На пути к концу

Скёльдунгии ингеваны снарядили своих послов, снабдив отряды щедрыми подарками для короля Тронхейма и его невесты.

Были в такой разношерстной толпе и представители других рас: великаны, альвы и Цверги. Люди сторонились их в страхе перед неизвестным. Простой люд пугался всего, что исходило от волшебных народов, начиная от внешнего вида и заканчивая их манерой двигаться и разговаривать. Мирный договор между людьми, альвами, цвергами и великанами не был подписан, но и война пока не входила в их планы.

Монетная площадь не могла вместить всех желающих, и многим людям пришлось залезать на крыши близлежащих домов. Все выжидающе смотрели на помост, выстроенный за два дня по приказу правителя. На возвышении стояли два золотых трона разной вышины. Это были венчальные кресла. Одно было приготовлено для конунга Кнута Могучего, другое – для его новой супруги. Вдруг над толпой раздался звук рога, предвещающий появление правителя и его свиты. Первым на помост взошёл сам конунг. Народ радостно закричал, в толпе засвистели, приветствуя государя. На Кнуте был надет добротный меховой плащ, под которым ясно угадывался камзол, расшитый драгоценными камнями. Штаны плотно сидели, обтягивая могучие ноги. Сапоги были сделаны из редкой белой кожи. Голову венчал тонкий серебряный обруч, в центре которого переливался всеми цветами радуги крупный рубин. Правая рука конунга крепко сжимала меч, в левой же находился тонкий хлыст, ведь Тронхейм славился превосходными жеребцами.

Поклонившись своему народу, Кнут опустился на золотой трон. Вслед за государем на помост взошли его приближённые. По правую руку чуть позади трона встал глава воинской стражи Видур Доблестный. Он считался искуснейшим воином, и служить под его началом считалось великой честью. Королевский военачальник прошел путь от простого солдата до управления многочисленным войском. Видур получил свое прозвище за отвагу в кровопролитных битвах и заслужил право находиться рядом с конунгом на свадебном обряде. За левым плечом правителя своё место занял мудрый советник Свейгдир. Почётный караул стражи построился в две колонны по бокам от венчальных кресел. Вперёд вышел верховный жрец храма на острове Дорестад, служитель культа Тора. Именно ему выпала великая честь освятить союз конунга Кнута и девы Эйвин. По такому случаю одет жрец был в просторную разноцветную тогу. Огненно-красный цвет на ней искусно сочетался с синим и жёлтым цветами. Черная, точно сажа, борода была заплетена в десятки мелких косичек. Волосы были аккуратно подстрижены и зачёсаны назад. На тоге поблёскивал серебряный амулет, изображающий молот Тора. Жрец поднял обе руки вверх, призывая толпу к молчанию. Наконец гул в толпе стих, и воцарилась тишина.

- Жители Тронхейма, гости и посланники мира, - тут жрец сделал паузу, всем своим видом показывая важность события, - этот день отмечен радостью в наших сердцах. Достопочтенный конунг Кнут Могучий, сын доблестного ярла Герстадаваля, внук почтенного Эвана Справедливого, потомок бесстрашного Тора – Защитника, избрал супругу, дабы она разделила с ним любовь и заботу о его народе. Склоните головы в знак почтения будущей госпоже.

Толпа беспрекословно подчинилась, только вёльсунги стояли, гордо подняв головы. Их вера запрещала выказывать какое-либо почтение женщинам. По команде старшины они одновременно ударили мечами по щитам, заменяя тем самым поклон.

На помост, мягко ступая, взошла невеста. Люди ахнули: как же она была хороша! Белое лёгкое платье, сшитое специально для госпожи, оттеняло загорелую кожу. Тонкую талию подчёркивала золотая цепочка, заменяющая пояс. Низ платья был сшит из нескольких слоёв шелка так, что юбка выглядела пышной и невесомой. Длинные вьющиеся волосы были распущены, и ветер колыхал их, словно волны. На голове был надет тонкий золотой обруч с изумрудом в центре. Драгоценный камень отлично гармонировал с зелёными глазами. Сапожки специально для свадебной церемонии были выделаны из мягкой коричневой кожи и были увиты ремешками, так что нога казалась грациозной и тонкой, как у молодой лани. Эйвин помахала толпе рукой и села на трон.

Не так уж она и дурна, подумал про себя Кнут, может быть наш брак будет полезным и удачным. Но тут же спохватился от таких неожиданных мыслей. Что я говорю, Хельги навсегда заняла место в моем сердце, и нет там места другим женщинам. Кнут, как смог, улыбнулся Эйвин, и свадебный обряд начался.

