Сказки для детей

О взрослых людях Бука кое-что знал. Вначале он думал, что все взрослые придумывают игрушки. Потом дед объяснил, что люди, приходящие к ним из соседнего мира, занимаются разными делами, кто чем. К деду являлись всякие покупатели. И ткачи. И пекари. И врачи.

– Вчера я узнал, как появился в этом мире. – Сообщил Бука после того, как они договорились о том, что человечек с мизинец – пришелец из будущего.

Вопрос, откуда берутся дети, Диму сильно волновал! Как он появился на свет? Где бабушка с дедушкой нашли папу? Ни разу Дима не получил вразумительно ответа. А ведь Дима спрашивал настойчиво!

На фотографиях Дима видел пухлого младенца. «Это ты!» – радостно говорила мама.

Мама утверждала, что всех детей находят в капусте. Но Дима-то знал, что капуста не везде растет! В Африке капусты нет.

– Дед нашел меня в железной птице. – Заявил Бука.

Зашипело море. Раскричались чайки. Не умея правильно делить добычу, затеяли громкий спор.

– Море придвинулось, – предположил Бука.

– Прилив. – Догадался Дима. – Ты видел железную птицу? – На всякий случай Дима оглянулся. Неподалеку – хижина. У хижины – цветы. Слышно, как они шепчутся. Чуть дальше – деревья. Длинные тени от них легли на восток. А впереди, где-то там, если спуститься с холма, - море.

– Её забрали в ремонт. – Бука пожал плечами.

На самом деле Бука не знал, куда подевалась железная птица. И дед, наверняка, не знал. От деда многое скрывали. Не сильно печалясь об этом, дед изо дня в день придумывал правильные игрушки и воспитывал Буку. Дед считал, что не все тайны стоит разгадывать. Любой мир полон загадок и тайн. В погоне за тайнами можно не остановиться. Кто тогда будет следить за собственным миром, чтобы он становился лучше?

Дед высаживал цветы. Пропалывал грядки. Убирал тину с пляжа. В маленьком мире у деда всегда находились дела.

– Что случилось с железной птицей? – спросил Дима.

– Она упала и раскололась.

Бука махнул в сторону деревьев. Указал направление, куда упала железная птица. Сам Бука ничего не помнил. То ли Буке стерли память, то ли он ударился головой обо что-то.

Дедушка, рассказывая о железной птице, дал понять, что всё произошло недалеко от дома, там, где начиналась лесополоса.

В лесополосе деревья росли густо, стояли плотными рядами. Прижимаясь кронами, подпирали облака.

Тревожно затрещали кузнечики. Испуганно раскричались чайки.

– Я нашел испорченную фотографию. На ней мама и папа, – сказал Дима. – Когда её склею, мама и папа будут вместе. Я так думаю…

– Я тоже так думаю. – Поддержал Бука друга.

– Если компас работает, мы сможем далеко уйти, – предположил Дима. У него была надежда, что компас, побывав в воде, не испортился. – За деревьями может что-то быть. То, что мы пока не видим.

– Не получится, – вздохнул Бука. – Компас забрал дедушка.

– Навсегда? – разволновался Дима.

На самом деле, Бука сам его отдал, а дед потом не вернул прибор, сказав, что Бука получит назад ценность, когда немного подрастет.

- Вначале нужно стать большим. – Объяснил Бука другу.

За несколько дней знакомства Дима изменился - загорел и вытянулся. Бука же - нисколько.

– Ты растёшь медленно, а я быстро, – сокрушаясь, заметил Дима. – Когда ты немного подрастешь, я буду совсем взрослый.

– Не беда! Ты уменьшишься.

– Это навряд ли. – Засомневался Дима. – Покупатели не уменьшаются, когда приходят к вам. А я такой же, как они.

– Почему такой же?

Бука считал, что Дима особенный! Он никогда прежде не дружил с мальчиками. Но в то, что Дима лучше всех других мальчиков, с которыми Бука не дружил, он поверил сразу.

«Бука! Бука! Где когти льва!?» – В окно вылезла голова деда. «Там. В коробке» – прокричал Бука. Окно захлопнулось. Море расшумелось не на шутку. На мальчишечьи носы упали соленые капли.

– Точно тебе говорю. Оно придвинулось. – Бука утёр конопатый нос.

