Коуч 3

– Он ведёт нас, – хрипло сказал Торван, с трудом вытаскивая ногу из особенно глубокой топи. – Осёл, я имею в виду.

– Единственный адекватный член экспедиции, – согласился Сергей, чувствуя, как ледяная вода заливается за голенище сапога. – Он хотя бы знает, куда ставить копыта.

Через час они вышли на относительно сухой, кочковатый островок, поросший кривыми, корявыми деревьями. И именно здесь тропа фонарщика обрывалась. Вернее, она вела под нависающий, покрытый мхом и паутиной корневой навес у подножия огромного болотного дуба. Из тёмного провала тянуло запахом сырости, разложения и той самой слабой биолюминесценции.

– Логово, – без эмоций констатировала Лейла, натягивая тетиву сильнее.

– Наш проводник, похоже, дома. Точнее, был дома, – произнёс Сергей, подходя ближе. Его Анализ Угрозы (99%) сканировал вход: следы слизи, обломки панцирей поменьше (личинки?), странная, почти невидимая дрожь в паутине. Что-то было не так. Слишком тихо. Слишком…

– Осматриваем, – решил он. – Но не все. Лейла, прикрывай. Торван, щит вперёд. Жмых, не вздумай ничего трогать без спроса. Браги, Альдрик – фланги. Упрямец… что жуёшь?

Осёл, стоя в стороне, с философским спокойствием жевал какой-то болотный мох.

Торван, пригнувшись, первым заглянул под корни. Внутри было просторнее, чем казалось. Полусферическая пещера, вырытая в плотной глине, была усеяна костями мелких животных, смазанных густой слизью. Стены и потолок светились призрачным сине-зелёным светом – это светились колонии грибков или лишайников, поглощавших, видимо, отходы жизнедеятельности фонарщика. В центре лежало нечто, заставившее Жмыха ахнуть.

– Коконы! Личиночные коконы!

Их было три. Каждый размером с крупную собаку, из той же полупрозрачной, светящейся слизи, что и внутренности взрослой особи. Внутри слабо шевелились тени.

– Они… живы? – спросил Альдрик, и в его голосе слышалось отвращение.

– В теории, они должны быть в состоянии анабиоза до следующего сезона дождей… – начал было Жмых, но Сергей его перебил.

– В теории, они могут проснуться от нашего шума и попытаться позавтракать нами. Уходим. Здесь ничего полезного.

Именно в этот момент его Анализ Угрозы, уже несколько минут лихорадочно сканирующий обстановку, наконец собрал все кусочки воедино. Слишком прямая тропа. Слишком удобное логово на пути. Слишком свежие следы у входа того существа, которое было уже мёртвым. Дрожь паутины не от ветра. От вибрации по земле.

Это была не случайность. Это была, что ещё хуже, сигнализация.

– ВСЕ НАЗАД! – закричал он, но было уже поздно.

Снаружи, со стороны, откуда они пришли, раздался тяжёлый, влажный шлепок по грязи. Потом ещё один. Из тумана, сотрясая землю, выползли два Болотных фонарщика. Они были крупнее первого. Их светящиеся брюха пульсировали агрессивным красноватым светом. Они шли не хаотично. Они перекрывали выход с кочковатого островка, двигаясь с двух сторон.

Ловушка захлопнулась.

Паника, холодная и острая, кольнула Сергея. Два взрослых монстра. Тесное пространство у логова. Сзади – глиняная стена и коконы. Он видел, как Лейла разворачивается, целясь в глаз ближайшему чудовищу. Видел, как Торван и Браги смыкают щиты, образуя тесный коридор. Слышал, как Альдрик бормочет заклинание, а Жмых лихорадочно роется в сумке. Видел Упрямца, который просто отошёл в сторонку и продолжил жевать, как будто наблюдал за плохо поставленным спектаклем.

И в этот момент, под давлением абсолютной, рассчитанной угрозы, что-то в его восприятии щёлкнуло.

