SOS! Нужен муж. Срочно!

Лика Леви

SOS! Нужен муж. Срочно!

Глава 1

Я стояла на пороге комнаты жениха в ЗАГСе и хлопала ресницами. Что за… ешкин кот!

Любимый Максимушка и самый надежный человек, как я думала, целовал взасос Светку Загайнову, мою свидетельницу и лучшую подружку.

Я настолько опешила, что даже не успела расстроиться. В голове пронеслись классические клише: «Мир рухнул», «земля ушла из-под ног», и, конечно же, «как он мог?!»

Но потом я вспомнила, что у меня сегодня свадьба.

Моя свадьба, не Светкина!

И не должна была случиться никакая феерическая глупость. Глубоко вздохнула и решила внести свой вклад в этот маскарад.

– Эй, голубки! – рявкнула я и запустила букет невесты в голову благоверного. – Я все понимаю, у вас страсти-мордасти, но у нас вообще-то роспись через пять минут. Или вы решили сразу групповуху закатить, не выходя из ЗАГСа?

Светка взвизгнула, отскочила от моего «самого надежного», а он, покраснев, как помидор, пролепетал:

– Ты все не так поняла, Яна. Света поправляла мой галстук-бабочку.

– Ага, отличный способ губами елозить по шее чужого жениха. Или ты хотел проверить, как я отреагирую? Придумал, так сказать, тест на стрессоустойчивость. Засчитано, милый! – я выдохнула, снова набрала в легкие воздуха и рявкнула: – А теперь – на выход! Оба!

И сорвалась…

Затопала ногами, завизжала, уже не контролируя себя. Светка пулей пронеслась мимо, Максим попытался возмутиться, но я схватила стул, замахнулась, и он выскочил за любовницей следом с воплями:

– Держите эту безумную дуру! Она нас хочет убить!

Если бы у меня в руках было ружье, наверное, выстрелила бы, не раздумывая. Но я лишь запустила ему в спину диадему, сорвав ее с волос. Та, не долетев до благоверного, врезалась в бутылку шампанского. Выстрел от вылетевшей в потолок пробки был тоже феерический.

Дверь с грохотом захлопнулась, оставив в комнате запах дорогих духов Светки, который теперь казался мне удушающим. Я стояла, тяжело дыша, с растрепанными волосами и размазанной по лицу тушью. Повернулась и тут поймала в зеркале бледное, искаженное яростью лицо не то ведьмы, не то клоунессы.

Так мне и надо! Растаяла идиотка от красивых слов благоверного, пустила слюнки, а этот гад…

Тишину нарушил робкий стук в дверь.

– Я-яна Р-романовна, ч-что случилось? – на пороге замерла регистраторша в парадном костюме.

И тут она заметила перевернутый стул, валяющийся на полу разбитый букет, мою диадему в луже шампанского и испуганно округлила глаза.

Я гордо вздернула подбородок:

– Да, я выгнала жениха! Есть за что! Еще вопросы есть?

– Роспись… – голос регистраторши дрогнул, глаза забегали: все же я была ее начальницей, и как отреагирую на сотрудницу, оказавшуюся невольным свидетелем чужой драмы, одному богу известно, – отменяется?

Из груди у меня вырвался звук, не то смех, не то рыдание.

– Отменяется, Галина Петровна, – выдохнула я, срывая с пальца обручальное кольцо.

Оно со звоном покатилось по полу и остановилось прямо в луже шампанского рядом с диадемой – туда ему и дорога!

– А как же к-квартира?

Галя задала неудобный вопрос и бросилась к двери от греха подальше.

– Что?

Я резко развернулась к ней и замерла. Вот об этом я как раз забыла.

Совсем вылетело из головы. Служебную квартиру, на которую претендовали сразу несколько сотрудников, мне выделила родная мэрия как раз к бракосочетанию. А если оное не состоится, мне придется от нее отказаться.

Нет уж! Дудки!

– А знаете, что? Нет. Не отменяется.

Я выпрямила спину, смахнула с лица непослушную прядь и посмотрела на себя в зеркало с новой, ледяной решимостью.

– Но… как же… там все ждут… И мэр… нервничает. У него встреча срывается. А жениха нет…

– Почему это нет? – я вскинула голову. – Есть. Просто другой.

Регистраторша заморгала длинными ресницами.

– Но… как? Яна Романовна, у вас есть кандидат?

Я не ответила, уже набирая номер на телефоне. Трубку взяли после первого гудка, словно сидели и ждали от меня звонка. Похвальная оперативность!

