Миры Чжу

Примерно через час я увидел лопоуха. Он неслышно подкрался, и теперь стоял на опушке и смотрел на меня. Я протянул руку и сказал:

– Помоги мне.

Лопоух молча приблизился. Я спросил:

– Ты можешь помочь мне?

– Дай мне слово, что не попытаешься поймать меня.

– Хорошо, – ответил я. – Хотя ничего дурного я не хотел тебе сделать. Мы просто помогаем «отверженным» найти новые семьи.

– Нам не нужна новая семья, – ответил лопоух.

– Нам? – удивился я.

– Да. Мы с домовым не нуждаемся в помощи.

Из-за спины лопоуха вышел домовой, и я понял, почему не сработала программа иммобилизации. Биороботы модели «Домовой» были спроектированы в качестве центра управления «умными» устройствами в доме. Они обладали гигантской памятью и были снабжены самым высокопроизводительным процессором. В их обязанности входило своевременное обновление программного обеспечения всех «умных» устройств в доме, включая роботов. Пара «лопоух-домовой» обладала всем необходимыми возможностями для автономного существования: живучесть лопоуха и интеллект домового делала их симбиоз устойчивым. Однако эта пара все равно нуждалась в периодическом ремонте. Хотя они и были биороботами и обновление биомеханики поддерживалось биохимическими процессами, существовал риск случайных травм. Рана могла стать смертельной без помощи специалистов.

– Ясно. Я обещаю, что не буду пытаться поймать вас.

– Хорошо. Сиди спокойно. Домовой осмотрит твою ногу.

Домовой подошел ко мне. Его длинные тонкие пальцы пробежали по моей ноге. Действовал он осторожно, но я поморщился от боли.

– Повреждена связка. Тебе нужна помощь медика. У тебя есть связь с центром?

– Передатчик в коптере, – я поднял глаза на застрявший в развилке сосны аппарат.

– Ладно, я поднимусь и свяжусь с вашим центром.

Домовой вскарабкался на дерево. Через пару минут он спустился.

– Передатчик – в дребезги. Радиомаяк не работает. Ребята из центра не сразу поймут, что случилось. Им будет нелегко найти тебя.

– Что же мне делать?

– Ждать. А нам лучше держаться подальше от этого места.

– Мы не можем оставить триатрийца одного в лесу, – вмешался лопоух.

– Я так и знал, что этим кончится. Говорил я тебе: «Не пойдем к нему». А ты: «Надо посмотреть, надо убедиться, что с ним все в порядке». Ну вот посмотрел?

– Я не оставлю его.

– Ясное дело не оставишь. Они в тебя закачали столько эмпатии, что тошно становится.

Лопух судя по его реакции был готов помочь, но без домового он не решался действовать. Я понял, что надо попытаться склонить на свою сторону домового.

– Послушайте ребята. Мой дом в тридцати минутах лета отсюда. Лопоух добежит туда за пару часов. Там моя жена и сестра. Вам не надо их опасаться. Просто передайте им мои координаты, а дальше они сами справятся.

Домовой молчал и я решил убедить его.

– Роботам опасно жить одним. Мы можем подыскать для вас подходящую семью. Вас примут с любовью.

– Домовые есть почти в каждом доме, – ответил лопоух. – Нас скорее всего перепрограммируют и определят в разные семьи. Мы не хотим расставаться.

Это было правдой. Триатрийцы не очень задумывались о том, испытывают ли роботы чувства. Считалось, что перепрограммирование решает все проблемы. Роботы не должны скучать по старым хозяевам.

– У меня в семье нет домового. У нас только два домашних робота Перна и Кауда. Я могу дать идентификационный номера моего дома, чтобы ты убедился в этом, – обратился я к домовому. – Если вы согласитесь, то можете остаться у нас.

Я не знаю, почему так поступил. Идентификационный номер дома – относится к закрытым персональным данным. Домовой получал доступ к чувствительной персональной информации о моей семье. Домовой задумался. Я понял, что он подключается к центральному компьютеру. Через некоторое время он сказал:

– Нужен пароль для доступа.

Это был момент истины. Я рисковал, доверив доступ к данным семьи «отверженному». Я взглянул на лопоуха. Тот понял меня и сказал:

– Мы не причиним вам зла.

Я перевел глаза на домового. Тот пробурчал:

– Я никогда не злоупотреблял доверием семьи. Если ты готов довериться, я подключусь к твоему сознанию, получу пароль и проверю историю твоего дома.

