Спорный вопрос, лорд-дракон!

- Ты только не волнуйся, Беа! - Постараласьутешить меня Джинни.

- Вот сейчас она вообще успокоилась. Ия вместе с ней, - фыркнула Мардж. - Давайтерассуждать логически. Но сначала и мыприсядем.

Девочки расположились вокруг моегописьменного стола. Я тихо выдохнула,стараясь унять взбесившееся сердцебиение.Я со всем разберусь! Все будет хорошо!

Не удержалась, положила руку запястьемвверх и стала въедливо рассматриватьновое украшение на коже.

- Что мы имеем? - бодро начала Мардж. -Беатрис прочитала непонятную инструкцию.Результатом стал обморок и странныйсимвол на руке. Все верно?

Мы поспешно кивнули, чтобы не сбиватьподругу с мысли.

- Таких последствий от какого-то чтениятекста никто не ожидал, разумеется, -сыронизировала эта вредина. - Есть личто-то, что мы должны знать, Беа? К примеру,мне не показалось, что текст инструкциислегка поменялся… На бумаге одно, апроизносила ты что-то совершеннодругое...

Я тут же открыла рот, чтобы поведать освоем причудливом видении… и не смогланичего сказать! Наверно, я выгляделасмешно. Как рыба на суше, которая открываетрот, но из него не вылетает ни звука!

Я успела слегка испугаться, как неожиданномне на ладонь приземлился солнечныйзайчик и ярко блеснул, ослепив нас. Акогда мы проморгались, волшебногопосланника и след простыл. Но намек японяла и немного успокоилась.

- Происходит нечто невероятное… -прошептала Джинни. - Стоит разобратьсяво всем по порядку. Но мне кажется,девочки, здесь вмешались… боги!..

- А еще, это не нашего ума дело, - заключилаМардж. - Видимо, тебе придется решитьэту загадку самостоятельно, Беа.

Джинни сжала мою руку, подбадривая.

- Но это не значит, что мы отступаем,дорогая. Мы просто немного отойдем всторону, чтобы не мешаться у тебя подногами. И в любую минуту будем готовыприйти на помощь.

Мардж положила обе руки поверх наших,подтверждая слова Вирджинии.

- Посмотри на это с другой точки зрения.- Продолжила рассуждения Марджери. -Ведь это настоящее приключение! Теперьты сама объект исследования и участникэксперимента. Конечно, это сложнее, чемнаблюдать со стороны. Но мы в тебя верим,ты справишься, Беа! Тебе просто нужнособраться с мыслями и понять, с чегоначать поиски.

- Поиски чего? - недоуменно полюбопытствовалая, с трудом успевая за мыслью подруги.

- Не чего, а кого! - поставила меня Джиннив еще больший тупик.

- И ты еще не догадалась, великий ученый?!- подмигнула мне Мардж.

Девочки как-то многозначительнопереглянулись. А потом Марджерииздевательски пропела:

- Своей истинной любви, конечно!

Габриэль Сторнбрейк

Этой ночью заснуть удалось с огромнымтрудом. Но когда меня сморил долгожданныйсон, облегчения он не принес.

В нем я шел по набережной, залитой мягкимзолотистым светом — то ли рассвета, толи заката. Воздух был теплым и пах сольюи цветущими липами. И тогда я впервыеувидел ее.

Она стояла у парапета, спиной ко мне, иветер играл ее длинными волосами цветаблагородного золота. На ней было легкоелетнее платье, оно трепетало на слабомветру. Она не слышала моих шагов, апросто, нагнувшись, смотрела на тихоплывущую воду в канале. В зеркальномотражении воды дрожали отраженияоблаков.

А когда она обернулась, меня будтоударило током — настолько ясным иглубоким был ее взгляд. Узнать ее непредставлялось возможным - лицорастворялось в какой-то дымке, четкоразличить удавалось только глаза и онизагадочно мерцали. Этот взгляд был мнедо боли знаком!