– Ваш мир шевелится. – Вглядываясь вдаль, разглядывая сумерки, Дима различил волнение воздуха. – Там воздух дребезжит.

«Бука! Бука! Домой!» – Грозно прокричал дед, снова выглянув в окно.

«Бз-бз»… Ветер заиграл лопастями игрушки. Бука помчался в сторону хижины.

Дима проснулся. Просунул руку под подушку. Две части одной фотографии оказались на месте. Испорченную фотографию нужно было показать папе.

– Я искал её, – сказал папа.

- А я нашел! – обрадовался Дима.

– Молодец, сынок. – Похвалил папа. – Сейчас мы ее отремонтируем.

Всё утро они вдвоём «собирали» фотографию. Нелёгкое это дело! Фотографию хотелось склеить так, чтобы никто не догадался, что она была порвана. Когда фотография приобрела надлежащий вид, папа нашел для неё старинную рамочку. По бокам рамочки ярко блестели камушки. Бабушка говорила, что это агаты.

В прежние времена в семьях фотографий было мало. Только по особым случаям приглашали в дом фотографа. Готовые фотографии хранили в изысканных рамочках, обрамляя кант драгоценными камушками. Иногда фотографии вешали на стену. Жизнь семьи можно было изучить, разглядывая стену.

Фотография в рамочке украсила обеденный стол. Чтобы стол стал совсем нарядный, Дима напротив фотографии разложил красивые ракушки.

– Хорошо так, папа?

– Отлично, сынок! – папа кивнул.

Дед кивнул тоже. Было непонятно: деду понравился принарядившийся стол или он кивнул просто так? Дед стал часто кивать невпопад.

Звуки подъезжающей машины всколыхнули тишину. Дед услышал их первым. Странно, ведь он почти ничего не слышал на одно ухо.

– Я не буду спать с Джиной, – пробурчал дед.

Дима и папа стремглав выскочили на улицу. У желтой машины стояла мама. Она была в белом платье.

– Невеста. – Шепнул Дима.

На переднем сидении, елозила Джина. Её лохматая голова то и дело утыкалась в лобовое стекло. Джина выглядывала Диму. Ей не терпелось пробежаться пляжем, чтобы размять лапы. На заднем сидении, отвернувшись от клетки с попугаями, сидели Муся и Нюся. Всем своим безразличием они выказывали полное равнодушие к птичкам. Все знали, и папа, и мама, и Дима, что равнодушие показное. Мама выпускала птичек полетать по комнате только тогда, когда запирала Мусю и Нюсю в другой комнате.

– Мама! Мама! – Дима прижался к маме. Дима был еще маленький мальчик. Потому, не смущаясь, обнимал мамины колени.

– Без вас плохо, – созналась мама, целуя белесую макушку сына. От жаркого южного солнца волосы его сильно выгорели. «Надень панамку». – Просил папа. Но Дима не любил панамки. Такие же панамки носила рыжая девчонка, которая кривляясь, показывала язык. Иногда язык был синий-пресиний. Бабушка Аллы часто пекла пирожки с черникой. Мама поправила на Диме футболку. Та «задралась», оголив живот.

– Вы – самые хорошие на свете. – Шепнула мама.

Папа услышал, что сказала мама. Но папа был взрослый. Потому не взялся прыгать вокруг мамы, как это сделали Джина и Дима.

В доме стало тесно. Такому обстоятельству неслыханно обрадовались все, кроме деда. Хмурясь, он предложил отпустить крикливых попугайчиков на волю.

- Они рано ложатся, поздно встают. – Сказала мама.

Мама совсем не хотела расставаться с попугайчиками. Папа тоже не хотел с ними расставаться. Но больше всего он не хотел расставаться с мамой.

– У тебя будет братик. – Заговорщицки произнесла мама, когда Дима и Джина, набегавшись, вернулись к ужину.

– Никого к себе не пущу! – громко забурчал дедушка. – Комната моя!

– Ты говорил, что он плохо слышит. – Мама обратилась к папе.

