Рожденные ползать. Книга 1. Страх пустоты

– Что-то маловато нас для подмоги, – буркнул Сергей, явно не обрадованный новой перспективой.

– Не боись! Сейчас мы со стороны внешки зайдём и ударим феям в спину. А там поглядим…

На втором ярусе мы, пробежав по внешнему проходу, вскоре оказались рядом с пробитым в обшивке проходом, ведущим прямо в открытый космос. И я сдуру приблизился к этой огромной дыре и заглянул в бездну. Проклятое любопытство…

Тьма пустоты, густо усеянная светлячками звёзд, завораживала и пугала одновременно. Казалось, одно неловкое движение – и ты сорвёшься туда, в бездну, и будешь падать и падать… И так до бесконечности.

Ноги дрогнули, сами делая шаг назад, и по телу прошла волна холода, сжимая внутренности в тугой комок.

– Ну на хер!

– Всё, насмотрелись? – нетерпеливо подтолкнул меня местный. – Тогда бегом, нам ещё топать и топать!

– Там тоже такое будет?

– Не знаю. Тут всё явно плохо закончилось.

– Почему? – на бегу выдохнул я.

– Капсулы нет, – пояснили мне. – А значит, они успели кого-то захватить и свалить отсюда. И дай-то бог, если этих тварей сбили на обратном пути…

Следующего пролома мы достигли довольно быстро, и там уже пришлось перейти на медленный шаг. Лохмотья металла от многократных пробитий обшивки торчали во все стороны, грозя порвать скафандры. Да и возможность засады никто не отменял, поскольку впереди, застряв в стенах, торчало сразу несколько чужих кораблей. Точнее, как их называли местные, абордажных капсул.

– Смотрим в оба глаза! – послышалась команда в наушниках. – Не хватало нам ещё повторить судьбу тех бедолаг, которых увезли феи.

И мы смотрели. Лично я вертел головой и стволом оружия во все стороны, как заведённый, заглядывая за каждую преграду. Да и Сергей не расслаблялся. Вспомнил, видать, чем грозит плен у чужих. Когда про такое читаешь в учебниках – это одно, а когда перспектива стать живым инкубатором замаячила перед твоими собственными глазами – совершенно другое.

Путь, который проделали феи, был отмечен брошенными переносными щитами, из которых на пути чужих собирали баррикады для обороны. И таких линий я насчитал ровно четыре штуки.

Чем дальше мы шли вперёд, тем больше на нашем пути попадалось мусора, парящего прямо перед глазами. И уже перед последней баррикадой трупы тварей приходилось отталкивать руками, чтобы пройти.

– Что-то многовато их тут…

– От других проломов подтянулись. Коллективный разум, и этим всё сказано. Они всегда действуют совместно, тем и опасны.

– Вот же…

– Хватит трындеть! – рявкнул старший местных. – Отцепляем щиты и берём с собой! Пригодятся.

Как подступиться к щитам, я даже не предполагал, но моя помощь тут и не понадобилась. Несколько движений руками, отжатые рычажки, и вот уже щит парит в воздухе перед нами, только толкай вперёд.

– Приготовились! Клювом не щёлкаем, не торопимся! Желторотики, держитесь позади и не подставляйтесь. Не хватало ещё за вас потом трюнделей выхватить от руководства.

И снова бой…

В этот раз мы были готовы и знали, чего ожидать, а потому всё происходило спокойно и размеренно, как на тренировке.

Секунда, и в открывшуюся гермодверь шагают бойцы со щитами в руках. Вторая – и щиты встают на пол, закреплённые уверенными движениями местных. Третья – и все остальные занимают позиции за готовой баррикадой, выцеливая фигурки противника, мельтешащие возле таких же баррикад в дальнем конце ангара.

– Огонь по команде! А то своих покрошим… Начали!

Защитники на другой стороне нырнули под прикрытие щитов, и мы открыли огонь, выкашивая нападающих чужих в спину.

– Ага, блин! – орал в микрофон Сергей, явно поймавший азарт. – Так их, тварей!

Я же в этот раз, вспомнив навыки, бил короткими очередями, не спеша, но и не выцеливая, и всё равно магазин опустел слишком быстро.

– Всем укрыться! – рыкнуло в наушниках, как раз когда я, опустившись под прикрытие баррикады, перезаряжал оружие, а через несколько секунд по щитам и стенам вокруг застучали пули.