Я хотел заговорить, но слова словнопутались, таяли на языке. Вместо этогоя преодолел разделяющее нас расстояниев несколько шагов и остановился внерешительности прямо перед очаровательнойи такой притягательной незнакомкой.

Вдруг на ее правом запястье что-тоблеснуло — какой-то символ ярко высветилсяпрямо на нежной коже. Это было похожена сердце, помещенное в замысловатыйтреугольник с перекрестьями на концах.Оно пульсировало, словно живое.

- Это ты? - спросила она тихо. Голос девушкизвучал глухо и будто отовсюду сразу —из шелеста листвы, из плеска волн. - Тынашел меня?

Я протянул руку и коснулся запястья. Втот же миг пространство вокруг дрогнуло.Набережная растаяла, как дым. Образнезнакомки стал неумолимо меняться,пока не превратился в одно большоепульсирующее сердце. Потом и онообратилось облаком и просочилось сквозьпальцы, когда я попытался ухватитьсяза него.

- Мы ведь встретимся? - вырвалось у меня.

Ответом был слабый перезвон далекихколокольчиков и тихий вздох.

И я проснулся.

Сердце колотилось как сумасшедшее. Вкомнате было еще темно, рассвет за окномтолько занимался.

Я провел ладонями по лицу и снова прикрылглаза, пытаясь воспроизвести образнезнакомки, но он расплывался, казалось,память не могла удержать его цельным.

Но где-то глубоко внутри затаилосьтвердое знание: она существует. Где-то.

И ощущения прикосновения к коже незнакомкисохранились такими живыми и яркими.Пальцы буквально горели. Я поместилладонь в область сердца — оно уженачинало успокаиваться, опустил ниже— там разгорался пожар. В груди ворочаласьглухая, ноющая тоска. И, клянусь всемибогами, кто-то низко утробно рычал!..Оттого по всему телу разливалась страннаявибрация.

Но когда я поспешно встал, она резкопрекратилась и все успокоилось.

Что бы это значило?

Взгляд внезакрытое окно непроизвольновыхватил один из зависших надстолицей блуждающих островов. Легендыгласят, что это должна быть Велора— пристанище верховного бога Мистивира,бога грома и владыки Небесных Чертогов.

Когда-то наши далекие предки — истинныедраконы — могли спокойно перемещатьсямежду Земным и Небесным Чертогами, имеякрылья и умея летать. Ведь настоящаяродина драконов там — на островах. Состолицей Сир-Валлой — сияющим градомдля всех драконьих родов.

Я усмехнулся и покачал головой. Давноуже большой мальчик, а все еще верю вглупые детские сказки. Были драконы —да закончились. Только сильная кровь иосталась. И нечего себе голову забивать.Зря только время потрачу.

Рассудив так, я поспешил занять себяделом. Вернее, хоть чем-то отвлечься.Помогли прогулка верхом и плотныйзавтрак в компании «Вестника Ирнистада»и занимательных сплетен с последнимиимперскими новостями.

А когда вниз спустилась матушка и к нампожаловали первые гости, жаждущие занятьлучшие комнаты и основательно подготовитьсяк Дню Весеннего Равноденствия, скучатьи размышлять об удивительном сне простоне осталось времени.

- Дорогой кузен, до чего же я рада нашейвстрече, ты даже не представляешь!

Томная черноволосая красавица вплылав гостиную и сразу стало тяжелее дышать.То ли от чрезмерно приторного ароматаее духов, то ли от ее обворожительнойулыбку светской львицы, напоминающейоскал хищницы на охоте.

И добычей должен был, по всей видимости,стать именно я.

Унести бы куда-нибудь ноги!..

Глава 3.1

Весь вчерашний вечер мы с девочкамистроили коварные планы и обговаривалипотенциальные версии развития событий.Но никто бы не мог предположить, чтослучится ужасный конфуз!

