Современная политэкономия. Учебник

Взаимосвязь между цивилизационными ценностями, идеологемами и государственными стратегиями выглядит как процесс последовательной конкретизации. Цивилизационные ценности (нравственность, справедливость, взаимопомощь, взаимоуважение, труд) формируют культурную почву. Идеологемы (патриотизм, традиционные ценности, суверенитет, социальная справедливость, многополярность) артикулируют эти ценности. Государственные стратегии (суверенное развитие, социальное государство, демографическая политика) – расставляют конкретные экономические и социальные приоритеты.

На основе проведенного анализа всех идеологем современной России, был рассмотрен наиболее подходящий вариант, объединяющий разрозненные идеологемы в целостную систему целеполагания – формула «Свой путь – достойное будущее. Эта формула выполняет несколько взаимосвязанных функций. На уровне смыслообразования она помогает ответить на фундаментальный вопрос «зачем», придавая экономическому развитию моральное измерение и цивилизационный смысл. На уровне легитимации она встраивается в институциональную конфигурацию, адекватную российским условиям и задачам, которую можно охарактеризовать как государственно-центричную. На уровне мобилизации она создаёт мотивацию для участия населения в проекте национального развития и процветания.

В контексте методологической архитектуры настоящего учебника идеология выполняет функцию интегрирующего метауровня, связывающего формационный, институциональный и поведенческий уровни анализа. Формула «Свой путь – достойное будущее» выступает идеологическим основанием экономической модели «Стратегическое ядро + рыночная периферия», представленной в Приложении 6 учебника. Она отвечает на вопрос «ЗАЧЕМ и ПОЧЕМУ», в то время как экономическая модель отвечает на вопрос «ЧТО делать». Вместе они выражают целостную концепцию суверенного развития России, где средства соответствуют целям, а институциональные механизмы – ценностным ориентирам общества.

Контрольные вопросы

– Есть ли идеология у России и каковы ее ключевые характеристики?

– Объясните различие между цивилизационными ценностями, идеологемами и идеологией. Как они взаимосвязаны в российском контексте?

– Раскройте содержание формулы «Свой путь – достойное будущее». Какие два элемента образуют её диалектическое единство? Почему развитие должно быть «достойным», а не любой ценой?

– Как формула «Свой путь – достойное будущее» интегрирует ключевые идеологемы (суверенитет, патриотизм, традиционные ценности, социальная справедливость, многополярность, историческая память)? Приведите свой пример формулы, обоснуйте.

– В чём различие между гражданским патриотизмом и этническим национализмом?

– Как традиционные ценности России связаны с типологией стран? Можно ли охарактеризовать российскую модель как государственно-центричную, меритократическую модель?

– Какое место занимает Россия в формирующейся архитектуре глобальной экономики? Как вы понимаете многополярность?

– Как идеологемы трансформируются в конкретные государственные стратегии развития (суверенное развитие, социальное государство, демографическая политика)? Приведите примеры.

РАЗДЕЛ II. ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ КАТЕГОРИИ СОВРЕМЕННОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ

ЧАСТЬ III: ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ КАК ЦЕНТРАЛЬНАЯ КАТЕГОРИЯ СОВРЕМЕННОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ

ГЛАВА 7. ТЕОРИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО КАПИТАЛА

7.1. Эволюция концепции человеческого капитала: от Адама Смита и Карла Маркса к Теодору Шульцу и Гэри Беккеру

Человеческий капитал – это совокупность знаний, навыков, способностей и других характеристик, воплощенных в людях, которые создают экономическую ценность и включены в процесс производства товаров и услуг. В отличие от физического капитала, человеческий капитал неотделим от своего носителя и представляет собой результат инвестиций в образование, здравоохранение, профессиональную подготовку и другие формы развития человеческого потенциала.

Концепция человеческого капитала имеет глубокие исторические корни в экономической науке. Уже Адам Смит в «Исследовании о природе и причинах богатства народов» (1776) признавал, что приобретенные способности работников представляют собой капитал, который требует инвестиций и приносит отдачу. Смит писал о том, что различия в заработной плате между профессиями частично отражают различия в издержках на приобретение необходимых навыков.

Карл Маркс в «Капитале» (1867) развил концепцию «рабочей силы» как товара особого рода, стоимость которого определяется издержками на её воспроизводство, включая расходы на содержание, образование и подготовку работника. Хотя Маркс не использовал термин «человеческий капитал», его анализ содержал ключевые элементы этой концепции, особенно идею о том, что способность к труду требует затрат на её формирование и что квалифицированный труд создает большую стоимость, чем простой труд.

