Полная версия
7-Эпсилон
7-Эпсилон
Роман Вавилин
© Роман Вавилин, 2026
ISBN 978-5-0069-4439-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава I. Предыстория
Тот роковой вечер начался как любой другой будний день. Небо над городом было затянуто тяжёлыми, низкими облаками, предвещавшими весенний дождь. Георг Вальтер, отец семейства, задержался на работе дольше обычного. Он был инженером-проектировщиком в небольшой, но уважаемой фирме, и над новым проектом пришлось изрядно потрудиться.
«Я вернусь к восьми, не ждите меня ужинать», – сказал он утром жене, Эмилии, целуя её в щёку.
«Хорошо. Будь осторожен», – её голос прозвучал спокойно, но в глазах мелькнула тень беспокойства. Она всегда немного волновалась, когда он работал допоздна.
Их дом, двухэтажный кирпичный особняк с тёмно-зелёными ставнями, стоял на тихой окраинной улице. В гостиной пахло свежо. Эмилия только что закончила уборку. На кухне, за столом, сидели их сыновья: девятнадцатилетний Амад и его младший брат, семнадцатилетний Райан. Амад, высокий и худощавый, в своей неизменной красной кепке, листал учебник по архитектуре. Райан, более коренастый и спортивный, увлечённо играл на портативной консоли.
«Слышал, Денис опять звонил папе вчера вечером?» – не отрываясь от экрана, спросил Райан.
«Да, – коротко ответил Амад. – Говорили о чём-то долго. Папа после разговора был задумчивым».
Денис Ковальски. Старый друг семьи, почти родственник. Они с Георгом дружили со школьной скамьи. Он часто бывал в их доме, всегда с подарками для мальчиков, с помощью по хозяйству. Но в последние месяцы что-то изменилось. Его визиты стали реже, а телефонные разговоры с отцом – короче и какими-то напряжёнными.
Часы в гостиной пробили семь. Эмилия поставила на стол остывающий ужин. Дождь за окном наконец начался, сначала редкими каплями, а потом забарабанил по стеклу настоящим ливнем.
«Какой противный дождь, – вздохнула Эмилия, глядя в запотевшее окно. – Георг по такой погоде поедет…»
Телефон зазвонил в половине девятого. Это был Георг.
«Я уже выезжаю, дорогая, – сказал он, и в трубке слышался шум дождя и работающего дворника. – Через двадцать минут буду дома. Всё в порядке».
«Хорошо, я подогрею ужин», – ответила Эмилия, и голос её дрогнул от облегчения.
Она положила трубку. Лицо её посветлело. Но прошло сорок минут, а Георга всё не было. Дождь не утихал. Амад подошёл к окну и смотрел на пустынную, освещённую фонарями улицу. Красная кепка ярко алела в полумраке комнаты.
«Что-то он долго», – пробормотал Райан, отложив консоль.
Звонок раздался без четверти десять. Резкий, пронзительный. Эмилия бросилась к аппарату. Но это был не Георг. Голос в трубке был чужим, официальным и жёстким, как сталь.
«Это больница Святой Марии. С вами говорит дежурный врач. С нами говорит г-жа Вальтер?»
«Да… да, это я», – голос Эмилии стал тонким, как паутинка.
«Ваш муж, Георг Вальтер, был доставлен к нам с места дорожно-транспортного происшествия. Состояние критическое. Вам необходимо срочно приехать».
Мир для Эмилии Вальтер в тот миг перевернулся. Она не помнила, как сообщила сыновьям. Помнила только бледные, испуганные лица Амада и Райана, которые рыдали всю ночь.
В приёмном покое больницы пахло антисептиком и страхом. Врач, молодой мужчина с усталым лицом, встретил их. Он говорил что-то о лобовом столкновении с грузовиком на скользкой дороге, о несовместимых с жизнью травмах, о том, что они сделали всё возможное. Слова сливались в один ужасный, бессмысленный поток.
Эмилия стояла, не двигаясь, глядя на белую дверь процедурной комнаты, за которой остался её муж. Её рука инстинктивно потянулась к лицу, к щеке, которую он поцеловал утром. Амад сжал кулаки так, что костяшки побелели. Его красная кепка, которую он в спешке не снял, была ярким, неуместным пятном в стерильной белизне больничного коридора. Райан плакал, уткнувшись лицом в плечо брата.