Занятие началось с привычного опросаранее изученной темы, которую я зналанаизусть. Поэтому, когда очередь дошладо меня, я ответила почти машинально.Сама же перебирала в памяти один вариантобщения с учителем за другим и с каждойминутой, отсчитывающей окончание урока,нервничала все больше.

Почему-то в теории весь экспериментвыглядел привлекательнее,нежели когдаусиленно пытаешься реализовать его напрактике.

Особенно, еслиопыта в таких делах не сказать, что мало— я не была затворницей и спокойнообщалась в противоположным полом —однако, его оказалось явно недостаточно,и выдержка подкачала. Причем в самыйответственный момент!

Все занятие мистер Фейн недоуменнокосился в нашу с подругами сторону,хмурился и постоянно поправлял манжетыучительской формы.

Между тем, я мысленно повторяла пунктыпервого этапа по завоеванию потенциальногожениха и непрестаннопуталась, ведь девочки, сидя сзади,постоянноотвлекали!..

То начинали украдкой беззвучнохихикать, так что пришлось пару разстукнуть пяткой по их парте, чтобыпривести в чувство.

То незаметно забрасывали меня запискамис очередными умными советами, отчего уменя в карманах уже не хватало места -его занимали многочисленные скомканныебумажки.

Терпение планомерно заканчивалось. Каку меня, так и у Силя, которого принудительнозаставили эти записки строчить, передаваямудрые наставления расшалившихсяподруг.

Хорошо, что за партой я сидела содиночестве, иначе любопытных вопросовбыло бы не избежать.

Наконец, прозвучал благословенныйзвонок и одногруппницы, радуясьпредстоящему свободному часу и громкопереговариваясь, начали собирать вещии торопливо покидать аудиторию.

Я же почувствовала, как ноги прирослик паркетному полу, а руки заледенели. Вголове резко зашумело, а перед глазамизаплясали разноцветные мушки.

Боги, я так не волновалась… Да никогда!

- Чего ты застыла, Беа?! - громкий шепотМарджери разбудил бы мертвого. - Глазкамипостреляла, внимание привлекла, теперьпора закрепить результат!

- И правда, - мягко, но настойчиво поддержалаее Джинни, - видишь, мистер Фейн собирается?Значит, у тебя всего несколько минут,прежде чем он уйдет! Нельзя медлить!

Я знала, что они абсолютно правы, но вдуше поселилось стойкое ощущение чего-тоневерного, ошибочного. Начало сильнозудеть правое запястье, еле сдержалась,чтобы не почесать метку богов.

Вскинувшись, я встретилась взглядом собъектом исследования — язык неповорачивался назвать его будущимженихом — и поняла, что с непонятнойнерешительностью пора заканчивать.

И я энергично ринулась выполнять первыйпункт инструкции будущих невест.

Идя по проходу в сторону учительскогоместа, окинула внимательным взглядомбудущую «жертву» своего исследования.

Светло-русые короткие волосы учителясловесности были, как всегда, аккуратноуложены. Идеально сидела на стройной идовольно привлекательной фигуре мужчиныпреподавательская форма с воротником-стойкойи белыми манжетами. Приятным дополнениемк представительному образу стали милыеямочки, появившиеся на щеках объекта.Ведь он вежливо улыбался, спокойноожидая меня у рабочего стола.

Я сглотнула непонятный ком в горле ипрокашлялась.

- Извините, мистер Фейн, могу я задержатьвас на несколько минут? - обратилась кучителю.

- У вас какой-то вопрос, мисс Аддингтон?- поинтересовался он. - Возникли сложностив понимании задания?

Поправила на плече ремень ученическойсумки, который сильно врезался, так чтоначал причинять боль.

Не удержалась и покосилась на сидящихна задней парте подруг. Мардж «сделаластрашные глаза», предупреждая, что непотерпит малодушия, а Джинни выразительнокивнула.

