4 в 1. Взболтать, но не смешивать

Ирина Юсупова

4 в 1. Взболтать, но не смешивать

Когда миры меняют кожу

Аннотация к сборнику «Когда миры меняют кожу»

"Иногда люди собирают конструктор… А представьте себе, как множество событий превращают человека в этот самый конструктор, и при этом человек остается Человеком?" Этот сборник включает в себя шесть рассказов, ни один из которых не похож на другой. Необычные периферийные миры, в которые стоит только зайти, и Вы оказываетесь в лабиринте, в котором можно блуждать бесконечно.... Книга, действительно, не просто так открылась перед Вами. Возможно, именно Вы найдете в ней все скрытые смыслы, и миры в динамике прямо перед Вами поменяют кожу. Это абсолютно новая фантастика. Вы готовы? Тогда приступим. Приятного прочтения, Ирина Юсупова.

Коралл

Сегодня ровно в 9 часов мы выкопали в саду очень странное существо.

Оно не двигалось и не подавало никаких признаков жизни. Оно было иссушенным, и мы подумали, что оно похоже на некий коралл, поскольку близко находился океан и раньше суши в этих местах не было.

Океан когда-то обмелел, и на его месте был построен город. Люди любят заселять ранее неизвестные им территории, так заведено эволюцией.

Мы проводили канализацию в дом, прокладывали трубы, одну из которых пришлось закапывать очень глубоко. Вот тогда где-то внизу лопата наткнулась на инородный предмет.

Мы вытащили его из земли. Покрытый грязью, он все равно немного сверкало на солнце.

Наша бригада состояла из восьми человек. Один из нас, в прошлом геолог, попросил оставить предмет.

Он постарался отмыть предмет от налипшей на него земли, что-то щелкнуло, и геолог был очень удивлен, когда увидел, что этот коралл немного задвигался под струей воды. Возможно, это были просто водоросли, которые покрывали его.

Тогда геолог, повинуясь наитию, отпросился с обеда и понес этот коралл к океану. Он вернулся с трехлитровой банкой, наполненной до краев, в которую и поместил этот коралл. Он казался похожим на сливу, приплюснутую с двух сторон, однако сверкал как бриллиант, стоило только поднести его к свету. Геолог очень гордился своим приобретением, показывал его всем, как своего родного ребенка.

После обеда мы так же продолжили работать, трехлитровая банка стояла рядом в это время, геологу просто было некуда ее деть.

Вечер выдался необычайно жарким, пока копали неожиданно чересчур сильно вспотели. Однако хорошо справились с задачей, к вечеру проложили еще несколько труб.

Измотанные, но счастливые, мы собирались домой, но вдруг геолог неожиданно вскрикнул. Он показал нам банку, в которой не было воды, а коралл немного раскрылся, как набухающий бутон цветка. Он накричал на бригадира, потому что решил, что, возможно, банку кто-то перевернул.

Он снова пошел к океану и наполнил емкость.

Мы жили в отдельном доме, как и полагается приглашенным рабочим. Геолог пришел домой уже после ужина. Он отказался есть, когда мы ему предложили. Он все изучал свой коралл и носился с ним. Ему было не до еды.

Кажется, в доме сломался ночью кондиционер, потому что так душно давно не было.

С утра геолог снова наполнил банку на этот раз водопроводной водой.

Мой друг, который жил вместе с ним в комнате, сказал мне, что геолог начал вести себя странно. А ночью он разговаривал во сне.

В этот день геолог практически постоянно подходил к своей банке. Он уходил один на океан все чаще.

Он заменил трехлитровую банку на пятилитровую. Кажется, коралл, действительно, впитывал воду.

Когда мы работали, и геолог уходил с кораллом к океану, становилось гораздо прохладнее.

На следующий день геолог накрыл свою пятилитровую емкость черной тряпкой и ни с кем не общался. Становилось все жарче.

Бригадир попросил геолога отнести коралл в дом, видимо, он что-то понял, а может быть его бесило, что геолог так много отвлекается от работы.

Когда вечером мы вернулись домой, нас поразил сухой воздух внутри, хотя кондиционер был включен весь день. Было практически невозможно дышать, как в пустыне. Мы открыли все окна, чтобы впустить свежий воздух и проветрить помещение.

Геолог, находящийся на 2 этаже, вдруг резко вскрикнул. Мы побежали посмотреть и в случае непредвиденной ситуации помочь.