Раньше он видел угрозы и анализировал их. Теперь он начал видеть систему. Его взгляд скользнул по фонарщикам, и он не просто увидел монстров – он увидел тактическую схему. Красные стрелы возможных атак, исходящие от каждого, накладывались на синюю сетку безопасных (или менее опасных) зон. Он увидел, как вибрация от шагов одного передаётся по грунту к коконам в логове – потенциальный триггер. Он увидел слабое место не в анатомии, а в поведении: существа двигались, чтобы загнать их в ловушку, а не атаковать сразу – значит, ждут чего-то. Или кого-то для командования.

Всё это промелькнуло в сознании за долю секунды, не как мысль, а как мгновенное, всеобъемлющее понимание. В поле его зрения, поверх реального мира, вспыхнули и тут же рассыпались золотыми буквами строки:

«Навык [Анализ Угрозы] достиг 100%. Условия для эволюции выполнены (критическая тактическая ситуация, глубокое осознание системного характера угрозы).

ЭВОЛЮЦИЯ: [Анализ Угрозы] -> [Тактическое Предвидение].

Уровень нового навыка: 1%.

Эффект: Способность не только оценивать текущие угрозы, но и на основе анализа поведения, среды и собственных возможностей команды предсказывать наиболее вероятное развитие ситуации на 5-10 секунд вперёд в виде интуитивных «вспышек-симуляций». Требует высокой концентрации. Прогноз не является абсолютной истиной, но отражает наиболее вероятный исход на основе имеющихся данных.»

Новый навык, ещё сырой и не обкатанный, тут же сработал. В мозгу Сергея вспыхнуло несколько кадров будущего, как обрывки кошмара:

1. Лейла выстрелит, ранит, но не остановит. Фонарщик №1 рванёт вперёд, разбивая строй щитов.

2. Альдрик направит огонь в морду второму, тот взбесится и начнёт бить хвостом по земле.

3. Вибрация разбудит коконы. Из них вырвутся три полувзрослых, голодных личинки и атакуют с тыла.

4. Исход: хаос, разорванный строй, раненые, возможно, смерть.

Всё это произойдёт за десять секунд.

– СТОП! – крикнул он так громко, что даже фонарщики на мгновение замерли. – Лейла, не стреляй! Альдрик, огонь не в них! В коконы! СЖЕЧЬ КОКОНЫ СЕЙЧАС ЖЕ!

Его команда, выдрессированная до автоматизма, среагировала быстрее, чем осмыслила. Альдрик, уже направлявший луч на ближайшего монстра, резко развернул руку. Струя сконцентрированного пламени ударила не по чудовищам, а внутрь логова, прямо в три светящихся мешка. Раздался не животный, а какой-то противоестественный, шипяще-пузырящийся визг. Свет внутри коконов погас, сменившись чёрным дымом и запахом горелой хитиновой слизи.

В тот же миг два фонарщика издали пронзительный, скрежещущий вопль – не ярости, а чего-то иного. Почти… отчаяния? Их агрессивная пульсация сменилась на хаотическую. Они перестали координировано сжимать кольцо. Один рванулся не на группу, а прямо к горящему логову, словно пытаясь спасти то, что уже не спасти. Второй замер в явной нерешительности.

Сергей, его разум всё ещё работал в режиме Тактического Предвидения (1%), увидел новый набор «вспышек»: теперь разъярённый, но лишённый тактики монстр; брешь в окружении; путь к относительно безопасной гати чуть левее.

– Торван, Браги, влево, по моему следу! Пробиваемся к той твёрдой полосе! Лейла, прикрой! Альдрик, Жмых – между щитами! БЕГИТЕ!

Они рванули, не как организованный отряд, а как единый организм, ведомый предвидением лидера. Торван с Браги, плечом к плечу, сбили с пути замешкавшегося фонарщика, не вступая в бой, а используя его же массу и импульс. Лейла отступила за ними, выпустив одну-единственную стрелу в монстра у логова, просто чтобы отвлечь. Через пять секунд они были на узкой, но твёрдой гати из спрессованного тростника, ведущей вглубь болот.