Потом были похороны. Серый, промозглый день. Чёрные зонты. Притихшие друзья и коллеги. И Денис Ковальски. Он стоял чуть в стороне, не подходя близко к могиле. Его лицо не выражало горя. Оно было странно отрешённым, будто он наблюдал за церемонией, исход которой был ему давно известен. Когда он подошёл к Эмилии, чтобы выразить соболезнования, его рукопожатие было холодным, а взгляд скользнул мимо, куда-то вдаль.
«Если что-то понадобится, я всегда рядом», – сказал он тихо, но в его словах не было тепла. Была лишь формальная вежливость.
Амад, стоя рядом с матерью, поймал этот взгляд. И впервые подумал, что смерть отца могла быть не просто несчастным случаем. Эта мысль была тонкой. Она поселилась глубоко в его сознании.
Глава II. Случайная находка… или не случайная?
Осень пришла в город рано. Желтые листья плотным ковром устилали тротуары, а ветер гнал их вдоль пустынных улиц. Прошло полгода с тех пор, как не стало Георга Вальтера. Полгода, в течение которых дом на окраине затих, наполнился тишиной, в которой слишком громко звучали воспоминания.
Амад Вальтер стоял у окна в своей комнате на втором этаже. Он смотрел, как ветер играет с верхушками оголенных деревьев. Его красная кепка висела на спинке стула – с тех пор как умер отец, он надевал её реже. В руках он держал старую фотографию: Георг и Денис Ковальски, оба молодые, улыбающиеся, стояли на фоне какого-то недостроенного здания. Это фото было сделано лет двадцать назад. Тогда они были неразлучны.
«Почему он так странно вёл себя на похоронах?» – эта мысль не давала Амаду покоя все эти месяцы. Слишком уж отстранённым был Денис. Слишком равнодушным.
Внизу, на кухне, Эмилия накрывала на стол для ужина. Звон посуды доносился снизу, звуча неестественно громко в тишине дома. Райан был у друзей – он старался больше времени проводить вне этих стен, где каждая вещь напоминала об отце.
Вечером, когда они ужинали втроём, в дверь позвонили. Эмилия вздрогнула. Нежданные гости были редкостью.
За дверью стоял Денис Ковальски. На нём было тёмное пальто, воротник поднят против ветра. В руках он держал небольшую коробку.
«Эмилия, добрый вечер, – сказал он, и его голос прозвучал неестественно бодро. – Проходил мимо, решил заглянуть. Как вы держитесь?»
«Входи, Денис, – ответила Эмилия, отступая в сторону. – Ужинаем. Присоединяйся?»
«Нет-нет, я ненадолго».
Он вошел в прихожую, снял пальто. Его взгляд скользнул по стенам, по фотографиям в рамочках, будто он искал что-то конкретное. Амад наблюдал за ним из-за стола. Денис казался нервным. Его пальцы беспокойно перебирали край коробки, которую он принес.
«Принес вам кое-что, – сказал Денис, протягивая коробку Эмилии. – Разбирал старые вещи, нашел. Это рабочие чертежи одного из наших первых проектов с Георгом. Думал, вам будет интересно».
Эмилия взяла коробку с тихой благодарностью. «Спасибо, Денис. Это очень мило с твоей стороны».
Но Амад заметил нечто странное. Денис не смотрел на мать, когда говорил это. Его взгляд был прикован к отцовскому кабинету, дверь в который была приоткрыта. Взгляд был быстрым, оценивающим.
«Как дела на работе?» – спросила Эмилия, пытаясь заполнить паузу.
«Да как обычно, – отмахнулся Денис. – Дела, проекты. Знаешь, всё то же самое». Он помолчал, затем добавил: «Жаль, что Георга нет с нами. Его интуиция в проектировании была уникальной».
Его слова прозвучали правильно, но в интонации не было настоящей теплоты. Была какая-то деланность.
«Да, – тихо согласилась Эмилия. – Его очень не хватает».
Денис пробыл ещё минут десять. Он задал несколько формальных вопросов о здоровье, о планах мальчиков на будущее. Потом посмотрел на часы и извинился, сказав, что его ждут дела.
«Если что-то понадобится – знаете, где меня найти», – сказал он на прощание, и его рукопожатие снова было холодным и быстрым.
Дверь закрылась. Эмилия вздохнула и понесла коробку в гостиную. Амад остался сидеть за столом, в голове у него роились вопросы.