– Хорошо, – ответил я.

Домовой положил свою лапку к моей голове и замер. Прошло несколько минут, прежде чем он вернулся к действительности.

– Мы согласны присоединиться к твоей семье, – произнес он.

– Что тебя убедило сделать это? – удивился я.

– Твои родители. Туорго и Нея. Я знал их. Они бывали в нашем доме. Задолго до того как моя семья ушла. Вы с сестрой тоже бывали у нас, но ты скорее всего не помнишь этого. Вы были детьми.

– Ты и Перну с Каудой знал?

– Конечно. Эти старые ворчуны считали меня новомодной игрушкой, которая ограничивает их свободу. Поэтому в вашей семье не появился домовой.

– Несмотря на это ты согласен присоединиться к моей семье?

– Думаю, так будет лучше. Лопоух совсем извелся без семьи. А со «стариками» я полажу. Обновлю им прошивку. Они будут рады получить новые возможности по уходу за садом и готовке.

Так в нашей семье появилась это неразлучная парочка. Мы дали им имена Йокку и Йа. Тэя тяжело перенесла уход родителей. Лопоух, запрограммированный на повышенную эмпатию много времени проводили с сестрой, а домовой снабжал ее последними новостями и помогал с домашкой. Она привязалась к ним. Домовой принимал такое деятельное участие в решении наших житейских проблем, что мне казалось, что он знает о нашей жизни больше, чем следовало бы.

Сейчас своими худенькими, похожими на сухие ветки лапками Йа плел Тэе косичку. Похоже, завтра Тэя пойдет в школу с новой прической. Сестра неразлучна с домовым и лопоухом, и я давно хотел посоветоваться с психологом, потому что общение с ними заменило ей отношения со сверстниками. Вот и сейчас Йа и Йокку сидели рядом с Тэей, и было ощущение, что они о чём-то шепчутся.

Я дремал под монотонный шум волн, накатывающих на галечный пляж у подножия прибрежных скал. Меня разбудил скрип петель калитки.

Перна остановился в нескольких шагах от меня и спросил:

– Мы ждём гостей, мистер Эрто?

– Нет, – ответил я и поднял голову.

По гравийной дорожке ко мне шел молодой человек. На нём был нелепый клетчатый пиджак, короткие брюки, потёртые коричневые ботинки на толстой подошве и вязаные гетры. Очки в толстой оправе на бледном лице довершали картину. Мне показалось, что я видел его когда-то.

Тэя отвлеклась от книги, взглянула на незнакомца и скорчила рожицу, отразившую то же чувство, которое пытался скрыть я: только постороннего нам не хватало в тихий воскресный день. Домовой спрыгнул с гамака, подошёл к гостю, развязал шнурок на его ботинке и вернулся обратно. Я погрозил Тэе пальцем: домовой явно действовал по ее приказу.

Перна встал в стороне, ожидая указаний.

Молодой человек снял шляпу и спросил с акцентом, который показался мне таким же нелепым, как и его вид:

– Вы есть мистер Эрто?

– Да, – признался я без энтузиазма.

За время работы над проектом мне порядком надоел бесконечный поток самозванцев, которые считали, что знают способ решить проблему, над которой билась моя команда. Они заваливали офис письмами с предложениями, большинство из которых были плодом невежества. Специально выделенный сотрудник тратил рабочее время, вежливо отвечая на письма и выслушивая назойливых посетителей. Я почувствовал, что незнакомец – один из них. И скоро понял, что не ошибся. Гость присел, чтобы завязать шнурок, взглянул на чертёж у моих ног и произнёс:

– Отличный двигатель. Но проблема не в нём.

– Вам-то откуда знать? Кто вы такой? – рассердился я.

– Простите, я не представился, – незнакомец поднялся и улыбнулся. Было видно, что ни малейшего чувства вины он не испытывает. – Меня зовут Чжу.

Где-то за моей спиной тихо загудели приводы: Перна, сменил позу, сканируя гостя и внося информацию о нем в память.

– Чего же вы хотите, господин Чжу? – поинтересовался я, предчувствуя, что остаток выходного испорчен.

– Я хочу помочь вам, – ответил гость.

– О да, как я сразу не догадался, – пробурчал я.

Гость не оценил моей иронии:

– Я знаю, как помочь вам, – повторил он.

– Почему бы вам не направить своё предложение в офис? Мы изучим его и обязательно свяжемся с вами, – попытался я избежать предстоящего разговора.

