Амалин. Город на крови

Брат чуть повернул голову и взглянул через плечо на девушку, что уже полчаса изучала его взглядом.

– Она действительно ничего.

– Возьми у нее номер. Уверена, она уже держит визитку в руках. – Я встала из-за стола и направилась к уборной.

Дорогу, по которой должны были вернуться родители, размыло дождем. Отец позвонил и предупредил, что они не вернутся до завтра. Это хорошо, значит, брат точно никуда не уедет. Давно мне не было так спокойно. Камин потрескивал, а тени от огня играли на лице брата. Пока он молча смотрел на пламя, остатки льда растворялись в его стакане. Владимир уже выглядел лучше, а ведь всё, что ему было нужно, – это дневной сон, душ и пара часов спокойствия.

Мои карандаши и настольный мольберт год пролежали без дела в багажнике одной из машин отца. Не принеси их Владимир парой часов ранее, я бы про них и не вспомнила. В этом городке бывает слишком тоскливо, хотелось больше цвета, оттого рука всегда тянулась к масляным краскам.

– Покажи. – Брат поднял на меня глаза, и я развернула мольберт. Его нахмуренное лицо смягчилось. – Ты явно меня приукрасила.

– На мой взгляд, напротив – изуродовала. – Я сорвала рисунок и уже собиралась его смять, но Владимир выхватил его из рук.

– Не смей, там мое лицо!

– Оно же кривое.

– Видела бы ты свои каракули пятнадцатилетней давности – у меня были зеленые волосы. Будет лежать с остальными в альбоме. – Он залился смехом. Вдруг раздался дверной звонок, и мы напряженно переглянулись. – Ты пригласила Лису?

– Нет, не думаю, что она достанет до кнопки, – попыталась отшутиться я.

Звонок повторился, на этот раз более настойчиво, и брат скрылся в темном коридоре.

– Каким ветром тебя занесло? – проворчал он.

– Северным, – раздался знакомый мужской голос, и я поняла причину раздражения Владимира. Вскоре гость вошел в гостиную и нахально мне улыбнулся. – Здравствуй, Амс.

– И тебе привет, Орлов.

В ответ Макс лишь ухмыльнулся и сел на соседний диван – достаточно близко, чтобы я смогла почувствовать его запах. Хвоя, древесная кора, немного табака, последние годы он много курил. Это странное сочетание с каждым днем всё больше привлекало меня.

– Олега здесь нет. Зачем пришел? – Брат взглядом приказал мне оставить их. Несмотря на желание поступить по-своему, я всё же подчинилась, чтобы не злить его еще больше.

– Принесу вам выпить.

– Я буду только чай. – Макс подмигнул мне, явно желая разгневать брата еще сильнее, и ему удалось.

– Конечно, чай. От тебя несет за версту.

Макс дружит с Олегом с пеленок, однако большой любви Владимир к нему не питает. И у него есть на то причины. До недавнего времени я разделяла его позицию, пока в один день всё не изменилось. Теперь, когда Макс рядом, я чувствую присутствие Олега, словно он ненадолго вышел из комнаты и вот-вот вернется. Мы неплохо притерлись за этот месяц – видимо, он тоже в какой-то степени нуждается во мне. Если не брать в расчет его дурацкую манеру коверкать мое имя, он всегда добр и вежлив. Макс часто бывал в нашем доме, но из-за разницы в возрасте мы почти не пересекались. Восемнадцатилетние Олег и его друг не хотели брать тринадцатилетнюю девчонку с собой. Еще несколько месяцев назад я почти ничего о нем не знала.

Я включила чайник, а сама подкралась к двери и, спрятавшись за стеной, принялась подслушивать разговор.

– Сегодня наконец решился поехать домой и был уверен, что от него уже ничего не осталось. Лес горел только у города, огонь не дошел пару километров. Представь: ты едешь по сгоревшему лесу, и он резко обрывается, а дальше нетронутые зеленые деревья. Линию словно провели по линейке, и так на десятки километров.

– Не знаю, на чем ты сидишь…

– Так и знал, что ты скажешь что-то подобное, поэтому сделал пару фото. – Макс хохотнул. Я не выдержала, вернулась в гостиную и тут же поймала на себе насмешливые взгляды мужчин. Любопытство всегда было мне присуще, то не было для них секретом.

Фото завораживало. Два дерева росли в метре друг от друга: одно сгорело дотла, а вид второго даже не намекал на присутствие всепоглощающего пламени. И таких деревьев были сотни. Они создали зримую границу, разделяющую лес на две части. Пока одна половина медленно умирала, вторая всё так же жила, словно не замечая ужаса, происходящего вокруг.