Жрец нараспев стал произносить слова молитвы, в которой он просил позволения у богини Фригг, покровительницы брака, соединить узами Кнута и Эйвин. В своих словах не забыл он обратиться к богине клятв и верности Вар, прося освятить новобрачных. Слуги внесли два спелых яблока на золотом подносе.

- Пусть совместная жизнь ваша будет долгой, вкусите яблок, как делают это боги, желая быть вечно молодыми.

Конунг взял большое красное яблоко первым и надкусил, затем то же самое сделала Эйвин.

- Пусть совместная жизнь ваша будет долгой! – закричала толпа.

- Дабы супруга принесла конунгу наследников, нужно надеть ей на шею жемчужное ожерелье, - продолжал жрец.

Кнут подошёл к венчальному креслу Эйвин и подал руку, помогая встать. Взяв с подноса ожерелье, он осторожно надел его на шею невесты. Приблизившись вплотную, Кнут вдохнул чудесный запах её волос. Как приятно, даже голова закружилась, подумал он. Аромат ванили и яблоневого цвета.

- Наследника! – кричала толпа.

- Поднесите госпоже стакан молока, чтобы ребёнок не знал голода, – продолжал свою речь жрец.

Слуги вынесли стакан тёплого парного молока и, опустив голову в знак почтения, протянули поднос. Эйвин взяла стакан и быстро его осушила.

- Доверяет ли конунг своей госпоже ключи от всех покоев замка? – Обратился жрец к Кнуту.

- Доверяю полностью и всецело. – Конунг подошёл к Эйвин и повесил ей на пояс связку ключей. – Мой дом – твой дом.

- Внесите молот для освящения брачного союза.

Жрец поднял принесённый молот с резной украшенной драгоценными камнями рукоятью и положил его на колени поочерёдно сначала конунгу, затем его невесте.

- Ваш союз, скреплённый рукою Тора, отныне неразрушим и свят. Конунг Кнут Могучий, подойди и поцелуй жену свою достойную Эйвин.

В знак почтения богам приносим в жертву козла, надеясь на плодородный год. Два воина втянули упирающееся животное на помост. Козел явно не был согласен с мнением жрецов, обменять его жизнь на богатый урожай.

Жрец достал из складок тоги жертвенный кинжал и перерезал глотку козлу. Кровь брызнула на алтарь. Жрец опустился на колени, точными движениями вырезал теплое пульсирующее сердце умирающего животного, тотчас толпа преклонила колени и замолчала. В толпе раздался пронзительный детский плач. Возможно, детский взор не выдержал вида крови, но потом люди будут говорить, что боги устами ребенка пытались предостеречь короля от надвигающейся опасности, но тщетно.

- Позволь, супруга, исполнить любое твоё желание. - Молвил Кнут, беря Эйвин за руку, как того требовал обычай.

- Подари мне голову ведьмы, наславшей проклятье на твоего сына Магнуса. – Над площадью повисло мрачное молчание. Народ недоумевал: ведь пришли они на свадьбу, а не на казнь. Зачем гневить богов, омрачая священный день убийством?

- Как вычислить виновника, чтобы он понёс заслуженное наказание? – голос конунга не выдавал беспокойства, царившего в душе. – Я годы пытаюсь найти злодея.

- Посмотри, что нашла я на полу рядом с кроватью наследника. Это заговоренная игла. Ведьма скрывалась под личиной няни и кормилицы. Втерлась в доверие и творила свою черную магию безнаказанно. Подари мне, муж мой, голову Альмы! – попросила Эйвин. – Враг твоего сына должен понести наказание! А вдруг ведьма нападет снова.

Слова новобрачной тронули сердце конунга сомнением. Он не подозревал Альму. Женщина любила Магнуса, как собственного сына. Как он мог так просчитаться?

- Обвинения твои бездоказательны! – возразил Кнут.

- А где Альма сейчас, король мой? Зачем честной женщине убегать из форта в ночи с маленьким ребенком, бросив все? Разве любящая как мать не должна разделить счастье спасения наследника Тронхейма?! – продолжала Эйвин.

Разговор этот не был слышен пришедшей на торжество толпе, но по замешательству на лице короля было понятно, происходит что-то странное.

Убийство, как подарок на свадьбу? Разве с подобной жестокости начинается брачный союз?

По спине пробежал холод, и загудело в ушах от напряжения. Слух уловил едва различимый голос: «Ты приблизил свою кончину, правитель. Берегись!».