Позже, когда Эмилия ушла наверх, Амад подошёл к коробке. Она была картонной, старой, слегка пыльной. Он открыл её. Внутри лежала папка с чертежами, действительно старыми, пожелтевшими. Но под папкой лежало ещё кое-что – не относящееся к чертежам. Это был конверт. Чистый, белый, современный. На нём не было ни надписи, ни марки.
Амад осторожно вынул его. Конверт был не заклеен. Внутри лежала сложенная вчетверо бумага. Он развернул её.
Это была не чертёжная бумага. Это была распечатка – фрагмент электронного письма. Всего несколько строк.
«…встреча подтверждена на 12.03, 19:30. Место: складской комплекс №7. Все вопросы по текущим операциям будут решены. Ваше присутствие обязательно. Не опаздывайте. К.»
Сердце Амада заколотилось. 12 марта. Дата смерти отца. Время – 19:30. Примерно за полчаса до того, как отец позвонил и сказал, что выезжает домой.
«Складской комплекс №7» – Амад знал это место. Заброшенный промышленный район на окраине города. Тот самый район, через который отец обычно не ездил. Его маршрут с работы лежал совсем в другой стороне.
Амад перечитал строки снова и снова. «К.» – это мог быть Ковальски? «Все вопросы по текущим операциям будут решены». Каким операциям? Отец никогда не упоминал о каких-то операциях с Денисом. Он говорил только о совместных архитектурных проектах.
И главное: почему Денис спрятал эту распечатку среди старых чертежей? Он хотел, чтобы её нашли? Или это была случайность? Может, он просто перепутал конверты?
Но интуиция подсказывала Амаду, что случайностей здесь не бывает. Слишком уж подозрительным было поведение Дениса в последние месяцы. Слишком много совпадений.
Амад быстро спрятал распечатку в карман джинсов. Коробку с чертежами он аккуратно закрыл и отнес на место. Его руки дрожали. Это была первая зацепка. Маленькая, хрупкая, но настоящая.
Он подошёл к окну и смотрел на тёмную улицу. Где был его отец в тот вечер на самом деле? И что за «операции» обсуждались на той встрече? Но теперь Амад знал, с чего начать. Ему нужно было узнать больше о складе №7 и о том, что связывало его отца и Дениса в последние месяцы его жизни.
Глава III. Дело раскрыто, не так ли?
Прошла неделя с того вечера, когда Амад нашёл загадочную распечатку. Она стала его тайным проклятием и надеждой одновременно. Каждую свободную минуту он проводил за поисками информации, скрывая свои действия от матери и брата. Райан, погружённый в учёбу и видеоигры, казалось, ничего не замечал, но иногда останавливал на брате долгий, вопрошающий взгляд. Эмилия же была слишком поглощена собственным горем и заботами о доме, чтобы заметить перемены в старшем сыне.
Амад действовал методично. Он начал с того, что нанёс на карту города маршрут отца с работы домой и отметил местоположение Складского комплекса №7. Как он и предполагал, это место находилось в стороне от обычного пути Георга. Комплекс был заброшен уже несколько лет и имел дурную славу из-за полуразрушенных зданий и криминальных происшествий. Затем Амад попытался найти упоминания о «текущих операциях», которые фигурировали в распечатке. Он листал старые газеты в городской библиотеке, просматривал онлайн-архивы, но ничего подходящего не находил. Отец никогда не говорил о чём-то подобном.
Однажды вечером Амад решился на отчаянный шаг. Он знал, что у отца был старый рабочий ноутбук, который после его смерти убрали в кабинет. Эмилия не решалась его включать. Дождавшись, когда мать уйдёт в магазин, а Райан – на футбольную тренировку, Амад проник в кабинет. Комната сохранилась почти в том виде, в каком её оставил Георг: на столе лежали чертёжные инструменты, на полках стояли папки с проектами, пахло старым деревом и пылью.
Ноутбук оказался в нижнем ящике стола. Амад с замиранием сердца включил его. Пароль он подобрал не сразу – в конце концов, это был день рождения матери. Рабочий стол был завален папками с проектами, но одна из них, с неприметным названием «Архив_К», привлекла его внимание. Внутри оказались сканы старых документов, письма и… несколько фотографий. На одной из них, сделанной явно скрытой камерой, был запечатлен Денис Ковальски. Он стоял у входа в какое-то промышленное здание (Амад с первого взгляда узнал Складской комплекс №7) и о чём-то разговаривал с двумя незнакомыми мужчинами в деловых костюмах. Дата на фотографии – 10 марта. За два дня до смерти отца.