Мы обнаружили его в ванной, он стоял и смотрел, как его коралл, присосавшись к сливу, делает движения тельцем, будто бы пьет.

– Я оставил его в наполненной ванной! – сообщил геолог. – Теперь ванна пуста.

Мы отдирали существо всей бригадой и садовой лопаткой от слива в ванной. Бригадир приказал геологу выкинуть коралл куда подальше. Они долго спорили. Под конец их ссор и криков геолог с поникшей головой согласился с тем, что коралл необходимо выкинуть.

Он покидал дом все с той же пятилитровой банкой в руках. У нас в доме не было воды еще несколько дней.

Геолог начал очень странно себя вести. Мой друг сказал, что его практически не бывает по ночам, он уходит и возвращается только под утро. С нами он практически перестал общаться.

Сначала мы думали, что он просто обиделся на бригадира, но потом поняли, что с каждым днем геолог выглядит все хуже и хуже. Он очень сильно осунулся и похудел за 3 дня.

Тогда я и мой друг решили проследить за ним ночью.

Геолог встал с кровати около часа ночи, мы подождали, пока он выйдет из дома, и поспешили за ним.

Он минул несколько домов, его силуэт в темноте выглядел пугающим. Он шатался из стороны в сторону, ему было тяжело ходить, еле волочил ноги, затем прошел через парк и подошел к заброшенной гидроэлектростанции, которую оставили еще в советское время. Раньше эта гидростанция еще использовалась для изучения океана. Он перелез через забор и уже стремительно пошагал ко входу. Мы немного обождали, затем выполнили те же действия.

Мы открыли дверь и вошли. Где-то снизу мы услышали голос геолога. Он то настойчиво что-то объяснял, то ворковал, как голубок с голубкой.

Сориентировавшись на голос, мы стали впускаться вниз. Становилось жарче. Воздух снова был таким, как когда мы работали рядом с банкой. Друг аккуратно приоткрыл дверь, за которой мы отчетливо слышали геолога. Его лицо удивило меня, когда он повернулся ко мне.

– Ты…только…посмотри, – тихо и испуганно произнес друг, в его глазах было столько страха, сколько я никогда не видел.

Я заглянул. Внутри большого зала сидел геолог на его коленях сидел уже успевший подрасти коралл, все более напоминающий большой бутон, и он поил его собственной кровью. По краям зала было множество пустых огромных бассейнов и кранов. Из одного крана лилась вода в полупустой бассейн. Существо, сидевшее на коленях у геолога, пило с помощью уже успевших появится отростков, напоминающих корни или щупальца. Геолог при этом щелкал языком или говорил о том, что все получится и оно вырастет большим и сильным.

Мой друг, видимо, успел перебороть страх.

– Мы должны же что-то сделать, – произнес он мне, затем резко распахнул дверь передо мной, оттолкнул меня плечом, подбежал к геологу и закричал что-то типа «какого черта здесь происходит». Геолог от неожиданности вскочил, существо упало с его колен на пол.

– Это Феня. Фенечка. Зачем ты так? – ответил геолог, шатаясь, называя это существо. – Нельзя так. Ты испугал его.

Я подошел к другу и показал пальцем на коралл. Он двигался к нему, передвигаясь на своих отростках.

– Еще немного и Феня вырастет и превратится в красивую женщину, которой у меня никогда не было, – произнес геолог с каким-то веселым энтузиазмом.

– Прекрати нести чушь! – крикнул друг. – Тебе же сказали его выкинуть!

Существо стало двигаться быстрее. Друг был отвлечен спором. И тут оно прыгнуло на моего друга, но я оказался быстрее, так как заметил его передвижения в отличие от друга. Я перегнал его и с силой пнул ногой бутон коралла. Он отлетел, описал дугу и упал в бассейн, продолжающий наполняться водой.

– Нельзя… Нельзя так с Феней! – закричал геолог, затопав заплетающимися ногами. Затем он упал, потеряв сознание.

Тем временем оно стало пить воду из бассейна. Стало очень душно, еще хуже, чем раньше.

Оно поглощало воду с невиданной силой. Мы только успевали наблюдать скорость происходящего. Оно продолжало расти. Бутон набухал и готов поклясться, мы увидели проступающие вены на отростках-щупальцах. Вены словно впитывали воду и несли ее к верхушке цветка. Существо росло все быстрее и вскоре стало ростом с человека.

