Жуть в человейнике

Жуть в человейнике

Виталий Осокин

© Виталий Осокин, 2026

ISBN 978-5-0069-3289-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1

Феликс большой и страшный вышел из квартиры, громко хлопнул металлической дверью. Он был голый. Только на стопах его были шлёпанцы. Феликс страшно заорал, как Кинг-Конг. Он ходил по длинному коридору и кричал:

– Кто настучал на меня ментам?! Выходи, падла! Я тебя отымею во все дырки!

И он снова заорал, как бешеный зверь.

Время только перевалило за одиннадцать часов ночи. Дело происходило на двенадцатом этаже двадцатипятиэтажного дома на востоке Москвы. Этот дом с виду представлял из себя обычный человейник: коробка с квадратными оконцами, с фасадом из серых и коричневых больших прямоугольников.

Семья Зайцевых жила через одну квартиру слева от Феликса. Четыре человека ютились в однокомнатной квартире. Главе семейства Захару Зайцеву было тридцать лет. Он работал инженером в частной фирме, которая сотрудничала с большими московскими компаниями. Его жена Анна учительница русского языка и литературы работала в одной из московских школ.

Анна сидела за письменным столом, проверяя тетрадки учеников, и то и дело вздрагивала от криков и воплей Феликса. Захар лежал в кровати и ворочался. Он не спал. Дети: восьмилетняя Алёна и шестилетний Егор тоже не могли уснуть. Они лежали в двухъярусной кровати сбоку от окна.

У Захара были чуть длинные тёмные волосы и бородка с усами. Он встал с кровати, надел очки, вставил стопы в тапочки. На нём была голубая пижама.

– Ты чего, Захар? – встревожилась Анна.

– Хочу поговорить с этим недочеловеком.

Анна вскочила из-за стола и преградила путь мужу.

– Я тебя прошу, не надо. Он изувечит тебя. Это же зверь, а не человек.

– Дорогая, я умею разговаривать с людьми, которые даже, по сути своей, не люди вовсе. Поверь мне.

Анна отступила.

Захар вышел в коридор. В этот момент Феликс шёл от него, сверкая своими белыми булками.

– Феликс, – окликнул его Захар.

Феликс развернулся.

У него были короткие светлые кудрявые волосы, нос крючком и серые глаза. Голова его была непропорционально меньше остального туловища.

– Чего тебе? – откликнулся он.

– Давай прекращай тут балаган. Люди спать хотят. Завтра на работу всем.

– Чего ты сказал, чучело?

– Хватит, Феликс. Будь человеком.

– Это ты меня сдал ментам? Это ты настучал на меня в тот раз?

– Нет, Феликс. Я не такой человек. У нас в семье не принято было никогда стучать ни на кого, даже в самых неприятных ситуациях.

– От чего у тебя глаза бегают? А ну-ка сними очки.

– Зачем, Феликс?

– Я сказал, сними.

Захар снял очки и получил два мощных удара кулаками по физиономии. Сначала с левой, а потом с правой. На минуту он потерял сознание. Очнулся Захар на полу коридора и услышал, как захлопывается дверь. Феликс вернулся в своё логово. Захар стал, отряхнулся, поднял очки, надел их и поплёлся в свою квартиру.

Со стороны площадки у лифта что-то блеснуло. Захар механически повернул голову в ту сторону. На него глядело нечто похожее на силуэт золотистого цвета, почти прозрачный, невысокого роста. Захар помотал головой, закрыл глаза и снова открыл. Видение исчезло.

2

Рассветало.

Иван и Оля пробудились одновременно. Они мирно дремали в объятиях друг друга. Оба потянулись и улыбнулись. Иван встал, подошёл к окну.

– Я так редко наблюдал рассвет из окна своей квартиры, – признался он, привыкший рано вставать и уезжать на работу.

Ивану было двадцать пять лет, а Оле двадцать. У Ивана было несколько вытянутое лицо с простыми чертами и русые волосы. Оля была миловидной блондинкой.

Они были мужем и женой уже два года. Квартиру купили в ипотеку: платили по девяносто тысяч рублей в месяц. Чтобы оплатить большую часть стоимости квартиры, им пришлось продать две квартиры: одну бабушки Оли, другую матери Ивана, ещё дачу отца Ивана, ещё родители Ивана дали один миллион своих скоплений. Иван занимался отделкой квартир и мелким ремонтом. Оля работала парикмахером. У неё был выходной день. У Ивана не было заказов с прошлого дня, и это был второй его свободный день.