Амад почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он листал дальше. Следующий документ был ещё более шокирующим – это была распечатка переписки по электронной почте между Денисом и неким «Клиентом». Обсуждалась какая-то «финальная операция», назначенная на 12 марта. Текст был полон намёков и недомолвок, но одна фраза повторялась несколько раз: «Вальтер не должен заподозрить ничего до последнего момента».
«До последнего момента…» Амад откинулся на спинку кресла, пытаясь перевести дыхание. Его отец не просто стал жертвой несчастного случая. Его заманили в ловушку. И Денис, его старый друг, был к этому причастен. Но зачем? Что за «операции» они проводили? И почему Денис теперь подбрасывает улики, словно играет с ними в какую-то извращённую игру?
Внезапно скрипнула входная дверь. Амад быстро закрыл папку, выключил ноутбук и поставил его на место. Это была Эмилия, вернувшаяся из магазина. Её лицо было бледным и уставшим.
«Амад, ты здесь?» – позвала она, заглядывая в кабинет.
«Да, мам. Просто искал кое-что», – ответил он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
Эмилия вздохнула. «Иногда мне кажется, что он вот-вот вернётся и сядет за этот стол, – сказала она тихо, глядя на пустое кресло. Потом повернулась к сыну. – Райан сказал, что ты стал какой-то замкнутый в последнее время. Всё в порядке?»
«Всё хорошо, мам. Просто учёба», – солгал Амад. Он не мог рассказать ей правду. Не сейчас. Не пока у него не будет неопровержимых доказательств.
Той же ночью Амад не мог уснуть. Он снова и снова перебирал в голове найденные улики. Фотография Дениса у склада, распечатка с приглашением на встречу, переписка о «финальной операции»… Всё сходилось в одну точку. Но чего не хватало? Мотива. Почему Денис, друг семьи, мог пойти на убийство? И тогда Амад вспомнил разговор, который он когда-то случайно подслушал между родителями. Эмилия как-то упомянула, что Денис в юности был в неё влюблён, но она выбрала Георга. Может ли ревность быть мотивом? Но тогда почему ждать столько лет?
На следующее утро Амад поделился своими подозрениями с Райаном. Младший брат выслушал его, не перебивая, его лицо стало серьёзным.
«Ты думаешь, дядя Денис… это он?» – наконец выдохнул Райан. Он всё ещё называл Дениса «дядей», с детской привычки.
«Я не знаю наверняка. Но слишком много совпадений, – ответил Амад. – Нам нужно узнать больше. Маму пока не посвящаем. Она и так еле держится».
Райан кивнул. «Что будем делать?»
«Сначала нужно выяснить, что это за „операции“, которые они проводили. И почему отец скрывал это от нас».
План был рискованным, но другого выхода не было. Братья решили тайно проследить за Денисом. Амад помнил, что тот иногда появлялся в центре города, в районе старого парка. Возможно, он там бывал не просто так.
В ближайшие выходные они воплотили задуманное. Стоял промозглый осенний день. Амад в своей красной кепке и Райан в тёмной куртке заняли позицию напротив дома Дениса. Через час он вышел – не один, а с высоким мужчиной в тёмном плаще. Они сели в машину и куда-то поехали. Братья последовали за ними на велосипедах, держась на почтительном расстоянии.
Машина Дениса свернула в сторону того самого промышленного района, где находился злополучный склад №7. Братья остановились на окраине, спрятав велосипеды за развалинами старого завода. Перед ними возвышался Складской комплекс – мрачный, заброшенный, с выбитыми стёклами и граффити на стенах. Машина Дениса стояла у одного из зданий.
«Что они здесь делают?» – прошептал Райан.
«Не знаю. Но нам нужно подобраться ближе», – ответил Амад.
Они крались вдоль ржавых контейнеров, стараясь не шуметь. Ветер гудел в разбитых окнах, разнося по территории клочья старой бумаги и пластика. Из-за угла одного из зданий донёсся приглушённый разговор. Амад жестом велел брату замереть, и они прислушались.
«…документы должны быть уничтожены. Все до единого, – говорил чей-то низкий голос. – Иначе всё пойдёт прахом».
«Я понимаю. Но Вальтер успел кое-что спрятать. Его сыновья…» – это был голос Дениса. Он звучал напряжённо.
«Сыновья – дети. Они ничего не знают. Но если начнут копать…» – голос оборвался.
Амад почувствовал, как у него похолодели руки. Они говорили о нём и Райане. И о документах, которые спрятал отец.