Король взглянул на небо, ища помощи от Хельги. Солнце спряталось за тучами, скорбя по участи ни в чем не повинной Альмы. На землю упали первые капли. Начинался дождь. Народ бросился с площади в поисках укрытия от непогоды, послы поспешили к причаленным кораблям, их ждали дома.

Только альвы остались на площади, наслаждаясь струящимися по лицу потоками небесных вод. С помоста текли ручьи, окрашенные кровью жертвенного козла, но разум альвов и их цепкий ум сложно было обмануть. Они видели, что вся площадь залита алой водой, точно стоишь по щиколотку в крови. Дождь тоже приобрел красный оттенок. Один из послов Альвхейма печально произнес:

- Истинный облик прекрасной супруги изъеден червями, а от запаха тлена невыносимо смердит.

Альвы синхронно приложили одну руку ладонью к сердцу, а вторую ко лбу, раскрывая ладонь. Это был знак скорби и печали.

Глава 5

Глава 5.

Ход времени быстротечен, неуловим и непреклонен. Пролетающие мимо дни, недели, месяцы, года меняют людей безвозвратно и неумолимо. Правителя Тронхейма не пощадило время, хоть народ и продолжал величать его Могучим. Его волосы побелели раньше отпущенного срока, из глаз исчез блеск счастья, а руки покрылись сетью морщин.

Правил государством конунг всё также искусно и избегал войн с соседними землями, что благополучно удавалось, благодаря твёрдому характеру и славе, полученной в поединках юности. Любой человек, взглянув на своего правителя, никогда бы не подумал, что жизнь его омрачена печальными мыслями и тревожными ожиданиями.

Не было никаких видимых причин для беспокойства, но сердце любящего отца сжималось в предчувствии разлуки с сыном. Первое время после женитьбы на Эйвин Кнут подозревал жену в колдовстве. Но ни нанятые для слежки слуги, ни предсказатели, ни внимательные взгляды самого конунга не дали никаких результатов. Эйвин стала образцовой женой, советницей, хозяйкой домашнего очага и матерью для их детей.

Через год после свадебного обряда, как и положено, в благополучных семьях, Эйвин одарила правителя наследниками. Королева родила близнецов: мальчика и девочку. Астрологи увидели в этом хороший знак, так как двойни появлялись на свет очень редко. Такое событие предвещало удачу и благополучие. Оракулы предсказывали богатый урожай. А жители Тронхейма возносили хвалу богам-близнецам Фрейру и Фрейе. Люди верили, что небеса охраняют и благоволят конунгу и его семье.

Мальчика по просьбе матери нарекли Эрманарихом, а имя для девочки выбрал отец – Фулла. Близняшки росли добрыми и послушными детьми. Конунг не мог нарадоваться на своих ребятишек. Эрманарих испытывал удовольствие от занятий поэзией и прекрасно рисовал. Фулла своей красотой и умом превзошла всех девочек в округе.

Как не радоваться таким достойным отпрыскам отцу и правителю! Но Кнут помнил об обещании, данном жене. Его глаза наполнялись слезами всякий раз, когда он смотрел на Магнуса. На днях мальчику исполнялось пятнадцать лет. За три дня до этого события между конунгом и его супругой состоялся неприятный разговор, первый за всё время благополучного брака.

- Магнус уже вырос. Скоро ему исполнится пятнадцать лет. – Кнут замолчал, он не нашёл подходящих слов, чтобы выразить боль в его сердце.

- Да, я помню и жду эту дату. Ведь только не отказываясь от своего слова, конунг может подтвердить свою доблесть. С рассветом третьего дня Магнус отправится в земли Йотунхейма. Сопровождать ребёнка могут два человека. Выбрать их из числа приближенных твоё право, повелитель. Помощники должны проводить ребенка до Долины Поющих Камнейи оставить у Змеиного источника. Там Магнус встретится с Фарбаути. - сказала Эйвин спокойным тоном.

- Мой сын отправляется на погибель, а моя супруга способствует этому! Как я, будучи в здравом уме, отправлю сына к великанам, которые ненавидят весь людской род! Люди сочтут меня выжившим из ума стариком. Мой народ усомнится в моём правлении! - слова слетали с губ конунга как лезвия кинжалов, пущенные в ненавистного противника.

- Конунг не должен посвящать свой народ во все планы и отчитываться перед советниками. Слово правителя - закон для всех. Кто посмеет нарушить приказ повелителя, неужели собственный сын? Наследник и будущий правитель Тронхейма должен показывать пример повиновения и послушания, – и с каждым словом жены Кнут понимал, что иного выхода нет.

Уход Магнуса нельзя предотвратить. Это его судьба! Но и подозрения к коварству Эйвин возгорелись в нем с новой силой.