Утром Иван и Оля положили линолеум на кухне и в прихожей. Иван приладил плинтуса.

По радио звучала современная музыка.

В полдень сели обедать. Оля приготовила щи ещё накануне. На второе она сварила пельмени.

Ели, когда Оля заметила:

– Ты какой-то грустный.

– Тебе показалось.

– Я вижу тебе что-то тут не нравится.

– А тебе тут всё нравится?

– Конечно, это же Москва – центр Вселенной. Все сюда стремятся. А мы уже тут.

– А Феликс?

– А что Феликс?

– Тебя устраивает то, что он творит здесь периодически?

– Но это же не навсегда. Его когда-нибудь посадят, и, скорее всего, его убьют в тюрьме. Такие люди долго не живут на свете.

– Мне бы твой оптимизм.

– Тебе почему-то совсем не звонят.

– Ничего, так бывает: 2—3 дня передышки мне тоже не помешает.

– А, если это затянется.

– Я куда-нибудь устроюсь. В Москве работы полно.

– Может быть стоит уже сейчас поискать?

– Что ты предлагаешь?

– Какую-нибудь крупную компанию: «Мосводоканал» или «Мосэнерго». Тебя везде возьмут. Можно даже на стройку.

– На стройку? Спасибо не хочу. Уже поработал когда-то. Не переживай, у нас ещё есть деньги.

– Я не переживаю. Я верю в тебя.

Оля положила ладонь на ладонь Ивана.

3

Офис авиакомпании «Стрелец-авиа» представлял собой длинный коридор с белыми стенами и матово-серым полом. Двери в кабинеты были голубого цвета. У входа в офис расположился ресепшен. Около него на стульях сидели два работника фирмы Захара в серых спецовках Андрей и Серёга. Сам Захар ходил из стороны в сторону. Они сделали всю проводку в офисе. Офис готовился к открытию. Входная дверь скрипнула. Вошёл Шеин – генеральный директор фирмы Захара. Он был весь квадратный с физиономией, о которой в народе обычно говорят, что такая хлеборезка просит кирпича.

– Владимир Георгиевич, мы всё сделали. На два дня раньше, как вы просили. Можете посмотреть, – обратился к шефу подобострастным тоном Захар.

Они пошли смотреть кабинеты и помещения.

– Всё соответствует чертежам и плану? – строго спросил Шеин.

– Конечно, можете проверить.

Захар дал шефу файл с документацией. Тот повертел её в руках и сказал:

– Ладно, я верю тебе.

– Владимир Георгиевич, мы пахали допоздна, старались.

– Я рад за вас.

Шеин направился к выходу. Захар семенил за ним.

– Владимир Георгиевич, вы обещали мне место вашего зама и зп в триста ка.

– Обещал? Когда это?

– Ещё неделю назад. Вы сказали, если мы закончим к сегодняшнему дню, то я получу всё это.

Шеин остановился, вздохнул, хлопнул рукой Захара по предплечью.

– Обещал. Да, но обстоятельства изменились.

– Как изменились?

– Так. Эту должность уже я отдал другому человеку. Он связан с большими людьми, которым я не могу отказать.

– Но так не честно! – Захар едва не завизжал.

Шеин усмехнулся.

– Заплачь ещё, девочка. Поднимайся на два этажа выше. Будете делать проводку в офисе компании по производству кухонного оборудования. План я тебе пришлю. Посмотри всё, сделай смету.

И Шеин ушёл.

Захар стал, как вкопанный.

– Всё нормально?

К нему подошёл Серёга.

– Ага.

Захар пошёл.

– А нам, что делать? – спросил его Серёга.

– Выходной.

Захар на метро приехал домой. Время близилось к обеду. Захар вошёл в пустую квартиру, снял верхнюю одежду и упал на заправленную кровать в рубашке и брюках. Противно верещал телефон. Звонил и писал Шеин. Захар не отвечал ему. Козлина. Захар вошёл в состояние лёгкой дрëмы. Ему показалось, что перед ним посреди комнаты мерцал знакомый золотистый силуэт, который он уже где-то видел. Это мерцающее нечто словно бросилось на него и тут же исчезло. Захар шире открыл глаза. Он не понимал, дремал он или бодрствовал. Если это нечто направилось на него, оно должно было наткнуться на него или проникнуть в него, но он ничего не чувствовал. Неужели он бредит? Нельзя так работать, надо больше отдыхать. Ему хотелось спать, но тревожная мысль о том, что он скажет жене, когда та придёт, не давала ему покоя. И всё же он уснул.

