И город пал, и руин не осталось

- О, Калеб, не заметил тебя, ты наконец сменил старые ботинки на новые? В долине все еще живы? Как отнеслись к вынутым вонючим ногам?

- Подкачал свой острый язык? Меткость тебе не прокачать, я всегда буду на шаг впереди!

- А, я все понял, ты здесь, чтобы пасть лицом в грязь, как обычно? Ну, удачи, брат мой – Элиот невозмутимо постучал парня по плечу, в тот момент глаза Эмили стали еще больше, пытаясь выйти из орбит.

Не дожидаясь ответа, Элиот схватил сестру за руку, и они умело смешались с мимо проходящей веселящийся толпой. Юный глава обязательно продолжил бы давать отпор наглецу из Лесного Ущелья, дойдя до схватки, да вот руки пачкать не захотел, отец не одобрит избиение любых приезжих гостей ярмарки.

- Еще встретимся, Элиот! – послышался голос Калеба, отдаленный и пропадающий с гомоном толпы.

К тиру Элиот и Эмили решили вернуться позже, а пока есть время, присоединиться к друзьям, уже вовсю разливающим медовый эль у лавки гномов. Джереми подошел к девушке, и слегка приобнял, Элиот с Оскаром, облокотившись на прилавок за кружкой пенного эля начали обсуждение предстоящего соревнования в тире. Эмили так много еще хотелось обсудить с Джереми, столько всего рассказать, а может, и вовсе сбежать в поле или в лес, уединиться, быть дальше от шумной толпы.

- Джереми, может ….

- А сейчас, невероятное воздушное выступление местной городской танцевальной группы. Прошу, поприветствуем наших туманных дарований! А пока идет заключительное выступление, наши эксперты уже подводят итоги и выбирают победителя Ярмарки Осадков в номинации «Лучшая палатка без осадков».

Эмили не сразу поняла, что ее выступление вот-вот начнется. Элиот потряс сестру за руку и одним движением головы указал в сторону сцены. Сам же пошел за отцом, чтобы вернуться на места в ложе. Пробравшись через толпу веселившихся людей и взобравшись по ступеням, прилично запыхавшись, девушка увидела уже подготовленных двух своих подруг. Акки и Лакки, близняшки, с кем выступление казалось зрителям еще более уникальным, с укоризной посмотрели на девушку. Эмили только плечами пожала.

Близняшки унесли с собой необходимый инвентарь: облачные обручи, сферу с потоком воздуха, датчик искр и, самое главное, красные и белые ленты, с помощью магии которые Эмили должна была соединить в герб Города Тумана в виде облака пополам разбитого молнией.

Все девушки вышли на сцену и поклонились многочисленным зрителям, долго ожидающим самое главное выступление. На Ярмарку Осадков этой весной приехали и соседние города, и дальние, так что народу на площади собралось немало. На улицах затаилась тишина, все в предвкушении смотрели на сцену. Не успев сдвинуться с места, Эмили заметила перемену в небе. Облака стали медленно путаться, передвигаясь и сталкиваясь с соседними облаками. Земля под ногами затряслась и пошла трещинами, горный массив издал свой первый оглушительный рев, облака вокруг города, что составляли защитный купол, закружились в сильном порыве, словно беснующаяся стая. Удар за ударом они бились друг с другом как в самой яростной схватке, с неба на землю постепенно нарастая падали крупные алые капли. Воздух некогда чистый и свежий постепенно стал удушающим и вязким. Словно сама Смерть навестила Ярмарку Осадков. Веселье в миг переросло в панику и ужас. На площади началась самая настоящая суматоха, люди без разбора бежали кто куда, душераздирающие крики женщин и детей, страх дошел и до мужчин, знающих, против природных аномалий их сила лишь крупица в бою.