В российской экономической мысли важный вклад в понимание роли образования внес Станислав Густавович Струмилин (1877—1974), который еще в 1920-1930-х годах проводил новаторские исследования экономической эффективности образования. В работах «Квалификация и зарплата» (1925) и «Проблемы экономики труда» (1925) Струмилин эмпирически доказал, что инвестиции в образование обеспечивают высокую отдачу как для индивида, так и для общества. Он рассчитал, что каждый год обучения рабочего увеличивает его производительность на 10—15%, что значительно превышает издержки на образование. Эти выводы на несколько десятилетий опередили западные исследования о человеческом капитале.

Однако систематическая разработка современной теории человеческого капитала началась только в 1960-е годы. Теодор Уильям Шульц (1902—1998), лауреат Нобелевской премии по экономике 1979 года, стал одним из основоположников этой теории. В своей президентской речи на собрании Американской экономической ассоциации «Инвестиции в человеческий капитал» (1961) Шульц обратил внимание на парадокс: традиционная экономическая теория не могла объяснить значительный рост производительности в развитых странах, который не соответствовал росту физического капитала и труда, измеряемого в человеко-часах.

Шульц предположил, что значительная часть экономического роста объясняется не количеством, а качеством труда – накоплением человеческого капитала. Он выделил несколько форм инвестиций в человеческий капитал: формальное образование; обучение на рабочем месте; медицинское обслуживание и питание, влияющие на здоровье и продолжительность жизни; миграция рабочей силы в поисках лучших экономических возможностей. Ключевая идея Шульца состояла в том, что расходы на эти цели следует рассматривать не как потребление, а как инвестиции, приносящие отдачу в виде повышенной производительности труда и доходов.

Гэри Стэнли Беккер (1930—2014), лауреат Нобелевской премии по экономике 1992 года, развил и формализовал теорию человеческого капитала в своей фундаментальной работе «Человеческий капитал: теоретический и эмпирический анализ с особым вниманием к образованию» (1964). Беккер создал микроэкономическую теорию решений об инвестициях в человеческий капитал, показав, что индивиды и семьи принимают рациональные решения об образовании, сравнивая ожидаемые выгоды (рост будущих заработков) с издержками (прямые затраты на обучение и упущенные заработки в период учебы).

Беккер формализовал концепцию отдачи от инвестиций в образование, используя модель дисконтированных потоков доходов. Индивид инвестирует в образование до тех пор, пока приведенная стоимость дополнительных заработков от дополнительного года обучения превышает издержки на это обучение. Эта модель объясняет, почему разные люди получают разное количество образования: различия в способностях, доступе к финансированию, ставках дисконтирования и ожидаемой продолжительности трудовой жизни приводят к различным оптимальным уровням инвестиций в человеческий капитал.

Важным вкладом Беккера было различение общего и специфического человеческого капитала. Общий человеческий капитал включает знания и навыки, которые повышают производительность работника в любой фирме (например, базовая грамотность, математические способности, общетехнические знания). Специфический человеческий капитал повышает производительность только в конкретной фирме (например, знание корпоративных процедур, специализированного оборудования, деловых связей). Эта дихотомия объясняет, кто платит за обучение: работники готовы оплачивать приобретение общего человеческого капитала, поскольку они могут использовать его на любом месте работы, тогда как фирмы склонны финансировать специфическую подготовку, поскольку от неё выигрывает преимущественно данная фирма.

В советской экономической науке развитие концепции человеческого капитала происходило в специфических идеологических рамках. Василий Васильевич Немчинов (1894—1964) и Леонид Витальевич Канторович (1912—1986) применяли математические методы к анализу эффективности образования и размещения трудовых ресурсов. Канторович, лауреат Нобелевской премии по экономике 1975 года, в работах по оптимальному планированию учитывал дифференциацию труда по квалификации и обосновывал необходимость инвестиций в подготовку высококвалифицированных кадров.

Современная теория человеческого капитала была обогащена работами Роберта Лукаса (р. 1937), лауреата Нобелевской премии по экономике 1995 года. В статье «О механизмах экономического развития» (1988) Лукас включил человеческий капитал в модели эндогенного экономического роста, показав, что накопление человеческого капитала может обеспечивать устойчивый долгосрочный рост без убывающей отдачи. Ключевым элементом модели Лукаса было признание внешних эффектов человеческого капитала: повышение среднего уровня образования в обществе увеличивает производительность всех работников через механизмы обмена знаниями и идеями.

