Кровь Дельфора

– Ну как? – она сразу же потребовала отчёта.

– Сложно сказать, Арна, – со вздохом ответил я. – Ректор заявил, что учить меня здесь не будут, но один вариант всё-таки предложил.

– Риной зови… Тим, – потребовала она. – Если будешь Арной звать, рано или поздно кто-нибудь услышит и задумается.

– Думаешь, ничего не закончилось?

– Есть у меня чувство, что ничего ещё не закончилось, – грустно ответила Арна. – Даже можно сказать, уверенность. Если задуматься, то как меня может достать здесь мелкий князёк из дальней дыры? А если не задумываться, то у меня предчувствие просто кричит, что надо спрятаться поглубже. Разум убеждает меня, что всё позади, но я почему-то больше верю предчувствию.

– А мелкий князёк из дальней дыры – это ты про Мерка Галена? – я заинтересованно на неё посмотрел.

– Я не обманываюсь насчёт величия секторали Корус, – резко ответила она. – Да, это захолустье. И я прекрасно сознаю, что князья Коруса вовсе не великие правители. Никаких иллюзий насчёт собственной значимости у меня нет, так что можешь оставить свою иронию при себе.

– Иронии и не было, – мягко сказал я. – А что касается твоей значимости, то твоё предчувствие ясно говорит, что ты её сильно недооцениваешь.

– Может, и недооцениваю, – недовольно буркнула Арна и перевела разговор: – Так что тебе сказал ректор?

– Пойдём в канцелярию тебя определять, – я подхватил со скамейки свой рюкзак и копьё. – По дороге всё расскажу. В общем, ректор сказал, что учить меня по стандартной программе нельзя, нужно ученичество у сильного магика. Он готов взять меня в ученики, если я соглашусь после обучения выполнить его задание. Но прежде чем обучаться, я должен сначала укрепиться физически. Должен охотиться и ещё медитировать.

– Почему-то я не чувствую в твоём голосе радости, – она проницательно посмотрела на меня.

– Ну, охота на стражей дело рискованное…

– Да, риск есть, охота дело опасное, – подтвердила Арна. – Но это ведь необязательно. Всегда можно податься в холопы – никаких опасностей, знай трудись, ну разве что выпорют иногда.

– Очень смешно, – скривился я. – Мне больше всего не нравится его условие насчёт того, что после обучения я должен буду выполнить какое-то задание. Что это будет за поручение, и получится ли у меня выжить в процессе? Вряд ли он собирается поручить что-то простое.

– Вряд ли простое, – согласилась она. – А кто-то другой сможет тебя обучить?

– Он сказал: достаточно сильный магик. Наверное, такого можно найти, вот только я не уверен, что его стоит искать. Ректор же сразу понял, что я в этом мире гость. А ещё Дельгадо сказал, что у меня слишком много энергии, и что Мать отказала мне в благосклонности как раз из-за этого. Так вот, не захочет ли какой-то другой сильный магик вместо учёбы меня просто выпотрошить и забрать эту энергию?

– Такое тоже нельзя исключать, – признала Арна. – Я слышала, что магикам нужна энергия. Правда, непонятно, почему ректору это не нужно.

– Возможно, великий это просто перерос, – пожал я плечами. – Кстати, он уже бывал у нас – может, поэтому? Мой Рифейск назвал дырой, что истине полностью соответствует. Дыра и есть дыра, хоть и нехорошо так отзываться о родном городе.

– Не одной же мне так отзываться о родных местах, – хмыкнула Арна. – А он может тебя домой отвести?

– Сказал, что не может из-за того, что у меня слишком много энергии. Да и не хочет – чего ради он стал бы это делать? И ещё он сказал, что сам я тоже не перейду, практически наверняка погибну по дороге.

– А ты действительно хочешь вернуться? – она серьёзно посмотрела на меня.

– Не то чтобы хочу вернуться… – я задумался, пытаясь сформулировать для себя то, о чём до сих пор не особо хотел задумываться. – Ты правильно тогда сказала, что мне незачем возвращаться. Никто меня там не ждёт. Я не вернуться хочу, я хочу иметь возможность вернуться. Чтобы остаться здесь потому, что я так решил, а не потому, что мне больше некуда деваться, понимаешь?

– Кажется, понимаю, – кивнула она.

