл, оставив меня с его драмой и своим эго, я ещё какое-то время пыталась найти ему оправдание. Знаете, этот вечный женский синдром: «А вдруг он не такой? А вдруг просто обстоятельства?» Ну да, конечно. Я прямо представляла, как он сидит где-нибудь в отеле, считает последние дирхамы и думает: «Что ж, придётся идти работать по вызову…»

И вот реально – так и получилось. Юля мне потом скинула переписку: он написал ей, что если они хотят встретиться, то пусть снимает ему отель на три дня. То есть рядом со мной он весь такой «правильный мальчик, я не такой, я воспитан, я даже билет за себя куплю», а тут – простите, полный прайс-лист.

Это и есть его «инвестиционная стратегия»: со мной он держит образ почти святого, а где-то параллельно готов «выйти в смену» ради удобств. Для многих девушек он – мечта: симпатичный, ухоженный, с налётом «богемности». А для меня – обычный парень. Ну симпатичный. Ну со смешными рилсами. Ну и что? У меня в окружении красавчики не хуже, только ещё и с деньгами, и со статусом, и без этих цирковых масок.

А тут ещё я всё время переписывалась с бывшим. И, честно, ожидание этой встречи с Д. было куда ярче, чем сам Дубайский сценарий. Потому что в реальности он превратился из «инстапринца» в «дилетанта на подработке».

Но спектакль продолжался.

Глава 5

Юля

Д. прилетел в Дубай. Я сразу обратила внимание на его контент. Сторис – одна за другой. Красивые локации, рестораны, бич клабы. Он в кадре – один. Ни намёка на то, с кем он на самом деле проводит время. Всё обставлено так, будто весь Дубай – просто фон для одного актёра. Я, конечно, знала, что он с Катей, но он держал картинку без контекста.

Мы с Катей решили проверить, будет ли он как-то реагировать на мои сообщения и я написала ему: «Когда встретимся?»

В ответ – тишина.

Пять дней тишины. Я поняла, что у них с Катей отлично проходит отдых, парень передумал и прошел проверку.

Ко мне в Дубай приехали друзья и мы отлично проводили время: бич клабы, рестораны, гольф, катались на классных тачках. И еще я исполнила свою давнюю мечту: прыжок с парашютом. Адреналина мне хватило, поэтому я уже и забыла про Д.

Помню, как друзья в шутку спросили: «Ну и сколько бы ты заплатила ему за встречу?» Я ответила: «Пять тысяч долларов» (да, тогда мы с Катей думали, что он суперзвезда и на меньшее не согласится). Слава богу, вслух ему я это не озвучила. В итоге всё обошлось куда дешевле – отелем за 1500$, но об этом чуть позже.

Сообщение-приманка

Далее ситуация немного изменилась: у них с Катей произошла ссора, и она попросила меня написать ему еще раз. Я согласилась и сделала это максимально в своем стиле, ответила ему на сторис:

– Приезжай, забирай все мои деньги.

Мгновенно ответил:

– Привееет.

И тут же сообщил, что готов встретиться на выходных, если я помогу с отелем на 2 дня. Я смотрела на экран и смеялась: такой честный меркантильный реализм даже обезоруживает.

Отель и двойная игра

Я спросила, какой именно отель он хочет. Он предложил выбрать мне. Я выбрала классный отель Edition, ну а он сразу согласился. Мы утвердили даты, я забронировала номер с пятницы по воскресенье. Но потом он решил уехать в отель-подарок на день раньше.

Интересно, как он объяснил Кате, что уезжает от нее? Ей он сказал, что «ему все это не нравится» и он уезжает, снимет отель себе сам. Мне же в этот момент выдал совсем другую версию: мол, «Ой, перепутал даты для брони», нужно добавить ещё один день. И не просто добавить день, но и взять ему номер люкс. Ставки растут, подумала я, но согласилась. Азарт уже взял верх надо мной.

Инсайт: Умение одновременно вести две разные версии одной ситуации – навык, доведённый до автоматизма. Для Кати он «принципиальный» и снимает отель сам. Для меня – «ошибка с датами» и просьба оплатить еще один день отеля.