– Они что, в нас стреляют? – повернулся ко мне Сергей, которого сдёрнули вниз местные и, стукнув по шлему, приказали не увлекаться.

– Мы друг напротив друга, ты как думал?

– Так мы же… А они…

– Огонь! – снова рявкнуло в наушниках, и, не обращая внимания на растерянного соседа, я вскочил и вновь принялся стрелять, выискивая среди многочисленных преград мелькающие силуэты врагов, отступивших к центру зала.

– Прекратить огонь! – последовала команда, и я снова скрылся за укрытием. – Сейчас расходимся в стороны, как на учениях. Желторотые, со мной.

– А как… – начал было Сергей, но получив от меня локтем в бок, замолчал.

– Просто повторяй за мной. И поставь автомат на предохранитель, чтобы не прострелить задницу парням, когда побежим.

По команде местные сноровисто сняли щиты и рванули вдоль стен, спеша занять удобные позиции. При этом бежали грамотно, не всей гурьбой разом, а партиями, прикрывая друг друга. Часть бежит вперёд, а часть ведёт огонь, отгоняя оставшихся чужих, благо на тот момент их осталось не так уж много.

Дальнейший бой оказался скорее рутиной, особенно когда феи решили затаиться среди полуразобранных кораблей.

– Идём группами, прикрывая друг друга, проверяем всё. Не дай бог вам матку упустить!

– Матку?

– Всё потом! – отмахнулся старший. – Сивый, останься с желторотыми, сторожите проход на всякий случай.

И местные ушли, а мы с одним из бойцов остались ждать.

– Что за матка? – чуть позже повторил я вопрос.

– А ты думаешь, на хрена они сюда такой гурьбой летят? – вопросом на вопрос ответил местный. – Ради нескольких пленных?

– Ну… А что, нет?

– И это тоже, конечно, – пожал плечами тот и тут же пояснил: – В десанте всегда есть матка, а иногда и несколько. Найдут неудачника, заразят, спрячут в технических переходах – и всё.

– Что всё? – не понял Сергей. – Не, понятно, что ему хана, но смысл?

– Смысл в том, что через некоторое время по укромным уголкам станут шляться вылупившиеся феи, мечтающие размножиться. Так можно в итоге и всю станцию потерять.

– Охренеть.

– Вот и я о том же. Так что ничего ещё не закончилось. Сейчас парни грохнут оставшихся тварей, и пойдём с остальными прочёсывать помещения, в каждый закоулок залезем. На целый день работы, будь эти твари неладны.

– И мы тоже? – вздохнул Сергей.

– И вы, раз уж уже влезли во всё это. Людей не так много, а завод огромный, так что…

– Как говорится, бойтесь своих желаний, они сбываются! – нервно хохотнул я, следя за воротами.

– В смысле? – не понял Сергей.

– Ну ты же хотел экскурсию по станции? Вот, получи и распишись!

– Ничего я не хотел… – проворчал Сергей.

– А я хотел.

– И чего мне теперь, твоих желаний тоже бояться?

Глава 6

После атаки чужих на станции ещё несколько дней творился форменный бедлам. Нас, курсантов, тоже привлекли к делу, на время притормозив обучение, несмотря на недовольство куратора. Сначала в качестве массовки для поисков чужих, а потом и в качестве простой рабочей силы.

Как я понял, в этом бою, несмотря на численное превосходство в технике и поддержку орудий станции, земляне понесли весьма приличные потери. И не только на самой станции, но и в космосе. Сказывалось отсутствие опыта у пилотов-новичков.

И сейчас весь завод работал в авральном режиме, восстанавливая численность флота. Причём помимо новых истребителей спешно вылавливались и ремонтировались старые. Вот к этой работе нас и привлекли. Нет, разумеется, не в качестве механиков, скорее, как подсобную рабочую силу. «Принеси, подай, какого хрена ты творишь, положи на место!»

– Я вчера слышал, что пилотов на станции больше, чем машин, – делился свежими сплетнями не замолкающий Серёга. – Прикиньте?

Вообще, сплетни, как ни странно, в мужском коллективе рождались быстро и были весьма устойчивы. Впрочем, оно и понятно – монотонный труд напрягал только мышцы, и бездельничающий мозг работал сам по себе. И у многих совсем не в том направлении.

– И что? – охотно поддержал тему Коля. – У нас на ферме трактор был один, а нас с братьями четверо. И вполне нормально.