Оглянувшись, они увидели, как оба фонарщика собрались у дымящегося входа в логово, издавая странные, скорбные трели. Они не преследовали.

Команда, тяжело дыша, остановилась. Адреналин отступал, оставляя после себя дрожь в коленях и осознание, на грани чего они только что были.

– Что… что это было? – выдохнул Альдрик, туша тлеющий рукав от собственного заклинания.

– Тактика, – хрипло ответил Сергей, ощупывая виски, где пульсировала новая, непривычная мышца – Тактическое Предвидение. – Они защищали потомство. Мы убрали причину для скоординированной атаки. Идиотская сентиментальность даже для болотного насекомого. Но нам повезло.

Жмых, бледный, но с горящими глазами, смотрел на дымящееся логово.

– Материнский инстинкт у гигантских многоножек… Ни в одном трактате! Это же прорыв!

– Это же причина, по которой мы чуть не стали удобрением, – парировал Сергей. Он посмотрел на Упрямца. Осёл, пережевав свой мох, спокойно смотрел на них, как будто говоря: «Ну, закончили с глупостями? Можно идти дальше?»

Они стояли на гати, уводящей в самую гущу болот. Позади – дымящееся логово и два скорбящих чудовища. Впереди – туман и неизвестность. Их путь к артефакту только что стал на порядок опаснее. Но они получили новый инструмент. Обоюдоострый и требующий огромной цены.

Глава 5: Путь упрямого философа и засада из тины

Гать, зловеще уходившая в туман, казалась слишком очевидной. Слишком удобной. После ловушки с фонарщиками Сергей не верил ничему, что выглядело как «удобный путь».

– Мы с неё уходим, – твёрдо заявил он, считывая немой вопрос в глазах команды. – Это не тропа для прогулки, это дорожка для заманивания добычи. Мы ищем безопасный, если это слово здесь вообще уместно, путь. И для этого у нас есть эксперт по устойчивому грунту.

Все взгляды обратились на Упрямца. Осёл, почуяв внимание, лишь надменно повёл длинным ухом.

– Ты веди, – обратился к нему Сергей с долей иронии и искренней надежды. – Ищи самую вязкую, самую мерзкую, но самую неожиданную тропу. Ту, по которой никто в здравом уме не пойдёт.

Упрямец, кажется, понял. Он флегматично развернулся, несколько секунд обнюхивал воздух и сырую землю, а затем уверенно пошёл вдоль кромки гати, но не по ней, а рядом, выбирая кочки, выступы корней и подозрительно зыбкие на вид участки мха. Команда двинулась за ним, иногда проваливаясь по колено в ледяную жижу и хватаясь за скользкие стволы деревьев.

– Научный подход к выживанию, – бормотал Жмых, вытаскивая сапог из трясины с громким чмоканьем. – Животное, руководствующееся инстинктами, а не логикой. Фасцинирующе! Я должен задокументировать его маршрут для будущей теории о невербальной навигации в гетерогенных средах!

– Задокументируешь, когда не будешь тонуть, – огрызнулся Сергей, чувствуя, как новая способность, Тактическое Предвидение (2%), тихо, фоном щёлкало в сознании. Пока это были лишь смутные ощущения – «здесь лучше пригнуться», «эта кочка выдержит, а следующая – нет». Интуиция, помноженная на расчёт.

Путь был мучительно медленным и выматывающим. Каждый шаг давался с боем. Но они продвигались. И главное – вокруг царила лишь мерзкая, безжизненная тишь болот. Ни следов, ни звуков, указывающих на разумных существ.