По пути в ресторан

Когда мы ехали на встречу, Кате он сказал, что у него «ужин с криптанами». Правда это была или нет – вопрос открытый. Формально я действительно соучредитель компании по трейдингу, и мы торгуем на биткоине.

Ужин

Ресторан предложила я – хороший, в центре Дубая, с видом на фонтаны. Специально выбрала место недалеко от его отеля, чтобы избежать неловкого молчания в такси. Я не была уверена, что вечер закончится в номере, но нужно было просчитать любой финал.

Вечером в ресторане было дорого, богато и красиво. Он вёл себя довольно скромно. Первые минуты я даже подумала: «А о чём мы вообще будем разговаривать?» В блоге он выглядел как уверенный секси-мачо: эстетичные, чувственные видео с девушками, постановочные кадры. В реальности – сдержанный, спокойный, по вайбу совсем другой, хотя внешне выглядел так же, как в Инстаграме.

Алкоголь он не пьёт, а я взяла бокал вина (для храбрости, все же это был мой первый опыт подобной встречи). Он сам предложил заказать кальян. Ужин был вкусный, да.

За ужином он сказал, что «никогда подобными встречами не занимался, это первый раз». Рассказал, что, когда моя подруга написала ему, у него мелькнула мысль: «Они что, думают, что я ш…?» – а потом подумал: «Хотяяя, в принципе, почему бы и нет?»… (Цитата)

Инсайт: Гибкость мышления в реальном времени. Первоначальное «Я не такой» легко сменяется на «А почему бы и нет», если условия устраивают. Самое интересное, что он открыто рассказывает об этом – не верю, что тот, кто занимается таким первый раз, будет без смущения говорить на тему: «А не побыть ли мне шл… в Дубае».

Третий лишний?

Под конец ужина Д., наконец, расслабился. Видимо, почувствовал себя достаточно уверенно, чтобы показать истинные желания.

Он вдруг бросил:

– А давай позовём Соню. На секс втроем.

Я аж усмехнулась. Соня – моя подруга, которая первая написала ему легендарное «Сколько за встречу?»

Я спокойно озвучила: «Она вообще-то замужем и приехала в Дубай с мужем».

И тут Д., не моргнув глазом:

– Ну и что? Пусть на часик отъедет. Муж и не заметит.

Я сидела, смотрела на него, и у меня внутри щёлкнуло: вот он, настоящий Д. – без фильтров, без образа и масок. Не про бизнес, не про «Я весь такой умный и серьёзный», а про секс на троих с замужней девушкой, пока её муж «не заметит». Интересно…

Отель

За ужин он заплатил сам. Я не настаивала, но счёт принесли ему, и он не стал отдавать его мне. Вполне возможно, что он потратил деньги, сэкономленные на люкс номере в отеле

Да, когда мы пришли в отель, оказалось, что он живет в стандартном номере… А я скидывала деньги за люкс. Экономия должна быть экономной, подумал Д. и забрал разницу себе.

В отеле всё прошло без лишних слов. Секс был… нормальный. Не фейерверк, но и не разочарование. Внешне он мне понравился, так что в целом – положительное впечатление.

P.S. Это был мой первый секс с блогером, интересные ощущения, ты как будто оказываешься в одном из его reels. А ну и да, он предложил снять процесс на видео, видимо блогеры и правда привыкли снимать вообще всю свою жизнь на камеру.

Послевкусие встречи

До встречи я думала, что он типичный нарцисс-абьюзер, судя по блогу. В жизни этого не почувствовала. Наоборот, он показался «слишком хорошим». Даже, помню, написала подруге Соне: «Он какой-то слишком хороший, не моё». Для меня это было непривычно. Тогда было непонятно, образ это или правда, но на первой встрече он явно не включал ту игру, которую транслирует онлайн.

После – немного полежали, поговорили. Никакого телесного контакта. В какой-то момент я в шутку спросила:

– Завтра тебе обратно в серую Москву?

Он посмотрел на меня и спросил:

– Даа… Хочешь, чтобы я остался?