Папа расхохотался. Папа был счастлив. Он икрился, как ёлочная игрушка. На радостях папа приготовил много вкусных блюд, выбрав самые красивые картинки из поваренной книги. Еды было так много, что Джине предложили на ужин не только собачьи консервы, но и куриную грудку в грибном соусе. Объевшись, Джина завалилась дремать на веранде. В углу веранды у Джины было спальное место. Мама заблаговременно постелила для Джины на доски толстый матрас и подушку. Матрас мама вытащила из кладовки, а подушку привезла с собой из города. И игрушки для Джины тоже не забыла. У неё были личные мячики, косточки и резиновые круги. Ещё Джина отобрала у Димы плюшевого зайца. Пришлось маме захватить с собой и несколько игрушек для Димы. Мама из города везла так много вещей, что коробки и сумки, не уместившиеся в багажник, заняли место и в салоне машины. Дима сразу догадался, что у моря они пробудут долго.

– Все лето. – Подтвердила мама. – Нам нужен свежий воздух. – Мама обняла свой округлившийся живот.

Ничего не заподозрив, не заметив подвоха, Дима решил, что свежий воздух нужен Джине, Нюсе, Мусе, попугайчикам и ему. Но после ужина, получив от мамы сообщение о брате, Дима понял, что мама думает теперь не только о Джине, Нюсе, Мусе и попугайчиках.

Хорошо ли это? Сомневаясь во всём, Дима присел подле Джины. Нет ли в новостях угрозы?

Джина кряхтела. То ли от жары, то ли от обилия куриных хрящиков… За ужином Джина подъела за дедом и Димой. Шершавым языком облизала тарелки.

– Тебе повезло, Джина. На веранде прохладно. – Уверил Дима Джину. – Ветер дует с моря.

Собака, приподнявшись, принюхалась. С моря ли дует ветер? Или ещё откуда явился ветер перемен?

– Два мальчика в одном доме… – вздохнул Дима. – Будет ли мама любить меня так, как прежде? – Дима прижался к Джине. – А если мама отдаст другому мальчику все мои машинки?

В гараже у Димы было много машинок. Гараж находился под столом. Там уместились: самосвал с прицепом, грузовой автомобиль и красный пассажирский автобус.

Хлопнула дверь. На веранду вышли мама и папа. Держась за руки, они расположились в креслах.

Кресла стояли, прислонившись к деревянной стене дома. Если занять кресла днем, поверьте, многие хотели покачаться в них – и Муся, и Нюся, и дед – можно смотреть на море.

Вечером, когда кругом черно, море было лишь слышно.

Дима сразу забрался на колени к папе. Джина тоже захотела забраться на колени. Но поняв, что ничего не получится, на коленях не осталось места, тотчас заходила туда-сюда. Заскрипели половицы.

– Ночью пойдёт дождь. – Сказал папа. – Луна то показывается из-за туч, то прячется.

– Всех вас люблю. – Призналась мама. Поглаживая Джину, мама смотрела на папу. Мамины глаза лучились.

«Когда в сердце любовь, она никогда не проходит. Всё меняется вокруг, а любовь остается». Утверждала бабушка, если мама с папой ругались.

Бабушка очень волновалась за папу и маму. Еще она переживала за Диму. Меньше всего она тревожилась за деда. «Дед – кремень». Говорила бабушка о нём. Дед и вправду, был кремень. В свои восемьдесят лет он один выходил в море. Ничего не страшась, скрывался за горизонтом на маленьком судёнышке. Так он дразнил бабушку. Или еще кого? Дима не знал. Когда бабушки не стало, дед сник. Его перестало волновать море… Закрыв дом, он перебрался в город.

– Ладно. Пусть будет еще один мальчик, – вздохнув, согласился Дима. – Главное, что вы помирились.

Наступила тишина. Угомонилась Джина. Ровно задышал Дима.

– Уснул? – спросила мама у папы.

Папа кивнул.

– Он скучал без тебя. – Сказал папа. – И я скучал. Но я сильней, чем он...

Первые капли дождя упали на ступеньки дома. Быстро ступеньки сделались мокрыми.

– Я отремонтировал сарай. – Похвастался папа. – Завтра покажу.

– Сломалась газонокосилка, – пожаловалась мама. – Лужайка заросла.

«Гав. Гав!» Джина высунула голову под дождь.

«Ш-ш-ш!» Дружно на неё шикнули мама и папа.

Дождь стучал по крыше. На радостях он пел громко. «Бум-бум-бум».

Отбивая барабанную дробь, летний дождь обсуждал с морем, песком и звёздами последние новости: в мир придет новый человек.

Хорошо было слушать дождь на чердаке. Дождь был рядом.