4

Два интеллигентного вида человека шли по направлению к коричнево-серому двадцатипятиэтажному дому. Один был высокий – журналист Неделин. Второй малого роста с чёрной береткой на голове – малоизвестный поэт Курицын.

– Эка, куда забрался наш друг Капустин, ты только погляди на эти каменные джунгли, – сказал Неделин.

– Эти высотки повсюду. Атмосфера адская, – оценил Курицын.

– И надо было продать квартиру на Арбате, чтобы переехать сюда? Он всегда был странный.

Они шли к приятелю художнику Капустину.

Капустин жил на двенадцатом этаже. У него была маленькая однокомнатная квартира. Вся комната его была заставлена картинами. У стены стоял мольберт с большим листом, на котором была изображена поляна. На поляне горел костёр, у которого собрались древние люди. Неделин и Капустин изучали творение приятеля. Капустин пришёл в комнату с бокалом красного вина в руке. Он был одет в серый балдахин, в котором был похож на человека из античного мира. У него было смешное лицо и длинные светлые волосы.

– Ты перешёл в реализм? – спросил Курицын.

Хозяин квартиры сел на стул, закинул ногу на ногу.

– Тебе не нравится?

– Нормально, но когда ты рисовал женские влагалища а виде кошельков тоже было прикольно.

– А что есть реальность по вашему? – пустился в философствование Капустин.

– Иллюзия? Матрица? – попробовал угадать Неделин.

– И ты прав, друг. Это всё выдумка, мираж, а настоящее, самое важное не видно глазу.

Неделин сел на стул и заметил:

– Я вижу, дружище, ты опять погрузился в мистику и эзотерику. На фига ты тут купил квартиру? Я не понимаю, как можно променять Арбат на это вот.

Капустин вскочил со стула.

– Сейчас я вам всё объясню.

Он принёс из кухни друзьям по бокалу красного вина.

– А вы знаете, что внизу, под этими высотками есть большие пустоты в земной коре? – обратился возбуждённым тоном хозяин к гостям.

– Ты хочешь сказать, что мы можем провалиться? – спросил Курицын.

– В любую минуту, – подтвердил Капустин.

Курицын нервно заëрзал на стуле.

– Ты самоубийца? Маньяк? – спросил Неделин.

– Нет. Не в этом дело. Такие места имели магическое значение в былые времена. Жрецы полагали, что в подобных местах могут находиться порталы для перемещения в другие миры.

Курицын выдохнул и осушил половину бокала. Неделин сделал пару глотков.

– Собрался в иные миры? – спросил он.

– Почему бы нет, но я не знаю, как это делается. Пока не знаю.

Капустин отпил вина, причмокнул и сказал:

– Вы всегда держали меня за сумасшедшего.

– Не правда, – не согласился Неделин.

– Все творческие люди немного с приветом, – заметил Курицын. – По себе знаю.

Капустин прошёлся к окну, посмотрел в него, поставил бокал на подоконник и повернулся к гостям.

– Я узнал нечто совсем интересное из истории. Это очень любопытно. Это место особое. Здесь же никогда не было поселений, никто ничего не строил. Тут болото было. Оно высохло. Но жившие тут меря не ходили в эти места. У финно-угров был такой болотный дух Виро. Он считался опасным и непредсказуемым. Для финнов болото было дурным местом, ассоциировавшимся с мертвецами и смертью.

– Хватит нагонять жути, давай выпьем за твоё новое логово, – предложил Неделин.

– И ты прав, друг, – согласился Капустин.

Он принёс бутылку и разлил вино в бокалы.

– Муза тебе хорошая нужна, – посоветовал Курицын, – такая, чтобы вернула тебя из параллельных миров в наш мир.

– Нужна, нужна, согласен. У меня и деньги теперь появились после продажи квартиры на Арбате, так что я теперь завидный жених.

– Так вот в чëм был фокус с твоим переездом сюда, – понял Неделин.

– Не только в этом дело, но и этот фактор имел большое значение в моём решении о смене жилья.