Растерянная Эмили со сцены наблюдала за хаосом центральной площади, оцепенев, белые волосы туманного народа стали алыми, их наряды промокли насквозь, а обувь скользила по камню уже пропитанному густой алой жижей. Приехавшие на ярмарку гости были напуганы не меньше, не зная, куда бежать, где просить помощи и убежища. Девушка посмотрела в сторону ложи, ее родных там уже не было, беспокоясь, с притупленным страхом, свернувшимся комком в груди, Эмили кинулась в дом Старейшины. Босые ноги скользили, одежда и волосы неприятно липли к телу и лицу, толпа некогда празднующего и веселящегося народа не уменьшалась, из-за чего пробираться через площадь было затруднительно. Многие падали и ударялись о камень, не переставая кричать и звать на помощь. Вдалеке вдруг раздалось зловещее ржание нескольких десятков лошадей. Чужаки приближались к Городу Тумана, Эмили чувствовала, кровавый дождь и паника малейшее зло, нежели то, что ждет их сегодня ночью. Девушка пробегала мимо палатки Ошето, его уникальный лимонад лился со стола на землю, самого мужчину видно не было, тоже самое настигло палатку миссис Бром, правда женщина была внутри, она сидела на корточках закрывая руками уши и причитала. Вдруг, перед столон в ее палатки из земли стал вырисовываться человеческий силуэт, собирающийся по каплям. Так до конца и не обретя людские черты, кровавая масса поплыла к миссис Бром и ту, кричащую до хрипоты накрыло алым куполом. Эмили стояла оцепенев, не зная, что это за существо и как с такими жидкими врагами туманного народа бороться. Девушка медленно отступала прочь от палатки и перешла на бег. С большим трудом добравшись к дому, девушка забежала внутрь и обнаружила лишь устоявшиеся еще с утра тишину, пустоту и безмолвие. Их здесь нет. Забежав в пристройку рядом с домом, где жили дедушка и Нани, их тоже не оказалось на месте. Эмили уже было направилась к выходу, как кто-то сильно схватил ее за руку и потащил за собой на задний двор дома. Мокрые волосы и непрекращающийся дождь слепили глаза, сердце бешено колотилось, остановиться не было возможности, ноги скользили по мокрому камню и тело готовилось вот-вот свалиться. Но сильная и горячая широкая ладонь крепко держала девушку за руку. Мельком увидев свой собственный задний двор и массивную городскую стену, Эмили заметила зияющую в стене дыру, откуда можно было вылезти в поле и прямиком умчаться в лес.

- Эмили, послушай, - юноша присел, заставив и девушку присесть напротив, - ты сейчас же убежишь в лес, через проход в стене, не оглядываясь, не останавливаясь, найдешь в лесу дерево, перевязанное синей лентой, сорви ее и беги, лента зачарована, превратившись в мелкий ручеек, вода подскажет правильную тропу и спустит тебя вниз с горы.

- Джереми? – девушка откинула свои волосы и посмотрела парню в глаза. – Что ты делаешь? Что случилось? – Заикаясь и набирая все больше воздуха в легкие бормотала девушка, - Где отец, Элиот…

- Слишком много вопросов, я не знаю даже одного ответа Эмили. Случилось нечто страшное, - парень обернулся и вгляделся, - Всадники Судного Города уже на Центральной площади. Твой отец просил меня спрятать тебя, беги, прошу, лента приведет в Город Дождя. Наши люди уже видят, что происходит здесь, наверху, и в не меньшей панике, расскажи им, что случилось и жди меня, я найду Элиота, брата и мы спустимся вслед за тобой. Беги!

Крикнув во весь голос, Джереми толкнул девушку к выходу, а сам, встав и вскинув меч, отразил удар, слезшего с коня Всадника. На бегу Эмили слышались выстрелы арбалетов, крики людей постепенно стали умолкать, но даже на поле воздух продолжал наполняться духотой и вязкостью. Девушка бежала не оглядываясь, ближе к лесу у нее закончились все силы, и упав на колени, Эмили больно прочертила ими рыхлую землю. Из янтарных глаз катились слезы, сбивчивое дыхание лишь твердило о страхе, душа разбивалась на части, там, за стеной Города Тумана остались ее родные, а она здесь, у леса, в безопасности, все это неправильно. Сознание после увиденного на площади не сразу пришло в спокойное состояние, как правильно нужно было действовать девушка сообразила не сразу.

«Нужно вернуться».

В глазах стало постепенно темнеть, тело совсем перестало слушаться, единственное, что Эмили увидела перед падением на землю, среди елей маленький огонек, колыхающийся на ветру и быстрые шаги в ее сторону.

Глава 2

Глава 2. Драконий яд

В нос ударил резкий запах мяты и эвкалипта, будто рядом кто-то кипятит в котелке воду с маслами. Глубокий вдох и янтарные глаза широко распахнулись. Тело отказывалось слушаться, голова не поворачивалась, но и боли Эмили не испытывала. Зрачки видели мутно, все никак не могли среагировать на яркий свет. Быстро моргая девушка старалась скорее привести свое зрение в порядок, чтобы оценить, в какие неприятности попала.