Внезапно Райан неосторожно двинулся, и под его ногой хрустнула ветка. Разговор за углом мгновенно стих.
«Кто здесь?» – резко крикнул незнакомый голос.
Они бросились прочь, не разбирая дороги. Дома, запершись в комнате, они молча смотрели друг на друга. Теперь сомнений не оставалось. Денис был замешан в чём-то тёмном. И их отец погиб из-за этого.
Глава IV. Незваный гость в погонах
Туманное утро застало братьев Вальтер за завтраком. Прошло три дня с их рискованной вылазки на склад, и напряжение в доме достигло предела. Каждый скрип половиц, каждый звук за окном заставлял Амада и Райана вздрагивать. Они молчали, но понимали друг друга без слов: они перешли невидимую черту, и обратной дороги нет.
Эмилия, измученная тишиной и собственными тревогами, казалась ещё более хрупкой. Она механически переставляла чашки, её взгляд был устремлён куда-то внутрь себя, в прошлое, где ещё был жив её Георг.
Тишину разорвал резкий, настойчивый звонок в дверь. Все трое вздрогнули. Эмилия нервно провела рукой по волосам и пошла открывать.
На пороге стоял незнакомый мужчина в строгом, тёмно-синем пальто. На вид ему было лет сорок пять, волосы коротко стрижены, взгляд прямой, оценивающий. В руках он держал кожаную папку.
«Эмилия Вальтер? – его голос был низким, властным, но с налётом формальной вежливости. Он показал удостоверение, мелькнула золотая звезда. – Офицер криминальной полиции, Марк Дайксон. Могу я войти? У нас есть новости по делу о кончине вашего мужа».
Эмилия, бледнея, отступила, приглашая его в гостиную. Сердце Амада ушло в пятки. Полиция. Новости. Он обменялся быстрым взглядом с Райаном. Тот сидел, вцепившись пальцами в край стола, его лицо выдавало смесь страха и надежды.
Офицер Дайксон прошёл в гостиную, его взгляд скользнул по интерьеру, по фотографиям на камине, задержавшись на портрете Георга. Он сел в кресло, которое раньше занимал глава семьи, положил папку на колени.
«Госпожа Вальтер, прежде всего, приношу ещё раз свои соболезнования, – начал он. Его интонация была гладкой, отработанной. – Мы завершили повторный анализ всех материалов дела о дорожно-транспортном происшествии, унёсшем жизнь вашего мужа. Расследование было тщательным и всесторонним».
Амад присел на краешек дивана рядом с матерью. Он не сводил глаз с Дайксона. Что-то в нём было не так. Слишком уж безупречным казался его вид. Слишком отполированным – каждый жест.
«И каковы же выводы?» – тихо спросила Эмилия, её голос дрожал.
Дайксон открыл папку. Внутри лежали аккуратно подшитые листы, распечатки протоколов, графики.
«Официальное заключение остаётся неизменным, – сказал он, и его слова прозвучали как приговор. – Несчастный случай, вызванный совокупностью факторов. Плохие погодные условия, скользкое дорожное покрытие. Но главное… – он сделал театральную паузу, глядя прямо на Эмилию, – …экспертиза по системе автомобиля показала, что г-н Вальтер в момент аварии значительно превысил скоростной режим на опасном участке дороги. Данные с бортового компьютера не оставляют сомнений. Кроме того, был зафиксирован резкий, небезопасный манёвр – попытка объехать внезапно возникшее препятствие, что и привело к заносу и лобовому столкновению с грузовиком».
В комнате повисла гробовая тишина. Эмилия закрыла лицо руками. Её плечи затряслись.
«Вы хотите сказать… что это была его вина?» – выдохнула она.
«Заключение говорит именно об этом, – подтвердил Дайксон. Его лицо оставалось невозмутимым, почти каменным. – Иногда в состоянии усталости, стресса… человек может совершить роковую ошибку. Мы должны смириться с этим. Расследование закрыто. Надеюсь, это поставит точку в ваших муках».
Амад чувствовал, как по его жилам разливается ледяная ярость. Всё было не так! Он видел распечатку, он слышал разговор на складе! Его отец не был виноват. Его убили.
«А как же свидетельства? – не выдержал Амад. Его голос прозвучал резче, чем он планировал. – Вы проверяли, где он был на самом деле в тот вечер? Вы опрашивали его коллег? Дениса Ковальски?»
Дайксон медленно повернул голову к Амаду. Его взгляд был холодным, пронизывающим, как скальпель.
