Чрезвычайное происшествие

Антонина Чернецова

Чрезвычайное происшествие

Рассказ

Как вы представляете себе секретную лабораторию? Этакий подземный город с прозрачными дверями, которые распахиваются, реагируя на улыбку, светящиеся сенсорные экраны, микроскопы с дистанционным управлением, дезактивационные шлюзы…

У нас всё не так. Наша организация располагается в подвале старой метеостанции, в котельном помещении. Там постоянная влажность, ржавые трубы, одна из которых течёт, и под ней стоит ведро, покрытое серо-бурыми потёками. Реактивы хранятся в раритетном холодильнике ЗИЛ рядом с заветренной докторской колбасой. Пробирки мы моем ёршиками для бутылок и пищевой содой.

Самая навороченная вещь в заведении – кнопочный телефон нашего начальника, Феликса Зигмундовича, которого за глаза некоторые члены нашего не слишком сплочённого коллектива зовут Фэзигом.

Предприятие у нас засекреченное и малофинансируемое, поэтому штат трудящихся строго ограничен: работаем мы вчетвером.

Как я уже сказала, главным у нас считается высокий сухопарый старик с большими залысинами в старомодных очках с толстыми линзами. Он – главный мозг, и, как многие учёные мужи, задумчив, угрюм и не особо разговорчив.

Мариночка – старший научный сотрудник годков сорока пяти, правая рука Фэзига. Симпатичная и по-настоящему умная баба, прозябающая в этой клоаке. Обращается она ко всем по имени и отчеству, сжимает губы в нитку, когда чем-то недовольна.

Колян – мордоворот неопределенного возраста, представитель службы охраны. Быдловатый, но к вверенному ему объекту относится со всей серьёзностью. Мимо него муха не пролетит, он всегда в курсе событий, происходящих внутри здания. Впрочем, знать о вялотекущей жизни нашей лаборатории не сложно – ничего особенного там не происходит.

Меня зовут Полина, мне двадцать пять, я лаборантка и типичный синий чулок.

Мы здесь работаем, здесь же и живём, редко поднимаясь на поверхность. Чем мы обычно занимаемся? Я по большей части веду хозяйственные дела, Колян играет в старый тетрис и тягает гири, а Фэзиг с Мариночкой сутками напролёт разрабатывают биологическое оружие и антидот к нему.

Вам смешно, а ведь они делают успехи! Вот и сейчас Фэзиг зависает над колбой, долго смотрит сквозь жидкость внутри, скалит зубы в довольной улыбке и ласково зовёт:

– Мариночка, посмотрите, пожалуйста, не ошибусь ли я, если напишу в отчёте, что фаза рекомбинации завершена, образец стабилен?