Через несколько часов изнурительного пути Упрямец вывел их к странному месту: небольшое, открытое «озерцо» чёрной, стоячей воды, окружённое кольцом более-менее твёрдой земли. В центре водоёма торчали коряги причудливых форм, похожие на окаменевших великанов. Воздух здесь был чуть чище, а туман реже.

– Привал, – объявил Торван, с облегчением опуская щит на сухой участок. Все, кроме Лейлы и Упрямца (который сразу принялся искать съедобные коренья), в изнеможении опустились на землю.

Сергей присел на корточки у воды, всматриваясь в гладкую, как чёрное стекло, поверхность. Его Предвидение вдруг ёкнуло – слабое, но отчётливое предостережение. Слишком тихо. Слишком ровная вода. Ни ряби, ни листьев на поверхности.

– Никто не пьёт эту воду, – тихо, но властно сказал он. – И отойдите от кромки.

Они отползли. И этого как будто ждали.

Вода в центре «озерца» вздулась пузырём. Не большим и громким, а тихим, маслянистым. Из неё медленно, без единого всплеска, поднялась… фигура. Она была слеплена из ила, тины, переплетённых водорослей и костей. Двухметровая, бесформенно-гуманоидная, с пустотами вместо глаз и щелью вместо рта. Из её тела сочилась чёрная вода.

– Болотный голем. Дух-страж, – прошептал Браги, поднимая молот. – Они охраняют места силы. Или… места проходов.

Чудище сделало шаг по воде, не проваливаясь, как будто поверхность была для него твёрдой. Оно шло прямо на них, неспешно, неумолимо.

Тактическое Предвидение Сергея заработало на пределе. В его мозгу вспыхнули и погасли три варианта развития событий:

1. Атаковать в лоб (Торван/Браги): Голем поглотит удары, регенерирует из ила, схватит и утянет на дно.

2. Огнём (Альдрик): Вода и ил потушат пламя, пар обожжёт своих.

3. Обойти, атаковать сзади (Лейла): У голема нет «спины», он равномерен со всех сторон.

Но был и четвёртый, едва уловимый образ: голем движется не просто так. Он идёт по определённой траектории, как заводная игрушка, обходя сухое пятно на воде, где торчала самая крупная коряга.

– Он не просто страж! – выкрикнул Сергей, озарение ослепило его. – Он часть механизма! Он охраняет не место, а.… проход! Лейла! Корень, на который он не наступает! Под водой, у его основания! ЦЕЛЬСЯ ТУДА!

Лейла, не раздумывая, вскинула лук. Её Взгляд Неподвижной Стрелы (9%) сфокусировался. Мир сузился до точки под чёрной водой, у основания коряги. Она выпустила стрелу.

Стрела вошла в воду почти без брызг. Последовала тишина. Голем сделал ещё шаг.

И тогда из глубины донёсся глухой, металлический ЩЕЛЧОК, словно сработал механизм.

Голем замер. Его тинистое тело вдруг начало терять форму, оседая обратно в воду, как размокший песочный замок. Через мгновение от него осталось лишь мутное пятно на поверхности. А рядом с корягой, с тихим бульканьем, на поверхность всплыли и разошлись в стороны два огромных, покрытых ржавчиной и водорослями железных щита, скрывавших до этого узкий, тёмный проход в подводную пещеру или трубу.

Команда застыла в ошеломлённом молчании, глядя на открывшийся проход.

– Рукотворно, – первым нарушил тишину Браги, подходя к воде и всматриваясь в качество металла. – Древняя работа. Не орочья. Более… изящная. Возможно, эльфийская или ещё древнее.

– Потайной вход, – прошептала Лейла. – Который стережёт голем-страж.

– Который ведёт куда? – спросил Альдрик.

– Туда, куда мы идём, – ответил Сергей, его разум уже анализировал новую возможность. – К оркам. Или, что более вероятно, прямо к их святыне, минуя внешние посты. Такой проход могли построить те, кто спрятал артефакт до того, как орки начали ему поклоняться.