5

Евгений красивый по-голливудски светловолосый мужчина с синими глазами тридцати двух лет шёл по улице. Его под руку держала симпатичная девушка Людмила с крашеными в медный цвет прямыми волосами. Ей было двадцать девять лет. Она была свободна. У Евгения имелась жена. Они проходили мимо остановки транспорта. Евгений зацепился взглядом с седым сутулым мужчиной в серой кепке, стоявшим на остановке. Тот пристально глядел на него. Когда они сблизились, тип отрицательно помотал головой и произнёс:

– Не надо.

Что ему было от него надо? Псих? Или сумасшедший? Не надо чего?

Когда отошли подальше, Людмила спросила:

– Кто это был? Ты его знаешь?

– Нет, псих, наверно.

Они вошли в высотку из двадцати пяти этажей. В лифте Людмила нажала кнопку 12. Евгений аккуратно обнял её и поцеловал в губы. Скоро поднялись на нужный этаж. Прошлись по коридору. Людмила открыла дверь своей квартиры. Вошли в неё.

В квартире было красиво и уютно. На подоконнике в горшках росли цветы. Единственная комната была средних размеров.

– Располагайся в комнате, включай телек, а я быстро что-нибудь приготовлю, – сказала Людмила.

Евгений пошёл в туалет. Сев на унитаз, он на телефоне записал голосовое сообщение:

– Вик, у меня скоро начнётся важное совещание с боссом. Не знаю, когда смогу ответить. Ты не обессудь.

И отправил сообщение жене.

Он и Людмила работали в одной юридической фирме. Он был уже опытным специалистом, а Людмила только начинала карьеру. Она стажировалась у него. Евгений сказал шефу, что ему нужно встретиться с потенциальными клиентом в его офисе, так как у того нет времени на посещение их юридической конторы. И ему нужна была Людмила, в качестве помощника.

Выйдя из туалета, Евгений сел на диван и включил телек-плазму, висевшую на стене. Люда шебуршилась на кухне. Евгений остановился на спортивном канале. Он одним глазом следил за телевизором, другим за телефоном. В ленте новостей не было ничего интересного. Евгений нашёл в блокноте телефона свой самый секретный файл со списком. В списке были имена женщин. Под номером 77 числилась Вика. Когда-то Евгений думал, что семёрка это счастливое число, но теперь в этом сильно сомневался. Может быть надо чтобы было 777, но он подумал, чтобы его достичь ему может не хватить жизни и денег. Список заканчивался номером 90 и именем Лена-блондинка. Он хотел набить уже 91, но остановился. Рано. Дело ещё не сделано.

– У меня всё готово, – позвала Люда.

Она приготовила рыбный суп по-бельгийски и жареную картошку с котлетами. Ко всему этому прилагался фруктовый салат. Она предложила Евгению пива, но тот отказался. Он быстро пьянел и терял голову. Виктория не терпела его пьяным, могла не пустить на порог.

У них было ещё время до шести часов.

Пили чай с конфетами.

Людмила странно посмотрела на Евгения.

– Ты чего? – спросил он.

– Думаю, зачем я тебе нужна? Чтобы поразвлечься и забыть обо мне на следующий день?

– Люд, не начинай, прошу. Ты знаешь, что я женат.

– Знаю.

– И зачем ты тогда согласилась на всё это?

– Хочу узнать какой ты.

– В смысле?

– В постели.

– Сейчас проверишь.

– Ты не боишься?

– Чего?

– Что потом не сможешь забыть меня никогда.

6

– Тут можно жить? – спросил банкир Вееров, маленький с пузиком.

У него было изумлëнное лицо.

Ключарёв авторитетный бизнесмен, а в прошлом бандит усмехнулся, заметив:

– Братишка, сразу видно, как ты далёк от народа. Ещё скажи, что ты не ведаешь, что такое помойное ведро.

– Не ведаю.

– То-то. Это ведро, куда ходили по нужде в доме в деревне, чтобы ночью не тащиться в уборную.

– Ребят, что вы о каком-то всё негативе. Разве вам тут не нравится?

Золотарёв среднего роста мужчина в модной красной курточке с поднятым воротником провёл руками вокруг себя.

Эти трое находились в квартире-студии на одиннадцатом этаже человейника с минимальной отделкой. Золотарёв был хозяином строительной фирмы, которая возвела этот дом.

– Ты приколист, как тут может нравится? Не понимаю, как люди могут жить в таких условиях, – недоумевал Вееров.

– Могут, ещё как могут, – утверждал Золотарёв.

– И ещё будут считать себя счастливчиками, – добавил Ключарёв.

– Парни, вы издеваетесь похоже надо мной, – сказал Вееров.

