Тень луны. Милосердие

Экранирующая муфта мигнула красным: «Заряд: 50 %».

– Чёрт, – выдохнул Брайс, постукивая по экрану. – Надеюсь, нам хватит трёх часов. Эти глушители жрут энергию, как голодные псы. А новых не найти.

Я кивнул, хотя он не мог этого видеть. В темноте любое движение казалось угрозой.

Шаги Церберов затихли. Я считал вдохи: раз… два… три… Неужели ушли?

Но в голове крутились другие цифры: 50 %, три часа. И ни секунды больше.

Если они вернутся, нас ничего не спасёт. Мы будем как мухи на белом листе – отчётливо видны и беспомощны.

Тишину разорвал скрип – где‑то далеко. Но неожиданно и не вовремя. Брайс напрягся, его рука нащупала мою и сжала – коротко, резко.

Наконец он выдохнул, медленно, с дрожью:

– Идём. Но если что… не геройствуй, Марк. Просто беги. К туннелям. Не жди. Не рискуй.

– Договорились, – соврал я, глядя в непроглядную тьму перед нами.

Внутри всё кричало: «Если тебя схватят, я не уйду. Ни за что». Но вслух я этого не сказал.

Мы двинулись к двери – пригнувшись, ступая след в след. Каждый шаг отдавался в ушах, будто мы топали по жестяному листу. Брайс нащупал ручку, потянул – дверь не поддалась. Заело механизм. Он толкнул сильнее, скрипнув петлями. Где‑то вдалеке раздался гул дрона.

– Быстрее!

Дверь распахнулась, и мы вывалились в переулок, едва не попав под луч прожектора.

За дверью – узкий переулок, залитый лунным светом. Тени от заборов ложились на асфальт, как чёрные решётки.

– Пошли, – прошептал Брайс. – Держись стены. И считай дроны.

Он шагнул наружу первым, растворяясь в тени. Я последовал за ним, сжимая кулаки так, что ладони горели, будто я сжимал раскалённые угли.

Пятьдесят процентов. Три часа. И целая пропасть между нами и аптекой.