Жмых, забыв про усталость, уже доставал из сумки тонкий шнур с грузиком.

– Глубина… около двух метров. Проход идёт под небольшим уклоном вверх. Воздух, кажется, есть. Но темно. И тесно.

– Идеально, – усмехнулся Сергей без радости. – Нас ждёт тёмная, затхлая, узкая труба, полная неизвестности. Прямо как в лучших кошмарах. Но это лучше, чем продираться через все сторожевые посты Кривозубых.

Он посмотрел на свою команду – мокрых, вымотанных, но не сломленных. Упрямец флегматично жевал что-то у корня дерева, всем своим видом показывая, что подводные приключения – не его часть плана.

Глава 6: Подводная рулетка и каменные объятия

Сергей смотрел на чёрную воду, скрывающую вход в тоннель, потом на Упрямца, который с невозмутимым видом жевал какой-то болотный гибискус, явно не одобряя водные процедуры.

– Итак, план, – начал он, обращаясь к команде. – Мы оставляем нашего четвероногого стратега и философа здесь, в компании с основной частью наших припасов. Торван, если сможешь, оттащи вон тот здоровенный камень ко входу – чтобы Упрямца не сцапали, пока он будет размышлять о тщетности бытия. Берём только самое необходимое: оружие, запасные тетивы, сухой трут, зелья Жмыха, которые не взорвутся от намокания (надеюсь), и наш неистребимый оптимизм.

– А если это ловушка? – спросил Альдрик, с тревогой глядя на воду.

– Милый Альдрик, – вздохнул Сергей, – наше путешествие уже который день напоминает прогулку по желудку у очень нездорового великана. Всё вокруг – сплошная ловушка. Разница лишь в дизайне. Здесь хоть дизайн интригует: подводная потайная дверь с големом-швейцаром. Это уровень! Идём.

Пока Торван с Браги прятали часть груза под навесом и маскировали место, а Лейла составляла список самого нужного, Сергей подошёл к Упрямцу.

– Слушай, друг. Держись здесь. Не заводи философских диспутов с местной фауной. Если увидишь орков – делай вид, что ты просто неотъемлемая часть пейзажа, мшистый валун с ушами. Мы вернёмся. С кристаллом или в виде призраков, но тогда тебе, наверное, будет всё равно.

Осёл посмотрел на него тёмным, глубоким взглядом, медленно прожевал и отвернулся, всем видом показывая, что планы двуногих его утомляют.

Через полчаса они были готовы. Запасённый воздух в лёгких (магия Альдрика была не для создания подводных пузырей), зачехлённое и притороченное оружие.

– Я первый, – сказал Браги, сжимая в руке не молот, а короткий гномий топорик. – Щитом прикрою вход, если что.

– Вторая, – вызвалась Лейла, её лук и стрелы были упакованы в промасленную кожу.

– Торван с топором – третий. Потом я, Альдрик и Жмых. По очереди, без паники. Проплыли – не дёргаемся, ждём всех.

Один за другим они ныряли в ледяную, ошеломляюще тёмную воду. Сергей, перед тем как окунуться, ещё раз взвесил шансы в голове. Тактическое Предвидение (3%) молчало, давая лишь смутное чувство, что путь будет тесен. Ну, спасибо, великое.

Вода сомкнулась над головой. Два мощных гребка в полной темноте, ориентируясь только на слабый свет из тоннеля впереди (какой-то бледный грибок на стенах?), и его руки нащупали скользкий каменный порог. Он втянул себя внутрь. Тоннель действительно шёл вверх. Через пару метров можно было поднять голову и глотнуть затхлого, но пригодного для дыхания воздуха. Они оказались в низком, узком каменном ходе. Стены были обработаны, но временем и водой сглажены до состояния ледяной скользкости.

– Все на месте? – прошептал Браги впереди.

– Здесь, – отозвался Торван, его голос глухо отозвался от стен.