– Неужели и поселение не горело?! – Брат открыл от удивления рот. – Чертовщина какая-то!

– Ты веришь в Ветер? Вот поселенцы верят. Горуба начнет напевать, мол, Великие на его стороне, а значит, его приняли в качестве вождя. – Макс закатил глаза.

– Не думаю, что с большого пожара остались те, кто верит. Кто в здравом рассудке станет говорить с Ветром?!

– Будто допрашивать пьянчугу, устроившего драку в баре, разумно. Но в одном ты прав: Горуба давно спутался с людьми, нет в нем веры, а может, и не было никогда. Правда, тебе не об этом стоит думать. Если хорты начнут верить, что он вождь по праву…

– Тебя не примут! – прошептала я и закрыла рот рукой.

– Макс дело говорит. Вот только без Олега я и думать об этом не буду, мне людских забот по горло.

Не просто так людям запрещалось ходить в северные леса. Поселение, что скрывалось за многолетними соснами, когда-то было древним городом, сгинувшим в пожаре. Прошли сотни лет, и люди смогли переписать историю, чтобы сокрыть свой страшный грех. Жил там один из народов свири – люди со звериными сердцами. «Коренной народ будет жить в резервации – это для их же блага!» – так одним указом люди лишили хортов возможности стать частью мира, что когда-то у них отняли вместе с землями.

Макс же говорил о главе поселения – хорте, давно игравшем по человеческим правилам.

– Всё содеянное людьми противоестественно! Против нашей природы! Не место зверю в каменных клетках, – передал нам Макс слова вождя. Горуба давно нарушал правила обеих сторон, но из-за дружбы с мэром всегда выходил сухим из воды. Не было у него никакого права на это место. Если станет известно о том, кто мои братья и мама на самом деле, он в ту же секунду лишится всей власти, а возможно, и головы. Брат вырос, возмужал, а значит, у хортов появилась возможность взять реванш.

Тишину нарушил не менее тревожный звук: зазвонил рабочий телефон брата. Эта маленькая коробочка никогда не издает звуки просто так. Владимир поспешил на кухню. Мы же, затаив дыхание, ожидали продолжения.

– Срочно уводите людей! Я уже еду! – Он пулей выскочил из дома, даже не посмотрев в нашу сторону. Мне не оставалось ничего, как побежать следом.

– Что происходит? Давай я поеду с тобой?

– Амалия, вернись в дом! Макс, прошу, не оставляй ее одну. – Он вытащил автомат из багажника. От одного вида оружия меня бросило в пот, и я отшатнулась назад.

Двигатель старого зеленого внедорожника заревел. Машина задним ходом на полной скорости выехала на дорогу.

– Умоляю, будь осторожен.

– Тебе лучше вернуться в дом, не мерзни.

Только сейчас я почувствовала, как холод сковал ноги. Посмотрев на них, я осознала, что стою на каменной брусчатке босая.

– Амс, он профессионал, даже не смей за него переживать. – Макс накрыл мои ноги пледом, как только я села на диван. Он опустился передо мной на колени, и мне наконец удалось рассмотреть его большие светло-голубые глаза. – Ты мне чай обещала, помнишь?

– На кухне закончились травы, есть немного в подвале.

– Давай сходим. – Он улыбнулся и протянул мне ладонь.

Макс толкнул скрытую у камина дверь плечом. Она распахнулась, и мы оказались на узкой лестнице, ведущей вниз, и лишь тогда я поняла, как легко он смог меня отвлечь. Выключатель удалось нащупать не сразу – паника вновь дала о себе знать.

– Давай вернемся!

– Я и не думал, что ты такая трусиха. – Макс хохотнул и щелкнул выключателем.

– Ты не понимаешь, тебя там не было. – Мне хотелось нагрубить ему, но голос дрогнул, и к горлу подступил ком. – Кажется, я всё еще не могу отмыться от его крови.

– Прости, не подумал. Давай я схожу один, иди наверх.

– Нет. – Сама не поняла, как вцепилась в его предплечье. – Владимир не просто так просил тебя остаться. Не хочу, не смогу сидеть одна.

– Как пожелаешь. – Он высвободился из моей хватки и осторожно взял меня за руку. – Я буду с тобой столько, сколько потребуется.