Обе тут же показательно отвернулись отменя, неумелоделая вид,что увлечены беседой. Вот ведь интриганки!

Я тихо выдохнула и постаралась успокоиться.

Это всего лишь светская беседа, ничегобольше. Это первое. И мне очень нужензачет у профессора Ставроса. Это второе.

И главное, кто знает, вдруг мистер Фейнокажется моей истинной парой?! Не зряведь кожа на запястье зудит все сильнее.

Так, пора налаживать контакт и производитьвпечатление. И я произвела. Причемнеизгладимое!

Неловко повернувшись, я задела стопкутетрадей. Та мгновенно накренилась инеровной горкой свалилась в центручительского стола... Прямо на баночкус чернилами, так неосмотрительнооставленную учителем открытой.

Вдвоем с мистером Фейном мы, не отрываясь,проследили за траекторией феерическогополета.

Кувыркнувшись в воздухе пару раз,баночка шмякнулась на пол неподалеку.При этом, чернильные подтеки и бесформенныетемные кляксы украсили светлый паркетныйпол, часть классной доски и стены.

Со священным ужасом я наблюдала закартиной разрушений и благодарилабогов, что учителя не задело и его формаосталась абсолютно чистой.

До того момента, как очередная тетрадьиз стопки не съехала набок и не сдвинуластоящий на учительском столе стакан сводой, пролив содержимое точнехонькона белоснежные форменные брюки мистераФейна!

- Прошу прощение, мне так жаль! - мгновенносреагировала я. Дурацкая оплошностьвывела меня, в конце концов, изэмоционального ступора.

Я выхватила из сумки несколько бумажныхсалфеток и, не долго думая, наклониласьнад пострадавшими брюками. Все равночернила успели намертво въесться в поли стены. Здесь нужна помощь мага-бытовика.А вот брюки спасти еще можно.

- Не стоит волноваться, мисс Аддингтон!- попытался остановитьменя слегкаопешивший мужчина.

Но я уже деятельно просушивала воздушнымипотоками расползающееся мокрое пятно.

И только через пару минут до меня дошло,что я усиленно тру бедро чужого мужчины,практически уткнувшись в него носом, ав аудитории стоит оглушительная тишина.

- Что здесь происходит? - угрожающепрозвучало от входа.

Резко отпрянув, я поправила съехавшиеокуляры и повернулась. Там стоял ГабриэльСторнбрейк собственной персоной снечитаемым выражением на бледном лице.

Кажется, сейчас от кого-то из нас останется«мокрое место».

Глава 3.2

Габриэль Сторнбрейк

Сам не знаю, что заставило меня изменитьпривычкам. И вместо того, чтобы пообыкновению дождаться Вирджинию дома,я ринулся сестре навстречу и неостановился, пока не очутился в общемхолле института.

Там тоже надолго не задержался, а вскореотправился на поиски нужной учебнойаудитории. Ведь звонок должен былпрозвенеть с минуты на минуту.

И причиной вовсе не была приставучаякузина, в своих мечтах давно примеряющаяродовой обручальный браслет князейОршанских на собственное запястье.

Ладно. Буду честен хотя бы перед собой— еще как была. Но не самой главной.

Будто какая-то сила извне тянула,заставляя пошевеливаться.

Или я поддался на собственные уговоры:мол, я пришел проведать любимую младшуюсестренку и передать для нее очередноематушкино пожелание.

А вовсе не ищу причины увидеться с однойиз ее подруг!..

Грешил и на беспокойную ночь, которуюпровел практически без сна. Вздремнутьудалось лишь перед самым рассветом. Иснилось мне что-то волнительное. Кажется,какая-то прекрасная незнакомка с чарующимпронзительным взглядом?!

А всему виной необъяснимое волнение инавязчивые образы, преследующие совчерашнего дня. Крайне неуместные,провокационные образы! И началось всесразу после бестолкового спора, в которыйя умудрился ввязаться.

