Ангел Смерти

Глава 12

Максим

Утро началось не с будильника, а с луча солнца, который пробился сквозь щель в шторах и ударил мне прямо в глаза. Но даже сквозь резь в глазах я не мог думать ни о чем, кроме нее. Виталина. Ее образ стоял перед глазами ярче любой реальности: взгляд, улыбка, то, как она сидела вчера на коленях у Дани.

В дверь постучали резко и требовательно.

– Макс, подъем! – голос Миши был бодрым, слишком бодрым для этого времени суток.

Я открыл дверь, щурясь от света. Миша стоял в спортивной форме, уже готовый к бою.

– Через десять минут сбор в зале. Не опаздывать.

– Миш, ты серьезно? – я потер лицо, чувствуя, как мышцы ныют после вчерашнего. – Который час?

– Семь утра. Самое время для продуктивного начала дня.

– Семь? – я посмотрел на часы. – Вы там все с ума сошли?

– Вита так решила, – просто ответил он и ушел, оставив меня наедине с неизбежностью.

Нехотя я поднялся с кровати. Каждое движение отзывалось глухой болью в теле. Одевшись в первое попавшееся спортивное, я спустился вниз. В зале уже собрались все. Кроме Германа. Конечно, опять этот лентяй не изволил потрудиться с утра. Я оглядел ребят – у всех на лицах была такая же гримаса боли, как у меня. Вчерашняя тренировка прошла не даром.

И тут двери распахнулись, и вошла она.

Вита была в черных коротких шортиках и спортивном лифчике, открывающем плоский живот. Это было незаконно. Быть настолько привлекательной в семь утра, когда у всех вокруг мешки под глазами и забитые мышцы. От нее невозможно было оторвать глаз. Я поймал себя на том, что взгляд скользит по линиям ее тела, и тут же одернул себя.

Боковым зрением я заметил Кирилла. Он стоял у стены, и его взгляд… Это была не просто оценка. В его глазах плескалась сплошная похоть, липкая и грязная. Он облизался, провожая ее глазами. Меня накрыло волной такой ярости, что хотелось подойти и просто выдавить ему глаза, чтобы он больше никогда не смотрел на нее таким образом. Она моя. Мысль вспыхнула внезапно и обожгла сознание.

Вита встала рядом с Мишей и Сашей, они о чем-то тихо обсуждали, кивая. Через минуту в зал зашел Герман. Выглядел он паршиво: лицо землистое, под глазами синяки, движения заторможенные. Не выспавшийся, вероятно, после вчерашнего. Он молча встал между мной и Антоном, все его тело было напряжено, словно он ожидал удара.

Саша отошла на место, и теперь Миша и Вита стояли перед нами строем. Вита повернула голову к Герману. Уголок ее губ дрогнул в ухмылке. Она медленно, демонстративно облизала свои губки.

– Выспался, сладкий? – ее голос был бархатным, но в нем звенела сталь.

Герман поморщился, потирая шею.

– Еще одна такая ночь, и я тебя точно прибью, Вит, серьезно.

– Обещаешь? – она сделала шаг к нему, сокращая дистанцию. – Или снова будешь стонать и просить пощады?

– Ты сама знаешь, чем это заканчивается, – Герман ответил ей тем же тоном, в воздухе повисло напряжение, густое от невысказанного. Их разговор превращался в откровенный флирт, игнорирующий всех нас вокруг.

Меня это взбесило. Я не смог сдержаться.

– Может, хватит спектакля? – мой голос прозвучал резко, разрезая тишину. – Мы здесь тренироваться собрались или на ваш роман смотреть?

Вита медленно повернула голову ко мне. Ее взгляд был холодным, но в глубине зрачков мелькнуло что-то опасное. Герман лишь усмехнулся, глядя в пол.

– Ревнуешь, Макс? – тихо спросила Вита.

– Я беспокоюсь о продуктивности, – огрызнулся я.

– Тогда придержи язык, – отрезала она и повернулась к группе. – Миша, начинай.

Миша кашлянул, снимая напряжение.

– Сегодня будет легкая тренировка. Сначала разогрев. Потом встанете в пары. Будете импровизировать танец под музыку.

– Танец? – переспросил кто-то из ребят.

– Да, – кивнула Вита. – Без разницы, что вы будете исполнять. Вальс, хип-хоп, хоть кузнечика. Главное – научиться читать движение партнера. чувствовать его центр тяжести, дыхание, намерение. Это основа совместной работы в поле.

