Кататимно-имагинативная терапия. Примеры сессий Деньги: Мотивы источника и потока

Диалог между Борисом и психологом

Борис (Офисный менеджер, 35 лет. Одет в простые брюки и рубашку с коротким рукавом. Он сидит на краешке кресла, его поза закрыта, а лицо несёт на себе отпечаток хронической усталости и фоновой тревоги).

Психолог: Борис, в прошлый раз вы очень ярко описали своё состояние. Вы сказали, что чувствуете себя, как человек, который постоянно черпает воду из лодки, чтобы та не утонула, но при этом не видит, откуда в лодку поступает эта вода. И что сил на то, чтобы плыть к берегу, уже не остаётся – все уходят на то, чтобы просто оставаться на плаву. Сегодня я хочу предложить вам отложить в сторону вёдра и на время забыть про течь. Давайте вместе попробуем найти то место, откуда вообще берётся вода для вашего путешествия. Не для борьбы, а для жизни. Мы будем использовать технику направленного воображения, работать с метафорой. Вы согласны на такое исследование?

Борис: (Тянет рукой по лицу, от лба к подбородку, будто стирая усталость). Я согласен на всё, что может помочь. Если честно, мы с женой вчера опять сидели, считали, вычеркивали… Всё свелось к тому, чтобы не брать сыну новый рюкзак в школу, а почистить старый. И я почувствовал такую… унизительную беспомощность. Не из-за рюкзака, а из-за этой бесконечной математики выживания. Поэтому да, образы, метафоры – почему бы и нет. Хуже уже не будет.

Психолог: Борис, важно понимать, что мы не уходим от проблемы. Мы пытаемся подойти к ней с другой стороны. Часто наши финансовые сценарии – это лишь верхушка айсберга, видимая часть. Под водой находится массив наших убеждений, страхов, историй семьи и нашего личного представления о себе. Метафора «родника» как раз и позволяет мягко, экологично спуститься к этой глубинной части. Она – как сон наяву, где наше подсознание говорит с нами образами, а не цифрами. Итак, вы готовы?

Борис: (Делает глубокий вдох, откидывается на спинку кресла, стараясь расслабиться). Да, я готов.

Психолог: Прекрасно… Начнём с дыхания… Сделайте вдох, почувствуйте, как воздух наполняет ваши лёгкие… и медленный, полный выдох, как будто вы отпускаете с этим выдохом часть сегодняшнего напряжения… Ещё один вдох… и выдох…

(На начальном этапе сеанса психолог подготавливает клиента к кататимно-имагинативной терапии. Этот настрой включает классическое расслабление, цель которого – уменьшить тревожность и достичь состояния, благоприятного для спонтанного возникновения внутренних образов).

Психолог: А теперь представьте, что после неспешного, почти медитативного дня вы выходите из дома. Вы идёте по едва заметной тропинке, которая уводит вас от дороги вглубь старого, спокойного леса… Под ногами мягкий ковёр из прошлогодней хвои и мха… Воздух чистый, прозрачный, пахнет хвоей и влажной землой… Солнечные лучи пробиваются сквозь густую листву, создавая на земле узоры из света и тени… Вы идёте, и с каждым шагом городская суета, списки дел и тревоги остаются где-то далеко позади… Вы просто идёте, дышите и смотрите по сторонам… И вот впереди, сквозь стволы деревьев, вы замечаете солнечный просвет… Вы подходите ближе и выходите на небольшую, уединённую поляну… И в самом её центре, в небольшом углублении, вы видите родник… Это не случайный родник. Это ваш родник. Источник вашей жизненной силы, ваших талантов, вашей внутренней энергии. Это то место, откуда в мир берёт начало ваш личный поток, который может питать и вашу жизнь, в том числе и финансовую. Ваш денежный родник… Подойдите к нему спокойно, без спешки… Просто посмотрите на него со стороны. Какой он? Какое самое первое впечатление, самый первый образ приходит к вам?

(Длинная пауза. Тело Бориса замирает, лишь веки слегка подрагивают. Его пальцы, лежавшие на подлокотниках, слегка шевелятся, будто ощупывая невидимую поверхность).

Борис: (Голос тихий, слегка удивлённый). Он не похож на родник из рекламы или со сказочной картинки. Он какой-то… унылый. Заброшенный. Как будто про него все забыли.