Конунг молча вышел, не взглянув на супругу, не попрощавшись с ней. С этого дня Кнут осознал, что больше не доверится жене. В его душе кипели злость и разочарование!

Магнус, как и подобает мужчине, воспринял решение отца стойко. Он всем своим видом показывал, что желает попутешествовать и посмотреть мир. Страха в глазах юноши не было, хоть Кнут и не рассказывал сыну о данном много лет назад у его постели обещании. Наказ отца стал неожиданностью для Магнуса.

Магнус попросил в провожатые своего наставника. Сколько Магнус себя помнил, Гормбыл рядом с ним от самого рождения. Это был седобородый мужчина, разменявший пятый десяток, за что и получил прозвище Старый.

Но сам Горм с прозвищем был не согласен и приходил в ярость всякий раз, как слышал его.

- Мужчина не может быть стар, пока рука может крепко сжимать рукоять меча! - кричал он вслед обидчикам. – Сразитесь со мной в честном поединке, и увидим, кто из нас старый!

У Горма не было семьи. А когда ему задавали вопрос об отсутствии в его доме хозяйки, Горм отшучивался, что жена как кобыла, объездишь одну и хочется залезть на другую. Конечно, он пользовался успехом у женщин, и это Горм считал ещё одним поводом не считать себя старым, но оставаться рядом с одной единственной было выше его сил.

Магнуса Горм любил как собственного сына и, не задумываясь, защищал бы его до последней капли крови. С выбором первого попутчика юноша не ошибся. Второго проводника предложил отец. Этого воина с детства нарекли Рагнальдом Безжалостным.Уже в возрасте одного года он поймал и оторвал голову беззащитному зайцу. Его кровожадность была самым большим достоинством и самым страшным недостатком. Но на этот риск конунгу пришлось пойти, так как лучшего защитника не нашлось бы во всём Тронхейме, а может быть даже во всём Мидгарде. Ещё одним преимуществом Рагнальда был его дар следопыта. Он превосходно ориентировался даже на незнакомой местности, читая природу, как открытую книгу.

Спутники наследника выбраны, и конунг не мог больше ничем помочь. Приближался час расставания.

С первым лучом восходящего солнца в назначенный день Магнус уже был на ногах. Он собирал в путь мешок с провизией, укладывал дорожную одежду, ну и конечно выбирал подходящее оружие.

Магнус решил взять с собой в путешествие копье с серебряным клинком, недлинное, метра полтора. Древко которого было сделано из ясеня в металлической окантовке. Такое копье было сложнее перерубить во время битвы. А наконечник копья был настолько длинным, что давал возможность воину не только колоть, но и рубить противника.

Топором Магнус так и не научился пользоваться в бою. Меч был ему ближе и понятнее. Герои давали своим легендарным мечам имена. Своему оружию юноша название еще не придумал. А может пока этого и не требовалось. Ведь героем Магнус себя не считал, а временами поражался страху, прилетающему неоткуда и улетающему опять в никуда. Словно внутри, в глубине души клокотала тьма, пугающая и зовущая. Магнус никому не рассказывал об этих ощущениях. Только Ансе. Девочка была его лучшей подругой с самого рождения. Ей он мог доверить все свои заветные мысли и тайны.

После смерти Альмы ее дочь осталась жить в королевской семье. Кнут чувствовал вину перед девочкой за то, что лишил материнского тепла, поэтому Анса ни в чем не нуждалась. Ее воспитанию и обучению уделялось не меньшее внимание, чем и другим детям короля. Эйвин не нравилось присутствие дочки прислуги рядом с Фуллой и Эрманарихом. Но Кнут был непреклонен. Со временем королева смягчилась, но продолжала искать возможность избавиться от простолюдинки.

Закончив сборы, Магнус вышел в сад. С южной стороны замка росли замечательные вишневые деревья. Ягоды имели насыщенный красный оттенок, а вкус отдавал шоколадными нотками. Плотная текстура мякоти не мешала косточке легко отделяться. Магнус обожал эти округлые плоды с рубиновым оттенком.

Вот и сейчас наследник решил насладиться любимым лакомством перед долгим походом. Магнус боялся больше не вернуться в этот сад. Боялся никогда больше не собрать урожай с ветвей близких его сердцу деревьев.

Кто-то подошел сзади и закрыл ему глаза руками.

- Анса! – Магнус узнал прикосновение любимых пальцев.

Девушка обняла близкого друга и заплакала.