– Я тут, – сказал Сергей, отплевываясь. – Насладился местным минеральным составом. На вкус – отчаяние с примесью столетий.

– Фасцинирующая экосистема! – прошипел сзади Жмых, и слышно было, как он скребёт по стене, вероятно, соскабливая пробу. – Анаэробные бактерии, судя по запаху!

Они двинулись, согнувшись в три погибели. Торвану со его двуручным топором, притороченным за спиной, было хуже всех – он то и дело задевал лезвием за свод, вызывая скрежет и дождь каменной крошки. Пройдя около двадцати метров, тоннель слегка расширился, позволив им выпрямиться. На стенах тут были видны выцветшие фрески – стилизованные изображения звёзд и спиралей, определённо не орочьи.

– Эльфы, – подтвердила догадку Лейла, проведя пальцем по контуру. – Очень старые.

– Значит, артефакт мог быть спрятан ими, – пробормотал Сергей. – А орки нашли и присвоили. Логично.

Именно в этот момент Торван, шедший прямо перед Сергеем, наступил на каменную плиту, которая чуть просела под его тяжестью с едва слышным щелчком.

– Ловуш… – начал было Браги, но было поздно.

С правой стены, на уровне груди, с тихим шипящим звуком выдвинулся каменный блок. Не для того, чтобы раздавить, а, чтобы резко, с огромной силой, толкнуть в сторону противоположной стены. Удар был рассчитан на то, чтобы прижать неосторожного путника и раздавить ему рёбра.

Торван, предупреждённый криком, инстинктивно рванулся вперёд. Каменный блок не прихлопнул его, но проехался по его спине, там, где висел топор. Раздался оглушительный лязг металла о камень. И крик Торвана – не от страха, а от боли. Ловушка зацепила не его тело, а топор и с огромной силой провернула его, дернув за ремни. Сергей услышал отчётливый, тошнотворный хруст – вывих или перелом плеча.

Торван рухнул на колени, зажав левой рукой правый плечевой сустав. Его лицо исказила гримаса боли, но он не закричал.

– Торван! – Альдрик бросился к нему, но Браги остановил его.

– Не двигайся, торопыга

– Дайте дорогу эксперту! – протолкался вперёд Жмых, его глаза уже анализировали травму без паники. – Перелом ключицы, вероятно. Вывих плеча. Повреждение связок. Больно? Глупый вопрос, конечно больно.

Сергей подошёл, его мозг лихорадочно работал. Тактическое Предвидение наконец выдало серию картинок: если они останутся здесь, рано или поздно ловушка сработает снова, или их найдут. Если они попытаются тащить Торвана вперёд, он будет обузой и мишенью. Если они повернут назад…

– Жмых, – голос Сергея был стальным. – Можешь сделать так, чтобы он мог двигаться и, если очень нужно, драться? Хотя бы левой рукой?

– Можно иммобилизовать сустав плотной повязкой, дать обезболивающее и стимулятор, – быстро ответил полурослик, уже роясь в своей водонепроницаемой сумке. – Но это на час, не больше. Потом – шок и откат. И драться он сможет только одной рукой и с сильной болью.

– Более чем достаточно, – сказал Сергей, глядя на Торвана. – Выбора нет. Мы не можем вернуться. И не можем оставить тебя. Значит, вперёд. Можешь?

Торван, стиснув зубы, кивнул. Поток брани, который он обрушил на каменный блок, ловушку и архитекторов тоннеля, был краток, ярок и полон искренней, почти поэтической злобы.

Пока Жмых накладывал тугую, пропитанную зельем повязку, а Альдрик держал световой шар (рискуя привлечь внимание), Сергей осмотрел механизм. Ловушка была проста и смертоносна. Обратного хода не имела. Но сработала только на определённом весе.

– Отныне, – объявил он, – самый тяжёлый идёт последним. Браги, прощупывай каждый сантиметр перед собой. Мы превращаемся в сапёров.