После разминки Вита включила музыку. Ритмичный, глубокий бит заполнил зал. Она, Данила и Сережа встали в центре.

То, что началось дальше, заворожило. Это не было заученной хореографией.

Они взаимодействовали друг с другом, то сливаясь в пары, то расходясь в соло. Вита делала резкий выпад, Данила мгновенно подхватывал ее инерцию, переводя в вращение. Сережа входил в круг, отдавая контроль Вите, она принимала его и передавала дальше. Они постоянно следили друг за другом, повторяли движения, предугадывали шаги. Это выглядело как единый организм. Я смотрел на руки Данилы, лежащие на талии Виты, и сжимал кулаки так, что ногти впивались в ладони.

После этого Миша начал менять нам пары. Я оказался в паре с Дакотой. Мы пытались двигаться, но после минутного наблюдения за центром это казалось неуклюжим.

Вита же вышла на ринг, взяла со стойки длинную деревянную палку для боев и кивнула Герману.

– Герман. Ко мне.

Тот тяжело вздохнул, застонал и прирекался:

– Вита, ну пожалуйста, сегодня я не в форме. Пощади старика.

– Встань в стойку, – приказала она без тени улыбки.

Герман поплелся к ней. Я наблюдал, затаив дыхание. Она методично наносила ему удары палкой – по ногам, по корпусу, по рукам. Он пытался отобрать эту палку, делал выпады, но она была быстрее. Она читала его движения так же легко, как в танце. Каждый его попытка заканчивалась ударом. Только когда он валится без сил на маты, тяжело дыша, она оставила его в покое. Даже не проверила, как он. Просто развернулась и встала на беговую дорожку, увеличивая темп, словно ничего не произошло.

После тренировки я почти бегом отправился в душ. Нужно было смыть с себя пот и эту навязчивую злость. На завтрак я пришел одним из последних.

***

Картина повторилась. Вита, свежая и невозмутимая, села на колени к Даниле. Тот сразу обнял ее, зарываясь лицом в ее волосы, и поцеловал в шею. Она не обращала внимания, спокойно накладывая себе еду, словно это было самое обычное дело. Мне хотелось встать, подойти и раздавить его, чтобы он не смел ее трогать. Чтобы его руки исчезли.

Кирилл, сидящий напротив, видимо, решил, что ему мало вчерашнего.

– Удобно устроилась, Виталина, – произнес он с ухмылкой, глядя на нее поверх ложки. – Не устанешь там? Или у тебя уже выработался иммунитет к распутству?

Вилка в моей руке согнулась.

Вита медленно подняла глаза. Ее взгляд был таким холодным, что казалось, температура в столовой упала на десять градусов. Она не ответила ему сразу. Спокойно отложила прибор, вытерла губы салфеткой.

– Миша, – позвала она, не повышая голоса.

Миша тут же откликнулся, возникнув словно из воздуха:

– Да, Вита?

– После завтрака проведи с Кириллом психологическую тренировку. Полную диагностику. И коррекцию поведения.

Кирилл побледнел.

– Ты чего? Я просто пошу…

– Молчать, – отрезала она.

Полина посмотрела на Кирилла с сочувствием, понимая, что «психологическая тренировка» у Миши – это больно. Саша злорадно ухмыльнулась. Дакота покачала головой:

– Сам напросился, Кир.

Сережа, Рома и Борис лишь ухмыльнулись, явно зная, что лучше не злить хозяйку.

После завтрака Вита раздала указания своим сотрудникам. Через десять минут она уехала с Даней в черном внедорожнике. В особняке остались мы – группировка ЕЕО, Дакота и Полина.

Герман, наконец оправившийся после палки, собрал нас в конференц-зале.

– Так, – он разложил перед нами планшеты. – Пока Виты нет, работаем. Вот ресурсы, которые нужно проверить. Вот контакты, с которыми нужно связаться. Узнайте все о передвижениях в секторе Б. Время не ждет.

Мы сели за работу. Часы летели незаметно за мониторами и звонками.

***

Наступил ужин. Виты снова не было. Стол ломился от еды, но аппетита ни у кого не было. Мы сидели, ожидая. Под конец ужина, когда уже начали расходиться, двери распахнулись.

Вошла Вита. Рядом с ней шел мужчина. Высокий, темноволосый, в дорогом костюме.

– Добрый вечер, дамы и господа, – произнес он приятным баритоном, кивнув нам.

Никто не ответил. Вита посмотрела на Полину.

– Полина, ты со мной.