– Вить, – заявила я, поднимая диадему и напяливая ее на голову. Мокрую. В шампанском. Криво. Но плевать! – Ты на районе? – секунду слушала, потом рявкнула: – Как кто? Яна Никольская. Помнишь такую? Короче, отменяй все дела, вопрос жизни и смерти! Через полчаса жду тебя в костюме в ЗАГСе. Да… на Зеленой. Нет, не передумала. Просто твой шанс стать законным супругом только что вырос на пятьсот процентов. Детали потом.

Я положила трубку и повернулась к ошеломленной Галине.

– Через полчаса у вас будет идеальная пара. Принеси-ка мне, Галя, кофе. Крепкий. И коньяку. Бутылку. И… – я подняла с пола свой букет, с силой встряхнула, чтобы лепестки снова расправились, – скажи гостям, что церемония задерживается на полчаса.

– Но, как? Какая причина?

– Время регистрации перепутано. Технические неполадки.

– К-какие неполадки? У нас и техники никакой нет. Ручка и… все.

– Галя, не пудри мне мозги, они и так кипят! Придумай что-нибудь!

– Поняла. Сейчас… – регистратор исчезла, но вернулась. – А мэр…

– Га-ля! – я сжала кулаки. – Кофе и коньяк! Поняла? Мэру тоже!

Пока я поправляла макияж, в голове уже выстраивался новый план. Не самый романтичный, черт возьми. Но куда более честный. А Виктор… Ну, он как-то сказал, что женится на мне. Вот и пусть держит слово.

Глава 2

Витька был моим одноклассником. Тихий, вежливый, незаметный очкарик. Бесил конкретно!

Он всегда топтался где-то рядом, не блистал в учебе, зато золотыми руками чинил все, что ему приносили: от гаджетов до мопедов, которые по частям собирал в гараже отца.

А еще он неплохо бренчал на гитаре, сочинял песни и даже пытался организовать с друзьями ансамбль. Правда, группа эта дальше репетиций в Витькином гараже так и не продвинулась.

У меня к нему было стойкое предубеждение: тихоня, значит, или неудачник, или себе на уме. Но всякий раз, когда мне нужна была помощь, Витька оказывался рядом. Он сидел со мной за одним столом, давал повербанк, когда у моего мобильника заканчивался заряд, подсовывал ручку вместо сломанной, учебник или тетрадь, если у меня не было.

Удобный. Немногословный. Бесячий.

Я терпела и принимала его молчаливое ухаживание, как истинная королева: гордо и снисходительно.

– Ты Витьке нравишься, – сказала как-то подружка Элька. – Он вьется вокруг тебя, как петушок вокруг курочки.

– Ты сбрендила, что ли? – я покрутила пальцем у виска. – Нужен мне такой замухрышка!

– Нисколько. Его бы приодеть да приласкать…

– Еще слово – и в глаз!

Я показала Эльке кулак, и подружка обиженно засопела.

На выпускной Витька пришел при всем параде, я даже не узнала его. Никто не узнал.

Высокий, стройный, в элегантном костюме и стильных туфлях, он поразил всех девчонок. А когда исполнил под аплодисменты школьный гимн, многие даже слезу пустили.

И я в том числе старательно моргала ресницами, чтобы тушь не потекла.

Витька танцевал весь вечер, меняя партнерш, я не раз ловила на себе его взгляды, но делала вид, что моя хата с краю.

Наконец он подошел и ко мне.

– Потанцуем?

– Отвали, Борисов!

– Ты чего такая ершистая, Янка?

– А ты чего весь вечер строишь из себя крутого?

– Ревнуешь, что ли?

– Кт-о-о-о? Я?

От возмущения я чуть слюной не захлебнулась. Его взгляд стал серьезным, и он тихо спросил:

– Почему ты всегда боишься показать истинные эмоции? Помнишь, как в девятом ты завалила городскую олимпиаду по физике и ревела в спортзале?

Я отшатнулась, будто меня ударили. Эту историю никто не знал.

– Откуда…?

– Я тогда чинил аппаратуру в учительской, – он усмехнулся. – Слышал весь твой разговор с МарьИванной. И видел, как ты плакала. Ты всегда так – сначала лезешь на рожон, а когда не получается, прячешься и злишься на всех.

Его слова попали точно в цель. В глазах потемнело от ярости и стыда.

– А ты все такой же заносчивый зазнайка! – прошипела я. – Думаешь, если сменил очки на линзы, то стал круче?

