Алхимик должен умереть! Том 2

– Готово, – по привычке ответил он.

Пока вода в самоваре закипала, я вернулся к Мыши. Она закончила с порошком – плошка была полна мелкой, желтовато-зеленой пыли, пахнувшей летним лугом.

– Отлично, – я растер щепотку между пальцами, оценивая помол. Мелко. Не идеально, но для наших целей сойдет. – Очень хорошо, Мышь. Теперь отложи эту порцию и приготовь еще отдельно мяты. Нам понадобится мятный порошок для обвалки. Горошины будут липнуть, если их не обвалять. Мятная пыль хорошо решит эту проблему.

– И пахнуть приятно будут, – добавила Мышь.

– Точно, – улыбнулся я. – Вот видишь, ты уже думаешь, как торговец.

Она смущенно фыркнула, но уголки губ дрогнули. Почти улыбка. Для стеснительной Мыши это был настоящий подвиг.

Я зачерпнул кружкой кипяток из самовара – осторожно, поддерживая тряпицей, чтобы не обжечься. Залил пустырник, хмель и нарезанный корень валерианы, а потом поставил горшок на кирпичи, прямо к углям.

– Костыль, еще раз напомню на будущее, чтобы больше не повторяться, – произнес я, не оборачиваясь. – Концентрированные отвары готовим всегда на малом огне. Большой убивает силу трав. Они не терпят насилия. Только уважение.

– Совсем, как люди, – усмехнулся Костыль.

Я на мгновение замер. Потом повернулся и посмотрел на него. Костыль сидел у входа, привалившись к стойке, с тем же непроницаемым выражением, которое он всегда носил, словно маску. Но на этот раз в его глазах мелькнуло что-то. Будто бы тень глубокой, но старательно скрываемой мысли. Признаться, Костылю в очередной раз получилось меня удивить. Этот парень был не так прост, как могло показаться с первого взгляда.

– Да, – задумчиво кивнул я. – Именно как люди.

Мы замолчали. Какое-то время единственными звуками были тихое бульканье отвара, шорох мяты под пальцами Мыши и далекий, приглушенный лай дворовой собаки.