- Извини, но так сильно моргая ты не сможешь убрать пелену с глаз, а натрудив глазные яблоки ухудшишь состояние. – Раздавшийся мужской голос казался Эмили знакомым. – Сейчас ты не сможешь мне ответить, но раз очнулась, значит слышишь. Ты меня не бойся только, пока я хочу тебе помочь и поставить на ноги, а уж потом решу, что делать дальше.

«Пока?». Сердце заколотилось быстрее. Девушка смогла ненадолго пошевелить большим и указательным пальцами правой руки, и силы ее на этом покинули. «Что же делать?»

- Думаю, тебе будет интересно узнать, почему ты тут со мной? – Эмили услышала хруст ломающихся веток и шум разгорающегося огня, треск и растекающееся тепло вокруг словно одеяло окутало все тело. Чувствительность Эмили не утратила, значит ее онемение временно. - Все просто. Я нашел тебя у леса, ты упала без сознания, думал мертва, когда подошел ближе, но оказалось отравлена. В левое плечо тебе успели всадить ядовитую иглу, знаешь, какими обычно племена стреляют из самодельных трубочек. Только вот у этой иглы наконечник есть, золотые крылья, а посередине рубин, знакомо?

«Знакомо. Именной знак оружия Города Тумана».

- Именной знак, да. – Будто прочитав мысли, ответил парень, затем подошел к Эмили, схватив девушку за талию и приподнимая тело, облокотил ее на деревянный выступ. Подбородка коснулись теплые шершавые пальцы и в рот полилась горячая масляная жижа, больше напоминающая прокисший и давно перебродивший эль. Но сопротивляться не было никаких сил, оставалось надеяться, что парень этот не враг, по крайней мере, он обещал ее поставить на ноги. Юноша отошел от девушки на пару метров, и только после случившегося, Эмили поняла почему. Действие зелья, что приготовил для ее восстановления незнакомец, имело побочный эффект. Возвращая мышцам и костям прежнюю форму, наполняя тело жизнью, вокруг собиралось ветряное кольцо, словно замыкающая свою жертву воронка. Когда человек полностью восстанавливал силы и любое инородное вмешательство в кровь испарялось, кольцо размыкалось с оглушительным треском и скопом осколков разлеталось во все стороны. Парень, отойдя на безопасное расстояние, вдобавок, скрылся за близ стоящей елью. Ветряное кольцо опустилось на землю, не пытаясь разлететься и поранить еще кого – то. Эмили открыла глаза, зрачки ее янтарных глаз снова видели, постепенно девушка стала шевелить руками, и смогла сама подняться, держась за все тот же выступ. Немного еще отдышавшись и придя в себя, туманная наследница обернулась в сторону крупной ели, где все еще прятался в тени ее спаситель, если так можно его назвать.

- Эй, ты! Выходи, твоя волшебная жижа исправила ошибку моего народа, я хочу тебя увидеть! – Эмили крикнула это и поморщилась, боль резко подступила к ее вискам, а голова закружилась. – Это все еще побочный эффект?

- Нет, - выйдя из засады промолвил незнакомец, - зелье из эвкалипта, мяты, речной воды и черных ягод «безвременника» лечит лишь раны, яд из крови выводит с трудом, только если он сам поддается. Твою же кровь отравляет неизвестный мне яд, что было на кончике иглы я так и не смог понять.

Парень подошел ближе и только тогда, подняв свой тяжелый взгляд, Эмили поняла, перед ней совсем не незнакомец.

«Как же его назвал Элиот? Карл? Помню только их минутную перепалку на ярмарке».

Калеб потер ладонями и подошел ближе, подавая девушке руку и помогая сесть. Враждебным он совсем не выглядел, скорее обеспокоенным.

- Нам нужно в город… - Язык девушку отказывался слушаться, поэтому продолжить говорить она не смогла.

- Нет больше города, Эмили. – Калеб посмотрел на девушку и нахмурил брови. – Твоего отца увезли под стражу в Судный Город для выяснения причастности. Я не был в городе, когда вырвался наружу Хаос, зато был возле тропы, по которой Всадники увозили Старейшину Города Туманов. Переговариваясь, они обмолвились о детях главы города, которых найти не смогли, а также о том, что все, кто посетил в этом месяце ярмарку – мертвы.