Психолог: А теперь, как исследователь, рассмотрите его детально. Какого он размера? Величественный и мощный или небольшой и скромный?

Борис: Совсем небольшой. Небольшое углубление в земле, может, с обычный таз. Вода не бьёт ключом, не фонтанирует. Она просто сочится из стенок и со дна. Медленно, еле-еле. Как будто у неё нет ни цели, ни радости. Просто существует. Собирается в мелкую лужицу.

Психолог: Из чего состоит это углубление? Что его формирует? Камень, песок, глина?

Борис: Это… серая, вязкая глина. И какие-то булыжники, но они не составляют единую картину. Они как будто были набросаны туда кем-то давным-давно и теперь полузасыпаны этой глиной, облеплены ею. Они тусклые, их настоящий цвет и фактура скрыты. А в стороне лежит один большой, плоский камень, наполовину ушедший в землю, как надгробие.

Психолог: Теперь обратите всё ваше внимание на воду. Какая она? Всмотритесь в её цвет, её структуру, её движение.

Борис: Вода мутная. Не чёрная, не ядовитая, а просто непрозрачная, взвешенная. Как в стакане, куда намешали земли. Если зачерпнуть её в ладони, вы не увидите своих пальцев насквозь. Она инертная.

Психолог: А если бы вы отважились поднести её к губам и попробовать, какой бы был вкус?

Борис: (Его лицо на мгновение искажает гримаса легкого отвращения). Я не хочу её пить… Но если представить… Она была бы безвкусной, пресной, но с явным горьковатым, терпким послевкусием. Как будто в неё накапали полынной настойки. Неприятно. Не утоляет жажду, а, наоборот, вызывает новую.

Психолог: Отлично, вы очень наблюдательны. Теперь проследим судьбу этой воды. Выходит ли она за пределы этой лужицы? Образует ли ручеёк, стремится ли куда-то?

Борис: Вроде бы да… В самом низком месте вода переливается через край и стекает тоненькой, дрожащей струйкой. Но… это бессмысленно. Она течёт не по руслу, а прямо по этой же глинистой, открытой земле. И через три, от силы четыре метра она просто… исчезает. Впитывается. Словно земля жадно пьёт её обратно. Ничего не накапливается, ничего не течёт дальше, чтобы соединиться с чем-то большим. Замкнутый, бесплодный круг.

Психолог: И последнее на этом этапе – осмотрите поляну. Какое это место? Что окружает родник? Растительность, предметы, может, следы чьего-то присутствия?

Борис: Поляна заброшенная. Трава редкая, чахлая, жёлтая по краям. Валяются сухие, обломанные ветки, похожие на кости. И… есть ограждение. Самое жалкое, что можно представить. Несколько кривых, почерневших от сырости деревянных кольев, кое-как перетянутых ржавой, провисшей проволокой. Оно не огораживает, не защищает. Оно просто констатирует факт: «Здесь что-то есть, но подходить не стоит». Оно создаёт не преграду, а атмосферу запрета и забвения.

Психолог: И, Борис, самый главный вопрос: какие чувства рождаются в вас, когда вы стоите здесь, в эпицентре этого пейзажа?

Борис: Безнадёжность. Знакомая, как собственный карман. И глубокая, костная усталость. И стыд. Стыд за то, что мой источник, моё внутреннее место силы выглядит так. Как будто я сам виноват в этой заброшенности. Да, хочется развернуться и убежать, забыть, что я это видел. Потому что это – я.

Психолог: Борис, сейчас наступил переломный момент. До сих пор вы были наблюдателем. Теперь вы становитесь творцом. Всё, что вы видите – это не приговор, а текущий проект вашей внутренней вселенной. И вы имеете полное право, более того – вы обладаете силой – изменить этот проект. Начнём с самого очевидного. Что, по вашему глубинному ощущению, является причиной мутности и горечи воды? Не логически, а чувственно.

Борис: Глина. Она повсюду. Она размывается, пачкает воду, не даёт ей быть чистой. Она – как эта липкая, серая рутина, которая засасывает каждый день. А горечь… (Он замолкает, ища слова) Мне кажется, она от этих старых, прогнивших кольев. Они отравляют почву. Или от того, что здесь нет жизни. Ничего не цветёт, не радуется солнцу. Место мёртвое, и вода впитывает этот вкус.

Психолог: Ваше желание – очистить воду, сделать её живительной?

