Четвертый континент В тени летучей мыши

По склону передвигались в стиле зайца, когда тот уходит от погони: молниеносный рывок и шасть в сторону. Так и перебегали от кустика к кустику, от камушка к камушку. И не синхронно. Один пробежит с дюжину шагов неочевидным маршрутом, да и затаится в складках рельефа. Следом второй таким же макаром. Третий то сам по себе, то одновременно с коллегами.

- Очкастый минус, - скупо известил наушник примерно на первой четверти дистанции. Еремеев как раз шмыгнул в подвернувшийся куст местного репейника (колючий и липучий, зараза).

- Сова! Подтверждаю, - спустя четыре секунды в эфире согласился Варшавин.

- Good! – выдохнул подполковник, стартуя из положения лежа.

Им повезло. А противнику - наоборот. Был соблазн напасть в первую очередь на обоз. Полноприводный грузовик в пустынной раскраске, семь пикапов в разноцвете – механическое стадо уютненько ожидало беспокойных хозяев в низине в километре от засады. Но зариться на трофей, когда союзнику начищают «пятачок» (причем качественно), – «не наш стиль» - Николай вспомнил любимое выражение капитана Арсенина. (Как он там? Болтали, будто бы тоже в Африке, под синим флагом миротворцев ООН).

Атаковали во фланг и сходу, оставляя бармалеям пусть и призрачный, но шанс ретироваться. Практика показывает: не всегда супостат, зажатый точно крыса в угол, спешит поднять руки в гору. Решит героически сдохнуть – хлопот добавится... А исход-то не очевиден. Тем более, когда у сторон на лицо некий паритет. Главное удалось: не только ошеломить, но и изрядно проредить личный состав противника. И осталось в таковых не больше дюжины.

Квартет спецназовцев действовал по отработанному сценарию: первая двойка длинными очередями прижимают к земле, а когда патроны в магазинах заканчиваются, на сцену выходит вторая пара. Но, выдержав микропаузу в надежде на торопыгу-оппонента. Оправдалась надежда-то. Неугомонный уникум решил схватить удачу за хвост - лупануть из гранатомета. Увы, попался на уловку. «Удав» только того и ждал. Будто палкой по ветхому штакетнику провел деревенский шалун. Пулемет от концерна товарища Михаила Тимофеевича - штука убойная во всех смыслах. На кинжальной дистанции из легкой бронетехники дуршлаг в пять секунд сделает, доведись той боковой проекцией подставиться, а тут живая плоть … Мда.

Носорог, откинув клапан на кармане разгрузки, вытянул снаряженный магазин. Щелчок и «рожок» в приемнике. Лязгнул затвор, и патрон затих в патроннике. Совершив манипуляцию с предохранителем, он стянул тангенту со стропы:

- Сова!

- На связи! - откликнулся снайпер.

- Треба язык. Пошукай там.

- Есть кандидат. Навроде курбаши тут, - раздумчиво промолвил «вагнеровец». – Хороводит стадом.

- Принято, – Еремеев в четыре переката оказался за каменюкой с острыми краями. Изготовившись к стрельбе, рявкнул: – Стреножь!

Спустя три минуты всё закончилось. Жандармские джипы уже и не чадили. Кратко отстучали контрольные выстрелы поблизости. Двое пленных, сгорбившись, грели пятую точку на бровке пыльного проселка.

- Потрепали вас, - подполковник оглядел оставшееся воинство. Пять полицейских в изодранной до неприличия униформе и с неумелыми повязками на руках-ногах, да сержант-майор. Тот стоял у россыпи камней злющий, как пастух, у которого свора серых разбойников все-таки изнахратила отару. Ссадина на затылке обильно кровоточила, да и ухо выглядело по примеру манта, что по недогляду повара второй раз случилось сварить.

- Аллах милосерден. Поквитаюсь, - унтер хищно оскалил сахарные зубы, нервно дернув плечом.

- Ага, добавь «мамой клянусь», - не вслух фыркнул Николай и сочувственно вздохнул. – Алаверды - дело хорошее.

Африканец фразе не удивился. Может, уже слышал про алаверды, а скорее - не до того.

- Ноль первый! Ноль первый! – всполошился динамик рации.

- На связи! – также на русском ответил Еремеев, поднеся микрофон тангенты к губам.

- Духи грузятся по табакеркам. Слинять собрались.

- Пущай валят! - на миг задумался Николай и вновь нажал кнопку передачи. – Проследить!

Теперь помолчал Варшавин:

- У птички батарея на исходе. Могу вторую поднять.

- Поднимай! Нужна точка, где у бородатых лёжка. Роджер!

Звено геликоптеров, что та ниточка за иголочкой, неслось на бреющем. Под бежевым брюхом лежала саванна во всей красе (момент спорный, конечно). Мелькнули последние деревья, и тут же подскочило каменистое плоскогорье. Вдали возникли размытые очертания тутошних мегалитов. Винты «Крокодилов» толстыми ломтями шинковали африканский воздух, и тот покорно укладывался горкой. Александр, изредка поглядывая в иллюминатор, неожиданно поймал себя на мысли: мало того, что попривык к здешней природе-погоде, но ему здесь нравится. А вот с Центральной Америкой подобное, увы, не случилось.