Чжу заговорщицки подмигнул мне, давая понять, что его не проведёшь:

– Вы ведь знаете: это бесполезно. Я должен поговорить лично с вами.

«Ну вот началось, – решил я. – Сейчас начнёт излагать дурацкую теорию. День пропал».

Словно прочитав мои мысли, гость продолжил:

– Я понимаю… – он помолчал, как будто раздумывая. Это была игра – попытка заинтриговать меня. Я был готов к подобным трюкам. Но Чжу неожиданно продолжил: – Погода прекрасная. Почему бы нам не прогуляться до Южной бухты? Обещаю не обременять вас разговорами. Вы просто посмотрите на кое-что интересное и до наступления темноты вернётесь домой. Ваша жена к тому времени приготовит ужин, и вы прекрасно проведёте время. Я не рассчитываю, что вы захотите пригласить меня, но чего не бывает…

«Довольно и того, что я не выставил вас за ворота», – подумал я, но согласился и взглянул на Тэю. Она прислушивалась к нашему разговору и теперь демонстративно отвернулась, давая понять, что не собирается тратить время на общение со странным незнакомцем.

Закрывая калитку, я услышал возмущённый голос Кауды:

– Если мистер Эрто не вернётся к ланчу, я отключу ему доступ к сладкому на неделю!

Лея рассмеялась: угрозы Кауды никогда не распространялись дальше порога кухни.

Вскоре мы с Чжу шагали по дороге, идущей по краю утёсов вдоль берега моря. Справа раскинулись зелёные холмы. Слева распахнул свои просторы океан. Дул свежий ветер. Прогулка и впрямь была приятной. К моему удовольствию, мистер Чжу молчал. Я подумал, что, возможно, он странный, но не навязчивый тип, и, может быть, зря я на него рассердился.

Дорога привела нас на вершину холма. Там Чжу свернул на чуть заметную тропинку, ведущую к бухте. Мы стали спускаться, и я решил, что, если дойдём до берега, то искупаюсь. Мысли о прохладной воде привели меня в хорошее настроение.

– Тут рядом, – заметил Чжу.

У двух больших валунов он свернул к тамарисковой роще, что лежала у самого берега бухты. Мы прошли ещё немного и остановились в центре поляны. Чжу достал из кармана небольшое устройство, откинул защитную крышку и пощёлкал по кнопкам.

– Старый кнопочный интерфейс. Надеюсь, не подведёт, – сказал он, как будто извиняясь.

Я услышал слабый подземный гул. В центре поляны трава всколыхнулась, и из-под земли вырос, заслоняя солнце, блестящий цилиндр из желтоватого металла.

– Это лифт, – улыбнулся Чжу, поймав мой удивлённый взгляд. – Он немного старомоден и рассчитан на одного пассажира. Вам придётся войти одному. Ничего делать не придётся. Когда окажетесь на месте, просто подождите меня. Это не займёт много времени.

Стенки цилиндра раздвинулись, открывая внутреннее освещённое пространство.

– Входите, не бойтесь, – поторопил Чжу.

Я пожал плечами и шагнул внутрь. Некоторые триатрийцы предпочитали жить в подземном городе, и лифты, связывающие их дома с поверхностью, были делом обычным. Позже, вспоминая этот случай, я удивлялся, насколько опрометчиво поступил, доверившись странному незнакомцу, но в тот момент я не ждал от Чжу ничего дурного.

Однако то, что произошло дальше, испугало меня не на шутку. Потолок лифта раздвинулся. Я увидел небо, и в ту же секунду в открывшемся отверстии появилось огромное существо, похожее на паука. Оно спрыгнуло вниз. Членистое тело с четырьмя парами угловатых шипастых ног нависло надо мной. Восемь глаз на маленькой голове блеснули в свете ламп.

Отверстие в потолке закрылось, и я увидел, что в брюхе паука раскрывается люк. Там, в глубине, блеснула тонкая игла с каплей желтоватой жидкости на конце. Сердце моё похолодело от страшного предчувствия. Ощущение неизбежного конца лишило сил.

Я увидел, как из грушевидных паутинных бородавок на брюхе паука потекли тонкие струи жидкости, превращаясь в воздухе в полупрозрачные волокна. Паук подхватил их задними когтистыми лапами, соединяя в нить. Основание, на котором я стоял, пришло во вращение. Поправляя паутину, паук стал заворачивать меня в неё, пока я не оказался в пушистом коконе, сквозь который едва пробивался свет. Вращение прекратилось, послышался слабый шорох, и я почувствовал укол в плечо.