Послышался шорох листвы и хруст ломающихся под ногами веток. К костру приближались двое, судя по топоту, парень и девушка. Вооружившись небольшим выточенным клинком, Калеб принял нападающее положение. Эмили сползла с выступа и с подступающей к горлу тошнотой наклонилась, уставив взор в землю. Состояние девушки говорило лишь об одном, ей уже все равно, от чьей руки падет она, лишь бы прекратил неизвестный яд разъедать ее нутро. По левую сторону от костра молниеносно выбежал сначала белокурый юноша, а за ним и девушка с зеленоватым отливом волос, вся в крови и с мелким ножом в руке. Оба они спасались бегством, или один бежал за другим с целью вступить в схватку, парень из Лесного Ущелья так и не разобрал. Эти два неопознанных создания пронеслись словно вихрь, не заметив перед собой ни костра, ни людей, и умчались вдаль, сбивая на бегу кустарники, ветви елей, низко опущенные, и босыми ногами вспахивая и без того рыхлую землю тропинок. Как бы ни хотелось Калебу поспешить за двумя чудаками, девушку бросать было нельзя, ее жизнь в его руках. Во всяком случае, в помощи зеленоволосая девчонка не нуждалась, ну, а парень достаточно рослый и сильный на вид, чтобы пасть от ее руки с мелким ножичком, разберутся.

Эмили становилось хуже, и хоть рассудка она не теряла, внутри все как будто плыло и кружило, до тошноты и боли противное чувство. Калеб постарался встряхнуть девушку, понимая, что та сама не сможет идти, а им срочно нужно торопиться в Лесное Ущелье, к парню в дом, где в тайной комнатке хранит он травы, баночки с маслами и целый ворох противоядий. Но от Города Тумана по узкой тропе спускаться вниз с горы до того самого ущелья, да с девушкой на руках, тяжеловато. Сам парень не ел двое суток, и силы его постепенно оставляли, помимо всего, с левого бока Калеба беспокоила утром прижженная раскаленным клинком рана. Тишина вдруг окутала лес, ни пробегающих зверей, ни рокота птиц, ни шороха листвы. Подняв в небо взгляд перламутровых глаз Калеб смог разглядеть еле поблескивающую и выглядывающую из-за облаков радужную арку. Природа меняет местами своих прислужников, если в горах пролил дождь и вышла радуга, значит внизу, в Городе Дождя, должно быть, ужасная засуха.

Парень поправил вдруг кожаный пояс, застегнул рубаху, оставив две верхние пуговицы не вздетыми и быстрым движением своих больших ботинок потушил остатки костра. Рядом с обессиленной девушкой лежала кожаная пустая сумка, все ее содержимое Калебу пришлось использовать для сражения и для лечения.

- Эмили, послушай, - парень слегка потряс девушку за локоть, одновременно поднимая сумку и перекидывая ее ремешок через плечо, - нам нужно уходить, яд быстро отравляет кровь, а я не хочу твоей смерти на моих руках, если не можешь идти, то хотя бы постарайся держаться, мне так будет легче тебя нести.

Эмили с трудом, но все же нашла в себе силы приподняться и сесть, Калеб уже приготовил ей удобную позу для того, чтобы взобраться к нему на спину, осталось лишь подползти. Несколько раз упав и порезавшись о ветки, Эмили в уме уже предопределила для себя безвольное существование, пока яд не сотрет чистоту ее крови. А вот юноша сдаваться не хотел. Громко выругавшись, Калеб взял туманную деву на руки, хоть и Эмили была легкой и миниатюрной, идти так с ней на руках, словно с младенцем, далековато, беря в расчет и его небольшой запас энергии и сил. Но парню выбора никто не дал, тяжело вздохнув, он отправился в путь по узкой тропе, прямиком к горному спуску.

По лесу Калеб и Эмили блуждали несколько часов, пока руки парня предательски не задрожали, а из носа девушки внезапно не полилась густая ярко - красная кровь. Яд уже совсем близко подобрался к сердцу девушки, пошли считанные минуты. Калеб аккуратно положил Эмили на нетронутую временем мягкую часть травы и сам склонился над ней. Отчаяние взыграло в душе парня томным и неприятным чувством, страх и бессилие перед смертью не близкого, но заслуживающего спасения человека. Юноша перестал видеть и слышать, только смотрел на дочь Старейшины Города Тумана и понимал всю безвыходность своего и ее положения. Воспоминания вернули Калеба назад на несколько лет, когда в их Лесном Ущелье произошло преступление. Стражи Города Тумана пришли к его отцу с обыском и обвинением в смерти одного из туманных жителей, зелье, что дал ему глава Ущелья оказалось испорченным или умышленно подмененным. Но суду предали отца его без выяснения истинности их умозаключений. Калеб четко видел свалившуюся с горного обрыва голову своего единственного родного человека, о смерти которого никогда не думаешь, будто тот всегда будет рядом, вечность им управляет. Тогда парень возвращался из нижних городов, после трехдневных поисков «безвременника», которого в избытке встретить можно было лишь в торговых лавках.