Ми-24 заложил вираж и, проскочив между каменными истуканами, рванул вверх. Захлопали пиропатроны тепловых ловушек, взвыли турбины, задребезжал стальной пол, и к иллюминатору подплыли облака. Рыхлые, будто смытая пена для бритья. Четыре минуты в стиле американских горок, и вертолет перешёл в спокойный полет. Из пилотской кабины выглянул техник и пальцами продемонстрировал цифру пять. Полковник понимающе кивнул и покосился на Морозова. Капитан, прикрыв козырьком кепи глаза, дремал в обнимку с АК-12. Поразмыслив, Александр всё-таки решил пока не будить верного помощника.

Вновь под крылом заплясал сарабанду калейдоскоп красок плоскогорья.

- Под крылом вертолёта о чём-то поёт песчаное море…, - сипло пропел Андрей, не меняя позы. – Эхе-хе, нескладушки-неладушки, прямо имярек по макушке. Подлетаем?

- Ага, - Кайда продолжал смотреть в иллюминатор. – Уже вижу, ковровую дорожку раскатывают.

- Дорожку?

- Красную в мелкий горошек. По случаю визита грозного начальства.

- Грозного? Тю. На мой вкус наш командир - добрейшей души дядя.

- Не подлизывайся, mon cher.

«Крокодил» вдруг стал сбрасывать скорость, словно его за хвост схватил великан и ну давай тянуть к себе.

Мини-смерч над площадкой, куда приземлились геликоптеры, отогнал встречающих подальше. Воздушная спираль была нашпигована песком с мелким гравием, острым и колючим. Эта смесь шрапнелью осыпала скалы, кустарник, деревья. Досталось и старенькому Defender, хоть и стоявшему в отдалении.

Варшавин в энный раз напевал популярную в незапамятные времена песенку про большую крокодилу, что шлялась по улицам в зелёном обличье с куском одеяла в зубах за неимением ветчины. За лобовым стеклом вихрь на глазах дряхлел. Вот уже контуры вертолетов наметились. Отстучали последние «капли» каменного града, казацкими усами обвисли винты и откатились сдвижные двери десантных отсеков.

- Пошла мука на Тобольск! – капитан отстучал пальцами по рулевому колесу завершающие ноты шлягера и покинул вездеход.

Кайда, оказавшись вслед за Носорогом в шатер, покрутил головой:

- Уютный шалашик. Как у Ленина в Разливе. Водицей с дороги угостишь?

- В пьянке замечен не был, но по утрам пил холодную воду, - ухмыльнулся подполковник, с противным скрипом вытаскивая из надорванной упаковки бутылку на два литра.

- Не Боржоми, однако, но за неимением …, - Александр, отпив прямо из горлышка, вернул сосуд. При этом не забыв благодарно кивнуть. – Докладывай, domine colonellus legatus.

- Это по-каковски? Латынь?

- Латынь.

- Красиво. Прям как исторический роман читаешь. Юлий Цезарь, Клеопатра…

- За Баха ближе к ночи. Ты за Эву, - поморщился полковник и уселся на складной стул, что стоял ближе всего.

- Понял, - покладисто вздохнул Николай и, оседлав брата-близнеца напротив, положил руки на стол. – Обстановка такая … После истории с жандармским конвоем противник в радиусе полста кэмэ не отсвечивает. Даже ДРГ. Местонахождения их стойбища, временного так полагаю, мы отследили. Координаты передали в Банги.

Александр кивнул, внимательно слушая.

- Кстати, пленных разговорить удалось? Я, конечно, их допросил на скорую руку. Один рядовой ландскнехт, а подранок пожирнее. Типа взводного.

- Общался с твоим подранком третьего дня, - подавив зевок, Кайда пояснил. – Укачало малость. Старею, мля, что ли? Разговорить-то удалось. Кое что в клювике бумбараш этот принес. Расскажу чуть позже. Лучше скажи, на какой стадии монтаж «железа»?

- Всё по графику, командир. Оборудование станции смонтировано полностью.

- Электроснабжение?

- Согласно проекту. Солнечные батареи, ветряк, аварийные генераторы. Технари гоняют технику в разных режимах.

- Very well! Вот теперь можно погуторить о дне завтрашнем, - Александр чуть прикрыл веки, о чём-то размышляя. - А завтра, дружище Биттнер, начнется армейская операция. Пройдемся по околотку частым гребешком. Спецназ, парашютисты, жандармы, «Вагнер». Наша задача – разведка, координация, связь. Повезет повязать атамана – считай выпал джокер.

- Да, обезглавить бандочки было б очень даже, - Еремеев взрыхлил ёжик на голове. – Может Шопена озадачить, чтобы станция поработала на подавление? Или без разрешения Москвы никак?

- Мысль интересная, - хитровато прищурился полковник. – А давай. В тестовом формате, так сказать.