«Молодой человек, все возможные свидетели были опрошены на начальном этапе расследования, – сказал он с лёгким снисхождением в голосе. – Г-н Ковальски, как я понимаю, ваш старый друг семьи, подтвердил, что ваш отец в тот день работал допоздна для сдачи проекта. Никаких других встреч у него не было запланировано. Все данные совпадают. Не позволяйте горю искать виноватых там, где их нет. Это лишь усугубит ваше состояние и состояние вашей матери».
Его слова были обволакивающими, успокаивающими, но в них сквозила стальная уверенность, не терпящая возражений. Он говорил так, словно заранее знал все их вопросы и подготовил ответы.
«Но… есть несоответствия…» – попытался настаивать Амад, но Дайксон его перебил.
«Случай закрыт, – произнёс он уже более жёстко, и в его глазах мелькнуло нечто опасное. – Любые дальнейшие самостоятельные „расследования“ с вашей стороны будут расценены как вмешательство в работу полиции и могут иметь правовые последствия. Я советую вам сосредоточиться на учёбе и поддержке семьи. Это лучший способ почтить память отца».
Он встал, поправил пальто. Его миссия, казалось, была завершена.
«Ещё раз приношу свои соболезнования, – кивнул он Эмилии. – Если возникнут вопросы официального характера, вот моя визитка».
Он протянул Эмилии белоснежную карточку. Та взяла её дрожащими пальцами, не глядя.
Дайксон вышел так же чинно, как и вошёл. Хлопок закрывающейся двери прозвучал как выстрел.
Эмилия опустилась на диван и разрыдалась. «Значит, это правда… Он сам… О, Боже…»
Амад стоял, сжимая кулаки. Его разум отказывался принимать эту ложь. Он посмотрел на Райана. Тот подошёл к матери, пытаясь её утешить, но его взгляд, полный ужаса и недоверия, был устремлён на брата.
«Мама, это неправда, – тихо, но твёрдо сказал Амад. – Папа не был бы таким безрассудным».
«Но офицер сказал… Данные с компьютера…» – рыдая, прошептала Эмилия.
«Данные можно подделать», – возразил Амад. Он поднял визитку, которую Дайксон вручил матери. На ней было напечатано: Офицер Марк Дайксон, Управление криминальных расследований, номер телефона и адрес. Всё выглядело предельно официально.
Но Амад заметил кое-что. Шрифт на визитке был чуть-чуть мельче, чем на стандартных полицейских бланках, которые он видел в интернете. И адрес… он показался ему знакомым. Не главное управление в центре города, а здание в деловом квартале, где располагались частные конторы.
«Райан, оставайся с мамой», – приказал Амад и, схватив визитку, побежал наверх, в свою комнату.
Он включил ноутбук. Его пальцы летали по клавиатуре. Он вбил в поиск имя «Марк Дайксон» и добавил «полиция». Результатов не было. Ни одного упоминания в официальных списках личного состава. Тогда он поискал адрес с визитки. Здание оказалось арендным офисным центром, где базировались десятки мелких фирм – от юридических консультаций до туристических агентств. Никакого отношения к полиции.
Ледяной комок страха и ярости сдавил горло Амада. Офицер Дайксон был самозванцем.
Он вернулся вниз. Эмилия немного успокоилась, Райан сидел рядом с ней, держа её за руку.
«Мам, этот человек… он не из полиции, – сказал Амад, показывая ей результаты поиска. – Его нет в реестрах. Адрес фальшивый».
Эмилия смотрела на экран широко раскрытыми глазами. «Но… зачем? Кто он такой? Зачем приходить и говорить всё это?»
«Чтобы мы прекратили копать, – твёрдо произнёс Амад. – Чтобы мы поверили, что папа сам виноват, и закрыли эту тему. Они боятся. Они боятся, что мы что-то найдём».
«Они?» – прошептал Райан.
«Денис… и тот, кто за ним стоит. Этот Дайксон – часть их группы. Он был послан, чтобы запугать нас, чтобы остановить».
Теперь страх в глазах Эмилии сменился ужасом. «Амад, что происходит? Что вы нашли? О чём вы говорите?»
Амад понял, что скрывать больше нельзя. Он сел рядом с матерью и братом и рассказал всё. О найденной распечатке, о файлах на отцовском ноутбуке, о слежке за Денисом и разговоре на складе. Он не упомянул только о самой страшной догадке – что за всем стоит не только Денис.