– Мы должны уходить отсюда или что-то сделать, – сказал я.

– Давай унесем геолога, – сказал мой друг.

Мы подошли к нему, взяли за руки и потащили. Не протащив и метра, мы заметили, как существо начало выбираться из бассейна, отталкиваясь отростками, напоминавшие ножки. Сначала неуклюже, но затем все быстрее и быстрее осуществляя толчки, оно покинуло бассейн. Мы тащили геолога еще немного, пока существо не приблизилось к нам. От страха мы бросили геолога и отбежали в сторону. Тем временем существо открыло верхушку бутона, щупальцами схватило геолога и засунуло внутрь.

Тут уже мы закричали что есть мочи и побежали со всех сил. Кажется, мы преодолели забор одним прыжком, хотя до этого потратили немало времени, чтобы перелезть колючку.

Обернувшись назад, мы увидели нечто еще более странное. Существо вылезло наружу, оно крутило щупальцами в разные стороны, будто стараясь отыскать нас, затем оно расставило ножки в разные стороны, некоторые закопало в землю. Стало невероятно жарко, мы потеряли равновесие, упали и начали отползать назад, не сумев справиться с охватившей нас паникой. Земля и воздух вокруг использовались этим существом, чтобы оно могло забирать воду. Земля рядом с нами становилась суше, трава начала вянуть.

И тут его движения остановились. Бутон начал раскрываться. Нас озарило светом, исходящим от отверстия в бутоне. Отверстие становилось все шире и шире, пока лепестки полностью не раскрылись. Из бутона вылетела сфера, распостраняющая свет в разные стороны, как шаровая молния.

Она подлетела к нам, мы с другом прижались к друг другу, пытаясь хоть как-то защититься. У друга был раскрыт рот, но он не издал ни звука от пронизывающего его изнутри страха.

Эта сфера имела миллиарды отверстий, напоминающих мне глаза паука или стрекозы. Все остальное тельце, как и сами глаза, светились неземным светом.

Оно подлетело ко мне ближе, заглядывая мне в лицо, будто изучая.

– Все будет хорошо, – услышал я голос геолога внутри себя.

Сфера устремилась ввысь в небо, приобретая бешеную скорость и скрылась из виду.

Слизняк

Что она сделала? Черт возьми, что она сделала со мной?

***

Она пришла ко мне во сне однажды. Затем она пришла еще. А затем еще раз.

Фантазийные образы, приходящие ко мне во сне, были отрывочными, лучше всего я помнил то, что она оставляла после себя. Это было тепло, она дарила мне это проникающее в меня тепло.

Всякий раз после того, как она приходила, я просыпался с ощущением доброты, которой мне так и не хватало в жизни. Мне не хотелось просыпаться, я стал чувствовать ее присутствие везде. Я не знал ни ее имени, ничего о том, кто она.

Я приходил домой и старался лечь, как можно раньше. Но не мог заснуть в предвкушении встречи с ней. Меня это очень сильно злило. Но те 2-3 часа, когда я видел ее, было самым лучшим, что случалось со мной.

Одной ночью мне приснилось то, что я никогда не забуду.

Она, как и раньше, спустилась с неба, приблизилась ко мне, спускаясь по невидимым ступенькам. На ее лице читалось напряжение и грусть.

Я обнял ее, прижал к себе, чувствуя запах ее волос. Мне захотелось защитить ее от всего, что ее тревожило.

Я отпустил ее. Она заглянула мне в глаза. Она будто бы искала ответы в моих глазах, но я не знал, о чем она думает, я не знал, как ей помочь. У меня будто бы почву из-под ног выбили.

– Знаешь, мне нужно кое-что сказать тебе, начала она.

Я ждал и смотрел на нее. Ей было тяжело говорить.

– Я не отсюда. Не из этого мира.

– Я знаю, – ответил я, ведь она точно была из моего мира, из моего подсознания, она была той, о которой я всегда мечтал, но не мог прикоснуться, не мог встретить в реальной жизни.

– Нет, – вздохнула она. – Ты ничего не знаешь. Пойдем со мной.