– Ну а чтобы иметь возможность решать самому, нужно учиться. В общем, раз Дельгадо согласился, то я не вижу смысла искать кого-то другого. Если другой великий и согласится меня обучать, это точно так же будет не даром, и он за это спросит тоже не деньги. А кстати, вот ещё вспомнил: мне пришлось подарить ректору нож, а то он поначалу никакое ученичество мне предлагать не собирался.

– Ножи у нас просто улетают, – заметила она.

– Этот с пользой улетел, – немного виновато ответил я. – Его стоило отдать даже не ради ученичества, а за то, что он про эти ножи рассказал. Оказывается, кристаллитные ножи – это очень большая редкость, дверги их практически не делают. И если бы он это не рассказал, я практически наверняка стал бы продавать сначала именно ножи, и это могло для нас очень плохо кончиться. Ножи нельзя никому показывать, и навершия для булавы, наверное, тоже. Продавать можно только мечи, их много делают. Ну, много только по сравнению с ножами, так-то с ними тоже лучше подождать.

– Денег вроде пока хватает, – пожала она плечами.

– У нас же ещё ювелирка есть, – вспомнил я. – Там, правда, ничего дорогого нет, но гривен хотя бы двадцать мы за неё должны выручить.

– Проживём как-нибудь, – махнула рукой Арна. – И насчёт охоты не беспокойся – похожу с тобой, когда время будет. А сначала надо с тобой немного позаниматься, чтобы ты хотя бы основные приёмы работы с копьём изучил. Нам надо снять дом, и обязательно с двориком, чтобы было где тренироваться.

Похоже, Арна не собирается в ближайшее время со мной расставаться. Я сделал вид, будто принимаю это как должное, постаравшись не показать свою радость – она-то сейчас вполне может без меня обойтись, а вот мне без неё придётся гораздо труднее.

* * *

Чтобы найти канцелярию, нам пришлось порядком поплутать. Треугольная башня периодически мелькала в просветах, но попытка пройти напрямую постоянно упиралась то в забор, то в живую изгородь. Пришлось спрашивать дорогу у прохожего – поначалу юнец лет шестнадцати, взглянув на нас, брезгливо поморщился, но потом увидел выражение моего лица и предпочёл ответить вежливо.

Погуляв по Обители, я подумал, что Арна совершенно справедливо сомневается, будет ли она здесь в безопасности. Вот сейчас на территорию свободно зашла увешанная оружием парочка, спокойно гуляет везде, спрашивая дорогу, и ни у кого это не вызывает ни малейшей реакции. Что помешает так же зайти убийцам? Или даже закатать кого-нибудь в ковёр и спокойно вынести? Вполне возможно, что тот же Дельгадо потом найдёт и поубивает злодеев, вот только поможет ли это жертве? Вопрос, конечно, риторический.

Добраться до треугольной башни оказалось несложно – мы просто пропустили довольно незаметную дорожку, которая туда вела. Первый этаж башни был полностью пуст, лишь в центре располагалась скульптурная группа, где некий персонаж побеждал какую-то многоногую хитиновую тварь, без особых затей отрывая ей голову. Судя по свободным развевающимся одеяниям, персонаж был магиком, но при этом было совершенно неясно, почему он решил не полагаться на магию, а предпочёл оторвать голову твари голыми руками. Возможно, скульптура должна была внушить студентам мысль, что магия магией, но не стоит забывать и о физкультуре.

По правой стене шла пологая лестница наверх, по которой мы и поднялись на второй этаж. Стена здесь тоже заканчивалась, и следующий пролёт шёл дальше вверх уже по другой стене, а в небольшой холл выходило несколько дверей с табличками. Я повертел головой и обнаружил рядом с ближайшей дверью табличку «Канцелярия». За дверью обнаружились помещение совершенно причудливой формы, и четыре стола, за которыми восседали сурово выглядящие мегеры. Я моргнул от удивления – если не считать странной формы комнаты, общая обстановка была настолько похожа на финотдел завода Орловских, что я даже усомнился, действительно ли это другой мир. Видимо, некоторые вещи не зависят от конкретной Вселенной. И если это так, то разозлить этих тёток также было крайне неумным поступком.

– Да не минует вас свет Матери, достойнейшие, – почтительно поздоровался я. – Сюда ли следует явиться абитуриентам?

– Завалились прямо с копьями своими, – брюзгливо заметила как бы в пространство одна из мегер. – Думают, наверное, что в пещеру попали.

– Просим простить за невольное неуважение, – примирительно сказал я, аккуратно ставя своё копьё в угол и давая знак Арне. – Мы только что прибыли и не имели возможности привести себя в порядок. Обещаю, что в следующий раз мы явимся в надлежащем виде.