Идя по коридору, я постоянно чувствовалнарастающее внутри недовольство. Стопыгудели, приходилось сдерживать себя,чтобы не сорваться и не ринуться бегом.

Да что со мной вообще происходит?

Стайка гимназисток пролетела мимо. Охуж эти их скромные, если не чопорныенаряды, которые скрывают практическивсе, зато провоцируют разные фривольныемысли. А фантазия обычно разыгрываетсяв полной мере.

Правда, в данный момент я не то что необратил внимание на хихикающих особ,явно заинтересованных в общении, ноиспытал нечто, сравнимое с отвращением.

Чуть не шарахнулся в сторону. Даже головазакружилась, так что пришлось остановитьсяна середине лестничного пролета, чтобывосстановить дыхание.

Где же эта, Тьма ее раздери, аудитория?!Долго мне по коридорам шляться?

Наконец, прозвенел звонок и из дверейклассных комнат стали торопливо выходитьученицы, деятельно спешащие по своимделам.

Я успел различить парочку знакомых лиц.Эти точно состоят в одной группе сВирджинией, значит, я почти на месте.

Я так разгорячился за время поисков,что чувствовал жар во всем теле. Неприятнозаныла старая рана в левом колене. Сердцеколотилось о ребра, так что пришлосьперевести дух и сделать пару глубокихвдохов, прежде чем показываться сестрена глаза. Не хотел лишний раз ее волновать.

Взяв себя в руки, я подошел к аудиториии первыми увидел Марджери и Джинни. Тесидели за предпоследней партой и слюбопытством что-то или кого-торазглядывали на противоположной сторонекомнаты.

Неприятно заныло под ложечкой из-завнезапной догадки.

Сделал еще шаг ко входу и взглядомнаткнулся на дикую картину: Беатрисстояла на коленях перед каким-то мужикоми, почти уткнувшись носом в его бедро,усиленно терла тому брючину!

Великие боги, что никто не видит, насколькоэта поза пикантна?! Даже для такогопрожженного циника, как я?! И это приоткрытых дверях и при двух безмозглыхсвидетелях!

- Что здесь происходит? - голос вибрировалот едва сдерживаемого гнева. Показалось,что внутри кто-то зарычал.

Резко отпрянув от белобрысого мужика,Беатрис нервно поправила съехавшиеокуляры и повернулась. Глаза за стекламирасширились от удивления. А потом онабыстро встала и отошла на пару шагов,теребя салфетку в руках.

Перевел взгляд на этого смертника вформенной одежде института. Наверняка,местный учителишка и, судя по исписаннойинглийскими фразами доске, вряд ли ондает гимназисткам уроки соблазнения.Скорее, это учитель словесности. Будьон неладен!

Обвел взглядом опустевшую аудиторию.На заляпанные чернилами пол и стенылишь вопросительно приподнял брови.

Все участники этого безобразногопредставлениязамерли, как мыши перед удавом.

Впрочем, поразмыслив пару секунд иприкинув расстановку сил, я понял, чтослегка переборщил.

Понятно, что девочки решили привести висполнение пункт плана Беатрис. Она всеже не сдержалась и поведала им про своеисследование.

А белобрысый, скорее всего, выступалобъектом эксперимента. Но от этого легчене стало. Пришлось прикладывать усилия,чтобы успокоиться.

- Пришел за сестрой, а получил настоящеешоу. Какнеожиданно, мистер…? - обратился кробеющему испытуемому.

Тот поспешил протянуть руку длярукопожатия. На ощупь та оказаласьхолодной и скользкой от пота. Я поморщился,но постарался изобразить доброжелательность.

- Мистер Найджел Фейн, Ваша Светлость!Учитель словесности Императорскогоинститута благородных девиц Икерии.Чрезвычайно рад знакомству. Такая честьдля меня!

Бедолага аж засветился от гордости засвою честь. И я смог, наконец, немногорасслабиться.