Виктор Меерович Полтерович (р. 1937) в работах 2000-х годов развил институциональный подход к анализу человеческого капитала, показав, что эффективность инвестиций в образование зависит от качества институтов и возможностей применения полученных знаний. Полтерович обосновал концепцию трансплантации институтов с учетом накопленного человеческого капитала, объясняя неудачи экономических реформ в странах с недостаточным институциональным и человеческим потенциалом.

7.2. Структура человеческого капитала: образование, здоровье, профессиональные навыки и когнитивные способности

Человеческий капитал представляет собой многомерную концепцию, включающую различные компоненты, которые взаимодействуют друг с другом и совместно определяют производительность труда и способность индивида создавать экономическую ценность. Понимание структуры человеческого капитала необходимо для разработки эффективной политики его развития.

Образование является наиболее исследованным и количественно измеримым компонентом человеческого капитала. Оно включает несколько уровней: базовое образование (грамотность, счет, базовые когнитивные навыки); среднее образование (специализированные академические или профессиональные знания); высшее образование (углубленные теоретические знания, научно-исследовательские компетенции); послевузовское образование (магистратура, аспирантура, докторантура). Каждый дополнительный уровень образования требует возрастающих инвестиций времени и ресурсов, но также обеспечивает дополнительную отдачу в виде более высоких заработков и расширенных возможностей занятости.

Эмпирические исследования показывают устойчивую положительную зависимость между уровнем образования и заработками. По данным Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР, 2023), в развитых странах заработки работников с высшим образованием в среднем на 55—60% выше заработков работников со средним образованием. Эта премия за образование варьируется по странам: она выше в капиталократиях США и Великобритании (60—65%) и ниже в социал-демократических государствах Скандинавии (40—45%), что отражает различия в институциональном устройстве и дистрибуции доходов.

Однако формальное образование не исчерпывает образовательную составляющую человеческого капитала. Важную роль играет неформальное образование – самообразование, профессиональное развитие, участие в краткосрочных курсах и тренингах. В условиях быстрых технологических изменений способность к постоянному обучению и адаптации становится критически важной характеристикой человеческого капитала.

Здоровье представляет собой фундаментальный компонент человеческого капитала, определяющий способность индивида к труду и продолжительность его трудовой жизни. Здоровье влияет на производительность через несколько механизмов: физическая работоспособность и выносливость; когнитивные функции и способность к концентрации; продолжительность здоровой жизни и период экономической активности; частота пропусков работы по болезни.

Экономисты-исследователи здоровья, такие как Майкл Гроссман (р. 1942), разработали модели, в которых здоровье рассматривается как капитал, в который индивиды инвестируют через расходы на медицинское обслуживание, здоровое питание, физическую активность и отказ от вредных привычек. Эти инвестиции приносят отдачу в виде увеличения количества и качества здоровых дней, которые могут быть использованы для труда и заработка.

Существует тесная взаимосвязь между образованием и здоровьем. Более образованные люди склонны делать более здоровый выбор, лучше понимают медицинскую информацию и эффективнее управляют своим здоровьем. В России, согласно исследованию, основанному на данных Росстата за 1979 и 2015 годы, средняя продолжительность жизни лиц с высшим образованием, на 5—10 лет выше, чем у лиц с основным общим образованием, что отражает как прямое влияние образования на здоровье, так и корреляцию обоих факторов с социально-экономическим статусом.

Профессиональные навыки включают специализированные умения и компетенции, необходимые для выполнения конкретных видов трудовой деятельности. Эти навыки могут быть: техническими (умение работать с оборудованием, программным обеспечением, инструментами); коммуникативными (способность к эффективному взаимодействию с коллегами, клиентами, партнерами); управленческими (навыки планирования, организации, координации, принятия решений); предпринимательскими (способность выявлять возможности, принимать риски, создавать новые предприятия).

Профессиональные навыки формируются через формальное профессиональное образование, обучение на рабочем месте и накопление опыта. Экономическая ценность профессиональных навыков зависит от их редкости на рынке труда и востребованности в производственных процессах. Технологические изменения постоянно трансформируют структуру спроса на профессиональные навыки: одни навыки обесцениваются, другие приобретают повышенную ценность.