Борис: Да. Но это кажется титанической работой. Словно нужно перекопать всю поляну.

Психолог: Давайте не будем перекапывать всё сразу. Любая великая перемена начинается с малого, точного действия. Посмотрите на это место свежим взглядом реставратора. Какие материалы, уже присутствующие здесь, вы могли бы использовать для укрепления родника, для создания фильтра? Не ищите сложного, ищите простое и очевидное.

Борис: (После длительного молчания, просыпается искорка интереса). Эти булыжники… Если их откопать, отмыть от старой глины… Я сейчас присмотрелся, они не круглые, а плоские. Ими можно выложить внутреннюю поверхность родника, как плиткой. Чтобы вода не размывала стенки, а стекала по гладкому камню. И песок… там, где вода пытается течь, на дне этой струйки, я вижу светлый, почти белый песок, крупный. Им можно выстелить дно источника, он будет природным фильтром.

Психолог: Это блестящее, практичное решение. Не думайте об этом, просто начните делать. Почувствуйте вес мокрого камня в руках, ощутите, как глина смывается, обнажая прохладную, твёрдую поверхность. Услышьте звук песка, ссыпающегося в воду.

(Пауза длится несколько минут. Лицо Бориса преображается. Напряжение в уголках губ сменяется сосредоточенностью, затем лёгким усилием, будто он в самом деле что-то двигает. Дыхание его становится более шумным, как у человека, занятого физическим трудом. Плечи, бывшие скруглёнными, теперь держатся прямее).

Борис: Я… я начал. Я выдернул эти жалкие, гнилые колья. Они почти рассыпались в руках, не оказывая сопротивления. Потом я вычерпал всю мутную жижу со дна, углубил чашу. Выложил её изнутри этими плоскими, тёмно-серыми, почти сланцевыми камнями. Они красиво прилегают друг к другу. Получилась такая… идеальная маленькая каменная чаша. А на дно я насыпал толстый слой того белого песка. Теперь вода, сочась, проходит через него и собирается в чаше. Она… она уже не мутная. Она ещё не кристальная, но уже прозрачная. Я вижу каждый песчинку на дне, каждый рисунок на камнях.

Психолог: Это фантастический прогресс. Теперь, как главный дегустатор, проверьте вкус. Он изменился?

Борис: (Его губы слегка приоткрываются, будто он пригубляет воду. На лице появляется выражение лёгкого изумления).

Да… Она чистая. Холодная, освежающая. Никакой горечи. Наоборот, в ней есть лёгкий, едва уловимый сладковатый оттенок, как у воды из настоящего горного источника. Её хочется пить, и она по-настоящему утоляет жажду.

Психолог: Теперь отследим путь. Что происходит с потоком воды из этой обновлённой, чистой чаши?

Борис: Она переливается через край всё в том же месте, но теперь… Теперь у неё есть направление! Потому что, выкладывая камни и убирая глину, я невольно создал небольшой, но чёткий желоб. И вода течёт по нему уже не жалкой струйкой, а уверенным, звонким ручейком. Он бежит по поляне, огибает корни деревьев… и я вижу, как он исчезает в зарослях ивняка. Но теперь я знаю, что он не впитывается. Я слышу дальше, за этими кустами, звук более полноводного течения. Мой ручей впадает в небольшую речушку. Он становится её частью.

Психолог: Это принципиальный сдвиг – от замкнутого цикла к вкладу в большую систему. Теперь посмотрите на сам источник, на то, откуда вода поступает в чашу. Изменилась ли сила, с которой он питает родник?

Борис: Да, и это самое удивительное! Когда я расчистил пространство вокруг, я увидел, что основной поток воды выходит не просто из глины. Он бьёт из-под того самого большого, плоского камня, который казался надгробием. Я его обкопал, обмыл водой. И оказалось, что это красивый, мощный камень с прожилками кварца, которые поблёскивают на солнце. И из-под его нижнего края, из какой-то невидимой расщелины, вода выходит с постоянным, ровным напором. Не бурлит, но течёт сильно и уверенно. Родник перестал «сочиться». Он теперь питает.

Психолог: Борис, вы проделали колоссальную работу по восстановлению. Теперь наступает время творчества и заботы. Это место преобразилось, но оно пока минималистично, строго. Что вы могли бы добавить сюда такого, что наполнило бы это место уютом, красотой, личным смыслом? Чтобы сюда хотелось возвращаться мысленно за силой и покоем. Вы можете создать здесь всё, что пожелаете.