В воздухе пахло пылью, бумагой и старой древесиной. Было в этом что-то таинственное. Каменное помещение, заполненное деревянными ящиками и коробками, на первый взгляд казалось обычным складом. Но если присмотреться…

Мой спутник огляделся и подошел к стене с закрепленным на ней холодным оружием. Клинок, что висел выше, очень стар, а на его рукояти выбито имя: Светозар. Вот уже четыреста лет он принадлежит нашей семье. При виде него у Макса загорелись глаза. Пока современные парни увлекались автомобилями и чем-то подобным, он знал буквально всё о клинках и даже успел сделать парочку.

– Знаешь, иногда мне кажется, что я родился не в подходящее время…

– Битва при Ветэро подошла бы тебе больше, чем будни за барной стойкой?

– Определенно. Лучше погибнуть молодым сражаясь, чем загнуться под тяжестью времени, – уверенно ответил он. Я же, имея абсолютно противоположную точку зрения, просто стояла, уставившись на Макса. А ведь так считает не только он, но и все представители волчьего народа. Одна реплика более чем ярко описывала всю его сущность. Хортов воспитывают иначе, с детства вдалбливая одну простую истину: хочешь быть свободным – сражайся. Макс не только был одним из них, но и провел большую часть жизни в поселении.

– Тебе разве не интересно, что случилось с городом? – Он внимательно смотрел на мое лицо.

– Я знаю, что произошло. Это был страшный пожар, унесший жизни многих.

– Не верю! Глупость, Амс! Ветэро выстоял годы осад, у его стен пролилось море крови, а он даже не дрогнул. Не может быть всё так просто! Было что-то еще…

Меня пугала даже мысль о той ночи. Деревянный город, объятый огнем, – наверное, именно так выглядит ад на земле.

Не желая больше обсуждать эту тему, я быстро нашла мешок с высушенными растениями и потянулась за ним. Макс опередил меня и без труда взял то, до чего я вряд ли бы дотянулась. У подобных ему есть одна характерная особенность – высокий рост. Он, как и мои братья, почти под два метра в высоту. Даже я при своем росте выше среднего выгляжу мелковато на их фоне.

– Что с твоей рукой? – Он заметил потрепанный бинт на моей ладони.

– Порезалась днем. Пустяки.

– Днем? Рана уже должна была затянуться.

И снова эта тема. Я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза. Мне не хотелось ничего объяснять, поэтому снять повязку, чтобы доказать его неправоту, показалось самым доступным аргументом. Глаза друга заметно округлились, будто он привидение увидел. Неожиданно для меня парень взял мою ладонь и пристально посмотрел на порез.

– Как это возможно? Ты же тоже хорт?

– Не знаю, никогда не проверяла. Да и это так только отчасти. Мой отец человек, помнишь?

– И тебе никогда не хотелось узнать, кто ты, понять свою природу?

– Порой я думаю об этом, но всё это меня очень пугает. Боюсь не справиться, навредить кому-то или же застрять. – Впервые в жизни я сказала об одном из своих главных страхов прямо. Не понимаю, как он так легко смог вытащить мои переживания наружу. Между нами никогда не было близких отношений. А сейчас мы словно заполнили друг другом дыры в ноющих сердцах. Каждый из нас чувствовал приближение бури, и держаться вместе было самым правильным решением.

Глава 2

Ливень колотил по старой черепице, пока город медленно погружался в сон. Не успели люди обрадоваться приходу дождей, как вслед за ними пришла новая беда. Только главные часы пробили полночь, на центральной площади раздались крики прохожих. По пешеходной аллее медленно, чуть покачиваясь, шел огромный медведь. Из пасти стекала чуть запекшая кровь и падала под лапы зверя. Бурый хищник ревел так, что закладывало уши, а его пустые глаза заслонила пелена.

Полицейские успели взять зверя в кольцо, когда Владимир въехал на площадь. Он вышел из автомобиля и медленно направился к медведю. Тот, игнорируя людей, повалил один из фонарей. Вспышка искр – и вот одну из главных улиц города освещают только фары служебных автомобилей.

– Отойдите от проводов, пока никого не убило током!

– Держите его на прицеле. С пистолетов не стрелять, вы только разозлите его! – Владимир сразу понял, что толстую шкуру не пробить, и поднял автомат с заднего сиденья. Он вышел из машины и пошел прямо на гиганта.

– Господи, он рехнулся.