Лежа на спине, Дима размышлял о крошечном мальчике, живущим в мамином животе. Ещё он думал о Буке и железной птице. Дима сразу догадался, что железная птица – это самолёт. Дима видел самолёты. И даже летал на них.

«Из какого мира явился Бука?» Пытался угадать Дима, прислушиваясь к каплям. Те звонко на что-то намекали.

Откуда берутся человеческие дети, Дима уже знал.

***

В маленькой хижине было тепло и уютно. Дед хорошо растопил печь. На печке сушились постиранные детские вещи. Закончив все дела, дед присел подле внука.

– Почему я здесь? – спросил Бука.

Бука был рад находиться рядом с дедушкой! Бука любил его. Еще недавно Бука думал, что они с дедушкой всегда жили вдвоём. Бука спал на печке, а дедушка на лавке у печки. Оказывается, раньше, было иначе…

– В том мире идет война. – Сообщил дедушка.

– Что такое «война»?

– Когда вокруг всё рушится – это и есть война...

О войне он кое-что знал. Покупатели, которые приходили прежде, много рассказывали об этом. Во время войны покупателей день ото дня становилось все меньше. В войну взрослые редко дарили детям игрушки. Люди, стучавшиеся в дверь после полуночи, сильно печалились, что допустили войну, охватившую полмира.

– Война – это плохо. – Догадался Бука. Дедушка утёр слезы.

– Они хотели спрятать у меня своих детей. – Сказал дедушка. – Но это было невозможно.

– Почему?

– Кого-то провести с собой и оставить в моём доме никогда не получится. – Горько вздохнул дедушка. – У многих покупателей погибли дети. И они перестали приходить. На глазах у Буки дедушка вдруг сделался маленьким и щуплым старичком. Втянув голову в плечи, он опустил вдоль тела дряблые старческие руки.

– Ты всегда был здесь?

– Сколько себя помню. – Ответил дедушка. – Этот мир мой. – Дедушка выпрямил плечи. – Я сам его создал.

– Как это? – не поверил Бука.

– Силой мысли. Мой мир может быть очень большим! – глаза дедушки засветились. – С тех пор, как появился ты, он увеличился в несколько раз.

– Он растёт! – восхитился Бука.

– Да. – Дедушка просиял.

– А почему здесь нет других мальчиков?

– Ну-у-у. – Потянул дед. Бука еще так мал. Стоит ли ему говорить правду?

Их хотели спасти. Маленьких детей запихнули в железные птицы. Чужаки думали, что железные птицы – надежная защита.

Одна железная птица, упав, раскололась, как орех. Другие железные птицы, испугавшись, вернулись домой.

- Железные птицы улетели. – Сказал дед.

– Вернулись в мир людей? – уточнил Бука.

– Нет. – Дед отрицательно повел головой. – Миров много. Не только в мире людей происходят войны. И в других мирах тоже. А иногда миры воюют друг с другом.

– Они дерутся, как чайки, которые не могут поделить рыбу?

– Именно. – Ответил дед.

– А человечек с мизинец, кто он?

Бука должен был всё узнать о ночном посетителе. Почему гость с крыльями? Отчего такой маленький? Как у маленького человечка получается говорить сильным голосом!? Но дед, подсадив Буку на печь, сказал:

– Всё. На сегодня хватит. Спи.

Бука закрыл глаза. Зажмурившись, он представлял войну. Взрослые – страшные дяди, у них были длинные усы и пустые глаза, отбирали у маленьких детей игрушки. Маленькие дети громко плакали. А взрослые дяди задорно смеялись.

«Война – это плохо». Шептал Бука во сне.

«Зря я рассказал внуку о войне». Бубнил дед себе под нос, дожидаясь первых покупателей.

В мире людей давно воцарился мир. Люди научились радоваться! Пока случилось так, сменилось не одно поколение. Дети войны не умели быть счастливыми. Даже, когда они смеялись, их души плакали.

«Покой вашему дому». – Первый покупатель произнёс правильный пароль. Дед принюхался. Считав информацию – в его мир пожаловал добрый человек – открыл дверь. Первый покупатель загляделся на плюшевых зайцев, мишек, оленей, козочек и слонов. За день дед успел сшить много игрушек. Первый покупатель выбрал синего зайца с желтыми ушами. Первый покупатель, проснувшись в мире людей, позабудет, где он был. А днём, отправившись в ближайший детский мир, выберет игрушку для сына. Человек будет думать, что именно на фабрике игрушек пошили замечательных зайцев и других плюшевых зверей. И только дед Буки будет знать, что игрушки – его рук дело.