Борис: (На его лице впервые за сеанс расцветает спокойная, тёплая улыбка. Она меняет всё его лицо).

Мне хочется, чтобы здесь была жизнь и покой. Можно по краям поляны, там, где больше тени, посадить папоротники. Они такие… древние и мудрые. А прямо у кромки воды, где земля влажная – густую мяту и мелиссу. Чтобы воздух наполнялся этим целебным, свежим ароматом, стоит только пошевелить траву ногой. А рядом, на этом небольшом пригорке, поставить не скамейку, а просто массивный, отполированный временем пень или положить широкую, плоскую каменную плиту. Чтобы можно было присесть, откинуться на ствол дерева сзади, закрыть глаза и слушать. Слушать, как журчит вода, как шуршат папоротники, как жужжат пчёлы над мятой. И нужно убрать этот бурелом, эти сухие ветки. Сложить их аккуратно в сторонке, может, для костра.

(Ещё одна долгая, насыщенная пауза. Борис дышит ровно и глубоко. Его руки лежат на коленях ладонями вверх, в открытой, принимающей позе).

Борис: Всё… Готово. Теперь здесь… совершенно иначе. Зелёно, уютно, живо. Солнце играет в брызгах воды, и в воздухе висит лёгкая, прохладная дымка от родника. Папоротники посажены. Это место… оно моё. Я чувствую, как спокойствие от него растекается по мне теплой волной.

Психолог: Оно и должно быть вашим убежищем и ресурсом. Побудьте в этом ощущении ещё немного, впитайте его каждой клеточкой… А теперь мысленно поблагодарите ваш денежный родник за его доверие, за то, что он показал вам свои глубины и позволил преобразить их… Поблагодарите себя – за смелость, за труд, за готовность меняться… И теперь, сохраняя внутри это чувство обновлённого источника, начните мягко возвращаться. Почувствуйте под ногами землю поляны, затем мягкость лесной тропинки… Осознайте своё тело, сидящее в этом удобном кресле… Пошевелите пальцами ног, почувствуйте, как стопы касаются пола… Пошевелите пальцами рук… Сделайте глубокий, осознанный вдох, вбирая в себя свежесть с той поляны… и плавный, полный выдох, отпуская остатки старой усталости… И когда будете полностью готовы, мягко вернитесь в комнату, откройте глаза.

(Борис медленно, не торопясь, открывает глаза. Его взгляд немного затуманен, потом проясняется. Он смотрит на психолога, и в его глазах стоит не прежняя усталость, а глубокая, спокойная задумчивость. Он молча кивает, как бы подтверждая что-то самому себе).

Психолог: Добро пожаловать обратно, Борис. Позвольте спросить: каково ваше самоощущение после такого глубокого внутреннего путешествия?

Борис: (Откашлявшись, говорит голосом, который звучит тише, но гораздо плотнее и осмысленнее). Это было… невероятно реально. На физическом уровне. Сначала, когда я увидел этот родник, у меня в животе всё сжалось, как будто меня самого вывернули наизнанку и показали самую неприглядную часть. Это была не просто картинка, это было чувство полной бесперспективности, воплощённое в пейзаже. А потом… потом, когда я начал эти камни чистить, чувствовал их вес, шершавость под пальцами… это было как настоящая работа. И я почувствовал азарт. Не ожидал этого. А сейчас… сейчас я чувствую приятную, добрую усталость, как после работы в саду. И внутри тишина. Такая просторная, светлая тишина. И странное чувство… уважения к самому себе. Потому что я смог это изменить там, внутри.

Психолог: Это чувство уважения к себе – бесценный дар, который вы сами себе только что преподнесли. Теперь, пока мостики между этим внутренним миром и вашей повседневностью ещё крепки, давайте попробуем их укрепить. Как вы думаете, в чём заключается главная параллель между первоначальным видом родника и вашей текущей жизненной, особенно финансовой, ситуацией?

