Дитя четырёх кровей 2 Академия Романдитора

—У тебя болят только руки, или ещё и другие части тела? — тихо спросил мужчина,на секунду прервавшись.

Иногда,как сейчас, границы дозволенного между ними становились чуть более размытыми, смазывалосьпредставление, кто кем является. Иннис не понимала этого мужчину, чьи поведениеи поступки часто были словно сотканы из противоречий, не понимала, что делать ссобственными чувствами Что это? Притяжение? Влюблённость? Ответов на этивопросы она не находила. У неё был ухажёр пару лет назад, с которым ейоткрылось таинство свиданий и неловких поцелуев, но те отношения были, скорее, взаимнымузнаванием чего-то неизвестного, и продлились недолго. Здесь же отношений небыло и вовсе! Но то, что она испытывала, находясь рядом с Айреллом Тибботом,разговаривая с ним, даже пререкаясь, было чем-то, что не имело разумногообъяснения. Сердце подсказывало, что и его отношение к ней изменилось, но вседевичьи грёзы на этот счёт разбивались о воспоминания того дня. Дня, когда навступительных испытаниях он без видимой причины проголосовал «против» еёпоступления в академию

Носейчас, когда они сидели едва ли не в обнимку, когда его лицо было так близко,что волосы щекотали её щёку, робкие побеги надежды на взаимность с каждойсекундой всё крепли и крепли в душе. Кровь прильнула к щекам и вискам,очевидно, мешая мыслить здраво, и она, найдя в себе силы улыбнуться уголкомгуб, ответила:

—А что, там тоже подуете?

Чёрныеглаза Айрелла на мгновение стали шире. Видимо, вот она — граница, которую неследовало переходить! Но внезапный стыд разбился о потяжелевший взгляд бывшегонаставника, который переместился на её губы. Влажные пальцы коснулись её щеки,мужчина подался вперёд

НоИннис не суждено было узнать, что произойдёт дальше. Вспыхнувшая обжигающаяболь по всему телу, от шеи и до самых пят, нашла выход в нечеловеческом крике! Резкийспазм в спине вынудил тело выгнуться так сильно, будто у неё треснул хребет, аможет, и в самом деле?.. Больпарализовала её, лишив даже возможности вздохнуть, и, казалось, целую вечностьона видела перед собой лишь кроны уходящих ввысь деревьев с причудливымилистьями.

Ускользающимсознанием, словно сторонний наблюдатель, она видела, как профессор подхватил еёна руки, ощутила сдавливающее перемещение. Образы незнакомых комнат, суетящихсявокруг людей, слились в единый гомон. Тело буквально горело, а забвение всё неприходило, лившиеся по щекам слёзы причиняли ещё больше мучений

Ивдруг всё прекратилось.

Ужасающаяболь, которой, казалось, конца и края нет, прошла столь внезапно, что неоставила о себе и толики воспоминаний. Иннис моргнула и увидела перед собойнезнакомую пожилую женщину в круглых очках. А рядом с ней стояли задумчивыйАйрелл Тиббот и её вновь обретённый дедушка, который ему что-то эмоциональнодоказывал. Женщина в очках чем-то посветила ей в глаз, из-за чего Инниспоморщилась и дёрнулась. Айрелл, заметив это, тут же подошёл.

—Вы всех здорово напугали, миэйра Веланор.

Еголицо было словно маска, лишенная всяких эмоций, ничто в голосе не указывало нато, что ему и впрямь есть до этого дело. Это совершенно не вязалось с еёпоследним воспоминанием до приступа! Так, когда же он притворялся: сейчас, илитогда?..

Ответона получила, едва успела об этом подумать: незаметно для чужого взгляда онкоснулся её пальцев и легонько погладил их.

—Миэйра Веланор!

Кбольшому сожалению девушки, Айрелл отошёл, уступив место ректору.

—Я хочу знать, что с Вами произошло. И не поскупитесь на подробности!

Еслибы она сама их знала! Наверняка, профессор Тиббот уже рассказал то, что знал,так что Иннис решила поделиться подробностями её ощущений.

Нокогда она стала говорить, вместо слов из горла вырвался лишь хрип, а само горлопронзила режущая боль! Она попробовала сказать тише, шёпотом — бесполезно!Схватившись за шею, Иннис зажмурилась, и наскоро вытерла проступившие слёзы.

—Миэйра Дотти, в чём дело?!