Современные тенденции на рынках труда свидетельствуют о поляризации спроса на навыки. С одной стороны, растет спрос на высококвалифицированный труд, требующий сложных когнитивных навыков, креативности и способности решать нестандартные задачи. С другой стороны, рутинные профессиональные навыки, связанные с выполнением повторяющихся задач, подвергаются автоматизации, что снижает их экономическую ценность. По оценкам МВФ, до 40% занятых в развитых странах и 26% в развивающихся, работают в профессиях с высоким риском автоматизации в ближайшие 10—15 лет.

Когнитивные способности представляют собой базовые интеллектуальные характеристики индивида, определяющие его способность обрабатывать информацию, решать проблемы и обучаться новому. Когнитивные способности включают: вербальный интеллект (способность понимать и использовать язык); математический интеллект (числовые и логические способности); пространственный интеллект (способность оперировать визуальной и пространственной информацией); рабочую память и внимание; скорость обработки информации.

Психологические исследования показывают, что когнитивные способности частично определяются генетическими факторами, но значительно зависят от воздействия окружающей среды, особенно в раннем детстве. Нобелевский лауреат по экономике Джеймс Хекман (р. 1944) в своих работах продемонстрировал, что инвестиции в развитие детей в дошкольном возрасте обеспечивают чрезвычайно высокую отдачу, формируя когнитивные и некогнитивные навыки, которые определяют траектории человеческого капитала на протяжении всей жизни.

Экономическое значение когнитивных способностей подтверждается множеством эмпирических исследований. Результаты стандартизированных тестов когнитивных способностей устойчиво коррелируют с заработками даже при контроле уровня образования. Индивиды с более высокими когнитивными способностями не только зарабатывают больше, но и быстрее адаптируются к технологическим изменениям и с большей вероятностью занимают руководящие позиции.

Некогнитивные навыки – личностные характеристики и социально-эмоциональные компетенции – в последние десятилетия признаны важным компонентом человеческого капитала. К некогнитивным навыкам относятся: добросовестность и настойчивость; эмоциональная стабильность; экстраверсия и коммуникабельность; открытость новому опыту; самоконтроль и отложенное удовлетворение; эмпатия и способность к сотрудничеству.

Исследования Хекмана и других экономистов показали, что некогнитивные навыки имеют независимое влияние на экономические результаты – заработки, занятость, вероятность завершения образования – помимо влияния когнитивных способностей и формального образования. Более того, некогнитивные навыки легче поддаются формированию через образовательные и социальные интервенции по сравнению с когнитивными способностями, которые в значительной степени кристаллизуются в раннем возрасте.

Структура человеческого капитала характеризуется комплементарностью различных компонентов: они усиливают и дополняют друг друга. Образование повышает отдачу от здоровья, позволяя более эффективно использовать здоровые годы жизни. Когнитивные способности повышают эффективность обучения и скорость приобретения профессиональных навыков. Некогнитивные навыки помогают реализовать потенциал, заложенный в когнитивных способностях и образовании. Эта комплементарность объясняет, почему неравенство в человеческом капитале имеет тенденцию к самовоспроизводству и кумулятивному нарастанию на протяжении жизненного цикла.

7.3. Измерение человеческого капитала: индексы человеческого развития, образовательные показатели и методологические проблемы

Измерение человеческого капитала представляет собой сложную методологическую проблему, поскольку человеческий капитал является многомерным концептом, включающим разнородные компоненты, которые трудно агрегировать в единый показатель. Тем не менее, попытки количественной оценки человеческого капитала необходимы для сравнительного анализа стран, оценки эффективности образовательной политики и эмпирической проверки теоретических гипотез о роли человеческого капитала в экономическом развитии.

Наиболее широко используемым интегральным показателем является Индекс человеческого развития (ИЧР), разработанный Программой развития ООН (ПРООН) и впервые представленный в 1990 году. ИЧР был создан пакистанским экономистом Махбубом уль-Хаком и индийским экономистом Амартией Сеном как альтернатива узко экономическим показателям развития, таким как ВВП на душу населения. ИЧР основан на концепции развития как расширения человеческих возможностей и включает три измерения: долголетие и здоровье (измеряемое ожидаемой продолжительностью жизни при рождении); знания (измеряемое средней продолжительностью обучения для взрослых и ожидаемой продолжительностью обучения для детей); достойный уровень жизни (измеряемый валовым национальным доходом на душу населения по паритету покупательной способности).