– Ну ты сравнил! – ухмыльнулся Сергей и тут же выругался, уронив стальной блок на ногу. – Ах ты ж…

– Аккуратнее, желторотые! – рявкнул успевающий заметить всё техник. – Знаешь, сколько стоит эта хреновина? Если разбил, ты у меня тут до конца учёбы поселишься!

– Как я её разобью? Она же железная! – огрызнулся в ответ курсант.

– Да вам, придуркам, только дай волю, вы и стальные балки разломаете, не то что бортовой компьютер!

– Это, что ли, компьютер?

– Дай сюда! – Техник выдернул из рук Сергея железку и бережно поставил на верстак. – Идите вон платформы разгружать!

И мы пошли. И разгрузили. А потом загрузили обратно и отвезли в другой ангар, потому что в суете кто-то что-то перепутал. И так целыми днями.

– Мы сюда летать прибыли или грузчиками работать? – бухтел недовольный Андрей, с завистью поглядывая на пилотов.

Ну а я наслаждался жизнью, с опаской ожидая того страшного дня, когда аврал завершится и мне самому придётся сесть в маленький кораблик и выпасть в бездну, которая не понравилась мне с первого взгляда. Как я и ожидал.

Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается, и уже через неделю нас снова собрали вместе. И отправили дружным строем в один из ангаров. А уже там объявили, что халява кончилась и обучение возобновляется.

– Начальство снова изменило учебную программу, – пояснил куратор, нервно расхаживая перед строем. – Что, в общем-то, объяснимо. Поскольку вы у нас только второй выпуск, то по итогам и ошибкам первого всё меняется, да…

Некоторое время куратор молчал, с недовольным лицом думая о чём-то своём, потом, словно опомнившись, встрепенулся и закончил невпопад:

– Сегодня у вас тестовый полёт, который будут оценивать опытные пилоты. Специально для этого у нас есть двухместные машины, вот на них и будете летать по очереди. Так что разбейтесь на три группы, по одной на машину, и вперёд. И мой вам совет: не филоньте, отработайте по максимуму.

– Мы же третья группа, почему с нас начали? – возмутился я себе под нос, но куратор, услышав, ответил:

– Потому что первые две группы собраны из бывших пилотов. Да, пенсионеров, но всё же с опытом полётов. А вы…

Продолжать фразу он не стал, развернувшись к стойке с компьютером, но это было совсем не обязательно. Мы и так уже не раз слышали всё о своих умственных способностях, как и о том, откуда у нас растут руки.

– Наконец-то полетаем! – в предвкушении потёр руки Андрей, и я отвернулся, с трудом поборов желание отвесить товарищу дружеский подзатыльник, чтобы выбить дурной азарт.

И потянулись бесконечные часы ожидания. На одну машину приходилось ровно десять курсантов, и хотя сам полёт был не слишком долгим, времени на всё уходило довольно много.

– Ну как? – Ларионов подскочил к первому закончившему зачёт. – Как оно там?

– Да как обычно, – с деланым безразличием ответил курсант. – Сел, пролетел маршрут, делов-то!

– Куда сел? Там ещё и посадка нужна?

– В кресло сел, дубина!

Так и пошло. Пенсионеры в молодых телах изо всех сил демонстрировали уверенность, показывая, что ничего страшного и им всё по силам, словно дети малые. Помню, мы в детстве на речке весной так себя вели. «Холодная вода?» «Не-а!» – А у самого зуб на зуб не попадает. Но надо же показать остальным, что тебе всё нипочём.

В конце концов мне всё это надоело, и я ломанулся записываться на следующий полёт, но тут выяснилось, что не я один такой умный. Это первым быть никто особым желанием не горел, а вот потом начался спор о том, кто будет следующим. Никому не хотелось ждать несколько часов своей очереди.

В итоге, поскандалив немного, я махнул рукой и, отойдя за спины товарищей, сел ждать. И даже подремать немного успел, несмотря на мандраж.

– Сафронов, подъём! – разбудил меня пилот под смешки группы. – Совсем страх потерял?

– Что, пора? – продрав глаза, сообразил я и уныло поплёлся к шлюзу, за которым замер неказистый кораблик, потрескивая остывающими соплами.

– Давно пора! Устроили тут…

Уставший за день пилот, в отличие от нас, без смены летавший целый день, явно хотел бы оказаться на моём месте. Поспать, поесть и отдохнуть. Поэтому был раздражён.