Витька вдруг рассмеялся – открыто и по-доброму.

– Ох, Янка, ты такая…

– Какая? – с вызовом спросила я.

Какой-то незнакомый блеск появился в его глазах: то ли грусть, то ли нежность. Мурашки побежали у меня по спине, я передернулась, показалось, что где-то сквозняк. А еще вдруг заметила, что глаза у Витьки очень красивые. Такие зеленые с золотистыми крапинками. И ресницы длиннющие, загнутые на концах. В глазах отражались отблески дискотечного шара, превращая их в два таинственных озера, и я завороженно смотрела в эти озера, пытаясь понять, что в них скрыто.

Витька тоже не отводил взгляда, и пространство все расширялось и расширялось. Выпускники, учителя, родители отодвинулись куда-то на границу света. Мы были одни, вдвоем в мире призрачных теней и сказки.

Тут зазвучала музыка, и наваждение пропало. Пары выдвигались на танцпол. Меня толкнул один одноклассник, потом другой. Витька схватил меня за локоть и потащил в сторону. Здесь было темно и пусто. Я чувствовала его горячую ладонь на обнаженной коже. Сердце бешено колотилось, словно хотело вырваться из груди.

Витька наклонился ко мне. От его дыхания шевельнулись волоски на шее, и новая партия мурашек помчалась по коже.

– Слушай, а давай сбежим?

– К-куда?

Меня будто околдовали. Чтобы я разговаривала с Витькой, да еще положительно рассматривала его предложение, это нонсенс! Невозможное дело. Позже я сама не могла понять, что со мной случилось в тот вечер. Но щеки пылали пожаром, дыхание сперло, а внутри все дрожало.

– На крышу, – он взглянул на часы, – сейчас будет рассвет.

– Крыша закрыта.

– А у меня есть ключ.

Витька широко улыбнулся, его улыбка растаяла в ультрафиолете. Я растерянно оглянулась, выискивая Эльку. Совет! Мне как воздух нужен был сейчас совет!

Но подружка отплясывала с Максом Пшеничниковым так, словно это был последний танец в ее жизни.

Я обиженно поджала губы. Вот так всегда! Когда Элька нужна, ее нет рядом.

– А пошли!

Я решительно направилась к лестнице. Пусть Элька поищет меня! Пусть!

Витька бросился за мной. На крышу мы попали без проблем. На горизонте небо окрасилось в розовый цвет, тьма немного отступила, но солнце еще не появилось. Внезапно на плечи упал теплый пиджак. Пахло Витькой и дорогим парфюмом. Приятным.

– Чтоб не замерзла, – бросил он, не глядя.

А сердце вдруг ёкнуло, будто поймало солнечный зайчик. Я укуталась, подошла к ограждению, и в этот момент рассвет разлился по небу, как персиковый сироп.

– О боже, как красиво!

– Ты тоже очень красива.

Периферийно я поймала огонек вспышки и повернулась.

– Что ты делаешь?

– Фотографирую тебя на память.

– Немедленно удали!

– Ни за что!

Витька отбежал на несколько шагов.

– Слушай, Борисов, если я тебя догоню, мало не покажется!

– А ты попробуй!

Я бросилась за ним, он увернулся, оказался у меня за спиной и вдруг крепко обнял сзади и прошептал:

– Я когда-нибудь женюсь на тебе, Янка!

– Ха, мечтай, ботаник! – я вырвалась и побежала к двери. У входа остановилась, показала язык и добавила: – Ну, может, со второго раза.

Я летела по ступенькам вниз, но почему-то улыбка никак не сходила с губ. Нужен мне этот гаражный гений? Совсем не нужен!

Хотя… пиджак у него теплый…

Глава 3

И вот прошло больше десяти лет – Витька мне пригодился. Почему я сохранила его номер у себя в мобильнике, как вспомнила именно о нем в критический момент, одному богу известно. Витька даже не дал согласия, а я и не спросила, может, он уже женат, обзавелся стайкой детишек и живет себе припеваючи.

Придет или не придет?

«Если придет, что мне ему сказать? Что?» – вспыхивали в голове вопросы.

Квартиру в элитном доме я терять не собиралась. Раз дала мне ее мэрия в качестве подарка на свадьбу, значит, свадьбе быть! И точка!

Я металась по комнате жениха, как зверь в клетке, и поглядывала на часы. Но время шло, Витька не появлялся, мои гости, пришедшие на регистрацию, явно нервничали и отправили ко мне маму.