- Как это иронично, призванный мстить врага спасти не смог и со слезами на глазах чахнет над безжизненным телом его.

Из воспоминаний как оплеухой Калеба выдернули едкие слова девушки, стоящей за его спиной. Лицо с запекшейся кровью, глаза изумруды и не расчесанная копна волнистых зеленоватого цвета волос.

- О, та быстро пробежавшая мимо меня аборигенка, гоняющая мелкого парня по лесу с вилкой в руке, как занятно, что ты появилась след в след рядом с нами.

-Я сирена, а не аборигенка, что за словечки, мститель из Ущелья. Я могла бы обидеться, спеть тебе песенку и пока ты влюбленно пялишься своими перламутровыми глазками на мое прекрасное личико, вырвала бы сердце и подала вечером гостям на ужин, да вот условия не те, чтобы враждовать с каждым встречным. Тебе, вероятно, понадобится моя помощь. – Дедерия села рядом с Калебом возле тела Эмили и прищурилась, разглядывая все еще вытекающую из носа кровь. – В ее крови драконий яд, сначала он обездвиживает, затем мутит рассудок, потом медленно растекается по венам и не отравляет чистую кровь, а вытесняет ее, заполняя все пространство собой. У нас еще есть время, пока вся ее туманная кровь не вытекла. Но есть всеобщая проблема, которую невозможно разрешить быстро, да и медленно тоже не получается.

- Что за проблема, сирена?

- Я Дедерия, если вдруг тебе интересно, обращение к сирене по ее происхождению не культурно…

- Да сколько можно в пустую тратить слова, Дедерия? Я хочу спасти Эмили, ты знаешь, что за яд внутри нее, знаешь, как избавиться от него, какая еще перед нами преграда возникла?

- Лес, вот наша главная задача. Над ним появилась радужная арка. Из-за нее из многочисленных елей не получается найти просвет, иллюзия радуги путает тропы и водит путников по кругу. И у этой радуги есть живое воплощение, юный парень, о котором ты уже говорил, и за которым я пыталась угнаться, но безрезультатно. Он как лиса бродит рядом, вынюхивает и появляется перед тобой лишь бы подразнить и напомнить, ты – марионетка в его власти. Мы в ловушке, Калеб, потому что я не знаю, как отсюда выбраться, а судя по твоему выражению лица – ты даже и этого не узрел сразу, от подружки твоей толку вообще нет никакого, и что же мы будем делать?

Калеб задумался, положение их с Эмили ухудшалось с каждым часом, его рана на боку все больше давала о себе знать неприятным покалыванием и притупленной болью, а лес не стремился их выпускать наружу, и сам парень потратил все силы блуждая в неизвестности несколько часов, пока не рухнул вместе с девушкой от бессилия и усталости. Идей не было, столкнувшись с такой проблемой впервые, ведь радужная арка, это новый природный посланник. Сеющий панику начальник всего – Хаос только начинает делать первые шаги, наступая большими темными лапами на города. Хриплый голос Эмили раздался в глухой тишине. Слов было не различить, ее рот наполнялся кровью, но девушка продолжала бормотать себе под нос. Среди веток многочисленных елей отдаленно послышались звуки флейты. Внизу зашуршала трава и ветер поднял сноп пыли, в лес вернулся чистый воздух, пение птиц и треск веточек под лапами зверьков, словно жизнь здесь и не замирала, образуя лабиринт без выхода. Сирену не нужно было уговаривать, девушка поднялась и кивнув головой в сторону замолчавшей Эмили промолвила:

- Могу только предположить, твоя подруга с того света помогает нам, и пока магия ее не иссякла, нужно уносить ноги из этого чертового леса. Бери на руки туманную девицу и следуй за мной, если тропы снова верны в своем направлении, я знаю, как выйти.

Дедерия не дожидаясь сборок Калеба, отправилась в сторону еле слышной играющей без остановки флейты. Парень постарался облегченно выдохнуть, но бок вдруг поразила режущая боль. Свалившись на спину рядом с Эмили из глаз Калеба хлынули слезы беспомощности. Не таким хотел бы видеть его отец, ни таким он хотел бы предстать в глазах других, недооцененным, слабым, не способным помочь даже самому себе.