- Магнус, возьми меня с собой, пожалуйста. Я не смогу жить в замке без тебя. – слезы текли по щекам Ансы нескончаемым потоком. – Королева меня ненавидит! Карга только ищет повод, чтобы от меня избавиться!

Магнус тоже был удручен предстоящей разлукой, но понимал, что наступил момент прощания с названной сестрой и близкой подругой.

- Прости, комарик. – обнял в ответ Ансу Магнус. – Мне пора идти. Позаботься о нашем вишневом саде. Я мечтаю сюда вернуться, к отцу и к тебе.

Магнус прозвал Ансу комариком еще в детстве. Потеряв мать, девочка много плакала и везде и всюду следовала за Магнусом. Назойливая, словно крошечное насекомое. Магнус, тоже потерявший мать, оберегал девочку и защищал. Общее горе объединило детей против всего окружающего их мира. А кроны вишневых деревьев стали их убежищем, даря спокойствие и защиту.

Магнус вздохнул и пошел назад в свои покои: прощай, комарик!

Анса еще долго стояла под сенью вишневых деревьев и предавалась печальным размышлениям о Магнусе, которого она искренне полюбила, и в мечтах о будущем стала ему женой.

Дружба с Ансой была важной частью жизни наследника Тронхейма, но приключения манили молодое сердце. Магнус мечтал о подвигах и битвах. Юноша рвался вперед навстречу неизвестности.

Лучи солнца скользили по его лицу. Отец часто рассказывал Магнусу истории про его небесное происхождение, но мальчик не верил им. Он столько раз смотрел на солнце, до боли в глазах, до слез. Разговаривал с этим блестящим шаром, вслушивался, не откликнется ли солнце на его мольбы. Но нет. Женщина, пролетающая по небу в своей блестящей колеснице, не отвечала сыну. Магнус перестал надеяться. Сказки все это!

Магнус поспешил вернуться в свои покои.

Проводить Магнуса пришла его семья. Кнут принял решение скрыть уход сына от любопытных глаз и посторонних ушей. Незачем подвергать наследника дополнительным опасностям. Путь в Йотунхейм труден. Великаны - хитрые и опасные создания! Никогда не знаешь, чего от них ожидать.

Первой своё напутствие произнесла королева.

- Мой возлюбленный пасынок, ты стал мужчиной и отправляешься в свой первый поход. Пусть боги хранят тебя от любого оружия, от диких зверей и от обмана. Возвращайся в родной дом, где тебя будет ждать престол Тронхейма. - Её слова звучали мудро и не вызывали опасения.

Только конунг был мрачен. Он внимательно слушал каждое слово и пытался уловить спрятанный в них тайный смысл. Доверия к супруге исчезло. Растворилось, как соль, брошенная в воду. Взгляду не заметны перемены, но вкус безвозвратно изменился. Пить такую воду, не морщась, уже невозможно.

После напутственных слов мачехи заговорил Магнус.

- Печаль поселилась в глубине моего сердца, ведь я прощаюсь со своей семьёй. Свидимся ли мы снова известно лишь потоку Урди его хранительницам. Обещаю не посрамить свой род, и, если мне суждено погибнуть, занять достойное место в рядах эйнхериев в небесных чертогах. Скажи и ты, отец, что-нибудь.

Кнут молчал. Магнус видел, с каким усилием конунг пытается улыбнуться. Но все равно юноша знал, что отец гордится и поддерживает его.

- Я верю, тебя ждёт большое будущее. Иди по жизни смело и прямо, не сгибаясь перед трудностями и лишениями. Мы встретимся не в этом мире так в ином. Будь храбр, и докажи, что ты достоин носить титул конунга! - слова давались Кнуту с трудом, и не найдя чем закончить речь, он крепко обнял сына.

- Да хранят тебя боги! – прошептал конунг на ухо сыну.

Конунг что-то еще тихо произнес на ухо Магнусу и осторожно вложил ему в руку какой-то предмет.

На прощание Магнус поцеловал сестру, обнял брата. Странники двинулись в путь. Конунг стоял на том месте, где простился с сыном, до самого заката и никто не знал, какие мысли проносились в его голове в это время. Никто из смертных. Конунг провел этот день с Хельги и её небесным олицетворением. Кнут скучал. Он скучал по нежным рукам своей любимой жены, по ее мудрым советам. Хельги тоже думала о любимом муже, но увидеться им было никогда не суждено.

Приходит день, и каждые отец и мать испытывают щемящую грусть в тот момент, когда их дети взрослеют и начинают свой собственный путь.

Глава 6

Глава №6

Вот уже неделю Магнус и его спутники были в пути. Ничего интересного не происходило. Сердце мальчика жажда