ИЧР принимает значения от 0 до 1, при этом страны классифицируются на четыре группы: очень высокий уровень человеческого развития (ИЧР ≥ 0,800), высокий уровень (0,700—0,799), средний уровень (0,550—0,699) и низкий уровень (<0,550). По данным ПРООН (2023), Норвегия, Швейцария и Исландия возглавляют рейтинг с ИЧР выше 0,96, тогда как страны Африки к югу от Сахары занимают нижние позиции с ИЧР ниже 0,50. Россия с ИЧР 0,822 находится в группе стран с очень высоким уровнем человеческого развития, занимая 52-е место в мировом рейтинге.

Несмотря на широкое использование, ИЧР подвергается критике по нескольким основаниям. Во-первых, произвольность выбора компонентов и весов: почему именно эти три измерения, а не другие? Во-вторых, линейная агрегация компонентов предполагает полную взаимозаменяемость между ними, что может быть неоправданным. В-третьих, ИЧР не учитывает неравенство внутри стран: страны с одинаковым средним ИЧР могут иметь радикально различное распределение возможностей между гражданами.

В ответ на эту критику ПРООН разработала Индекс человеческого развития, скорректированный на неравенство (ИЧРН), который дисконтирует значения каждого измерения ИЧР с учетом степени неравенства в его распределении. ИЧРН всегда ниже или равен ИЧР, причем разница между ними показывает потери в человеческом развитии из-за неравенства. В странах с высоким неравенством, таких как США и Бразилия, ИЧРН существенно ниже ИЧР, тогда как в эгалитарных скандинавских странах разрыв минимален.

Образовательные показатели являются наиболее распространенными прокси-переменными для измерения человеческого капитала в эмпирических исследованиях. Простейшим показателем является средняя продолжительность обучения взрослого населения (в годах), которая легко измеряется и доступна для большинства стран. Этот показатель используется в межстрановых регрессиях экономического роста для оценки влияния человеческого капитала.

Однако продолжительность обучения не учитывает качество образования, которое может существенно различаться между странами и внутри стран. Попытки измерить качество образования основаны на результатах международных сравнительных исследований учебных достижений, таких как PISA (Программа международной оценки учащихся), TIMSS (Международное исследование качества математического и естественнонаучного образования) и PIRLS (Международное исследование качества чтения и понимания текста).

Исследования экономистов Эрика Ханушека и Людгера Вёссманна показали, что качество образования, измеренное результатами международных тестов, имеет более сильное влияние на экономический рост, чем простая продолжительность обучения. Различия в когнитивных навыках между странами объясняют значительную часть различий в темпах роста. Страны Восточной Азии (Сингапур, Южная Корея, Япония) демонстрируют выдающиеся результаты в международных тестах, что согласуется с их впечатляющими темпами экономического роста.

Всемирный банк разработал Индекс человеческого капитала (ИЧК), впервые представленный в 2018 году. ИЧК измеряет, какую долю своего производственного потенциала реализует ребенок, родившийся сегодня, к моменту достижения 18 лет, при условии сохранения текущих условий в образовании и здравоохранении. Индекс включает три компонента: вероятность дожития до 5 лет; ожидаемые годы обучения с поправкой на качество; показатель здоровья (доля детей без задержки роста и выживаемость взрослых). ИЧК принимает значения от 0 до 1, где 1 означает, что ребенок достигнет полной продуктивности.

По данным Всемирного банка (2023), Сингапур лидирует с ИЧК 0,88, что означает, что ребенок, родившийся в Сингапуре сегодня, будет на 88% продуктивен к 18 годам по сравнению с эталоном полного здоровья и образования. Страны Африки к югу от Сахары имеют ИЧК около 0,40, что свидетельствует о значительных потерях человеческого капитала. Россия с ИЧК 0,73 находится в середине рейтинга, отставая от большинства развитых стран.

Методологические проблемы измерения человеческого капитала остаются значительными. Во-первых, проблема агрегации: как объединить разнородные компоненты (образование, здоровье, навыки) в единый показатель? Различные методы агрегации дают различные результаты. Во-вторых, проблема весов: какой вес следует придавать каждому компоненту? Равные веса могут быть неоправданными, но определение оптимальных весов произвольно.

В-третьих, существует проблема несопоставимости образования между странами и во времени. Год обучения в разных странах дает различную отдачу из-за различий в качестве. Попытки скорректировать годы обучения на качество основаны на международных тестах, но эти тесты охватывают только школьное образование и не все страны. В-четвертых, человеческий капитал обесценивается с течением времени из-за устаревания знаний, но скорость обесценивания трудно измерить.