– Отнюдь, они же теперь москвичи. Они приехали из своих колхозов и дыр в Москву и стали жителями столицы. Они первый сорт теперь. Они свысока могут смотреть на своих родственников из регионов, – объяснял Золотарёв.

– Первый сорт? – не понимал ход его мысли Вееров.

Золотарёв засмеялся.

– Конечно, нет. Это они могут так думать. На самом деле они рабы большого капитала, то есть нас. Они застрянут в вечном ипотечном рабстве. Многие из них. И до самой своей смерти они будут пахать на нас, чтобы расплатиться с ипотекой.

– Очень оптимистично, – резюмировал Вееров.

Ключарёв хлопнул его ладонью по плечу.

– Это правда жизни, друг.

– Давай поднимемся на двадцать пятый этаж. Там у меня есть квартира поинтересней, – предложил Золотарёв.

На лифте они поднялись на двадцать пятый этаж. Золотарёв провёл своих спутников в двухкомнатную квартиру с более богатой современной отделкой и обстановкой. Из окон открывался вид на Москву в сторону центра. Прямо виднелись башни Сити, справа Останкинская башня.

– Как вам вид? – спросил довольно Золотарёв.

– И сама квартира ничего, – признался Вееров.

Золотарёв включил весёлую попсовую музыку.

– Чего-то не хватает, – сказал Ключарёв.

– Баб? Можно вызвать, – предложил Золотарёв.

– В следующий раз, разговор серьёзный, – пробурчал Вееров.

– Какой ты бука, Вееров, – заметил Ключарёв.

– И ты продал все квартиры в этом доме? – спросил Вееров.

– Продал, легко.

– Соглашайся, – Ключарёв толкнул в плечо Веерова, – это беспроигрышное вложение. Я уже в доле.

Золотарёв притащил из кухни три бокала и пузырь виски.

– Следующий этап: мы будем застраивать гектар около МКАДа на месте бывшего кабельного завода. Но за этот кусок земли придётся ещё повоевать.

7

«Убей их всех», – прозвучало где-то. Может быть внутри него? Захар проснулся, продрал глаза, встал с кровати. Что за бред? В нём закипала какая-то жуткая энергия. Это не бред. Он забил на свою работу. Его кинул Шеин. Этот урод. Хорошо бы было его наказать. И Феликса вместе с ним до кучи. Захар пошёл в ванную, умылся, посмотрел на себя в зеркало. Жалкий неудачник, терпила, лох. Ну уж, нет. Хватит с него. Надо что-то делать.

Захар вызвал такси и поехал за МКАД. Он вышел у гаражей, прошёл до одного из открытых гаражей. На ящике сидел и курил седой мужчина с усиками в кепке. В его гараже стояла голубая, видевшая виды «шестёрка».

– Иосиф? – обратился к нему Захар.

Тип с прищуром поглядел на Захара.

– Ты кто?

– Я от Якова. Он мой кореш. Он рассказывал о тебе.

– Чего рассказывал?

– Мне оружие надо.

Иосиф быстро оглянулся по сторонам.

– Тише ты, чудак. Нет, у меня ничего.

– Есть, я знаю.

Захар достал из внутреннего кармана двести тысяч рублей наличными и протянул Иосифу. Тот взял осторожно деньги.

– У меня дома есть ещё миллион рублей.

– И что ты хочешь за такие бабки?

– Оружие и пару гранат.

– Есть «Сайга», один магазин к ней и одна граната ф-1. Это будет аккурат на миллион.

– Я два дам.

– Два?

– Да.

– Тогда ствол, пять магазинов и шесть гранат.

– Двенадцать гранат.

– По рукам.

Иосиф залез в подвал и погрузил товар в большую спортивную сумку.

Захар вызвал такси и они поехали а нему домой. Он и Иосиф сидели на заднем сиденье. Водитель азербайджанец оказался очень весёлым и словоохотливым. Он спросил:

– А что у вас в сумке?

Захар и Иосиф переглянулись.

Повисла пауза.

– Самогонный аппарат, – сказал Захар.

Водила засмеялся.

– А я подумал оружие.

– С чего ты так подумал?

– Лица у вас обоих такие протокольные, уголовные.

Иосиф нервно заëрзал. А водитель прыснул от смеха и подмигнул одним глазом пассажирам через зеркало заднего вида.

Машину остановили полицейские. Лейтенант с красным лицом подошёл к машине. Водитель открыл дверцу, протянул документы.