Я промолчала. Не потому что хотела или не хотела – просто не видела смысла отвечать на этот вопрос. Он выдержал паузу и сам закрыл тему:

– Да я и не смогу остаться, у меня в Москве уже съёмки и коллаборации назначены.

Инсайт: Это не было настоящим предложением. Скорее проверка – оставить ли за собой последнее слово и почувствовать контроль над ситуацией.

Я вызвала машину и уехала домой. В такси было ощущение, что просто поставила галочку: встреча состоялась, можно закрыть вопрос. Никаких чувств, никакой влюбленности или искры я не ощутила.

Финал вечера

Приехала домой и написала ему: «Спасибо за хороший вечер, приезжай ещё в Дубай». Пожелали друг другу спокойной ночи и попрощались

На этом дубайский эпизод закончился. Но история с Д. – нет.

Итоговые инсайты:

Реакция на провокацию – он не отбрасывает резкие заходы, если видит выгоду. «Сколько за встречу?» для него – не шок, а сделка.

Двойная игра – параллельно ведёт разные версии событий для разных людей (даже роли играет разные, для одной – принципиальный мужчина с правильными ценностями, для другой – let’s go на встречу за $).

Материальный фильтр – наша встреча в Дубае завязана на условии помощи с отелем.

Финансовая рациональность – даже оплаченный кем-то люкс превращает в стандарт, чтобы оставить разницу себе.

Контраст образов – блогер-мачо в сети и скромный собеседник в жизни.

Проверка границ – тест «Хочешь, чтобы я остался?» с мгновенным откатом назад.

Глава 6

Катя

После всех своих выкрутасов он снова выходил на связь, писал, снимал сторис с «грустными глазами». То плакал на камеру, то выкладывал рилс под драматичную песню: «У неё двое детей, и она хочет третьего. Ооо, джекпот».

Вот сидела я тогда и думала: вот это, конечно, уровень. Ни один театр не дотянет до такого перформанса. Тут и трагедия, и фарс, и комедия положений в одном лице.

Я-то думала, что после всей этой «дубайской драмы» он тихо уедет зализывать своё эго и забывать меня, как страшный сон. Но нет, Д. решил устроить продолжение сериала «Инстаплакс»: сезон 2, серия 1 – «Возвращение великого страдальца».

Сначала были сторис в стиле «бедный, но гордый». Знаешь, эти полуплачущие глаза в камеру, под грустную песню. То с сигарой в руках, то в машине с таким лицом, будто он щас объявит миру, что его не взяли в финал «Холостяка». Я смотрю и думаю: ну вот на кого это рассчитано? На бедных девочек из деревни, которые верят, что «он такой тонкий, чувствительный и глубоко страдает»? Или на меня, у которой в окружении такие спектакли три раза в неделю, только с бюджетом побольше?

А потом он выкатил свой главный шедевр: рилс со словами «У неё двое детей, и она хочет третьего… ооо, джекпот». Тут я уже чуть телефон не уронила от смеха. Во-первых, дорогой мой, если это джекпот, то я тогда Вегас. Во-вторых, если уж хотел меня зацепить, то выбрал максимально жалкий способ. Это как попытаться произвести впечатление, приходя на свидание с пустым пакетом из «Перекрёстка» и словами: «Я принёс тебе счастье, но оно на кассе осталось».

Я глянула это шоу, вздохнула и вернулась к переписке с бывшим. Потому что в сравнении даже бывший, со всеми его тараканами, в тот момент выглядел как уверенный мужчина, а не школьник, который репетирует роль «обиженного героя».

И самое забавное: я не скрывала, что отдаляюсь. Я отписалась от него, скрыла его истории, убрала из поля зрения. Для меня это был уже не принц, а, прости господи, контент-провайдер.

Д. улетел в Москву, а я осталась в каком-то странном коктейле эмоций: вроде и облегчение, что он улетел и больше не висит у меня над душой, и в то же время раздражение – ну как так, столько времени, столько ожиданий, и в итоге всё сдулось, как шарик из «Детского мира».

Д. продолжал писать. И знаете, это выглядело особенно абсурдно. Самое смешное сообщение – это когда я выложила в сторис фото с горами. Он отвечает: «Ты в горах?» Я смотрю на экран и думаю: «Нет, блин, в Дубай Молле».