– Обещает он, – уже намного мягче передразнила меня тётка. – Ты, что ли, абитуриент?

– Увы, это пока не я, – развёл я руками. – Может, немного позже. А сейчас позвольте представить вам Рину Стаб – замечательную девушку и талантливую магичку.

– Погоди, погоди, – вдруг встрепенулась тётка. – Так это тебя великий в ученики берёт?

Интересно, как они здесь общаются? Телефонов я нигде не приметил, а в канцелярии все уже всё знают.

– Пока что не берёт, – с сожалением отказался я. – Великий поставил предварительное условие, которое мне ещё предстоит выполнить.

– И чем же ты его заинтересовал? – все вчетвером с любопытством уставились на меня.

– Сам не могу понять, почтенные, – развёл я руками. – Хотел бы я знать, почему великий Дельгадо выделил меня из множества других, не менее достойных. Скажу вам по секрету, меня это даже немного пугает. Учёба у великого наверняка лёгкой не будет.

– Наверное, великий подумал, что такой шустрик может и выжить, – по-доброму улыбнулась мне мегера, а остальные дружно ухмыльнулись.

– Очень надеюсь, что труды великого не окажутся напрасными, – с серьёзным видом подтвердил я.

– Ну ладно, пошутили и хватит, – улыбка у неё исчезла. – Великий распорядился выписать тебе разрешение на охоту.

– А куда потом, с этим разрешением? – недоумевающе спросил я. – В гильдию?

– У нас в Дельфоре нет гильдии.

– Тогда куда сдавать трофеи для оплаты? – не понял я.

– Платить тебе не понадобится, – успокоила меня она. – Обитель предоставляет эту привилегию своим студентам бесплатно. Правда, студентам только в рамках практики, а вот тебе великий почему-то разрешил охотиться неограниченно.

Мы явно по-разному понимали идею оплаты, но я не видел никакого смысла в объяснении своей позиции. И так было ясно, что платить мне никто не будет, так что мои планы подзаработать на охоте не успели даже толком оформиться.

– Так, меня зовут Ирель, я курирую аспирантов, тобой тоже я буду заниматься. Со всеми вопросами можешь подходить ко мне, но лучше не подходи.

– Рад знакомству, почтенная Ирель, – я слегка поклонился. – А моё имя Тим Браст.

– Мне уже сообщили, – она махнула рукой Арне. – Твоё разрешение уже готово, Тим, можешь забирать. А тобой, девочка, займётся почтенная Сульта, она курирует первый курс, подходи к ней.

– Сердечно благодарен, почтенная Ирель, – вежливо сказал я. – У нас, с вашего позволения, есть ещё одно дело: нам в приёмной комиссии сказали, что здесь могли бы посоветовать, где снять жильё. Нам нужен небольшой домик в две-три комнаты, с двориком для тренировок. Лучше с закрытым.

– Тренироваться в Обители можете, у нас прекрасные залы. Великий дал тебе допуск, просто записывайся заранее.

– Это для серьёзных тренировок, – возразил я. – А для чего-то вроде утренней зарядки нужно что-нибудь попроще и поближе.

– Если так, то да, – она задумалась. – Даже затрудняюсь что-то советовать… Фиса, ты не знаешь – старая Адила ещё сдаёт тот домик, что ей от сестры достался?

– Она что-то говорила, что не хочет больше сдавать, – откликнулась та. – Кому она ни сдавала, всё ей жильцы не по нраву приходились. Но поговорить, наверное, можно.

– Иди на улицу Серого Тумана, там у любого спросишь, где Адила живёт, её все знают. Может, и уговоришь сдать, язык у тебя подвешен. Характер у неё трудный, зато дом хороший, и берёт она недорого.

* * *

Если Адила и была старой, сказать это по ней было совершенно невозможно – с виду ей можно было дать лет тридцать пять, ну, может быть, сорок, и в волосах у неё не было ни следа седины. К счастью, когда я её искал, то спрашивал просто Адилу. Впрочем, я в любом случае не стал бы спрашивать кого-то старого – эпитет «старая» не обрадует любую женщину, будь она хоть скрюченной старухой. Если хочешь поддерживать с женщиной хорошие отношения, нужно твёрдо уяснить себе, что она вовсе не старая, и вообще очень даже ничего.

– Пусть улыбнётся тебе Мать, почтенная Адила, – радостно приветствовал её я. – Вижу, что нас направили верно.