Мне показалось, что я лишь на мгновение закрыл глаза и тут же услышал:

– Всё в порядке, мистер Эрто. Можно выходить.

Двери лифта открылись. Передо мной была поляна, на которой я расстался с Чжу. Я вышел и огляделся. Чжу поблизости не было. Солнце стояло над холмом. От цилиндра падала тень. По моим ощущениям, прошло совсем немного времени.

«Где этот наглец?» – с раздражением подумал я о Чжу.

В это время тот появился из-за цилиндра с таким видом, будто ничего необычного не произошло. Это окончательно вывело меня из себя.

– Что всё это значит? Что за глупые фокусы? – возмутился я.

– А в чём дело? О каких фокусах вы говорите? – деланно удивился Чжу.

– Вы пугаете меня ужасным пауком. Возите вверх и вниз в дурацком лифте. К чему этот спектакль?

– Это не паук. Это – страж. Да и лифт этот не вполне лифт. Это – колодец. Вам показалось, что вы вернулись на ту же поляну, откуда начали путешествие, но это не так. Мы с вами совсем в другом месте, – Чжу улыбнулся. – Я прошу прощения, что не предупредил вас, но у меня не было выбора. Вы бы не согласились проделать всё это, зная, что вас ждёт.

– Я не желаю слушать вас и немедленно отправляюсь домой.

– Не смею вас задерживать. Тропинка – перед вами. Результат вас шокирует, но после этого мы сможем поговорить серьёзно. Возвращайтесь скорее.

Чжу сел на плоский камень рядом с колодцем, а я направился по тропинке к тамарискам, окружавшим поляну. Подходя к ним, я увидел некоторые странности в пейзаже.

За деревьями я ожидал увидеть зелёный склон холма, с которого мы недавно спустились. Но передо мной открылся скалистый пейзаж, лишённый растительности. Я взглянул в сторону морского залива: безжизненное каменистое дно уходило к горизонту. Такое можно видеть при отливе, но время отлива ещё не пришло.

«Где холм, с которого мы спустились? Что с моим домом?» – вопросы возникали в моей голове один за другим. Однако мой рациональный ум не мог поверить в реальность происходящего. Всё это больше походило на кошмарный сон. Раздражало ещё и то, что надо было возвращаться к Чжу и выяснять, в чём дело.

Когда я вернулся, Чжу сидел на камне с соломинкой в зубах.

– Что происходит? – сдерживая раздражение, спросил я. – Что всё это значит?

– Наберитесь терпения, господин Эрто. Я вам всё объясню, – Чжу помолчал, давая мне время успокоиться. – Вам покажется невероятным то, о чём я расскажу, но вам придётся поверить мне. Я отвечу на ваши вопросы, и вы сможете проверить сказанное доступными вам средствами. Но не надо горячиться и волноваться. Я заинтересован в том, чтобы вы во всём разобрались. От этого зависит будущее Триатрии. Не буду скрывать: от нашего сотрудничества зависит и моё будущее.

Я промолчал, и Чжу продолжил:

– Сейчас вы находитесь в виртуальном мире, который я создал для триатрийцев. Можете называть его просто миром Чжу. Он существует в моём сознании. Он ещё не совсем закончен, но моё подсознание занято проработкой деталей. Довольно скоро оно всё достроит, и тогда вы не сможете отличить мир Чжу от своего реального мира. Что касается вас, то в настоящий момент вы – один из объектов мира Чжу, который имитирует процессы, происходящие в реальном Эрто. Попробуйте привыкнуть к этой мысли, хотя, понимаю, это непросто.

Перед моими глазами ещё стоял скалистый пейзаж и каменистое дно моря. Всё это выглядело таким реальным и так отличалось от действительности, что слова Чжу не показались мне совсем уж невероятными. Однако я был инженером. Скептицизм и критическое отношение ко всему необычному свойственны триатрийцам моей профессии. Поэтому первым моим желанием было найти противоречие в утверждениях Чжу.

– Хорошо, – сказал я. – Начнём с того, что я не совсем понимаю, как могу находиться в вашем сознании и видеть вас перед собой. Что, если я сейчас стукну вас камнем по голове и убью? Что станет со мной?