Через десять минут Торван был на ногах. Его правую руку притянули к туловищу жёсткой перевязью. Его двуручный топор он теперь нёс в левой, как одноручное оружие, что выглядело нелепо и жутко. Боль выбелила его лицо, но в глазах горел прежний огонь.

– Весело, – хрипло процедил он.

– Ага, – согласился Сергей. – Наш поход официально перешёл из разряда «опасное приключение» в «чёрную комедию с элементами боди-хоррора». Двигаемся. И ради всех болот, больше не наступайте ни на что, что выглядит как пол.

Они двинулись дальше, теперь ещё медленнее, ещё осторожнее. Тоннель вёл вверх. Воздух становился менее затхлым. Где-то впереди, в темноте, чуть слышно, начал нарастать ритмичный, приглушённый бум-бум-бум. Бой барабанов.

Орки были близко. А они – уставшие, мокрые, загнанные в каменную кишку древней ловушки. Идеальные условия для культурного обмена.

Глава 7: Барабаны в камне и выбор тишины

Бум. Бум. Бум.

Звук проникал сквозь камень, отдаваясь в грудь. Ритмичный, мощный, животный. Барабаны орков. Они были уже не просто где-то «впереди» – они окружали, заполняли узкий тоннель вибрацией, превращая каждый шаг в шаг по натянутой струне.

Сергей остановил группу, прижав палец к губам. Его Тактическое Предвидение (4%), всё ещё сырое, скреблось на задворках сознания, предлагая размытые образы: вспышка факелов, крики, тупик. Прямой выход в эпицентр при таком состоянии Торвана был равносилен самоубийству.

– Меняем план, – прошептал он, едва слышно. – Мы не можем вывалиться им на голову как подарок. Ищем боковой ход. Вентиляцию, сточный канал, трещину – что угодно.

Браги кивнул, его гномье чутье к подземельям сразу включилось. Он приложил ухо к стене, потом к полу, водил пальцами по швам между камнями.

– Воздух тянет отсюда, – он указал на едва заметную тень в стене слева. – Не основной поток. Скорее, щель.

Щель оказалась узкой, почти вертикальной расщелиной, скрытой выступом скалы. От неё действительно тянуло слабым, но свежим (относительно) потоком воздуха.

– Я пролезу, – вызвалась Лейла, уже сбрасывая с себя лишнее.

– Осторожно, – сказал Сергей, и в его голосе не было сарказма, только напряжение. – Если что, свисти. Не геройствуй.

Лейла исчезла в темноте расщелины с ловкостью ящерицы. Минута тянулась за минутой. Барабаны не стихали. Торван сидел на корточках, прислонившись к стене, его дыхание было ровным, но слишком громким в тишине тоннеля. Жмых что-то тихо бормотал, проверяя пульс у воина и качая головой.

Наконец, спустя пять вечностей, из щели послышался тихий, но отчётливый свист, сигнал «всё чисто, можно двигаться».

– По одному, – скомандовал Сергей. – Сначала Альдрик с Жмыхом, потом Торван, я, Браги замыкает. Торван, сможешь?

– Смогу, – буркнул воин, поднимаясь. – Только, чёрт возьми, не смотрите, как я буду втискивать своё прекрасное тело в эту каменную щель. Это не для слабонервных.

Проход был адски узким. Торван, даже с одной работающей рукой и с безумной болью в другой, проявил чудеса гибкости и упрямства, стиснув зубы так, что, казалось, они вот-вот треснут. Браги в конце застрял на секунду, но мощный толчок ногами решил проблему.

Они вывалились в небольшой, круглой камере с куполообразным потолком. Это была древняя цистерна для сбора воды или вентиляционная шахта. Свет проникал сверху через решётку, заросшую мхом и корнями. И этот свет был не ровным – он подрагивал в такт отблескам огня откуда-то сбоку. Лейла уже была там, указывая на узкую, горизонтальную щель на уровне пола, похожую на бойницу или смотровое окно.