Но напряжение до конца не отпустило,продолжало зудеть внутри неприятнымчервячком сомнения.

Полностью осознавая, что этот хлыщтеперь будет крутиться вокруг Беатрис,а та — активно его поощрять, в целяхисследования - и только в этих целях,верно?! - я почему-то никак не мог смиритьсяс этим.

- Мистер Фейн, надеюсь вы не будетепротив, если я прерву… хмм… ваше общениес юными леди? - поспешил завершитьзнакомство я.

- Что вы, Ваша Светлость, как я могу, - иуже обращаясь к девочкам, - на сегоднявы свободны. Напоминаю, что на следующихзанятиях проверка по пройденной темепродолжится.

Окинул внимательным взглядом Беатриси вкрадчиво добавил.

- А с вами, мисс Аддингтон, решим нашвопрос завтра. Я сам попрошу убратьсяв аудитории, не беспокойтесь. Доброгодня, девушки. Несказанно рад знакомству,Ваша Светлость.

С досады я чуть не заскрипел зубами.Решат они вопрос завтра, как же!..

Но тут подскочила Джинни и веселочмокнула меня в щеку, а Марджериприветственно помахала рукой. Девочкипросочились мимо застывшего меня вдверь. За ними последовал сияющий мистерФейн.

Думал, Беатрис проскользнет следом, непопрощавшись, но она сильно удивила.

- Мы можем переговорить, Габриэль? - мягкопопросила Беа и нерешительно прикусиланижнюю губу.

Не к месту обратил внимание, какаякрасивая у нее форма губ — припухлые итакие манящие, верхняя чуть тоньшенижней.

Поймал недоуменный взгляд зеленовато-карихминдалевидных глаз. Аккуратный носик,брови в разлет и такая нежная кожа, чтохочется протянуть руку, коснуться,ощутить ее шелковистость.

Я дал себе мысленную оплеуху. Прокашлялся,прежде чем ответить.

- Разумеется, - жестом предложил немногопройтись, - вижу, эксперимент началсявполне успешно. Если я все правильнопонял, конечно…

Беатрис коротко кивнула и отвернулась.Девушка была непривычно задумчива икак-то нерешительна. И показалась мнеуязвимой, если не напуганной. Захотелосьприободрить и поддержать, успокоить ипомочь разрешить все сомнения.

В груди разлилась щемящая нежность,когда я искоса окинул стройный девичийстан.

Незаметно для меня, Беатрис переступилапорог юности и стала прекрасной молодойженщиной. Гибкая словно ива, с узкойталией, длинными ногами и высокой грудью,которую не могла скрыть никакая форменнаяодежда.

Как же я раньше этого не замечал?!

Пришлось незаметно перевести дыханиеи резко сглотнуть. Тело предательскисреагировало на близость привлекательнойженщины. Собственная реакция удивилаи насторожила.

Это ведь Беа, та самая смешная малышкас косичками, котораямного лет назад спаслакняжеского сына, застрявшего на заборе,от позора!Собственно, так мы и познакомились.Поспорили! И я впервые проиграл, да ещекакой-то взъерошенной угловатой пигалицев окулярах!

- Понимаешь, Габриэль, мы кое-что непредусмотрели, - мелодичный голос вывелменя из задумчивости. - Вернее, я как-тооб этом не подумала…

- О том, что в этом споре — что очевиднос самого начала - выиграю я?! - не удержалсяи повредничал. За что тут же получилострым локтем в бок.

- Ау! - Притворился, что мне сильнодосталось. - Решила вывести меня из игрынечестным путем?! Не думал, что ты можешьбыть так жестока!

- Ты можешь хоть пару минут побытьсерьезным, Сторнбрейк? - проворчалаБеатрис.

Теперь ее глаза сверкали негодованием,хоть и пыхтела она, как милый колючийежик. Но лучше ей об этом не знать.