– Яна, что происходит? – она вошла, оглянулась и спросила: – А где Максим? И… что тут случилось?

В ее голосе мелькнуло неподдельное удивление.

– Мама, дай мне несколько минут! – выпалила я и посмотрела на часы. – Ждите все в холле.

– Но… там уже другая пара… и…

– Я перепутала время. Жди!

Я выпроводила маму за дверь, налила стопку коньяку, выпила залпом. Алкоголь приятным теплом растекся по сосудам. Неужели придется все отменить? Неужели? На свадьбу приглашен сам мэр и его заместители. Вот позорище!

Кто-то снова открыл дверь и тут же ее захлопнул, поймав мой яростный взгляд. В холле звучала музыка, оттуда доносился приглушенный гул голосов, а здесь я была одна, правда, в компании с паникой, которая начинала перерастать в отчаяние.

«Так, спокойствие, только спокойствие! Витька придет!» – уговаривала я себя.

Наконец дверь снова распахнулась.

– Оставьте меня в покое! – рявкнула я и повернулась.

В проеме стоял Витька. Он застыл на пороге, подслеповато щурясь от лучей солнца, бьющих в окно. На нем был надет рабочий комбинезон поверх засаленной футболки, на голове – бейсболка, перевернутая козырьком назад.

– О боже, не прошло и полгода! – рявкнула я, бросилась к нему, затащила в комнату и захлопнула дверь. – Сказала же быть здесь через полчаса! И… в каком ты виде?! Кошмар!

Витька вытянул перед собой ладони, не давая мне приблизиться.

– Стой там! – приказал он. – Ты меня выдернула прямо с работы. Что за шум, а драки нет?

– Ты когда-то сказал, что хочешь на мне жениться.

– Я? Не помню такого.

– К-как? – опешила я: мой план вот-вот готов был сорваться. – В школе, на крыше… Мы еще рассветом любовались…

– Ты ошиблась.

В голове будто взрыв сверхновой случился.

– Ошиблась? – мой голос дрогнул, но я тут же взяла себя в руки. – Ладно, допустим, я ошиблась. Но ты же здесь. А значит, в глубине души все-таки надеешься.

– Я здесь, потому что ты вопила в трубку: «Срочно, дело жизни и смерти», – Витька снял бейсболку, провел рукой по волосам. – Думал, у тебя трубы прорвало или хоть что-то реально серьезное. А тут… – он окинул взглядом мою фату и свадебное платье. – Где твой-то жених, кстати? Сбежал?

– Трубы? Какие трубы? – и тут до меня дошло. – Не в этом дело! – я сжала кулаки, готовая броситься на него в ярости. Но тут же выдохнула и взяла себя в руки. – Слушай, это чистая формальность. Просто постой рядом со мной полчаса, нет, десять минут, распишись в паре бумаг, и мы свободны. Я подарю тебе свой новый внедорожник. Сразу после церемонии.

«Внедорожник? – простонала я про себя. – Ты, Янка, спятила? На него еще кредит не выплачен!»

– Внедорожник? – повторил за мной и Виктор. – Хм… надо подумать… надо подумать…

Он прошелся по комнате жениха, посмотрел на себя в зеркало, повернулся. Луч света упал на его глаза, и вспыхнули насмешкой золотые искорки в зелени радужки. Прежнее чувство волнения и трепета всколыхнулось, охватило меня, словно мы по-прежнему были детьми и не прошло двенадцати лет жизни.

– Д-думай быстрее, – я заторопилась, скороговоркой выложила ему свои соображения. – Мы поженимся, а через месяц подадим на развод. Никто даже не заметит.

– Квартиру, значит, хочешь получить?

– Ну…

– А ты знаешь, что имущество, приобретенное в браке, делится пополам при разводе?

– Твою ж дивизию! – застонала я. – Конечно, знаю! Я же главный юрист нашей мэрии. Но это служебная жилплощадь, а я увольняться не собираюсь.

– Даже так? Хм…

Витька явно веселился.

– Слушай, или говори мне «да», или проваливай! – не выдержала я, чувствуя, как следом за женихом убегает надежда на квартиру в новом доме.

Стащила с головы диадему вместе с вырванными волосами, бросила ее на столик, налила новую стопку коньяка. Только поднесла ее ко рту, как Виктор выдернул ее у меня из пальцев.

– Я не пью и тебе не советую! – менторским тоном заявил он. – Говори, куда идти надо.

«Принял решение? Ура!!!» – чуть не завопила я, но сдержала порыв и лишь спросила:

– В таком виде? Меня же засмеют.