– Товарищ майор, стреляйте! – Хорт проигнорировал коллегу, думая лишь о том, как привлечь внимание хищника. Медведь поднял голову, и от его взгляда сердце Владимира на миг замерло. Белые, пустые глаза вдруг вернули хорту воспоминания, что он старательно искал в подкорках своего сознания. Его попытка установить зрительный контакт привела медведя в ярость: тот зарычал и побежал на мужчину. Майор спокойно поднял оружие и выстрелил громиле прямо в глаз.

– Ты не оставил мне выбора, – прошептал он медведю, что замертво упал к его ногам.

– Почему вы не выстрелили сразу? – Молодой стажер выскочил из машины, натягивая фуражку.

– Я не стреляю в спину. Бедняга, наверное, ослеп от огня, вон и шкуру опалил. Не трогайте ничего, тем более кровь. Нужно его сжечь, нельзя исключать бешенство. Сержант, вызови электриков, пока и правда никого не убило. От тока пули не спасут. – Хорт ответил на глупый для него вопрос и продолжил раздавать приказы подчиненным: – Позвоните пожарным, пусть как следует смоют эту лужу. Кто хоть как-то с ним контактировал, лучше сходите к врачу. А, и еще осмотрите ближайшие улицы. Скорее всего, кровь на его морде принадлежит кому-то из горожан.

Он еще долго наблюдал за тем, как алые разводы растекались по брусчатке. Следы от лап медленно расплывались от моросящего дождя, эта картина вернула его в детство. В последнюю ночь, проведенную в Ветэро. В ту ночь, когда отец выносил их с братом из дома, объятого огнем, Владимир тоже видел кровавые следы на дощатом полу. Но хорт и не подозревал, что за зверь оставил их там.

***

Вернувшись домой за полночь, Владимир медленно вышел из машины. Света нигде не было. Входная дверь распахнулась. Внутри было тихо. Слишком. Он достал табельное и медленно пошел дальше по коридору. По спине скатилась капля холодного пота. Из гостиной донесся звук, похожий на резкий вздох. Раздался щелчок перезарядки оружия. Майор быстро оказался в комнате с направленным на Макса стволом.

– Мужик, ты совсем уже рехнулся? – Гость едва сдержался, чтобы не крикнуть, но вовремя остановил себя и кивком указал на Амалию, спящую на диване.

– Гадство! Прости. Эта работа меня совсем доконала. Было слишком тихо, и я сразу подумал о худшем. – Одним движением Владимир вытащил магазин и убрал пистолет в кобуру.

– Паранойя – лучший друг? Она уснула минут двадцать назад. Очень хотела дождаться тебя. Ладно, раз ты дома, я пойду. Мне завтра с утра на работу. – Макс уже направился к выходу, но мужчина остановил его, положив руку на плечо.

– Лучше останься. Мари с Климом до завтра не вернутся. Составь мне компанию, пожалуйста. Сна совсем нет, а тишина сводит с ума.

– Это я уже понял. Тогда ты просто обязан налить мне немного виски.

– Весь бар в твоем распоряжении. Я отнесу Ами и вернусь. – Владимир поднял сестру так, словно она ничего не весила, и направился вверх по лестнице, избегая скрипящих ступеней.

1625 год

Цветок мой, Ветэро пал. Всё сгорело, и теперь я не знаю, как нам дальше быть. Собрав, что осталось, мы выдвинулись на север. Кетси отказались нас принять. Сложно винить их за это. Кто добровольно подвергнет себя опасности… Мы не выстояли, а значит, у них нет ни единого шанса.

Хоть тебя мне удалось уберечь. Прости мне эту слабость, разводы на бумаге. Сил писать заново во мне не осталось. Сейчас я бы отдал всё за один из твоих отваров. Мне пришлось принять непростое решение. Сыновья еще слишком малы. Пока они рядом, мои руки связаны. Ветэро же нужно вернуть любой ценой. Мы снова построим город, и не важно, сколько десятилетий на это уйдет.

Только тебе я могу их вверить. Знаю, обещал забрать тебя с приходом зимы, но это больше невозможно. От дома ничего не осталось.

Твои руки всегда были ледяными, а сейчас и вовсе обжигают своим холодом. Ты спишь и даже не подозреваешь, что я пишу это письмо, держа твою ладонь. Надеюсь, ты чувствуешь мое тепло.