- Хватит лежать и страдальчески жалеть себя, вставай, я помогу донести ее, - Дедерия указала рукой на Эмили, - вместе доберемся до Ущелья, только перестань терзать свою душонку, Калеб.

- Ты мысли что ли читаешь?

- Я считываю чувства и эмоции, поднимайся уже.

В голосе Дедерии не было место сарказму или иронии, строгость и хладнокровие внемли ее сердцу. Сирена взяла Эмили под руки, предоставив возможность Калебу взять ее за ноги, тем самым больший вес взять на свою сторону, представив, как придется тащить их обоих из леса, Дедерия выбрала меньшее из зол. Так, сплоченные одним приключением, тройка будущих друзей отправилась по тропе на звуки спасительной мелодии. Лес словно сам выпускал их, открывая перед путниками ровные тропы, и небольшим порывом ветра подгоняя поскорее убраться из злополучного места. Впереди Калеб разглядел просвет, указывающий на выход из леса и начало горного спуска. По телу разлилась легкость и детская радость, но увидев состояние Эмили, воздух вокруг вдруг снова стал тяжелым. Кровь текла теперь и из глаз девушки, напоминая, что еще немного, и драконий яд овладеет всем ее телом. Наконец, они вышли на небольшой склон, откуда виднелись близкие нижние города. Немного спустившись по горной тропе вниз и пройдя через каменную арку мститель, сирена и туманная дева очутились в Лесном Ущелье. Средних размеров скрытая под горным камнем долина представляла собой богато выстроенную деревню, дюжина каменных домиков, несколько уличных видов ремесел и дружелюбный, трудолюбивый горный народ, который от других долин отличает смуглая кожа, темный цвет волос и перламутровый оттенок глаз. Тела их закалены и накачены, как у юношей, так и у дев. С кем опаснее вступить в схватку еще стоит подумать. Несколько парней, видно, только закончивших отливку оружия, вышли навстречу гостям, еще не признавши в одном из них своего человека. Но когда подошли ближе, быстро среагировав, один из парней ловко перехватил уже почти безжизненное тело девушки и быстрым шагом унес в один из домов с причудливым флюгером в форме котелка и выходящего из него пара. Сирену второй юноша проводил на открытую террасу близ расположенного дома с пристроенной к нему, с другой стороны, купальней. Третий парень остался с Калебом, похлопав того по плечу, повел за собой в мастерскую, пора подлатать старые раны и многое здесь прояснить.

Лишь к ночи Калебу и Дедерии удалось встретиться. На каменной ограде возле дома с котелком на крыше, сидел, свесив ноги, мальчик лет девяти, в ожидании гостей.

- Калеб, как я рад, что ты вернулся целым и невредимым! – мальчишка спрыгнул с ограды, только в поле зрения появился парень с сиреной, и побежал обнимать.

- Да, Майшу, не совсем невредимый, но живой. Как вы здесь, наверное, испугались того ужаса, что был выпущен наружу наверху? – Калеб предложил сирене сесть на лавочку, окруженную причудливыми бумажными фонарями, напротив дома местного алхимика. Майшу последовал за ними, рассказывая, как беспокоились о нем и том, что творится сверху. Кровавый дождь, как выяснилось, долину не настиг, но вот крики людей были слышны и эхом раздавались за сотню верст. Сама Гора Теней истошный издавала вой, в ней образовалась трещина, и теперь, народ Лесного Ущелья боится свалиться вниз.

- Майшу, как себя чувствует девушка, что прибыла сюда вместе с нами? – Калеб нервно теребил завязки своего нового и чистейшего бинта, намотанного вокруг торса перед выходом из мастерской. Сирена сделала безразличный вид, рассматривая окрестности и выглядывая, будто вот-вот кто-то знакомый должен выйти из-за домов, и она переключит свое внимание на него, хотя Калеб чувствовал, Дедерии также интересно и важно знать о состоянии Эмели.

- Странное ее состояние. Да и смятение дедушки Чоя я видел впервые, он дал незнакомке из пузырька выпить тягучее и вонючее противоядие, по-моему, из рыбьих глаз, апельсинового сока и полуночного яда со дна мертвого моря, все как обычно, но после того, как ее организм очистился, одна из прядей белоснежных волос вдруг отлила золотом. Дедушка сказал, что видел такой отлив на волосах лишь раз в своей жизни, но ему много лет и память подводит. А еще, - паренек запнулся, видимо вспоминая замысловатое слово, - она все время шепчет одно единственное имя «Элиот», это что, напиток такой?