– Ну, издержки ситуации, – хмыкнул Витька.

Я представила, с каким лицом жена мэра будет рассматривать эту «издержку», и застонала про себя.

– Сейчас попрошу у кого-нибудь пиджак, – нашлась я и кинулась к двери.

– Ладно, не парься. Дай мне пару минут. И… отвернись.

Он кинул на диван сумку, которую принес с собой, раскрыл ее и вытащил на свет божий портплед. У меня и челюсть отвисла: подготовился, засранец, а строил из себя…

Дверь сзади распахнулась.

– Янка, сколько можно! – взвизгнула сестра Верка. – Ой, а это еще кто?

– Мой будущий муж…

Глава 4

Бракосочетание пролетело как в тумане. Мы расписались, обменялись кольцами (вышла накладочка: колечко Макса налезло только на мизинец Витьки), даже поцеловались. Правда, губы жениха ткнулись куда-то мне в ухо, потому что я в нужный момент отвернулась, но это уже неважно: из-за пышных локонов и фаты, надеюсь никто не заметил оплошности.

Мне, если честно, было уже все равно. Главное – чтобы этот марафон формальностей закончился и я осталась одна. Подумать было над чем, особенно над семейной жизнью, которая наметилась в спешке, а продолжаться должна была днями, неделями, месяцами… Ну, насколько у нас с Витькой выдержки хватит скрывать фикцию от окружающих.

Увы, на финишной прямой меня ждал сюрприз. Мэр города, уважаемый Григорий Ефимович Полынский, вышел вперед.

– Дорогая Яна Романовна, от всего нашего коллектива поздравляю вас и вашего жениха, – при этом наш лысоватый пузанчик окинул статного Витьку ревнивым взглядом, – с бракосочетанием и вручаю вам премию за добросовестный и ответственный труд.

Он торжественно протянул мне атласную подушечку, на которой лежали заветные ключики от квартиры.

– Спасибо! Спасибо большое! Я так тронута! – пустила слезу я.

Все гости яростно зааплодировали, замелькали вспышки фотокамер, где-то на задворках зала забормотали в микрофоны репортеры с телеканалов: мэр просто не мог упустить такой значимый для новой предвыборной кампании момент.

Я, изображая трепет, уже ухватилась за подушечку, но мэр, с ловкостью фокусника, добавил в композицию увесистую папку с документами.

– Обязательно прочитайте особое соглашение, – шепнул он на ухо, когда обнимал меня. – И распишитесь, если согласны.

Остаток вечера я провела, пытаясь поддерживать блеск в глазах, в то время как внутри все чесалось от любопытства. Полынский славился тем, что его подарки часто оказывались матрешками: внутри одного сюрприза таился следующий, и далеко не всегда приятный. Но я была уверена, что за годы работы в его администрации научилась читать между строк и обходить ловушки.

– Танец жениха и невесты! – объявил ведущий банкета.

– Идем? – Витька встал, протянул мне ладонь.

– А без этого нельзя обойтись? – скривилась я.

– Люди смотрят.

– Твою ж…

– Расслабься, ты напряжена.

Виктор, не особо церемонясь, вытащил меня из-за стола и повел в центр зала. Он уверенно закружил в танце, а я прижала к груди драгоценный пакет с документами и ключами и не могла ни о чем думать, кроме как об этой папке. Что еще нафантазировал затейник-мэр? Все документы проходили через мой отдел, и никакого нового соглашения я не подписывала.

– Слушай, можешь прикрыть меня на несколько минут? – шепнула я.

– Хочешь бросить меня на съедение этим хищницам?

Он кивнул в сторону свадебных столов, где сидело несколько одиноких дам из администрации мэра. Они следили за нами жадными взглядами, словно готовы были раздеть моего жениха до трусов.

– Нет, но…

– Давай просто сбежим.

– К-куда?

Его предложение мгновенно напомнило вечер выпускного, а сердце пропустило один удар, второй и начало барабанить, все ускоряясь.

– Ну, а куда ты планировала поехать после свадьбы?

– Х-хороший вопрос… я скажу чуть позже, а пока мне надо припудрить носик.

Я отстранилась, быстро взглянула на Виктора, получила порцию золотых искорок, чуть не утонула в них и кинулась к лестнице. И вот я уже мчалась вниз, рискуя споткнуться о шлейф дурацкого платья и разбить себе голову.

– Янка, стой, зараза!