- Ладно, прости. Так что ты хотела сказать?- напомнил девушке, а сам невольнозалюбовался меняющимся выражениеммилого лица: от возмущенного оно сначаластало растерянным и немного смущенным,а потом — крайне решительным.

- Знаю, что условия спора уже озвученыи это несколько против правил, но я прошускорректировать конечный результат.

Озвучила свое предложение Беа и поспешилауточнить, пока я настороженно молчал,обдумывая.

- Для нас обоих, разумеется!.. Чтобы всебыло честно. То есть, я не должна будудоводить дело до помолвки, а ты —участвовать в финальном заплыве. Мнедостаточно привлечь внимание объектаи вызвать романтические чувства с егостороны, а тебе — подать заявку научастие и пройти несколько этаповрегаты.

Разговаривая, мы успели подойти к личнымапартаментам девочек и замереть переддверью.

Между тем, Силь чинно пролевитировалмимо нас, присел на латунную ручку инетерпеливо потоптался на ней, как бынамекая, что пора заканчивать сразговорами.

Во мне же взыгралдух противоречия. Еще ни разу мы неменяли правила. Проигравший честновыполнял условия спора.

За последние несколько лет, мы такподнаторели в этом, что умудрялисьпревращать в спор даже обычное катаниена коньках на Круглом озере в императорскомгородском парке. Или развлекались споромво время длительного семейного застолья,чтобы не умереть от скуки.

Менять правила? Ни за что!

- На попятную, Беа? - я просиял торжествующейулыбкой. Силь осуждающе поцокал языкомв поддержку. Ну или чем он там могпоцокать. - Ээээ, нет! Никаких измененийправил, партнер! Уговор — дороже денег.

Я осклабился.

- С тебя — помолвка и бал дебютанток, сменя — полноценное участие в императорскойрегате этой весной. Никаких поблажек иуговоров. А кроме того, по поводу помолвкиникто тебя за язык не тянул, тебе самойэто нужно для дипломной работы. Так что,никаких уверток! Все должно быть честно!Верно брат?

Протянул открытую ладонь, и Силь ткнулсяв нее своим пушистым кончиком вподтверждение. И тут же запищал отвозмущения, снесенный воздушным потоком.

Потому что Беатрис метнулась к двери исхватилась за ручкус такой силой, что я побоялся тапросто оторвется.

- Знаешь, Сторнбрейк, - прошипела Беа, -родится в благородной семье еще незначит быть джентльменом! Спор остаетсяв силе на прежних условиях. И я с огромнымудовольствием помашу тебе ручкой, когдатебя засосет очередной магическийводоворот во время гонки!

Мощный хлопок захлопнувшейся дверизаставил вздрогнуть, сверху дажепосыпалась штукатурка.

Силь пару раз кувыркнулся в воздухе,словно извиняясь за вспыльчивую хозяйку,и просочился сквозь стену, мгновенноскрывших с глаз.

Я же застыл перед дверью, несколькооглушенный. Но поразила меня не реакцияБеатрис, вполне предсказуемая, а моясобственная! Еле сдержался, чтобы сноване последовать за девушкой. И, боюсь,разговорами я бы уже не ограничился.

Пора делать ноги!.. Найти бы еще того,кто вправит мне мозги! Ведь в своем нек месту разыгравшемся воображении ядержал Беатрис Аддингтон в объятиях …и целовал эти сладкие манящие губы!

Б-е-а-т-р-и-с, Тьма меня раздери, АДДИНГТОН!Да я сошел с ума!

Глава 3.3

Знак на запястье проявлялся все сильнее.Но больше не зудел, слава богам. Лишьразливался мгновенным жаром и почтисразу успокаивался, затихал.

Я старалась фиксировать малейшиеизменения. Вместе с не менее озадаченнымСилем, всю неделюя вела что-товроде дневника наблюдений. И выводынапрашивались самые противоречивые!