– Давай живее, что тут думать! – прозвучало, стоило нам занять свои места. – Автоматика выведет корабль из шлюза, а дальше сам. Заданный маршрут на этом экране, фактический – на этом. Если что, я перехвачу управление, так что не паникуй.

Легко сказать «не паникуй»…

Пустота на экранах снова вогнала меня в ступор, но уже не так остро, как в прошлый раз. На экранах она была не настолько близко, что ли. Но всё же…

– Чего застыл? Потом налюбуешься! – рявкнул инструктор. – Двигатели запускай!

И я запустил. А потом постарался выключить мозги, как делал не раз в далёком прошлом. Есть цель, надо работать. А страх… Всё потом. Если выживем.

Нехитрый приём, как ни странно, помог, но внутри всё словно судорогой свело.

Корабль дёрнулся вперёд, резко ускоряясь, и, сверившись с маршрутом, я плавно повёл его к нужной точке, пытаясь предугадать, что нас там ждёт.

– На радар смотри! – Окрик пилота заставил вздрогнуть и перестать пялиться в заворожившую меня пустоту космоса. – Отметки видишь?

– Вижу, – кивнул я. – Это корабли?

– Хлам разбитый, то, что на сырьё в итоге пойдёт, – пояснил инструктор и тут же добавил: – Твоя задача – подцепить один из них захватами и привезти на станцию.

– Так мы такому не учились…

– Да мне… – вскипел было уставший пилот, но тут же заставил себя успокоиться. – Целый день каждому одно и то же говорю. Вы что, вашу за ногу, собираетесь всё время летать, как учили? А самим головой думать и что-то делать не придётся? Выполнять!

– Есть…

Нет, в теории я понимал, как выполнить поставленную задачу, но теория без практики мертва.

К выбранной цели я приблизился только с третьего раза, когда уже совсем сбросил скорость до минимума и догадался лететь только на маневровых двигателях, лишь слегка подавая на них топливо. А потом едва не врезался в остов разбитого истребителя, лишь в последнюю секунду по наитию активировав захваты.

– Молодец, теперь аккуратно разворачиваешься – и на станцию.

– А где… – На несколько секунд я растерялся, пытаясь определить своё положение по сторонам света, но всё же сообразил свериться с радаром и найти дорогу назад.

При этом, пока возился с погрузкой, был настолько сосредоточен, что забыл о страхе высоты, а вот на обратном пути внутренности снова свело в тугой узел.

О том, как подлетал к станции, даже рассказывать не буду. Неинтересно, разве что про то, какими словами крыл меня уставший инструктор, требуя ускориться… Но это уже мелочи, главное, что на посадочный стол мы сели целые и невредимые. Хотя и немного нервные. По разным причинам, конечно.

– В принципе неплохо. – Пилот распахнул люк и, выпрыгнув на пол ангара, потянулся, разминая тело. – По нижней планке прошёл сейчас. Так что из пилотов тебя не турнут.

– В смысле? – не понял я. – А если бы хуже отработал, контракт могли разорвать?

– Да ну, придуриваешься, что ли? – ухмыльнулся снявший шлем инструктор. – Людей и так не хватает. Но по новым веяниям от начальства непригодных теперь будут ссылать в пехоту.

– Так это что, можно было просто плохо пролететь – и всё?

– Треть вашей группы не справилась, – уже уходя, поделился инструктор. – И посмотрим ещё, что завтра четвёртая отчебучит.

Вот так. Остаток дня я ходил задумчивый и костерил себя последними словами, не особо обращая внимание на разговоры однокурсников. Те, впрочем, по большей части просто делились впечатлениями, раз за разом обсуждая первый полёт.

Я же, помаявшись до вечера, тихо выскользнул из комнаты и отправился к куратору. Требовалось прояснить несколько вопросов.

– Разрешите?

Куратор, вопреки моим опасениям, ещё не спал и, кивнув на кресло напротив, отключил голограмму с документами.

– Чего хотел, Сафронов? – хрустнув шеей, уточнил он, расслабляясь в кресле.

– По результатам зачёта хотел уточнить…

– Послезавтра всё узнаете на построении, – перебил куратор. – Если каждый будет бегать ко мне с подобным, то всю ночь придётся документы разбирать. Так что если это всё, то иди отдыхать.

– Правда, что тех, кто не сдал, переведут из пилотов в пехоту?

– А ты откуда знаешь? – удивился он. – Я сам только вчера узнал.

– Пилот поделился по доброте душевной. Так что там с переводом?