От резкого толчка я чуть не свалилась на пол. Подняла глаза – Максим. Появился, не запылился! Бывший схватил меня за локоть и потащил в сторону туалетов.

– Какого лешего? Пусти! – завопила я.

Но он затолкал меня в комнатушку уборщиц и зажал в углу между швабрами и ведрами. Я и сама чувствовала себя той шваброй.

– Янка, что ты делаешь? Спятила?

Его красивые глаза лихорадочно блестели, стильная прическа растрепалась, и вообще он был помятым, расстроенным и… пьяным в драбадан. У меня в груди все всколыхнулось от жалости. Я любила этого паразита до потери сознания, и, хотя оно сейчас вернулось в черепушку, сердце все равно отказывалось признавать поражение.

– А ты что наделал, идиот безмозглый? Что ты наделал? – я ударила его кулаком в плечо.

Сама не ожидала, но короткий всхлип вырвался из груди, слезами наполнились глаза.

– Это не я! – завопил благоверный. – Это Светка полезла целоваться. Я хотел ее оттолкнуть, а тут – ты.

– Не оттолкнул же.

– Не успел просто. Очень быстро все случилось. Кто же знал, что ты сойдешь с ума и начнешь махать шашкой.

– Да, я такая! – я с вызовом задрала подбородок.

– Хотя… надо еще посмотреть, кто кому изменял, – налетел на меня с упреками бывший. – Откуда взялся этот длинный хлыщ? Ты его специально припасла?

– Спроси у меня, я расскажу, – раздался сзади насмешливый голос.

– И спрошу! – Макса будто подкинуло под потолок: мгновенно стал и шире в плечах, и выше. – Янка, почему он?

– А ты подумай, – широко улыбнулся Виктор.

Он подошел, небрежно оттолкнул Макса, взял меня за руку из вывел из ловушки угла.

– Янка, я понял! У него стручок лучше, чем у меня.

– Какой умник! Догадался, – хохотнул Виктор и качнул бедрами.

В свободных брюках действительно наметилось что-то внушительное. Я невольно уставилась на место между ног и вспомнила старое ощущение.

– Нет, тут дело не в мужике, а в…

И Макс выхватил у меня папку с бумагами на квартиру.

Глава 5

Я будто с цепи сорвалась. Бросилась на него, забыв о длинном свадебном платье, и тут же споткнулась о подол и свалилась бы прямо на ведра, если бы не Виктор. Он подхватил меня, со словами: «Отдохни, дорогая!» – вытолкал за дверь и захлопнул ее, оставшись внутри с Максом.

Я опешила: никто еще так бесцеремонно со мной не обращался. Тут же заколотила в створку, сходя с ума от тревоги, и зря: прибежали охранники. Они разбираться не стали. Вытащили из бытовки слегка помятого Макса, злого Виктора с красным пятном на левой скуле. Я, намотав шлейф платья на руку, металась между ними, высматривая бумаги. И увидела их на полу, помятые, затоптанные, разорванные. Подушечка валялась в ведре, а ключей нигде не было.

– А ну посторонись! – взвизгнула я и кинулась в толпу.

Прорвалась в бытовку, закружилась, лихорадочно оглядываясь.

– Яна, ты ищешь это? – ехидно выкрикнул из коридора Макс, звякая ключами. Их хрустальный звон показался мне гласом небес. – Получишь обратно, когда вернешься ко мне.

– Вот мерзавец! Отдай!

Я уже не рассуждала: просто рванулась к нему. Охранники закрыли бывшего спинами, не оставив просвета.

– Девушка, что вы делаете? – схватил меня за плечи один.

– А ну, отпусти ее! – пошел на секьюрити Виктор.

Теперь все его лицо побагровело, глаза метали молнии. Я внезапно испугалась: скандал набирал обороты со скоростью света.

– Я сама разберусь! – рявкнула я на новоиспеченного мужа и взмолилась, глядя на охранника: – Заберите у этого говнюка ключи. Они мои!

– А ты докажи, что они твои, – развлекался Макс и звякал ключиками.

Во мне все дерьмо всколыхнулось. Я только что вышла замуж, можно сказать, за незнакомца ради этой квартиры, а тут такое… Но и сделать ничего не могла, кроме как молиться о том, чтобы никто из гостей не услышал этого скандала.

Увы, если идет черная полоса, то такая широкая, что не обойти ее, не объехать.

– Яна Романовна, что здесь происходит? – раздался сзади сердитый рык.

Я обернулась и окаменела: господин мэр собственной персоной стоял в коридоре. И надо же случиться такой невезухе!