Полина молча встала и пошла за мужчиной. Они направились в комнату Виты.

Я почувствовал, как вся ее «элита» напряглась. Даня сжал челюсти, Герман нахмурился. Я же пытался понять, что происходит. Кто этот человек? Почему Полина, которая только вчера боялась собственной тени, пошла за ним без вопросов?

Вита остановилась в дверях, обернулась к своим бойцам.

– В «Сайгон» сегодня БДСМ-оргия, – объявила она буднично, словно говорила о погоде. – Нам нужно развлечься. Желающие могут присоединиться.

Она развернулась и ушла, закрыв за собой дверь.

Ее ребята – Даня, Борис, Дакота, Рома, Саша, Рома, Таня, Сережа, и Рада – тут же вскочили из-за стола и спешно последовали за ней.

Мы сидели в шоке. Тишина в столовой была звонкой.

– БДСМ… оргия? – переспросил Антон, округлив глаза.

Один Герман, уже на ходу застегивая пиджак, выглядел так, как будто это в порядке вещей. Он остановился у двери и посмотрел на нас.

– Собирайтесь, – сказал он твердо. – Мы едем с ней. Всем составом.

– Зачем? – вырвалось у меня.

Герман усмехнулся, и в этой усмешке было что-то пугающее.

– Затем, что когда Вита зовет на охоту, никто не остается в клетке. Двигайтесь.

Глава 13

Виталина

Как только я объявила о мероприятии в «Сайгоне», в мою комнату буквально ворвались мои ребята. Даня первым переступил порог, его лицо было искажено беспокойством.

– Вита, ты серьезно? – начал он, нервно потирая руки. – Это слишком опасно. Мы можем найти другой способ собрать информацию.

– Даня прав, – поддержал его Сережа, входя следом. – Эти люди… они не просто преступники. Они монстры. Торговля живым товаром… Если они тебя раскусят…

– Меня не раскусят, – отрезала я, проверяя макияж в зеркале. – Я делаю это не в первый раз.

– Но в прошлый раз тебя чуть не убили! – воскликнула Дакота, стоя в дверях. – Вита, пожалуйста, дай нам пойти вместо тебя.

Я повернулась к ним, скрестив руки на груди.

– Нет. Нам нужно собрать максимум информации о тех, кто продает девушек и детей в секс-рабство, и о покупателях. Идеальное место для этого – там, где они чувствуют себя спокойно, расслабленно. Где они говорят лишнее. И я могу быть близко и оставаться незамеченной. Это мой профиль.

В комнате повисла тишина. Наконец, Борис вздохнул:

– Ладно. Но мы идем с тобой.

– Конечно, – кивнула я. – Едет Полина, Таня, Борис. И Дем.

Дем, мой хороший товарищ и один из замов, который держит под контролем власть и бизнес в другой стране, прислонился к косяку двери, улыбаясь:

– Давно я не был на таких вечеринках. Соскучился.

– Ты там для прикрытия, – напомнила я, но улыбнулась в ответ.

Все разошлись по комнатам собираться. Я открыла шкаф и достала то, что приготовила заранее. Черное кружевное белье, откровенное и сексуальное. Шортики для тверка, которые оставляли попку практически открытой. Обязательный атрибут – гартер, кожаный черный чокер на шею. Черные чулки и туфли на высоком каблуке, от которых уже ныли ноги при одной мысли. Поверх я накинула длинный черный плащ, скрывающий все это безобразие.

Когда я спустилась вниз, Полина и Таня уже ждали – они были одеты так же, как я, и выглядели невероятно. Борис и Дем выбрали другой стиль: спортивные штаны и бомберы на голое тело – минимализм и удобство.

Следом за мной появился Герман со своими бойцами. Миша, как всегда организованный, подошел ко всем с небольшой коробочкой.

– Так, внимание, – начал он, раздавая микро-наушники. – Это новые модели, практически невидимые. Вставляете вот так… – он показал ЕЕО-шникам, как правильно разместить устройство. – Работают на одной частоте. Я буду на связи, координировать. Если что-то пойдет не так – говорите кодовое слово «Вирзус». Поняли?

Все закивали. Кирилл, стоящий в стороне, фыркнул:

– Только не надо, чтобы я слушал, как она будет с кем-то трахаться. У меня и так нервы не железные.

Дем, стоящий рядом, даже не моргнул. Он сделал быстрый шаг, замахнулся и со всего размаху дал Кириллу кулаком в лицо. Тот отлетел на шаг, схватившись за нос.