Пока мое сердце бьется, я не перестану бороться за вас,

Светозар

***

Открыв глаза, я удивилась, ведь обнаружила, что лежу в своей постели. Дверь в коридор была открыта. Через щель мне удалось увидеть, что спальня брата не заперта. Не может быть! Подскочив с кровати, сразу рванула туда. Олег дома! В голове роились сотни мыслей. Обнять? Или же как следует треснуть ему, чтобы никогда больше не уходил так надолго? Как можно целый месяц не выходить на связь?! В одном я была уверена: решение придет само, стоит мне снова увидеть брата. Но как только я открыла дверь, сама словно получила по лицу. Конечно, там не было Олега. Посреди комнаты стоял полуголый Макс и натягивал джинсы.

– Вот же… – выругалась я, хоть то мне совершенно не свойственно, и отвернулась. – Прости. Думала, Олег вернулся.

– Хочешь сказать, разочарована?

– Даже не представляешь насколько.

– Очевидно, неожиданно врываться – это у вас семейное. Ну и где твой пистолет? – Мое хамство лишь позабавило Макса. Он закончил одеваться и резко развернул меня к себе. Почему бы просто не сказать, что уже одет? Его варварские повадки всегда раздражали меня, никакого чувства такта.

Я не поняла, при чем тут пистолет, и он, будто прочитав мои мысли, рассказал о произошедшем. Кажется, случившееся с Олегом повлияло на брата куда сильнее, чем казалось на первый взгляд. С ним так всегда: никогда не скажешь с первого взгляда, что у него на душе. Владимир, подобно каменной статуе, совсем не реагировал на происходящее вокруг, не позволял эмоциям брать верх над собой.

Мы с Максом спустились в гостиную. Я оцепенела, разинув рот от шока. Брат мирно сопел на диване, а рядом на кофейном столике были куча контейнеров для еды и ящик с четырьмя пустыми бутылками из-под вина.

– Что вы тут устроили?! Родители скоро вернутся, – тихо проворчала я и принялась собирать мусор. – Неужели ты снова за старое?

– Мне льстит твоя забота. Я выпил лишь полстакана виски, а вот это всё – дело рук Владимира. – Еле сдерживая ухмылку, он кивнул в сторону захламленного стола.

Сколько нужно обычному мужчине, чтобы напиться? Хорту же требуется куда больше. Брат весил сотню. Прибавь к этому быстрый метаболизм, и то, что могло напоить всю компанию, лишь немного затуманит его разум.

Макса сильно позабавило происходящее. Не могу его за это осуждать – реакция друга была более чем понятна. Брат прибег к методам, за которые ругал парней лет семь назад. Тогда Макс потерял маму – она погибла в автокатастрофе. Как сейчас помню поток новостей с жуткими подробностями, от которых меня старались оградить родители. Авария стала обрастать кучей слухов и домыслов, а причина у этого была одна: Юлия жила и работала в поселении. Она была одной из тех «людей», кому разрешили посещать волков. Была одной из «желтых жилетов» – волонтеров, получивших пропуск от самого Горубы. В тот день мир Макса рухнул. Стараясь избавиться от горечи, он начал пить – без остановки, в огромных количествах. Сначала парень делал это в полном одиночестве, потом к нему присоединился Олег. Брат смог понять его боль, но не заметил, как сам ей заразился.

Я же с трудом верила в происходящее. Ни разу в жизни не видела Владимира пьяным. Может, и не поверила бы в рассказ Макса, не упомяни он одну деталь: брат почти не спит.

– Давай так: я быстро помогу тебе с уборкой, потом ты подкинешь меня до работы, а я по пути расскажу всё, что знаю? – Вопрос явно был риторическим. Не дожидаясь ответа, он взял ящик и пошел с ним к черному выходу. Помощь мне пришлась кстати. И было бы всё хорошо, не вызывай его присутствие волнение, причина которого оставалась для меня загадкой.

Пока я регулировала сиденье в маминой машине, мой неспокойный друг успел пожевать и выбросить жвачку в открытое ранее окно, включить радио и, послушав его меньше минуты, выключить, нецензурно выругавшись о качестве музыки.

– Можно я включу твою музыку? Уверен, у тебя музыкальный вкус намного лучше, чем у этих придурков с радио. В чем смысл крутить одни и те же песни?

– Если ты перестанешь ворчать, то, пожалуйста, поступай как хочешь. – Только я хотела взять и разблокировать телефон, как он забрал его, чуть задев рукой внешнюю сторону моего бедра. По ноге пробежали мурашки. Не привыкла, чтобы кто-то прикасался ко мне.

– Лучше следи за дорогой, я сам включу. Какой пароль?

– Я не скажу тебе, это личное.