***

«Бз-бз-бз»...

– Кто здесь? – спросил Бука.

– Звезды на месте. – Отозвался Дима.

– Тебя долго не было. – Упрекнул его друг.

– Хоронили дедушку. – Чуть слышно произнёс Дима.

Бука приобнял Диму. Он сделал это так, как дедушка обнимал его, когда Буке было скучно или страшно. Буке было страшно! Ему было страшно за всех маленьких детей, живущих в испорченных мирах.

– А мне снится война. – Признался Бука.

– Мне без дедушки плохо. – Всхлипнул Дима. – Дверь и окна заколотили досками. Дом остался. Мы уехали.

– Мой дедушка никогда не умрёт. – Предположил Бука.

– За деревьями что-то происходит! – Дима махнул в сторону лесополосы.

Бука оглянулся. Воздух вибрировал, как шторка от комаров на окне. Недавно дедушка нацепил на форточку марлевую сетку. При ветре она колыхалась.

– Мир растёт, – сообщил Бука. – Давай, посмотрим.

– Без компаса? – удивился Дима.

– Нечего бояться! – Бука запрыгал на одной ноге. Прежде Бука никогда не отходил от дома далеко. Он лишь спускался с пригорка к морю.

– Не ходи в лес. – Как-то предупредил дед.

– Почему? – удивился Бука. – Там кто-то живёт?

– Никого в лесу нет. – Дед утвердительно кивнул головой. - Сам проверял.

Несколько раз дед Буки обошел лес вдоль и поперек. Нашел семейство грибов и дикий кустарник.

– Заблудишься, ищи тебя потом…

С другом заблудиться невозможно! Весело бежать с другом!

Деревья остались за спиной. Преодолев лесополосу, Дима и Бука обнаружили ромашковую поляну. Среди ромашек можно дудеть на дудочке. На днях дед смастерил дудочку. Была она тонкая, с тремя крошечными отверстиями.

– Что там? – Дима уставился на кусты. Те «зашевелились»!

В мире, где нет войны, мальчикам нечего бояться. Ничего не страшась, Бука раздвинул колючие ветки.

Мальчишки ахнули. То, что они увидели, не укладывалось в головах. Много-много прозрачных пузырей поднимались к белым облакам. Собираясь в сложные геометрические конструкции, они выпускали тонкие блестящие нити. Пузыри никуда не улетали, словно, лететь им было некуда. Огромные пузыри – некоторые были в человеческий рост – кружились.

Если ухватиться за нить, можно подняться вверх, чтобы обозреть границы мира.

– Давай! – предложил Дима.

– Получится ли? – засомневался Бука.

С первого раза ничего не вышло. А вот со второго – Дима и Бука удачно ухватились за нити. Оторвавшись ногами от земли, взмыли к облакам.

– Я вижу дом! – радостно вскричал Бука.

– Я вижу море! – подхватил Дима.

Внизу под ногами пузырился мир.

- Как в маминой кастрюле! – восхитился Дима.

– Как в дедовом котелке! – расхохотался Бука.

– Теперь мы знаем, как растет мир! - Радовались мальчишки.

Мимо пролетали чайки. Им не было дела до детей. Чайки спешили искупаться в море. Белая пена, шипя, подбрасывала вверх маленькую рыбку.

«Бука! Ты где?» – В окно высунулась голова деда. С высоты Дима хорошо разглядел седые косматые волосы и приплюснутый нос.

– Нужно ответить, – шепнул Бука. – Иначе, станет меня искать.

«Бука! Немедленно домой!» – Прокричал дед на весь мир.

«Сейчас! Еще минутку!» – Откликнулся Бука.

Солнце закатилось за горизонт. Появилась луна. А вместе с ней и звёзды.

Желтые точки отразились в воде.

– Наши звезды отремонтировали! – обрадовался Бука.

– Ты живешь в волшебном мире! – восхитился Дима.

Друзья, держась за блестящие нити, кружили над ромашковой поляной. Если разжать руки, можно свалиться в траву.

Как только мальчики выпустили из рук блестящие нити, все пузыри исчезли.

– Спрятались. – Предположил Бука.

– Завтра мы их поищем.

Под звёздным небом Дима и Бука быстро пробирались через лесополосу.