– Послушай меня внимательно, ублюдок, – голос Дема был тихим, но леденящим. – Вита – наш лидер. Она делает то, что должна. Если я еще раз услышу от тебя хоть слово неуважения в ее адрес, я тебе язык вырву и заставлю сожрать. Понял, мразь?

Кирилл, держась за окровавленный нос, лишь кивнул, не в силах вымолвить ни слова.

Тем временем подъехали машины с водителями. Мы распределились по автомобилям и поехали. По дороге я еще раз объяснила всем:

– Слушайте внимательно. Мы едем чисто для сбора любой полезной информации. Имена, связи, планы, маршруты – все, что сможете услышать. Участвовать в оргии не нужно, разве только по собственному желанию, но не советую терять бдительность. Мы работаем. Все поняли?

– Поняли, – хором ответили они.

***

Мы подъехали к клубу «Сайгон» – элитному заведению, где собирались те, кто считал себя выше закона. Спокойно прошли через черный вход, показав охраннику специальные метки.

Как только я сняла плащ и отдала его гардеробщику, я почувствовала на себе взгляд. Тяжелый, обжигающий. Я обернулась и встретилась глазами с Максом. Он смотрел так, будто готов был съесть меня на месте. В его взгляде читалась смесь восхищения, ярости и чего-то темного, первобытного.

Я ухмыльнулась, чувствуя, как по телу разливается тепло, и пошла дальше.

Но не успела я сделать и трех шагов, как сильная рука схватила меня за запястье и притянула к твердому телу. Макс прижал меня к стене в тени коридора, его глаза горели в полумраке.

– Ты очень красивая, – прошептал он хрипло, его дыхание обжигало мою кожу. – Слишком красивая для этого места.

– Я справлюсь, – попыталась я отстраниться, но он лишь крепче прижал меня к себе.

– Если кто-то тронет тебя… – его голос стал опасным, низким рычанием, – я устрою здесь кровавую баню. Клянусь, Вита, я перережу глотки каждому, кто посмотрит на тебя не так.

Он наклонился и поцеловал меня в шею – горячо, собственнически, оставляя мурашки на коже. А потом так же внезапно отпустил и ушел, растворившись в толпе.

Я осталась стоять, прижавшись спиной к холодной стене, в полном ступоре. Сердце колотилось как бешеное. Я не могла понять, что именно чувствую – страх, злость, возмущение? Нет. Определенно, это было возбуждение. Темное, запретное, опасное возбуждение.

***

Все шло по плану. Мы распределились по залу – кто-то у барной стойки, кто-то в VIP-зоне, кто-то танцевал. Я заняла место в полумраке ложа, откуда было все видно. В микрофон тихо поступали сообщения:

– Вижу группу из трех человек у дальнего стола, обсуждают поставку из Восточной Европы, – шепотом говорил Борис.

– Записала, – отвечала я.

Полина передавала имена, Таня – номера телефонов, которые видела в экранах. За пару часов мы собрали достаточно информации, чтобы начать серьезное расследование. Я уже решила, что можем сваливать, как вдруг мой взгляд зацепил знакомую фигуру у бара.

Рони.

Он руководил мини-ОПГ, состоящей из зэков – жестких, непредсказуемых, но удивительно честных в своем криминальном мире. Мы были знакомы уже давно, и наши пути пересекались не раз.

Пробираясь через весь зал, уклоняясь от цепких рук и назойливых взглядов, я дошла до него.

– Рони, – позвала я, кладя руку ему на плечо.

Он обернулся, и его лицо расплылось в широкой улыбке.

– Витка! Давно не виделись, детка! – он обнял меня, крепко, по-братски. – Как жизнь? Все еще спасаешь мир?

– Пытаюсь, – улыбнулась я в ответ. – А ты все еще водишь компанию с уголовниками?

– А как иначе? – он рассмеялся, сверкнув золотой коронкой. – Они мои люди. Верные. Слушай, а что ты здесь делаешь? Не твой формат, вроде.

– Работа, – уклончиво ответила я. – Собираю информацию.

– Понятно, – он кивнул, не став расспрашивать дальше. Рони умел хранить секреты. – Слушай, а помнишь, как мы гоняли прошлым летом? На той трассе за городом?

– Помню, – улыбнулась я. – Ты тогда чуть не врезался в отбойник.

– Эй, это было стратегическое маневрирование! – он рассмеялся. – Короче, я сегодня на тачке, красная Шевроле, прокачанная как надо. Не хочешь прокатиться? Вспомним молодость?