– Дорогой, на фига ты нас задерживаешь, это же такси, люди торопятся?

– Захлопни варежку, морда басурманская.

Лейтенант принялся пристально изучать документы.

– Эй, зачем обижаешь, начальник, ведь все люди – братья. Скажите, а?

Водитель повернулся к пассажирам.

Мент вернул ему документы.

– Груз есть?

Водитель не успел дать ответ.

– Нет, – сказал Захар.

Мент посмотрел на водителя. Тот отрицательно помотал головой.

Доехали до дома. Поднялись на лифте на двенадцатый этаж. Сумку тащили вдвоём. Захар открыл дверь квартиры. Вошли.

– Обувь можешь не снимать, – разрешил Захар.

Сумку поставили на пол в комнате. Захар достал ружьё.

– Покажи, как ей пользоваться, – попросил он.

Иосиф взял оружие и показал, передав потом обратно Захару.

– Мне бы денежку получить да отвалить поскорее, – сказал Иосиф.

– Конечно, конечно.

Они не заметили, как в квартиру вошла Анна.

– Что тут происходит? Захар, что это у тебя?

– У меня? А это. Это Сайга.

Он передернул затвор и направил ружьё на Иосифа. Тот только успел сделать пару шагов назад.

– Ты чего? Спятил?

– Ага, угадал.

Захар два раза выстрелил в грудь Иосифу. Тот передëрнулся и свалился мешком на пол лицом вниз.

Анна истошно закричала.

Захар направил на неё ружьё.

Анна попятилась назад, выскочила из квартиры и побежала.

– Беги, Нюра, беги, – сказал Захар.

8

Валька Карасёв съел слоном ладью. Петька Осинин схватился за голову.

– Прозевал!

Молодые люди спецназовцы играли в шахматы в комнате отдыха, где другие десять бойцов, кто лежал на койках, кто развалился в кресле. Все они зависли в своих телефонах.

– Валь, а какая она? – спросил Олег Смирнов.

Валька на следующей неделе женился.

– Самая лучшая.

– Это понятно, а поконкретнее можно?

– Она чудесно танцует.

– Училась танцам?

– Ага – бальным.

– А в постели как?

– Ну ты спросил. Это дело личное.

– Она ещё девочка?

– Всё у нас было, всё хорошо.

– Темнишь.

– Да фригидная она, – сказал Прохор Золотов, сидевший в кресле.

Валька кинул в него ферзя.

– Это твоя жена фригидная.

– А что? Это же хорошо – не будет заглядываться на других мужиков.

– Моя Люба никого не любит кроме меня. Она умная и красивая. Мы даже в консерваторию ходим с ней.

– Куда куда? – переспросил Золотов.

– Ты всё равно не поймёшь.

– Такие изменяют особенно изощрённо, – сказал, вошедший капитан Алексей Караваев.

Он был широкоплечий со шрамом на левой щеке.

Бойцы встали. Они были все в чёрной форме, как и их командир Караваев. Он махнул рукой, разрешив всем сесть и сам сел на стул.

– Я всё это проходил, знаю – плавал, – продолжил он. – Ты ещё бредишь ей: любишь, стараешься сделать ей приятно, готов на жертвы, а она? Она всё видит. Бабы не дуры – они отменные психологи. Она родит от тебя и разойдётся с тобой.

– Зачем ей со мной разводиться? – Карасёв немного испугался.

– Потому что ты тюфяк, а ей захочется настоящего мужика, который будет об неё ноги вытирать.

– Зачем ей тогда от меня рожать?

– Чтобы поставить тебя потом на алименты.

– Я же не богатый.

– С тебя всё равно будут деньги тянуть помимо алиментов. Ты добрый, а таким больше других не везёт.

– Так что же теперь, товарищ капитан, совсем не жениться?

– Конечно.

– А дети?

– На фига они нужны!? Одна забота и нервы. Жить надо для себя.

Капитан вышел из комнаты.

Петька поглядел на Валька.

– Ты не знал?

– Что я должен был знать? – спросил Валька.

– Наш капитан известный женоненавистник.

Караваев вышел во двор, прошёл в угол в курилку, где закурил крепкую сигарету в одиночестве.

Он успел сделать только один затяг, когда заверещал мобильник. Звонил его шеф.

– Товарищ полковник, слушаю, – ответил капитан.

– Собирай всю свою братву и дуй на восток города. Водителю я уже скинул адрес, – приказал шеф.