Борис: (Замолкает, смотрит в пространство перед собой, собирая мысли). Это же прямая проекция. Маленький, заброшенный родник, еле сочащийся – это моя профессиональная жизнь. Я – офисный менеджер. Я не создаю продукт, я не лечу людей, не строю дома. Я обслуживаю процесс. Я «сочусь» задачами, отчётами, письмами. Моя энергия уходит на поддержание чего-то, а не на созидание. Эта «серая глина», размывающая всё – это ежедневная, душащая рутина, которая затягивает и лишает смысла. Она делает всё «мутным» – и дни, и мысли, и перспективы.

Психолог: А горечь воды?

Борис: (Кивнув). Горечь – это чувство по воскресеньям. Это отсутствие радости от того, чем я занимаюсь пять дней в неделю. Это ощущение, что я трачу свою единственную жизнь на что-то, что не резонирует со мной. И я это «пью» поневоле, и от этого становится горько внутри. А ручей, который впитывается, не дойдя до реки… (он делает паузу, и в его глазах мелькает вспышка озарения). Боже, да это же мои финансы в чистом виде! Зарплата приходит – и её словно вычерпывает песок: обязательные платежи, кредиты, счёт за детский сад, за продукты. Ничего не остаётся, чтобы течь «дальше» – в образование, в путешествия, в инвестиции в себя, в создание запаса, подушки. Деньги не работают, они исчезают, как в чёрной дыре. И эта жалкая оградка из гнилых кольев…

Психолог: Да, что это, по-вашему?

Борис: Это мои собственные, внутренние табу. Мысли, которые я даже не осознавал как мысли, а просто принимал как данность. «Не выделяйся», «будь как все», «тебе и здесь неплохо», «хотеть большего – это грех и риск», «деньги – это грязь и проблемы». Я сам, своими руками, воткнул эти колья в землю вокруг своего потенциала. И они сгнили, но продолжали обозначать границу дозволенного. Они не защищали источник, они консервировали его в этом жалком состоянии.

Психолог: А большой камень с прожилками кварца, который оказался основой?

Борис: (Глаза его становятся влажными, но это не слёзы горя, а скорее узнавания). Это то, что во мне настоящее, ценное, настоящее. Мои нераскрытые способности. Я ведь не просто «сочусь». Я умею договариваться, улаживать конфликты в коллективе. Я могу взять разрозненные данные и сделать из них понятный отчёт. Я вижу неэффективность процессов и знаю, как их упростить. Но я это похоронил. Завалил «глиной» текучки, страхом показаться навязчивым, желанием быть «удобным». И когда я расчистил пространство, этот камень – моя основа, моя истинная профессиональная ценность – открылся. И из-под него пошла чистая, сильная вода – моя реальная энергия и компетенция.

Психолог: Борис, вы только что совершили не просто визуализацию. Вы провели сеанс глубинной психохимии. Вы трансформировали внутренний символ из состояния страдания в состояние ресурса. И теперь этот новый образ будет работать на вас, как маяк и как инструкция. Самый практический вопрос: какой один, самый небольшой, но абсолютно конкретный шаг в ближайшие несколько дней мог бы стать продолжением этой работы? Что было бы похоже на «вымыть один камень» или «посадить один кустик мяты» в вашей реальной жизни?

Борис: (Не задумываясь, говорит уверенно и чётко). Я составлю не просто резюме. Я создам документ под названием «Мои активы». И разделю его на две части. В первой – мои профессиональные «камни»: все навыки, даже те, которые кажутся обыденными, все успешные проекты, даже маленькие, все благодарности от коллег, которые у меня где-то валяются в почте. Я их выпишу, «отмою от глины» рутины и увижу их ценность. А во второй части – «посажу мяту». Я выберу одну небольшую онлайн-лекцию или статью по теме, которая всегда меня манила, но была «не по делу». Например, про основы копирайтинга или визуального оформления презентаций. Просто чтобы один час в неделю питать свой ум чем-то новым, что пахнет иначе, чем офисный воздух. Чтобы работа не была только «глиной», а чтобы в ней появились «прожилки кварца» – новые умения.

Психолог: Борис, это блестяще простроенная, осмысленная и экологичная стратегия. Вы не просто увидели связь между метафорой и жизнью, вы немедленно нашли точки приложения силы. Это и есть настоящая интеграция. На сегодня наша работа завершена. Вы уходите с обновлённой внутренней картой, где место источника силы больше не отмечено знаком безысходности. Вы можете возвращаться к этому образу в моменты сомнений или усталости, просто чтобы вспомнить ощущение гладкого камня в руке и вкус чистой воды. Вы доказали себе, что способны быть творцом своего внутреннего и, как следствие, внешнего ландшафта.