Я задумалась на секунду. С одной стороны, нужно было возвращаться. С другой… Рони был надежным, и гонки – это то, что помогало мне сбросить напряжение.

– Давай, – кивнула я. – Только через десять минут. Мне нужно ребят предупредить.

– Договорились! – он чокнулся со мной бокалом. – Жду у выхода. И Витка… рад тебя видеть.

– И я тебя, Рони.

***

Приняв приглашение Рони погонять, я пошла искать ребят. Мы договорились встретиться у выхода.

– Нам пора уходить, – сообщила я, когда все собрались. – Информации достаточно.

Мы вышли на улицу, в прохладный ночной воздух. Я повернулась к Дему и Полине:

– Меня не будет ночью. Вы езжайте без меня.

Они напряглись мгновенно. Полина нахмурилась:

– Вита, ты уверена?

– Да, – кивнула я. – Это важно. И это безопасно. Рони – свой человек.

Дем вздохнул, но кивнул. Они знали меня и доверяли.

– Ладно. Только будь осторожной, ладно? – попросила Полина, обнимая меня. – И будь на связи.

– Обещаю.

Герман подошел следующим. Он обнял меня, прижал к себе на секунду, а потом наклонился и шепнул на ухо:

– Если Рони попробует что-то лишнее, я знаю, где он живет. И у меня есть отличная лопата.

Я рассмеялась, несмотря на напряжение.

– Спасибо, Герман. Учту.

Он поцеловал меня в щечку и отошел, махнув рукой.

И тут я увидела Макса.

Он стоял чуть в стороне, облокотившись на машину, и смотрел на меня так, будто я предала его. В его глазах была такая боль и ярость, что мне стало не по себе. Он был зол, в ярости, и я понимала – эта злость направлена не только на ситуацию, но и на меня.

Герман, заметив это, подошел ко мне ближе и незаметно дал знак рукой: «Не беспокойся». Он все контролировал.

Кирилл, стоящий рядом, открыл рот, явно желая что-то сказать, но Захар предостерегающе посмотрел на него, и Кирилл закрыл рот, отвернувшись.

Все разъехались, и я направилась к Рони.

***

Он уже ждал у авто – красная Шевроле Camaro, которая ревела, как разъяренный зверь. Рони стоял, прислонившись к капоту, и курил.

– О, явилась! – улыбнулся он, увидев меня. – Держи, надень.

Он кинул мне свою объемную черную худи. Я поймала ее и увидела, что она доходила бы мне до середины бедер. Я сняла свой плащ, оставшись в своем откровенном наряде, и быстро надела худи. Ткань пахла табаком, бензином и свободой.

– Лучше, – одобрил Рони. – А то тут всякие извращенцы крутятся. Не хочу, чтобы на мою подругу пялились.

Я рассмеялась и села в машину. Салон был прокачан – мощная аудиосистема, спортивные сиденья, запах кожи и адреналина.

– Ну что, погнали? – Рони завел мотор, и машина взревела.

Мы выехали на трассу. По дороге мы много смеялись, пели песни под рев мотора и разговаривали.

– Помнишь, как мы тогда с ментами гонялись? – кричал Рони, перекрикивая музыку.

– Как забудешь! – смеялась я. – Ты тогда чуть нас всех не подставил!

– Эй, это был гениальный план! – он рассмеялся. – Просто исполнение подкачало!

– Исполнение подкачало? – я толкнула его в плечо. – Ты забыл повернуть на нужной улице!

– Навигатор глюканул! – защищался он, смеясь. – Ладно, признаю, был не прав. Но зато как прокатились!

– Да, это было эпично, – согласилась я, глядя на мелькающие огни города. – Скучаю по таким временам.

– А кто не скучает? – Рони стал серьезнее. – Слушай, Вита… ты осторожнее там, со своими делами. Эти типы… они не играют по правилам.

– Я знаю, – тихо ответила я. – Но кто-то же должен.

– Ты всегда была героем, – он усмехнулся. – Даже когда не хотела.

После прибытия на трассу Рони вписал нас в список заезда. Мы были пятыми. Время пролетело быстро – мы болтали, шутили, настраивали машину. И вот мы уже подъехали к старту.

Атмосфера на трассе была электризующей. Вокруг ревели моторы, кричали болельщики, пахло жженой резиной и бензином. Фонари освещали асфальт, на котором уже виднелись следы от шин. Гонщики нервничали, газуя на старте.