– Дед говорит, что я – ключ. – Сообщил Бука.

– Какой ключ? – удивился Дима.

– Не знаю. – Бука пожал плечами. – Еще он говорит, что не все тайны нужно разгадывать.

– Взрослые не любопытные. – Вздохнул Дима.

– Это так. – Согласился Бука. – Очень хочу узнать, что за горизонтом. Когда стану большим, возьму компас и уйду в море.

– Построишь корабль?

– Да. – Бука кивнул. – Нужно проверить, есть ли в море мальчики-моряки. Если они там, я отдам им компас.

– А я, когда вырасту, стану лечить зайцев, черепах, лягушек, мишек. – Сообщил Дима.

– Они болеют? – удивился Бука.

В его мире были черепахи. Маленькие черепашки ползали по песку. Иногда они уходили в воду, но быстро возвращались оттуда. В песке у черепашек был дом. Буке и в голову не могло прейти, что черепашки, сидя дома, болеют.

– У нас все болеют. – Сознался Дима.

– Ваш мир нужно лечить, – подумав, произнёс Бука.

«Бука! Бука!» – Дед уже вышел на порог дома. Под яркими звездами, а те светили, словно новые лампочки, Дима увидел, что у дедушки Буки очень длинные руки. Такими руками, не поднимаясь по лестнице, можно прямо с земли ремонтировать крышу.

Крыша в доме у моря была «худая». Её часто ремонтировали. «Худую крышу, сколько ни латай, толку нет». – Ворчала бабушка. «То ей подавай новую крышу. То новый дом». – Бубнил дед.

Через «худую» крышу дождь проникал на кухню. Бабушка, ругаясь, подставляла кастрюлю. Тогда дед сравнивал бабушку со старухой, которая гоняла старика к золотой рыбке, потому что той всего было мало.

Дима смахнул набежавшие слезы. Дима скучал по бабушке и деду.

А руки у дедушки Буки укоротились!

– Ты это видел!? – изумился Дима.

– Что? – не понял Бука.

– Руки у твоего деда то растут, то уменьшаются.

– А-а-а. – Потянул Бука. – Обычные дела. – Бука кивнул. – Когда дед ищет меня, его руки удлиняются. Он уже старенький, чтобы бегать за мной.

– Ничего себе! – присвистнул Дима.

С недавних пор Дима научился свистеть. Этому его научил дед. Иногда Дима свистел просто залихватски. Дед также успел научить Диму строгать древесину и правильно насаживать наживку на крючок.

Длинные руки появились внезапно! Ощупав детскую пижаму, отпустили Диму. Потянувшись к Буке, поймали его.

– Вот ты где! – строго сказал дед Буки.

Дед стоял у хижины. Его самого – голову, ноги и туловище – хорошо было видно под звёздами. Дед Буки крутил головой влево – вправо. Глаза высматривали Буку. А руки нашли его!

– Отпусти! – запищал Бука. - Щекотно!

«Немедленно домой!» – Сурово скомандовал дед – и ушёл в дом. Дверь он не закрыл.

Бука знал, когда он войдет в дом, дед её хорошо запрёт. На замок. На засов. На крючок. Чтобы после полуночи распахнуть её перед правильным покупателем – хорошим человеком.

– Мне пора. – Сказал Бука.

«Бз-бз». Закрутились лопасти вертушки. Заискрились под луной и звёздами красные боты малыша Буки. Быстро нёсся он в сторону хижины.

«Только пятки сверкают». Так говорила бабушка, когда Дима бегал по пляжу.

Исчезли последние искры от бот.

Дима проснулся.

– А я знаю, как растёт мир. – Сообщил Дима Джине. Та радостно вильнула хвостом. Как же Джина долго его ждала! Всю ночь и немного утром! Наконец друг, с которым можно играть и бегать, проснулся!

– Вначале появляются пузырьки. Потом они собираются в конструкции. Из конструкций что-то получается. Мир строится из пузырей. – Пока Дима умывался и завтракал, Джина внимательно слушала его. Потом она потащила Диму на улицу. Пора-пора взбодриться! Что-то откопать. Кого-то поймать. Чего-то сгрызть.

«Не выходите за калитку». Просила мама, собираясь в больницу. Вместе с мамой уехал и папа.

Новый день! Новое утро! Нюся и Муся валялись на жухлой траве. В мир людей пришла осень.