—В чём дело, в чём дело Вы бы не спрашивали, если бы были здесь, когдапрофессор Тиббот принёс её! Отойдите-ка! — С похвальной сноровкой женщинаоттянула ректора и склонилась над кроватью. Следуя указаниям, Иннисприподнялась и, дождавшись, пока женщина поправит подушки, опустилась обратно. МиэйраДотти протянула ей высокий стакан с бамбуковой соломкой и приказала выпить всёдо последней капли. После первого глотка премерзкая жидкость едва не полиласьобратно, но под строгим взглядом лекаря Иннис продолжила послушно пить.Удовлетворительно кивнув, женщина повернулась к ректору и уже мягче сказала: —Она так кричала, будто с неё кусками срезали мясо. Видимо, горло пострадалосильнее, чем я думала. Не донимайте её расспросами! Пару дней она пробудет тут,нужно разобраться, что с ней произошло

Последниеслова лекаря Иннис слышала уже откуда-то издалека. Перед глазами всё сталомеркнуть, будто комнату постепенно заполнила тьма. Однако когда Иннис потёрлаглаза, к своему удивлению обнаружила, что находится уже не в лазарете. А когдапоняла, где именно оказалась, ощутиласмесь паники и отчаяния. Она стояла на той самой поляне, на которую рухнулАйрелл Тиббот, растерзанный и умирающий. Именно там Иннис заключила сделку сбогиней, чтобы спасти его. И раз уж сейчас она вернулась сюда, пусть и вбессознательном состоянии, видимо, пришло ей время узнать, какова же ценаоказанной милости

Темнотуночи освещала пляска неестественно ярких звёзд, пустившихся в хоровод понебосклону, но ни стрекота сверчков, ни копошения ночного зверья слышно небыло. Даже ветер не шевелил длинную траву под ногами. Всё словно замерло.

— Подойди, дитя.

Холод сковал плечи Иннис, стоило услышать этот голос. Именноон звучал той ночью в её голове, гремел в костях. Тогда она слышала его внутрисебя, сейчас он шелестел словно отовсюду! Обернувшись, девушка увидела передсобой размытый светлый силуэт цвета мерцающих звёзд немного вытянутый кверху.Ни лица, ни других деталей не было, но Иннис и без этого словно парализовало!Воздух вокруг словно потяжелел, стал колючим и холодным, а внутри набатом билаодна-единственная мысль: надо отсюда бежать со всех ног!

Негнущимисяногами она сделала несколько шагов вперёд, не рискуя приблизиться ещё.

— Знаешь ли ты,кто перед тобой?

— Д-да, — прошептала Иннис, удивившись тому, что смоглавымолвить это. Но чему тут дивиться? Ведь она разорвала себе глотку вфизическом теле, а здесь она явно пребывала лишь духовным

— Ведаешь ли, почему ятебе явилась?

— Ты пришла стребовать плату за свою милость.

Силуэтмигнул.

— Верно. Много летназад эти земли, вся моя сущность, подверглась нападению. Дабы защититься, комне пришли старцы, маги при короле, за помощью и советом, как отправить чернь,отравляющую остров, восвояси. И я помогла. Я поместила часть своей силы восколок кристалла, что есть сердцем острова, и отдала старцам. Отдала приусловии, что они воротят его мне, когдавсё будет кончено. Магия, усиленная добровольной жертвой правителя, помогласпасти королевство, но осколок они мне так и не вернули. Будто в насмешку, они оставили его здесь, в зданииакадемии, прямиком передо мной.

— Прости как это?

— Это не просто парквокруг академии, а священная роща Лоренвальда. Ты ведь ощущаешь особую связь сэтим местом? Капля крови дриад, моей крови, что плещется в тебе, притягиваеттебя туда, как мотылька на пламя. Я права?

Иннис кивнула, и Вирява продолжила:

— Старцы не просто вероломно нарушили слово, они наложили наосколок чары: никто из моих детей не сможет забрать его! Никому не под силудаже приблизиться к нему, не то, что коснуться.

— И ты хочешь, чтобы я забрала его.

— Верно.

Услышаннаяинформация словно рой обезумевших мух жужжала в голове. Иннис помассировалависки, обдумывая услышанное.

— Этот кристалл ведь защищает королевство, не так ли? Такпочему же ты хочешь изменить это?

Силуэт вспыхнул ярче.

— Они верили,что обезопасили эту землю! Они распорядились силой, на которую не имели права!

— Но погоди!..

— Ты оправдываешьобман, Иннис Веланор? Оправдываешь недобросовестных, зарвавшихся негодяев,обманувших Владычицу этой земли?

— Нет же! Но ведь они сделали это из добрых побуждений! Незабрали себе эту силу, а обезопасили королевство! Весь остров! — Наплевав настрах, Иннис бросилась вперёд, прижала руки к груди и умоляющим взглядомвоззрилась на силуэт. — Твоей милостью эта земля была спасена от черни Фарэя, исейчас, столько лет спустя, жители острова в безопасности благодаря в первуюочередь тебе! Неужели это ничего не значит для тебя?!

Какое-товремя Вирява молчала. Светящийся силуэт мерно мигал, Иннис не хватало опыта ивоображения, чтобы даже представить, какими будут ответные слова богини,поэтому она терпеливо ждала.