Я кивнул. Она взяла меня за руку и взлетела, поднимая меня за собой в воздух. Сквозь облака, затем преодолев ионосферу, покинув атмосферу, мы вышли в космос. Она крикнула мне, что мы полетим быстрее, и тут она будто бы взорвалась, я видел будто бы мы вдвоем разделились на атомы, она состояла из золотых, а я зелено-синих, напомнивших мне вид Земли. Я чувствовал эти разрозненные части, из которых я состоял так, будто бы я имел тысячи глаз, будто бы это все был я только в миллиардах вариаций. Я видел 5D фильмы, в IMAX кинотеатрах, но ничто не сравнится с этим впечатлением.

Это было совсем другое осознание окружающего пространства. Во сне обычно не чувствуешь страха, ты видишь картинку и знаешь, что так и должно быть. Через некоторое время я стал видеть и ее атомарную структуру, как часть себя. Мы пролетали звезды, мы летели все быстрее и быстрее, но я все же успевал разглядеть все вокруг.

Виды были страшные, красивые и захватывающие. Такого я никогда не видел, я не интересуюсь астрономией и даже никогда не видел снимков тех планет, которые я наблюдал во время полета.

Тут мне пришла мысль в голову, что это вряд ли способно было нарисовать мое подсознание.

– Мы скоро будем на месте, – сказала мне она, когда мы пролетели сквозь черную дыру.

Наши атомарные структуры стали собираться и снова возвращаться в человеческий облик. Все такая же красивая. Моя девушка с синими глазами, цвета неба. Та, с которой мне всегда было так комфортно и хорошо. Я снова ощутил теплоту ее руки. Такую же, каким был ее взгляд, когда она смотрела на меня.

– Вот моя планета, – сказала она, показывая мне на одну из сфер, – я не знаю, готов ли ты.

Я сказал, что готов. На ее лице читался страх. Она боялась мне что-то показать.

Мы стали приближаться к ее планете, довольно медленно, она не спешила.

Мы прошли несколько слоев газа, спускаясь на ее «Землю». Огненное кольцо, защищавшее эти слои, которое выжигало все на своем пути, никак не задело нас. Мы были невесомой структурой, которая вряд ли существовала и в этой реальности.

Поверхность была испещрена бьющими вулканами, цвета были настолько разнообразными, такими, какие не позволит увидеть видимый диапазон доступного нашему зрению излучения. Это было нечто невероятное, будто бы я запил кокс лсд и всадил в себя шприц метамфетамина. Все было другим. Она стояла рядом со мной, а я разглядывал, как переливающиеся кристаллы летят над моей головой, а поверхность дышит, будто бы она вся целиком была живой.

Стагнационное состояние, в котором находится наша планета, в котором мы существуем, не замечая, как все вокруг нас растет и тектонические пласты двигаются с той скоростью, к которой мы привыкли, здесь не имело никакого значения.

– Я не та, кого ты видишь перед собой, -через выдох сказала она, отрывая меня от изучения. – Я хочу, чтобы ты увидел.

– Да, конечно, – согласился я.

Она повела меня за собой. Мы стали врезаться в земную кору, уходя глубже вниз.

Их народ не мог существовать на поверхности, так я тогда подумал.

Когда мы опустились вниз, я был поражен. Она подвела меня к слизняку, одному из многих, державших породы, свод одной из пещер. Этот слизняк отличался от всех, он горел тем же самым цветом, которым была ее атомарная структура в тот момент, когда мы летели в космосе.

– Это я. – сказала она мне.

Я опешил и отпустил ее руку. Она удивилась. Она посмотрела на свою руку недоуменно, затем на меня. Ее глаза наполнились слезами.

– Я знала, что ты не примешь меня такой. Зачем же ты тогда со мной? Зачем зовешь меня каждый день? Я проделываю этот путь, чтобы быть с тобой. Мы держим эту планету, мы держим своды этой пещеры, благодаря нам эта планета существует. Когда я отключаюсь, включаются другие и работают за меня в 2 раза больше. Почему? Зачем ты так со мной? Ты ведь сам меня позвал! Я больше не приду!

– Подожди! – крикнул я. – Ты ведь шутишь?

– Похоже на то, чтобы я шутила? Уходи, я прошу тебя, уходи! – она махнула рукой и закрыла лицо руками.

И тут я проснулся. Я подошел к зеркалу, умываясь и рассматривая свое лицо. В правом глазе я увидел яркий золотистый проблеск, который почти сразу пропал. Всего лишь сон.

Но весь рабочий день мне было дискомфортно, я будто бы лишился чего-то. Мне чего-то не хватало.