– Направили верно? – недоумевающе переспросила она хмурясь.

– Мы искали хороший дом с хорошей хозяйкой, – объяснил я. – Почтенная Ирель из канцелярии смогла предложить нам единственный вариант – тебя.

– Эта крыса Ирель про меня так сказала? – изумилась Адила.

– Она обманула? – обеспокоился я. – Дом на самом деле плохой? Если дом плох, то нам придётся искать что-то другое, и я не уверен, что у нас получится найти что-нибудь достойное.

– Да нет, дом хороший, – немного растерянно ответила она. – Но вообще-то, я больше не сдаю – надоело мне терпеть оргии и пьянки.

– Вот поэтому мы к тебе и пришли, почтенная Адила, – серьёзно сказал я. – Мы проделали далёкий и трудный путь не для того, чтобы пьянствовать. Нам нужно учиться, серьёзно учиться, и для нас очень важно, чтобы наш дом был тихим и уютным местом.

– А вы вообще кто – брат с сестрой? Или парочка?

– Мы просто друзья, которые через многое прошли вместе. Может, в будущем и станем парочкой – кто знает? Я парень видный, – Арна тихонько фыркнула, – да и Рина тоже красивая. Но в обозримом будущем нам будет не до того. Пока что мы нацелены только на учёбу.

– Нацелены только на учёбу? – недоверчиво переспросила Адила. – Не очень-то верится, но может быть и так. Ладно, попробую сделать ещё одну попытку, сдам вам дом. Но у меня условие такое: первое же безобразие будет и последним.

– Нас это условие полностью устроит, – твёрдо заверил я. – Безобразий не будет.

– Тогда пойдём смотреть дом, – она двинулась по улице. – Он мне достался от покойной сестры, я бы лучше его продала. А кстати, может, вы лучше его купите? В своём доме жить приятнее, и за съём платить не надо будет.

– Может, и купим, – уклончиво ответил я. – Но не сейчас. Мы только начинаем учиться, ещё непонятно, как у нас судьба сложится. А кстати, если вдруг найдёте покупателя на дом, предупредите нас хотя бы за неделю.

– Предупрежу, конечно, – она махнула рукой. – Да не волнуйтесь насчёт этого, не продастся он. У нас очень сложно дом продать, покупателей-то нет почти.

– А почему покупателей нет? – удивился я.

– Потому что новым людям у нас почти невозможно получить разрешение на постоянное проживание. Чтобы приезжему остаться здесь насовсем, кто-то из постоянных жителей должен уехать. Или помереть. Но приезжему и тогда вряд ли разрешат остаться – скорее всего, кому-нибудь из жителей выдадут лишнее разрешение на ребёнка.

А нас убеждала купить, ай-яй-яй, как некрасиво. И куда бы мы этот дом потом дели?

– Продать-то этот дом я всё равно когда-нибудь продам, вот только он может и двадцать лет продаваться, и пятьдесят, – грустно сказала Адила. – А кстати, что-то забыла я сразу спросить: у вас самих-то вид на жительство есть? А то у нас без разрешения на проживание можно не больше трёх дней находиться. Давайте сразу покажите свои документы, чтобы у меня потом со стражей проблем не было.

– У меня студенческий билет, – сказала Арна, доставая из кармана голубую карточку.

– А у меня только разрешение на охоту, – я достал свою бумагу.

– Надо же – разрешение на охоту, – удивилась Адила, разглядывая мою бумажку. – Даже не слышала про такое никогда. Но раз тебе здесь охотиться разрешено, значит, и жить тоже разрешили. Так может, всё-таки купишь дом?

– Разрешение временное, – объяснил я. – Мне нужно укрепить духовную структуру, прежде чем начать заниматься магией, для этого мне разрешение и дали.

– Если у тебя духовная структура слабая, то тебе не стоит здесь охотиться, – покачала она головой. – У нас и сильные охотники погибают, случаев хватает. И магией надо обязательно владеть хотя бы на уровне студента второго курса.

– Вот прямо так? – растерялся я.

– Студенты на практику ходят группой под присмотром двух преподавателей, – она с жалостью посмотрела на меня. – Это же Дельфор. Вы что-нибудь вообще о Дельфоре знаете?

– Да в общем-то, ничего, – признался я. – Только то, что здесь Обитель есть. Нам стоит знать что-то важное? Сделай одолжение, почтенная, расскажи, пожалуйста.