Борис: (Поднимается с кресла. Его осанка прямее, движения увереннее). Спасибо. Я, честно, шёл сюда с мыслью, что мы будем копаться в моих долгах и составлять новый бюджет. А оказалось, что бюджет нужно было составлять для души. Для вложений в источник, а не в дыры. Теперь я понимаю, с чего по-настоящему начинается изменение потока. С благодарности. Благодарности за этот камень-основу во мне, который я много лет игнорировал. С него и начну.

Диалог между Олегом и психологом

Олег (Топ-менеджер, 42 года. Энергичен, но в его позе и взгляде читается глубокая, накопленная усталость от постоянного напряжения).

Психолог: Олег, из вашего рассказа я услышал фоновый звук перманентного стресса. Вы описываете свою роль как бесконечную гонку с постоянно растущими показателями, где вы одновременно и бегун, и тренер для своей команды, и человек, который должен держать флаг на финише, чтобы его заметило руководство. Вы сказали ключевую фразу: «Я чувствую себя как инженер на плотине, который знает, что уровень воды должен только расти, и я должен постоянно что-то достраивать, чинить, усиливать, но при этом сам нахожусь под водой и слышу, как трещат швы». Это сильный образ. Сегодня я хочу предложить вам на время отойти от этой метафоры плотины, давления и принудительного роста. Давайте посмотрим на источник воды, которая питает всю эту систему. Вы готовы к такому исследованию?

Олег: (Проводит рукой по коротко стриженным волосам, усмехается без веселья). Источник? Я бы с удовольствием. Если честно, мне кажется, мой источник – это адреналин от страха провала и тройной эспрессо. Но да, я в игре. Все эти метафоры… Я понимаю их ценность. Иногда нужно посмотреть на бизнес-процесс под другим углом. Договорились.

Психолог: Прекрасно. Тогда давайте перейдём от бизнес-процессов к процессам внутренним. Устройтесь поудобнее. Закройте глаза, если так проще сосредоточиться… Сделайте глубокий вдох… и выдохните, отпустив на мгновение все цифры и планерки… Ещё один вдох… и выдох…

(Чтобы создать условия для работы с воображением, психолог начинает сеанс со стандартных упражнений на релаксацию. Это позволяет клиенту снизить внутреннее напряжение и войти в особое состояние сознания, где возможно свободное течение образов).

Психолог: Теперь представьте, что вы не в офисе. Вы на природе. Вы идёте по тропе… Воздух разреженный, чистый, прохладный… Вы идёте не спеша, но целеустремлённо, как человек, который знает, куда и зачем идёт… И вот вы подходите к месту, где, как вам известно, должен бить мощный источник. Ключ, который питает целую долину. Ваш денежный родник… Вы выходите на небольшую каменную площадку… И видите его. Подойдите и оцените обстановку. Что вы видите в первую очередь?

(Пауза. Олег сидит неподвижно, но его скулы слегка двигаются, будто он что-то обдумывает. Его дыхание, сначала учащённое, постепенно выравнивается).

Олег: (Голос деловой, оценивающий). Я вижу его. Он… мощный. Не какой-то там ручеёк. Это серьёзный источник, бьющий из скалы.

Психолог: Опишите подробнее. Как именно он бьёт?

Олег: Вода вырывается под большим напором из расщелины в гранитной скале. Шумно, сильно. Она падает вниз, в искусственно созданное, очевидно, бетонное укреплённое русло. Не естественное.

Психолог: Что это за русло? Опишите.

Олег: Это как… промышленный лоток. Широкий, глубокий, сделанный из серого бетона. Вода несётся по нему с огромной скоростью. Русло чистое, без мусора, но оно бездушное. Техническое.

Психолог: Теперь сама вода. Какая она?

Олег: Вода… кристально чистая. Прозрачная, как стекло. Но… (пауза, он хмурится). она кажется слишком чистой. Стерильной. И холодной, ледяной. В ней нет жизни. Не видно ни всплеска, ни пены, ни намёка на что-то органическое.

Психолог: Если бы вы попробовали её, какой был бы вкус?

Олег: (Сразу, без раздумий). Безвкусная. Как дистиллированная вода. Не утоляет жажду, а просто заполняет объём. Никаких микроэлементов, ничего.