Сарказм у меня, конечно, зашкаливал. Я даже не выдержала и переслала это Юле, написав: «Вот и вся его аналитика».

Через пару дней после прилёта он прислал мне видео-благодарность: мол, «Спасибо за совместную поездку, было круто». Я сидела и думала: круто – это где? В какой момент у нас вообще было круто? Когда ты снимал рилсы с пустым местом рядом и писал «Где моя жена»? Или когда ты делал вид, что не со мной приехал в Дубай, а один?

Я человек прямой и простых игр не люблю. Поэтому я ему сразу сказала: «Слушай, я с людьми общаюсь открыто, без масок. Для меня это детский сад, когда кто-то пытается манипулировать или изображать из себя правильного. Не надо со мной этих танцев с бубном».

И тут начинается цирк имени «принца». Он делает круглые глаза и пишет: «В смысле? Ты о чём? Ты всё придумала».

О, классика жанра. Газлайтинг в чистом виде. Для тех, кто не в теме: это когда тебя пытаются заставить сомневаться в собственной адекватности. И хотя я могла бы растеряться, я-то человек подкованный. У моего бывшего мужа, например, любимой книгой была «Я манипулирую тобой». Я, будучи беременной, читала её раз пять и ещё смотрела кучу курсов на YouTube про НЛП, продажи, как отрабатывать возражения и всё это. Так что, когда Д. пытался «включать газ», я видела это насквозь.

Проделки его были настолько глупыми, что даже ребёнок бы понял, что что-то тут нечисто. Ну серьёзно: я же не из тех женщин, которых можно впечатлить фразой «Да ты сама всё придумала».

Я ему сказала прямо: «Такой формат общения мне не подходит, лучше не общаться вообще». У него был выбор: перестать строить из себя святого и начать разговаривать нормально. Но он выбрал привычный путь – притворяться, будто не понимает, о чём речь.

Но Д. было все равно, он продолжал проявлять инициативу в общении. Как в плохом сериале, где сценаристы уже выжали все шутки, а главный герой всё ещё пытается тащить сюжет на своих плечах.

То напишет «Как дела?», то скинет кружочек – будто мы давно женаты и я обязана отвечать. А я смотрю на это и думаю: «Ну ты серьёзно? Мы только что прошли тур “Дубайский позор”, а ты снова в атаку?» Даже если бы он подарил мне сейчас «Бурдж-Халифу» в аренду на неделю, я бы не купилась. В моей голове крутилась фраза: «Брат, спасибо за контент, но я вышла из этого чата».

Я думала, что после дубайской драмы пора ставить точку, но оказалось – это была только запятая.

Мы с Юлей придумали ещё одну проверку. Финальную. Контрольный выстрел в инстапринца. Идея была проста: мы должны были лететь в декабре на Мальдивы. И я говорю Юле:

– Если он согласится лететь с тобой – всё, пусть летит, нах*й. Я вычёркиваю его из своей жизни навсегда.

– А если не согласится? – уточнила она.

– Ну… тогда полечу с ним сама. Даже приглашу – и на Мальдивы, и на Формулу-1. Пусть будет бонусный уровень, – смеюсь.

Но вся шутка в том, что Д… согласился полететь с Юлей. Без лишних вопросов, без сомнений. В этот момент я поняла: барабанная дробь – маски окончательно сняты. Для меня он стал обычным мальчиком. Ну да, симпатичный. Ну да, интересный. Но в моём окружении десятки красавчиков – ещё и при деньгах, со статусом, с фамилиями, которые знают даже в Кремле. А он? Для многих – мечта. Для меня – среднестатистический.

Ирония судьбы: я всё равно полетела на Мальдивы, но в другой отель. Он это увидел и тут же начал суетиться:

– До какого числа ты там? А можешь остаться?

Я угорала: «Представляете, если бы он взял у Юли деньги и прилетел… ко мне?»

Мы оставались на связи. Он всё время играл роль – то страдающего романтика, то «самостоятельного мальчика на отдыхе».