Я пришел домой, как обычно, но спать мне не хотелось, я проиграл целую ночь в стрелялки и весьма бодро отправился на работу на следующий день.

Я вырубился за столом в обед. Никаких снов. Меня разбудил мой начальник, который старательно вырисовывал мне усы маркером. Старый дядька был, прикалываться любил. Злил меня обычно своими подколами.

Еще час я стирал эти усы средством для снятия лака, которое взял у сотрудницы. В конце часа я снова заметил тот же золотой проблеск в глазу. Слишком сильно, видимо, тер.

Вечером я лег спать, как обычно. Никаких снов. Четкий провал в никуда, чтобы снова проснуться, как ни в чем не бывало.

Так продолжалось около месяца. Мне ничего не снилось.

Мне чего-то не хватало. Я чувствовал это. Я проводил время в барах, знакомясь с новыми и новыми девушками. Вечера были веселыми. Каждый вечер новая красотка, но затем я понял… ни в одной из них не было ЕЕ.

Я стал ложиться спать и звать ее. Мне кажется, я стал сходить с ума. Новый день. Как день сурка. Провал в никуда, раз за разом.

Что она сделала? Черт возьми, что она сделала со мной?

Я искал ее. В каждой из этих девушек.

***

– Вы уверены, что хотите подписать эти документы? – спрашивает у меня врач, я сижу напротив него. – Зачем Вам это?

– Я уверен в том, что делаю. – произношу я.

– Ваши тесты показывают, что у Вас нет психологических отклонений, качает головой. – Вы здоровый и красивый мужчина, у Вас впереди еще долгая жизнь, Вы можете многого добиться.

Я ставлю подпись и буравлю его взглядом.

– Ладно, это Ваш выбор. Вам решать. – врач разводит руками. – Приходите завтра.

***

Ты ведь придешь снова? Я буду ждать тебя.

В своей добровольной сонной коме.

Без судьбы

Я бы сказал на что это похоже. Это похоже на зависимость…

***

Мы сидели с друзьями и смотрели на звезды. Это редкость в компании, я очень хорошо знаю об этом. Когда посещено несколько мест за день, программа перевыполнена, вина выпито много, разговоры завершены, впечатления от отдыха получены, а некой романтики не хватает…

Мы, четверо взрослых мужчин, просто сидели и смотрели на звезды.

– В этом все-таки что-то есть, – вдохнул Анатолий, бородатый татуированный детина, предпочитавший пить только крепкий алкоголь и настолько обожавший свою кошку, что он даже умудрился завести отдельную страничку в социальных сетях для нее.

– Дааа, – многозначно протянул Николай, разглядывая свою обувь.

За неделю мы очень сильно сроднились с домом, в котором отдыхали и ласково называли его «халупкой». Халупка была очень уютной, мы были на террасе халупки.

– Девочек не хватает, – сказал Игорь, разглядывая большую медведицу.

– Блин, братан, ты опять портишь момент, – негодую я.

А он не портил. Мы сидели, молчали и каждый из нас понимал. Чего-то не хватает. И дело было вовсе не в девушках, дело было совсем в другом.

Мы привыкли жить на полную катушку, мозг каждый раз впитывал что-то новое, но сейчас это странное чувство полностью поглощало нас изнутри.

Я почувствовал одиночество, будто бы никто в целом мире не может меня понять. Надо это как-то выбить. Всю эту дурь.

Это было так глупо и так четко одновременно, что я даже поежился. Три пары глаз тут же внимательно обратились ко мне. Я пожал плечами:

– Красивое небо сегодня.

Ребята издали:

– Агааа, – как братья из Ларца, ей-богу.

И тогда я предложил закончить эти ванильные посиделки и пройтись по ночному городу, я слышал, что было несколько потайных мест, в которых якобы водились призраки.

Парни труханули и выпили еще. Видимо, я заставил их в это поверить, хотя ничего такого, я, по правде, не слышал.

Обладая хорошим даром убеждения можно говорить людям всё, что угодно. И они с радостью верят во всякую ерунду.

Мы вышли в город. Было довольно поздно для того, чтобы в домах горели огни.

Я просто шел вперед, а 3 моих друга, чтобы унять свой страх, громко шутили и смеялись. Я надеялся, что хоть где-то увижу нечто похожее на призраков, чтобы как следует позлить их и напугать.

И только через часа полтора я заметил заброшенный дом в низине, заполненной дымкой. Я предложил друзьям спуститься.