– Даже если ты с этого телефона пентагон взламываешь, как я об этом узнаю, зайдя в плейлист? Ну давай, Амс, не будь врединой. – Хоть его попытка мило улыбнуться и провалилась с треском, нежелание слушать ворчание всю дорогу взяло надо мной верх.

– 132030.

Остановившись возле заведения, в котором мы были вчера, я уже хотела было попрощаться и уехать, но в последнюю секунду Макс оперся на дверь автомобиля, чуть просунув голову в салон.

– Давай я угощу тебя завтраком? Из-за меня ты ничего не съела.

Секунда – ровно столько мне потребовалось, чтобы принять решение. Утро в компании Макса или долгий допрос с пристрастием от родителей. Выбор был очевиден. Мама удивилась бы куда меньше, если бы пьяным на диване спал Олег, но никак не Владимир. Думаю, брат разберется сам.

Макс придержал дверь. Две официантки бегали по заведению и вытирали столы перед открытием.

– Девушка, мы работаем с одиннадцати. – Одна из них заметила меня и жестом указала на дверь. Ну и сервис…

– Делом займись, – огрызнулся Макс. – Садись за бар, а я надену фартук и вернусь. Вот меню. – Он нежно улыбнулся и отодвинул для меня стул. Я самодовольно окинула официантку взглядом.

– Это еще кто? И почему Макс приехал с ней?

– Амалия Рогоза, она тут частый посетитель. – Девушке, работающей здесь давно, было явно неловко. Чтобы не ставить ее в неудобное положение, я притворилась, будто не слышу их. Новенькая же не замолкала, мое терпение уже заканчивалось.

Моя фамилия относится к тем, что у всех на слуху. Родители успешны, красивы и счастливы. Окружающие не способны стерпеть подобное. Фигура отца постоянно обрастает новыми сплетнями. А мама лишь «удачно вышла замуж и ничего из себя не представляет».

– Рогоза? Это же ее отец владеет тем отелем?! Конечно, кто обратит внимание на официантку, когда рядом крутится богатенькая девчонка.

– Какая досада. – Я тихо хохотнула.

Наконец вернулся Макс в фартуке из грубой коричневой ткани. Пожалуй, он единственный из барменов, на ком так идеально сидит униформа.

– Прости, у Оли ни капли такта. – Он облокотился на барную стойку, сократив расстояние между нами до жалких миллиметров. – Думаешь, стоит ее уволить?

Мне стало жутко неловко от такой близости, пусть я и понимала: он лишь хочет оставить разговор приватным.

– Думаю, она ничего. Может, тебе стоит пригласить ее на ужин? – Сама не поняла, как подобная глупость сорвалась с моих губ. Но теперь мне срочно требовался ответ.

– Она не в моем вкусе. Что может быть большей ошибкой, чем влюбиться в глупую девушку? Меня такие, как она, не интересуют. – Макс ухмыльнулся. Боковым зрением я заметила, как та девица ревностно уставилась на него. Змея – иначе и не скажешь. Но мне быстро удалось позабыть о ней, стоило только посмотреть на его губы.

– А почему ты спрашиваешь?

– Мы же друзья. – Вопрос, возникший в моей голове, я озвучила как утверждение. Ведь мы друзья, иначе и быть не может! – Вот мне и стало интересно.

– Друзья, значит… Мне нравится.

Мой телефон зазвонил. Он опустил взгляд на горящий экран, там высветился входящий звонок от Артура.

– Твой парень, да? Не заставляй его ждать, – всё так же шепотом сказал он и резко отстранился. На его лице появилось раздражение.

– Он не мой парень!

– Пожалуй, это не мое дело. Поговори, а я пока схожу на кухню и попрошу приготовить тебе завтрак.

– Но я же не сказала тебе, что хочу!

– Сам выберу, – проворчал он и захлопнул дверь на кухню.

Пока я пыталась понять, что сейчас произошло, мой телефон и не думал замолкать. И какого черта ему надо? Не выдержав, я нажала отбой и направилась к выходу.

– Отмените мой заказ, у меня появились дела.

***

Был раньше город в самом сердце Великих земель. Сам Ветер оберегал его стены. Жил там один из народов свири. Храбрые, свободолюбивые, искренние – такими они были в те времена. Когда можешь прожить пять веков, тебе нет смысла лгать. Хорты умели любить всей душой. Дом их являлся столь же великим, как и сила. Очертания города напоминали лепесток цветка, подаренного волкам Ветром. Узкие переулки вымощены мелкой галькой. Легко мог чужак заплутать среди высоких домов из хвойных досок. Их покатые крыши стали домом для сотен птиц.