Чжу вздохнул:

– И вы туда же. Неужели нельзя придумать что-нибудь поумнее вместо этого дурацкого вопроса? – он усмехнулся. – Вы не представляете, сколько раз я уже отвечал на него. Кто только не стоял передо мной и не пытался уличить меня во лжи. В последний раз мне даже пришлось иметь дело с разумными земноводными. Кажется, это было лишь вчера.

Он помолчал, будто погрузившись в воспоминания, затем продолжил:

– Ответ простой: вы увидите мёртвого Чжу. Этому есть простое объяснение. Тот Чжу, которого вы видите перед собой, – мой аватар. Я создал его, чтобы общаться с вами. Здесь, в виртуальном мире, он такой же объект, как и вы. Если хотите, я удалю его и буду общаться с вами напрямую. Мои сигналы будут поступать в ваш мозг. Когда я готовился к встрече с вами, я решил, что вам будет приятнее общаться с кем-то, похожим на вас. Кроме того, в реальном мире я не смог бы появиться перед вами в естественном виде. У меня нет чётких физических границ.

– Кто же вы на самом деле?

– Думаю, вам проще всего представить меня как организм, живущий в недрах Триатрии. Хотя это довольно упрощённое представление.

– Хорошо. Предположим, всё это не сон. Предположим, я действительно переместился из реальности в виртуальный мир, созданный загадочным существом, живущим в недрах нашей планеты. Могу я узнать, как это произошло?

– Ну, это просто. Для перемещения объектов из реального мира в виртуальный я использую колодцы. Они возникли в результате эволюционного развития моего организма. Вы помните, что в колодце страж опутал вас паутиной. Нить снабжена датчиками, которые считывают информацию о вашем строении, о процессах, происходящих в вашем теле. Все данные поступили в мой мозг, и на их основе он создал виртуальный объект, который довольно точно имитирует исходный организм.

– Другими словами, я сейчас не живой организм, а его имитация? А что произошло со мной в реальном мире?

Чжу взглянул на меня, оценивая, как я отнесусь к тому, что он скажет:

– Боюсь, вам это не понравится, но вы должны знать. – Он сделал паузу. – Яд стража растворил ваше тело. Все элементы, из которых оно состояло, стали частью моего организма. Было бы глупо отказаться от такого количества готовых элементов, из которых при желании можно создать новое живое существо.

Сказанное шокировало меня. Я хотел спросить: «Вы убили меня?», но фраза показалась такой нелепой, что я промолчал. Чжу увидел мое замешательство:

– Не волнуйтесь. Просто воспринимайте этот процесс, как перемещение из реального мира в виртуальный. К счастью, орган, который проделал эту работу, способен вернуть вас обратно. Когда вы захотите вернуться, я создам для вас новое физическое тело. Вы окажетесь в реальном мире и продолжите жить там, а ваше пребывание здесь станет воспоминанием.

– Предположим, что всё, о чём вы говорите, – правда и это не сон. Как вы можете помочь триатрийцам?

– Я рад, что мы, наконец, можем перейти к главному. Но сначала – немного истории. Я живу на Триатрии с тех времён, когда здесь появились первые, довольно примитивные, триатрийцы. Я был свидетелем вашей эволюции. Я наблюдал за вами всё это время. Пару раз я вмешался, чтобы вы не уничтожили планету. Вы нужны мне. Важно, чтобы ваша цивилизация развивалась и достигла уровня, который позволил бы мне покинуть Триатрию до того, как она погибнет. Время пришло. Я планирую сделать это вместе с вами. Вы ведь сами мечтаете об этом. Но сейчас вам кажется, что выхода нет. Однако это не так. Я – ваше спасение. Но, буду честен, и вы – моё.

– Вы действительно можете помочь нам?

– Да. Уровень вашего развития достаточно высок, чтобы реализовать нужный нам проект, хотя потребуется приложить немало усилий.

– Как это возможно?

– Если всё упростить, я перенесу вас на выбранную вами Голубую планету в своём ментальном теле. Я делаю подобный прыжок каждый раз, когда планете, на которой я живу, грозит опасность.

– Как вы планируете оказаться за тысячу световых лет отсюда? Мы безуспешно бьёмся над этой задачей. Мы в отчаянии. Времени остаётся мало, а способа решить проблему мы не нашли.

– Вы пытаетесь решить задачу, у которой нет решения. Вам не удастся перенести свои тела с помощью космических кораблей. Все эти крио-ванны и прочее оборудование для поддержания условий хранения – весь этот огромный груз… У вас нет шансов найти решение. К счастью, я могу предложить вам другой способ.