История всегда находит ищущих. Знаете такое? Я не знал.

Именно эта фраза была написана на этом доме баллончиками разноцветных красок какими-то вандалами.

Когда мы подошли к дому, тумана становилось все больше. Будто бы кто-то курил огромный кальян и выдыхал дым все чаще и чаще.

Пахло ладаном и травой.

Мы остановились. Туман шел со всех сторон. И вдруг его стало так много, что улицы мы уже не видели. Мы услышали бой барабана, написанная на доме светилась фосфорическим светом.

Стало не по себе. Совсем не по себе. Анатолий чуть взвизгнул от скрипа открывающейся двери.

Кто-то спустился со ступенек легко и будто бы невесомо. Силуэт девичий.

Она подошла к нам вплотную, кстати говоря, мы стояли очень близко друг к другу. Девушка была, в легком, таким же как и ее движения, балахоне, который открывал ее обнаженные ноги, украшенные несколькими браслетами, а лицо было прикрыто капюшоном.

Она сняла капюшон, мы увидели ее бледно-зеленую полупрозрачную кожу и огромные глаза.

– Инопланетянка, – толкнул меня в бок Анатолий.

Она изучала нас, обходя и меняя взгляд со взгляда зверя до взгляда любопытного ребенка.

– Лесной дух, – поспорил Николай с Анатолием.

– Девушка, а Вы кто? – Игорь всегда был самым смелым из нас.

Тут же она одним движением схватила его за горло одной рукой и оторвала от земли.

– Штооо выыы зссссдесь зсссссабыли? – прошипела девушка, как змея. Игорь тут же ответил:

– Красавица, подожди, – он хрипел. – Мне, конечно, все нравится, но давай полегче.

Она отбросила его, он чуть подлетел, и ребята успели его поймать.

Она подошла ко мне и посмотрела мне в глаза. Я увидел, как переливается ее кожа, она сделала несколько движений головой, будто обнюхивая меня, более подробно изучая со всех сторон. У нее были невероятно огромные черные-синие глаза.

– Вы те сссссамые исссскатели приключений…– выдавила она сквозь зубы.

– Видимо, да, – ответил я, не буду спорить. Она чего-то явно хочет от нас.

– Вы не будете ссссегодня зсссаходить в мой дом, – заявила она. Никогда такого не слышал такой речи. Ей было тяжело разговаривать.

– Сссидеть! – крикнула она резко. В ее голосе и поведении было столько власти, что мы немедленно сели на мокрую траву.

Так получилось, что она оказалась внутри квадрата, а мы оказались по его сторонам.

– Любите играть с судьбой, значит? – безэмоционально произнесла она.

– Мне стремно, – взвигнул Толя, – Дамочка, можно мы просто пойдем? Мы не любим играть…

– Я вижжжу вас насссквозссь! – закричала она ему в лицо. Кстати сказать, за все время общения не было видно ее рта.

– Вы зсса этим зссдесссь! И я дам Вам то, чччего Вам не хватает! Протяните руки!

Мы переглянулись и сделали то, что она сказала.

Она разглядывала их, пританцовывая и переминаясь с ноги на ногу. Под ее взглядом наши линии на руках зажигались разноцветными фосфоритовыми цветами, точно такими же, как написанный текст на ее доме. Тумана становилось больше и больше, сначала мы перестали видеть друг друга, затем перестали видеть девушку. Линии на руках пульсировали: то загорались, то погасали; и только эти всплески цвета было видно сквозь дымку.

Затем также резко туман развеялся. Мы остались в кромешной тьме, резко вскочили и рванули в сторону улицы, где ярко горел фонарь.

Под фонарем мы остановились отдышаться после бега и после пережитого.

– Твою мать! – крикнул Анатолий. – Посмотрите на свои руки!

Мы подняли руки и поднесли их к свету. Ни одной линии, ни одного отпечатка пальца.

– Пойдемте отсюда скорее! Диман, нафига ты нас завел сюда? Я аж отрезвел! – испуганно сказал Игорь.

Мы отправились к своей халупке. Когда пришли, сразу легли спать. Снов не было.

***

Я проснулся в приподнятом настроении под шум моря. Я потянулся, и тут… снова рассмотрел свои руки. На них не оказалось ни одной линии. Я тут же подскочил и побежал к ребятам. Я перебудил их всех, заставив показать ладони. Такая же ситуация.