- Ага. В условиях, приближенных к боевым, - офицер стер ладонью налет мелкого песка, что плёнкой улегся на столешницу. – Когда начинаем кордебалет?

- Тянуть не станем. Собирай-ка отцов-командиров. С Шестаковым потом отдельно поговорю.

Два звена вертолетов мчались ущельем. Гремело, будто пустое ведро неслось по лестнице в многоэтажке. На полном ходу, скакнув кузнечиком, они перепрыгнули через хребет и оказались в другом мире. Сразу за перевалом взъерошенное плоскогорье скатывалось в грязно-желтые пески пустыни. Шедшие головными «Крокодилы» поубавили прыть, а спустя с десяток секунд зависли в точке, словно размышляя о чём-то. Турбины выдали боевой клич и геликоптеры с мальчишеским азартом рванули к «зелёнке». Та начиналась в трех верстах. Два Ми-35 примеру собратьев не поддались: принялись рыскать, будто гончие, вокруг на бреющем. Отыскав нужное, завис один. Раскрылись двери, распахнулся люк. Секунды и вниз полетели спусковые канаты.

- Десант пошел! – за спиной раздался голос радиста из «оркестра». Полковник оборачиваться не стал, лишь кивнул. На монитор с «Орлана» непрерывно транслировалась картинка местности, где проходила операция. Понятное дело, объектив камеры захватить сразу большой кусок не способен, вот и приходится гонять «птичку» по кругу.

– Лях! – Кайда, взяв тангенту в руку, включил передачу. – Покажи седловину: квадрат 71-43 по улитке 7.

- Момент! – голос Виталия раздался из акустической колонки. Та стояла справа у экрана.

- Ага, - спустя три минуты протянул Александр, пристально вглядываясь в изображение. Даже указательный палец поднес. – Вот, Коля-Николай. Видишь скалы сбегаются. Легким движением руки брюки превращаются…

- В ущелье превращаются, - на кавказский манер поцокал языком Еремеев, опускаясь на стул.

Давешний шатер на скорую руку превратили в КП, нафаршировав оборудованием под крышу. Сгодились и пластиковые кейсы в качестве подставок. Сейчас вся эта машинерия моргала, светилась, урчала. Ясное дело, что моргали индикаторы, светились дисплеи, ну а вентиляторам ничего не оставалось, как урчать. Типа котов на коленях у хозяина.

- Вот. Туда-то и погоним курбаши с нукерами, - мечтательно улыбнулся полковник.

- Согласен. Накрыть всех скопом в ущелье можно качественно.

- Готовь усиленную группу. К четверке наших добавь пять-шесть оркестрантов. Кто старшим пойдет?

- Командир! Разреши мне? – Носорог смотрел умоляюще. – Засиделся тут… на хозяйстве.

- Ага, засиделся. Давеча жандармов спасать бегал? Бегал. То-то.

- Чистый форс-мажор.

- Ладно. Иди. Но чтоб всё было чики-пуки. Уши надеру!

А на плоскогорье первый акт спектакля с народным названием «Откуда не возьмись» развивался по всем канонам. Едва боевые вертолеты, досыта настрелявшись НУРСами и до «железки» разрядив авиационные пушки, ретировались, на сцене появились новые герои. Девять БТР-82 выкатились из-за ближних холмов. Для начала перестроились в боевой порядок, да и двинули к «зелёнке».

Кстати, размерами площадь кустов-деревьев не впечатляли. До "зелёного моря тайги», было, как известным способом до границы Китайской Народной Республики. Вертолетный десант, перейдя в пехоту, в кустарник не сунулся. Обосновался среди валунов в ста метрах. Птахами вспорхнули парочка Mavic. Квадрокоптеры с усердием изголодавшихся трясогузок принялись обшаривать кустик за кустиком, деревце за деревцем, полянку за полянкой.

Заполошно замигал индикатор и Варшавин, недовольно дернув плечом, переключил радиостанцию на другую частоту.

- На связи!

- Здесь Шпала, - интимно сообщил наушник.

- Говори, слушаю, - невольно фыркнул Виталий, косясь на экраны. Перед мониторами бдили два оператора «Орлана», перекидываясь короткими фразами.

- В «Роще» обнаружено три блиндажа духов. Готов к целеуказанию, - командир десанта «Оркестра» продолжил в той же манере.

- Принял. Пятиминутная готовность. Роджер, - отключился Лях и встал в полный рост из-за чего макушкой коснулся потолка палатки. Развернулся на сто восемьдесят градусов. Покачал головой неодобрительно, отругав, что пятки в берцах держал вместе. Перешел на противоположную сторону. Там пара «вагнеровцев» управляла «Орионом». – Парни, как с горючкой у «птички»?

Щуплый боец, что отвечал за вооружение, перенес взгляд на таблицу с цифирью в нижнем мониторе:

- Более чем.

- Ок! «Кукурузник» в квадрат … шестьдесят восемь дробь пятнадцать. Работаем КАБами.