Чжу помолчал, давая мне время сосредоточиться:

– Вы доставите на Голубую планету мой зародыш – микроскопическую кристаллическую частицу, содержащую мой генетический код. Всю остальную работу я проделаю сам. Уверен, что вы, как и ваши предшественники, справитесь с задачей отправки зародыша на планету, которую выбрали. Вам это под силу, – он помолчал и спросил: – Какой скорости сможет достичь космический корабль, оснащённый вашим новым двигателем, если его грузом будет всего лишь микроскопический кристалл?

– Если для сохранения кристалла не потребуются особые условия, корабль, оснащённый новым двигателем, сможет достичь половины скорости света.

– Прекрасно. Кристалл с зародышем способен выдержать космический холод и радиацию. Всего через пару тысяч лет он окажется на месте. Зародыш погрузится в недра Голубой планеты и начнёт развиваться в соответствии с генетической программой, заложенной в его кристаллическую память. Он будет извлекать энергию и химические вещества из недр планеты. Его тело, погружённое в глубины, будет расти, разделяясь на органы для выполнения разнообразных функций. Органы чувств будут собирать информацию о внешнем мире, мозг – принимать решения. Пройдёт тысяча лет и из микроскопического кристалла вырастет гигантский подземный организм, подобный мне. Назовём его для простоты Прото-Чжу. ьПрото-Чжу сделает то, ради чего вы отправили зародыш в бескрайний космос: пришлёт мне сигнал о готовности приема. Как только контакт будет установлен, я отправлю на Голубую планету своё ментальное тело вместе с виртуальными мирами.

– Вы хотите сказать, что можете передать гигантский объём информации с Триатрии на планету, расположенную за тысячу световых лет от неё?

– Да. Передача сигнала – задача для меня привычная, я бы даже сказал рутинная. Я проделывал это столько раз, что и со счёта сбился. Расстояние тут не имеет значения. Пройдёт время, и ваша цивилизация узнает, как это возможно. Сейчас у вас нет нужных знаний и инструментов, но у вас есть я, – Чжу помолчал, давая мне возможность подумать, и продолжил: – Вы сможете поселиться в новом мире. Хотя вполне вероятно, вы захотите остаться в виртуальном мире. И тогда я буду ждать, когда на Голубой планете возникнет и разовьётся цивилизация, способная отправиться вместе со мной дальше.

– Звучит многообещающе. И много раз вы проделывали такие путешествия?

– Точно не припомню. Думаю, не меньше десятка раз мне приходилось сталкиваться с подобной проблемой, но всякий раз, когда мне и обитателям моей планеты грозила опасность, мне удавалось перебраться вместе с ними в другое место.

– Где же теперь все те, с кем вы путешествовали?

– Все они в итоге поселились в виртуальных мирах моего подсознания. Я не контролирую его и не могу достоверно знать, что происходит в нём и, сказать по правде, не влияю на процессы в моих мирах. Знаю только, что все они перемещаются вместе со мной.

– Что стало с теми, кто помог вам перебраться на Триатрию? Почему их нет на Триатрии?

– Вопрос, что называется, не в бровь, а в глаз. Так уместно сказать на Триатрии. Однако ваши предшественники – назовём их для определённости диатрийцами – действительно не были материализованы. Когда я прибыл на Триатрию, они прибыли в одном из моих виртуальных миров. Они и сейчас там, – он помолчал. – Я надеюсь, что это так. Если бы после прибытия на Триатрию диатрийцы материализовались, триатрийцы не развились бы в современную цивилизацию. Но вам повезло. По некоторым причинам, о которых я не буду рассказывать, ваши предшественники остались в виртуальном мире.

– Что будет с жителями Голубой планеты, если триатрийцы захотят материализоваться?

– Об этом вам не стоит беспокоиться. Я уже решал подобную задачу. Я переселю аборигенов в один из моих виртуальных миров. Думаю, что там им будет не хуже, чем в реальности.

– Вы это сделаете насильно?

– Ну, как на это посмотреть. Можно сказать, что они сами захотят этого. Хотя и не без моего вмешательства.

Последние слова Чжу немного смутили меня. Но мысль о том, что спасение возможно, так заняла меня, что я не стал вдаваться в подробности. Много позже я понял, что мне следовало узнать о сказанном больше, но в тот момент мои мысли были заняты другим.