– Всё правильно. Нам спустили приказ ужесточить отбор, – поморщился куратор. – Мол, наберут по объявлению, толком не учат, а потом куча угробленной техники и… Короче, виноваты опять мы. Ну ладно, тебя это не касается.

– Как же не касается? – тут же возмутился я. – Напрямую касается! И я это…

– Что? Говори давай, не мнись, что ещё?

– Результаты немного поправить можно? – решился я.

– Ты мне взятку предлагаешь, что ли? – округлил глаза куратор. – Охренел, курсант?

– Да нет, наоборот! – тут же попытался поправиться я.

– Что «наоборот»?

– Ну мне бы исправить результат в худшую сторону.

– Сафронов, ты дурак? Иди отдыхай, не морочь мне голову, – устало отмахнулся куратор. – К тому же результаты уже наверху, там с ними штаб будет разбираться.

– А…

– Иди, я сказал! – Он недвусмысленно указал на дверь и, активировав браслет, снова занялся документами, уже не обращая на меня внимания.

– Вот и поговорили… – проворчал я себе под нос, уже выходя из кабинета. – Нет, ну могли же заранее сказать? Вечно у них так…

Пока шёл к своим, мимо меня в сторону ангара пробежала группа солдат. Уставшие, в бронированных скафандрах, увешанные снаряжением и боеприпасами. Красота! Вот кому не надо каждый раз садиться в крохотную машину для смертников и нырять в пустоту. Всегда на твёрдой земле или хотя бы на палубе.

О том, как же ошибался тогда, я узнал немного позже, но в тот момент меня терзала острая зависть.

Впрочем, поняв, что пока ничего изменить не получится, я мысленно махнул на всё рукой и успокоился. Раз уж не могу ничего изменить, то зачем терзаться? Главное, что теперь возможный путь к решению проблемы был виден. А уж как сделать так, чтобы больше не смотреть в бездну, я придумаю.

На следующий день у нас объявили самоподготовку, снабдив при этом материалами по известным минералам, встречающимся в астероидных поясах. И оставили мучиться в ожидании результатов. Впрочем, мало кто знал об отсеве, да и я трепаться особо не стал, а потому большинство было спокойно.

– Ты бы видел, как я к обломкам подлетал! – в который раз рассказывал историю своего короткого полёта Андрей, отвлекая меня от учёбы. Меня, потому что все остальные успели наслушаться его рассказов ещё вчера, и тут вдруг нашлись свободные уши в моём лице. – Прям с лёту всё подцепил, почти не снижая скорости, и вжух! Развернулся почти на месте! Инструктор даже в кресло вцепился!

– Угу…

– На маршевом почти до места, потом маневровыми чуток подправил – и вуаля!

– Ага…

– Тут же, понимаешь, как в бильярде! – разливался соловьём Андрей. – Если точно рассчитал угол отклонения и задал правильную скорость…

Восторженный курсант с энтузиазмом делился тонкостями, в которые я даже не пытался вникнуть.

– А если бы промахнулся? – Вздохнув, я убрал картинку с описанием руды и поддержал разговор: – Разбил бы машину и бултыхался в космосе, пока воздух в скафандре не закончится.

– Да брось, я всё рассчитал! – отмахнулся Ларионов и продолжил с горящими глазами: – А как мы на станцию возвращались! Что думаешь, когда нас будут распределять по специальности? Я считаю, меня в истребители возьмут! Скорее бы уже…

– Ты псих, Андрюха! – подытожил я. – Ладно просто пилотом, но истребитель… Это же не после нескольких месяцев учёбы! Даже на атмосферные самолёты люди годами учатся.

– Так на атмосферных есть куда падать, и вообще там всё по-другому, – не унимался Ларионов. – А тут бесконечный простор, свобода для полётов, можно творить что угодно, на что фантазии хватит!

– Или здоровья, – скривился я. – И падать будешь бесконечно. Никто тебя в этой пустоте не найдёт. Один, в темноте, считая, на сколько тебе осталось кислорода…

– Да брось! – отмахнулся Андрей. – Это всё в тебе твои фобии говорят. На самом деле всё гораздо проще, чем кажется. И спасти тут могут, если разбился. Пилотам во всех отношениях лучше, чем простым солдатам. Вот тем, если пулю в голову получил, то да, не спасут.

– Ну… Каждому своё, короче. – Вздохнув, я вернул на место картинку из учебника. – Раз так, то учи давай. Когда ещё ты в истребители попадёшь, а вот в шахтёры, думаю, уже скоро.