– Самое важное – это то, что Дельфор создали два великих магика, а не один – Дельгадо и Форим. Ну, с Форимом вы вряд ли пересечётесь, а с Дельгадо встретиться возможно. Хотя не советую встречи с ним искать, очень не советую. То есть не подумайте чего, мы все очень любим великого, но… как бы это сказать…

– Любите на расстоянии, – подсказал я.

– Да, именно так, – согласилась Адила. – На расстоянии. Так вот, они вдвоём вложили столько сил в созидание, что Дельфор ожил. Вы, конечно, можете делать сейчас скептический вид, но мы в это верим, и вы тоже обязательно поверите. Все через это проходят. Дельфор живой, и магия – его кровь. И он очень не любит магиков, которые его кровь сосут, понимаете? А чтобы бороться с магиками, Дельфор создаёт стражей.

– Любая же сектораль создаёт стражей, – заметил я. – Чем отличается Дельфор от той же Мерадии, например? Там вообще твари жуткие.

– Разница есть, – покачала головой она. – Обычная сектораль не замечает людей, она просто поддерживает баланс. Она выполняет закон, установленный Матерью: когда из ничего создаётся что-то, всегда появляется нечто со знаком минус, чтобы в сумме был ноль. Есть ресурсы, и есть некие стражи, которые эти ресурсы уравновешивают – звери, озёра лавы, затопленные пещеры, неважно что. Не лезь к ресурсам, и не столкнёшься со стражем – сами по себе люди стражам неинтересны.

– А в Дельфоре, получается, не так?

– А в Дельфоре единственный ресурс – это магия. Магик не может не потреблять магию, а значит, любой магик – враг. Что бы вы ни делали, где бы вы ни находились, вы всегда в опасности, понимаете? Всегда помните об этом, пока живёте в Дельфоре.

– Не знала этого, – призналась Арна. – В книгах про это ничего нет. Про Дельфор вообще очень мало пишут.

– Мы не особенно разговариваем с простецами, – пожала плечами Адила. – Дельфор только для магиков; не будь вы одарёнными, вы бы сюда просто не попали. Магикам запрещено проводить сюда простецов без разрешения, за это наказывают.

– Почему запрещено? – заинтересовался я. – Казалось бы, наоборот, простецы магию никак не трогают. Дельфор должен к ним спокойнее относиться.

– Может, и относился бы спокойнее, если бы стражи сначала символ благосклонности проверяли, – пожала плечами Адила. – Только они не проверяют. Простецу в Дельфоре выжить слишком сложно будет, да и зачем он здесь? У нас работы и магикам не хватает.

– И землю тоже магики пашут? – с недоверием спросил я.

– Никто у нас землю не пашет, – с иронией посмотрела на меня Адила. – Кому это надо? Да и не разрешат пахать, у нас и на огород возле дома разрешение не получить. Маленькую грядку с лечебными растениями разрешат, цветы ещё можно, а для огорода нужно городскую управу как-то убедить, что тебе просто необходимо выращивать еду. Не представляю, как это сделать.

– А в другие секторали вы что-нибудь продаёте?

– Магию и продаём, что же ещё? – отмахнулась она. – Вот мы и пришли, это и есть мой дом. Ну, смотрите, подойдёт он вам или нет.

Дом оказался действительно хорошим и сразу нам понравился. Три комнаты – две маленькие спальни и гостиная, большая чистенькая кухня, ванная и туалет. Удобства, как в хорошей городской квартире – в Рифейске такие дома есть разве что у фабричного начальства. Магики здесь живут определённо неплохо; впрочем, с первого взгляда видно, что Дельфор – очень богатый город, и даже бедняки здесь могут называться бедняками лишь в сравнении.

Тренировочная площадка тоже присутствовала, и это была именно тренировочная площадка, а не просто огороженный дворик. Манекены, мишени, стойка с тренировочными мечами, и слой чистого белого песка поверх земли, чтобы можно было отрабатывать кувырки и падения.

– Сестра у меня боевиком была, – пояснила Адила. – Мастером меча. Сильно переоценила себя, взяла заказ на очень сильного магика, почти великого. Заказ выполнила, но и сама не выжила. Ну как, устраивает вас?

– В самом деле очень хороший дом, почтенная, – искренне сказал я. – Конечно, он нас устраивает.

– Я беру пятнадцать гривен в месяц, – объявила она. – Сможете столько платить?

– Дороговато, конечно, – вздохнул я. – Вот с Рины за целый год обучения всего двенадцать гривен взяли, а здесь за месяц пятнадцать.