– Готова? – спросил Рони, сжимая руль.

– Всегда, – ответила я, пристегиваясь.

Раз… Два… Три!

И мы погнали вперед. Машина рванула с места, вдавливая нас в сиденья. Соперник нам достался достойный – какой-то местный гонщик на модном спорткаре. Он шел впереди, пытаясь нас сбросить.

– Не дам! – прорычал Рони, мастерски входя в поворот.

Он вел машину как продолжение своего тела. Каждый маневр был выверен, каждое движение точно. Мы шли бок о бок с соперником, но Рони был лучшим гонщиком. На последнем круге он нашел идеальную траекторию и вырвался вперед.

Победа была за нами!

Мы пересекли финишную черту первыми, и Рони поднял руки в победном жесте.

– Вот это да! – кричал он. – Мы сделали это, Витка!

– Ты сделал это! – смеялась я. – Ты гений!

После гонок Рони отвез меня в мою квартиру в городе. Мы распрощались теплыми объятиями.

– Заезжай как-нибудь еще, – сказал он. – Погоняем.

– Обязательно, – пообещала я.

Вернувшись в квартиру, я приняла горячую ванну, смывая с себя усталость, напряжение и запах ночного клуба. Вода была горячей, расслабляющей. Я закрыла глаза, позволяя теплу проникнуть в каждую мышцу.

Сегодня был долгий день. Много информации, много эмоций, много опасностей. Но мы справились.

Я легла спать, и сон пришел быстро – тяжелый, без сновидений. Завтра будет новый день. Новые вызовы. Новые битвы.

Но сегодня я могла отдохнуть.

Глава 14

Максим

Ночь тянулась бесконечно, как резиновая лента, готовая вот-вот лопнуть от натяжения. Я ворочался на жесткой кровати, слушая тиканье часов в коридоре. Каждую минуту я ожидал услышать скрип входной двери, шаги, её запах – ваниль и сталь. Но ничего не было.

Вита не вернулась.

Вместо этого в голове крутилась навязчивая мысль о вчерашнем вечере. Она просто отправила нас по домам, а сама осталась.

С ним.

С Рони.

Кто это, черт возьми, такой? Почему она смотрела на него так, как никогда не смотрела на меня?

Я пытался допытаться у Германа, когда мы расходились.

– Где она? – спросил я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Герман даже не обернулся, его силуэт растворился в полумраке коридора.

– Тебе не о чем беспокоиться, Максим. Спи. Завтра тренировка в семь.

– Но она одна с каким-то типом…

– Я сказал: спи, – отрезал он, и в его голосе прозвучала такая ледяная нотка, что дальнейшие вопросы застряли в горле.

Семь утра. Я стоял в зале уже двадцать минут. Мешок для бокса раскачивался от моих ударов, но облегчения не было. Костяшки побелели, дыхание сбилось, а её всё не было.

– Она придет? – спросил я у Миши, когда тот сверился с планшетом.

– Список присутствующих не твое дело, – буркнул он. – Работай ногами.

К концу тренировки я был на взводе. Ярость кипела в венах, смешиваясь с липким, удушающим страхом. А что, если она не придет вообще? А что, если этот Рони…

Мы переместились в столовую. Завтрак уже был в разгаре. Элита расселась за длинным столом, лениво перекидываясь фразами. Я сидел, ковыряя вилкой яичницу, и каждые десять секунд смотрел на вход.

Двери распахнулись ровно к середине трапезы.

Вита вошла, и воздух в помещении словно стал гуще. Она выглядела… сияющей. На ней было короткое платье-рубашка белого цвета, перехваченное тонким черным поясом, подчеркивающим талию. Волосы собраны в высокий, тугой хвост, но несколько прядей небрежно выпущены у лица, обрамляя его. Минимум макияжа, только тушь и блеск. На ногах – белые босоножки на плоском ходу.

Она улыбалась. Легко, непринужденно. Счастливо.

Меня скрутило. Физически скрутило от боли в груди. Эта улыбка… Она не для меня. Она такая, потому что ночь прошла хорошо. С другим.

– Доброе утро, головорезы, – её голос прозвучал звонко.

Она прошла мимо меня, даже не взглянув в мою сторону, и направилась к Дему. Тот, лениво улыбаясь, отодвинул стул, но Вита не села. Она просто шагнула к нему, и Дем, не говоря ни слова, притянул её к себе. Она опустилась к нему на колени, как это было самым естественным делом в мире.