А утром следующего дня нас собрали, построив в ангаре, для объявления результатов первого учебного полёта.

– Значит так, товарищи курсанты, сейчас я буду называть фамилии, и те, кого назову, встают здесь, рядом со мной. Итак… – Куратор раскрыл список. – Атаманов, три шага вперёд. Молодец! Борисов… Так себе, но думаю, у тебя ещё будет время как следует потренироваться. Герасимов…

Медленно, но верно список подходил к концу алфавита. Уже половина группы стояла рядом с инструктором с довольным видом. А вот вторая половина заметно нервничала, переминаясь с ноги на ногу.

– Сафронов! – Куратор посмотрел на меня поверх списка и, поджав губы, мотнул головой на строй. – Выходи.

Скривившись, я шагнул вперёд, занимая место между выскочкой и Никифоровым, который до того явно нервничал, а увидев, что я присоединился, довольно улыбнулся.

Назвав ещё несколько фамилий, так что рядом с ним оказалось почти две трети группы, куратор убрал список и, недовольно оглядев оставшихся в строю, подытожил:

– Те, кого я назвал, продолжат учёбу, чтобы в будущем пополнить славные ряды пилотов космофлота. Ну а остальные… Что ж, на флоте нужны и другие специальности. В частности, вы отправляетесь в десант дорабатывать контракт. А я говорил с первого дня, отнеситесь к учёбе серьёзно…

– А я? – растерянно глядя на куратора, спросил Андрей. – Я же отлично всё сделал? Инструктор даже не сказал ничего!

– А ты, Ларионов, чуть сам не угробился и инструктора с собой мог прихватить! – скривился куратор. – Не сказал, блин… Да он как дышать забыл, когда ты свои кульбиты там выкручивал! Ничего не сказал… Мне он всё сказал, уже потом. Полчаса мозги полоскал, рассказывая про твои художества!

– Рождённый ползать летит недолго! – хохотнул рядом со мной выскочка. Вроде негромко, но я-то стоял рядом. И наконец, услышав знакомые слова, понял, откуда помню этот голос. Тогда в военкомате уже звучало что-то подобное…

Не знаю, что повлияло на меня больше. Разочарование, раздражение на самодовольного урода или нервотрёпка последних дней, но…

Резко развернувшись к соседу, я изо всех сил зарядил ему кулаком в нос, с наслаждением чувствуя, как сминается хрящ под кулаком. И выскочка не устоял на ногах, заваливаясь на спину.

– Сафронов, что за херня? – рявкнул куратор.

– Предлагаю уволить меня из славных рядов пилотов и понизить до десантника за систематическое нарушение дисциплины! – бойко ответил я, чувствуя, как губы расплываются в улыбке.

– Систематическое?

– Так буду систематически нарушать, если надо! – кивнул я, скосив глаза на поднимающегося выскочку. – Столько, сколько нужно!

– Марш в строй, – обречённо махнул рукой куратор. – Будешь наказан и получишь отметку в личное дело. Хотя там таких придурков, как ты, и так хватает…

Довольный собой, я шагнул обратно, занимая своё место рядом с потерянным Андреем и явно недовольным Сергеем.

– Значит так…

– Эй, подождите, парни, я с вами хочу, – перебил куратора Коля и заозирался, сжимая кулаки. – Сейчас я тоже дисциплину нарушу, только…

– Никифоров, ять! – не выдержав, рявкнул куратор и шагнул к Коле. – Отставить! Вы что, уроды, охренели совсем?

– Но я…

– Молчать! – прямо в лицо нашему товарищу заорал куратор и, немного успокоившись, покачнулся с пятки на носок, обдумывая что-то. – Пиши рапорт о переводе. И марш в строй… Нарушитель, ять…

– Есть! – бодро ответил Никифоров и, бочком протиснувшись мимо куратора, встал рядом со мной. – Я с вами, парни!

Глава 7

– Подъём, животные! – До противного бодрый голос сержанта прервал сон, заставив открыть глаза и попытаться понять, где я нахожусь. Рядом шуршали одеждой суетящиеся сослуживцы, кто-то уже деловито пробежал к выходу, намереваясь посетить уборную до того, как там образуется очередь, а кто-то, напротив, так же как я, ещё лежал и хлопал глазами, пытаясь проснуться.

– Ты охренел? – недовольно проворчал мой сосед, хмуро поглядывая на сержанта. – Импортных фильмов про армию насмотрелся?