— Смертные приходят вэтот мир и уходят, Иннис, потомок Кассади, и оставляют свой след лишь в видегниющей в земле плоти. Мне не будет дела, если все смертные разом исчезнут.Утонут, сгорят, или падут от чьей-либо руки — разницы нет. Мои дети останутся.Их потомки останутся. Остальное меня не волнует. Хоть в тебе и плещется моякровь, преобладают всё же драконья и колдовская. Тебе по силам сделать это.Принеси мне кристалл, что хранится на постаменте в скрытом зале академии, и ясочту твой долг уплаченным. Что ты ответишь мне?

Иннис пошатнулась. Она во все глаза смотрела на силуэт, неверя своим ушам. Это шло вразрез со всем, во что она верила, чему поклонялась! Такая она, значит, на самом деле?..

— Я воззвала к тебе, дабы спасти жизнь хорошего человека, —прошептала девушка, чувствуя, что с каждым словом говорит увереннее. — Ямолилась тебе всю жизнь, восхваляла, благодарила за милости. Так, значит, ты относишься к тем, ктопочитает тебя?!

— Ты не слушала. Тытоже моё дитя, потому я и откликнулась на твои мольбы, — бархатным голоскомотозвалась Вирява. — Тот, кого ты спасла,рассказал тебе, что получил ранение из-за тени демона, что остался в этихземлях? Да-а, демона, Иннис. Видно, не так хорошо они напитали кристалл, разуже моей силы не хватает на то, чтобы изгнать это исчадие. Не так уж иблагодарен тебе тот человек, который даже не рассказал, из-за чего тыпострадала

— Это неважно, — отрезала Иннис, думая противоположное. Носейчас не до этого. — Если даже с кристаллом один из демонов пробрался наостром, то что будет, если кристалла убрать вовсе? Нет Я не принесу его тебе!

Силуэт вспыхнул так сильно, что Иннис сощурилась инеосознанно сделала шаг назад. Справа появилась серебристая дымка, а когда онарассеялась, девушка судорожно вздохнула, потому что увидела себя и Айрелла темвечером, когда она спасала его. Со стороны это выглядело ещё более жутким

— Только благодаря мнеон сейчас жив! Я — причина того, чтотвоё сердце не разбито потерей этого человека. И ты смеешь мне отказывать?Смеешь отказываться платить требу?! Тыпотомок Кассади перворождённой! Твоя мать отринула своё наследие, но в тебе оногорит ярким живым пламенем! Ты должна быть на стороне своей Владычицы!

Слова Вирявы больно резали душу, всё её естество соглашалосьс услышанным, но Иннис твёрдо решила не отступать. Неуверенно улыбнувшись,девушка лишь пожала плечами и поклонилась.

— Я на стороне людей, Владычица Вирява, простых смертных,коей и сама являюсь. И я не стану рисковать столькими жизнями лишь потому, чтоу тебя задета гордость.

Звёзды стали осыпаться с неба, образовав подобие куполаклетки. Силуэт вспыхнул, ожил, и в мгновение ока приблизился в Иннис! Он него,словно локоны, потянулись светлые полосы, и стали обвивать руки и ноги девушки,из-за яркого света она не могла смотреть прямо, глаза слезились, но даже так ейудалось разглядеть едва уловимые черты человеческого лица.

— А ты не боишься, что своим нахальством ты подписалаприговор тому, кого я помогла спасти? Что я могу отменить свою милость иворотить назад все те раны, которые помогла исцелить?

Этого Иннис боялась до жути, и однажды поделилась этимстрахом с бабушкой. Та не была в восторге от заключенной сделки с богиней, новсё же ответила честно. Поэтому сейчас, несмотря на страх, девушка смоглаответить твёрдо, и не сойти с ума при этом:

— Бабушка сказала, что ты даруешь исцеление и благодать, ичто ты не можешь навредить смертным ни прямо, ни косвенно. Нити их жизнейнаходятся не в твоих руках.

Богиня рассмеялась, и Иннис стало так жутко, что она быпредпочла, чтобы та продолжила на неё кричать.

— Это верно!Однако я могу карать своих детей.

У Иннис похолодело внутри.

— Не карай мою бабушку! Прошу, не

— Зачем мнекарать Кассади? Не она виновна в том, что её потомство вышло с изъяном, тутиное наследие постаралось. Но ты ты, Иннис Веланор, меня весьма разочаровала!Ты не сдержала слово, не выполнила требу. Не уважила своё наследие. Я изгоняютебя из рядов моих детей и последователей! Отныне и навсегда, ты лишаешьсясвязи со мной и островом! Ибо не достойна и капли моей крови.

Пряди, которые обвивали руки и ноги девушки, вцепилисьсильнее, и резко рванули её на себя. Иннис закричала и с ужасом увидела, что отнеё отделилась точная копия её собственного тела! Полупрозрачная дымкарастворилась в светящемся силуэте Владычицы Вирявы, сама же она вдруг ощутиланевероятную слабость, и последнее, что она запомнила, было:

— Убирайся,предательница.