– Сколько-сколько с тебя взяли? – Адила с удивлением посмотрела на Арну.

– Двенадцать гривен за год, – подтвердила та.

– Таких цен не бывает, – с недоверием заметила Адила. – Почему так мало-то? Какой у тебя символ?

– Жёлтый, – ответила Арна, почему-то смущённо.

– Жёлтый?! Правда, что ли, жёлтый? Большая редкость, я таких никогда и не встречала. У меня-то обычный синий был, как у всех. Иногда к нам с зелёным приходят, но редко. На нашем курсе был один с зелёным, на всех смотрел, как на грязь. Когда его панцирная рысь порвала, никто его добрым словом не вспомнил.

– Ещё ведь и белый символ есть, – с недоумением заметила Арна.

– Таких в истории вроде всего-то двое и было, – махнула рукой Адила. – И оба очень рано умерли. Когда такой подрастает и начинает силу Матери принимать, то просто не справляется и умирает. Чтобы с белым символом был шанс выжить, нужно лет с трёх закаляться и медитировать, а кто этим занимается? Это же надо суметь предвидеть, что Мать тебе такой высокий символ даст. Надеюсь, кстати, что у тебя с этим нормально, с жёлтым символом тебе тоже придётся непросто.

– Пока всё нормально вроде, – неохотно ответила Арна.

– Ладно, не моё это дело, – хмыкнула Адила. – Ну что, будете снимать? Пятнадцать гривен, и цена окончательная.

– Будем, почтенная, – вздохнул я и полез за деньгами.

Глава 3

Мы проводили взглядами Адилу, и я повернулся к Арне:

– С тобой точно всё будет нормально? – обеспокоенно спросил её я. – Мне насчёт этих ваших символов не совсем понятно, но я что-то немного встревожился.

– А я вот как раз начала что-то понимать, – задумчиво сказала она. – Знаешь, как это бывает… никто толком не объясняет – все считают, что это очевидная вещь, а ты просто не знаешь, что спрашивать. И даже не понимаешь, что ты чего-то не понимаешь, и нужно спрашивать. А потом намёков накапливается достаточно, и ты внезапно всё понимаешь. Вот как я сейчас.

– И мне тогда объясни, – попросил я.

– Сложно тебе объяснять, – недовольно сказала она. – Тебе объясняешь нормально, а ты сразу же начинаешь какую-то чушь нести. Вот как про светило, которое по небу бегает и об землю стукается.

– Не буду чушь нести, – пообещал я. – Буду внимательно слушать. Я уже понял, что здесь всё иначе, чем у нас.

– Ну ладно, объясню, – неохотно согласилась Арна. – Вообще-то, и в самом деле надо тебе объяснить, ты же будущий магик. А магик это обязательно должен понимать. Только ведь тебе надо с самого начала объяснять, как ребёнку, – недовольно сказала она.

– Объясни как ребёнку, пожалуйста, – я действительно был готов слушать. Нравится это мне или нет, но этот мир не растает, как сон. Я в нём надолго, может быть, навсегда, и чем больше я об этом мире знаю, тем выше мои шансы выжить и найти своё место.

– Детям у нас говорят, что Мать подарила людям один-единственный выдох, и из него возникло всё. Всё вокруг, что создано, и всё, что ещё не создано – это дыхание Матери. Её выдох – это и есть проявление Матери в нашем мире. Да-да, я понимаю, что ты всё-таки не ребёнок, и для тебя это звучит не очень убедительно.

– Я молчу и слушаю, – мягко сказал я.

– Хм, ну ладно. В общем, так учит храм, и тебе надо это обязательно запомнить, чтобы в разговоре с каким-нибудь жрецом не сказать что-нибудь еретическое. Жрецы редко трогают магиков, но всё-таки не стоит их дразнить, понимаешь?

– Я это очень хорошо понимаю, Рина, – кивнул я. – Обязательно запомню про дыхание Матери.

– Хорошо, – сказала Арна уже гораздо мягче. – Сейчас попробую рассказать это по-другому, как рассказывал мой учитель. Мать представлена в нашем мире одним из своих аспектов – свободной энергией, из которой создаётся всё остальное. Только имей в виду, что с точки зрения храма это ужасная ересь. Жрецы рассказывают, что Мать любит нас, своих возлюбленных детей, а какие могут быть возлюбленные дети у свободной энергии? Но для тебя такое представление, наверное, будет понятнее.