Странная Любовь

Мы послушно выполнили то, что она просила, и последовали за ней к настенному дозатору. Сильным нажатием локтя на рычаг девушка выдавила порцию антисептика себе на ладони и показала, как тщательно растереть его до самых запястий. Запах спирта ударил в нос, и я поморщилась. Ненавижу этот запах. Навевает самые неприятные и тяжёлые воспоминания…

После того, как мы продезинфицировали руки, она протянула нам одноразовые комплекты: тонкие хрустящие халаты и шапочки.

— Постарайтесь убрать под шапочку все волосы, это важно для стерильности, — добавила она, пристально наблюдая за тем, как мы неуклюже справляемся с завязками.

Медсестра внимательно осмотрела нас, поправила сползающую шапочку на моем спутнике и, убедившись, что все правила стерильности соблюдены, кивнула.

— Идите за мной, только, пожалуйста, сохраняйте тишину. Пациентам нужен покой, — прошептала она, открывая вторую герметичную дверь.

Путь по больничному коридору казался бесконечным. Мы шагали по глянцевому полу, стараясь не нарушать безмолвие отделения, но наша одноразовая одежда издавала едва заметный шелест при каждом движении. Белизна стен и резкий запах создавали ощущение изолированности от внешнего мира.

Вскоре она остановилась у одной из многочисленных дверей. Сверившись с табличкой, медсестра приложила магнитную карту к замку. Раздался негромкий щелчок, и тяжелое полотно медленно отъехало в сторону, открывая проход в стерильное пространство.

— Проходите.

Внутри слышался мерный, механический писк приборов. Через стеклянную вставку в двери виднеется часть кровати и хитросплетение прозрачных трубок.

Стас остановился перед раскрытыми белыми дверями. Я приметила, как побелели его костяшки, а вены на висках вздулись. В этот короткий миг вся его властность куда-то исчезла, обнажив глухую, болезненную растерянность. Он не решался переступить порог, словно само движение могло разрушить хрупкое равновесие между надеждой и реальностью. Его взгляд прикован к мерцающим индикаторам внутри палаты, и в этом отраженном свете он казался измождённым.

Я продолжала терпеливо ждать, не торопя его и не надоедая ненужной болтовнёй.

Наконец, его плечи едва заметно опустились, и он медленно, точно преодолевая сопротивление невидимой преграды, шагнул внутрь. От движения внутри свет включился, ярко озаряя комнату, и я увидела её.

Точная копия Стаса лежала на специализированной кровати, обвешанная множеством капельниц, аппаратов и проводов. Впалые щёки, худые конечности и темные круги под глазами. От её вида мне стало плохо, а сердце сжалось.

Он сел на стул рядом с её кроватью, взяв тонкую бледную руку в свою.

— Она…

— Моя сестра.

— Но…что случилось с ней?

— Два месяца назад её похитили.