Демон. Вы прибыли в пункт назначения

Добрая женщина дала мне в дорогу свежих булочек, которые привезла с города, и теперь я еду по ухабам деревенской дороги, уплетая сладкую и очень вкусную сдобу. На душе поют соловьи. В памяти один за другим возникают моменты, проведенные вместе с Дарком. Кто бы знал, что моя любовь – это демон?

На гараже болтается старый фонарь, освещая ворота. Сюда, в его лучи, и паркуюсь. На кухне свет не горит, в гостиной тоже. Возможно, Иван лег спать.

В дом захожу на цыпочках. Свет тут же загорается, но не яркий, а мягкий и приглушенный. Дом явно дает понять, что Иван действительно уже спит.

В комнату мне не нужно, ключи с собой, не хватает только смузи. Я знаю, что Иван оставил несколько бутылок на кухне.

Через пять минут я уже шлепаю в сланцах по дорожке к гаражу по ночной прохладе. Хорошая новость от Иванны придает сил, а настроение такое отличное, что ни один монстр его не испортит.

Я не знаю, что скажет Зилий, но уверенна, что вместе с Дарком мы его переиграем.

В кабинете тепло и, как всегда, царит особый аромат. Я уже выучила все, что нужно делать для вызова демона. Свечи быстро занимают места в углах звезды. Две минуты и зелье готово. Дым начинает наполнять кабинет, я делаю глоток, привычно сморщив нос.

– Зилий! Зилий! Зилий!

В дыме с проблесками оранжевого и красного цветов, появляется черная точка. Там, на той стороне портала, такая же комната, только зеркальная. Точка превращается в черное облако, и я слышу тяжелые удары копыт по деревянному полу.

Спокойно стою у края защитного круга и смотрю, как появляются сначала рога, а затем и голова. Зилий вылезает из черного дыма полностью, и он развевается, будто и не было.

– Чего ты хотел?

– Как моя невестка поживает?

– Не лукавь! Что с Соломоном?

– Лучше расскажи, как мой сын в роли мужа? Любит ли? Цветы дарит? На руках носит?

Стряхиваю разряд с пальцев в пол, оставляя на нем прожженный след.

– Хватит! Наша семейная жизнь тебя не касается!

– Эти слова говорят о многом, – гад довольно ухмыляется, кивая сам себе. – Но твоя дерзость, – улыбка резко превращается в оскал, – говорит о том, что сын не справляется!

Зилий недовольно ревет в потолок, но я стойко держу ровное выражение лица.

– С чем? Ролью мужа?

– Именно!

– Это не ко мне! – фыркаю в ответ, а у самой сердце екает.

– Ответь, дитя мое, – Зилий снова меняет маску, и голос его звучит как песня, – любишь ли ты его?

В моей голове разворачивается настоящая битва. Я не знаю, что сказать! Если да, то он отстанет на время. Однако, может и попросить врата открыть. Если нет, то что?

– Так, что? Задумалась?

– Нет.

– Нет? Не любишь?

– Нет, – принимаю этот ответ.

Демон молча опускает голову, сжимая руки в кулаки. Пол под ногами начинает незаметно дрожать.

– Все приходится делать самому.

– Что ты задумал? Где мой дедушка?

– Сын подвел меня, но я могу сделать тебя своей женой и тогда, ты будешь счастлива.

– Что?! – мозг плавится от того, что я слышу.

Делаю два шага назад к столу, где лежит нож. Яркая внезапная вспышка ослепляет, хлопок бьет по ушам так, что я забываю о ноже и закрываю уши руками.

В кабинете становится невыносимо жарко, словно кто-то открыл дверь в ад. Открываю глаза, руки уже шарят по столешнице в поиске ножа, но его, видимо, откинуло волной.

Зилия больше нет, но передо мной из черного дыма вырастают две адские собаки с горящими красными глазами. Дым все больше уплотняется, я слышу их утробный рык.

Не понимая, что делать, я выбегаю из кабинета. Руки трясутся, но я вставляю ключ в замочную скважину с первого раза. Теперь бежать!

Срываюсь вниз по лестнице, а позади слышен вой и звук лопающегося дерева толстой двери. Неужели он хочет убить меня?!

– Не беги! – голос словно эхо раздается в голове. – Они приведут тебя ко мне!

– Никогда! – кричу в темноту тоннеля, пока ноги несут меня вперед.

По лестнице, ведущей с гараж, я взлетаю так быстро, как могу. В памяти проносятся строки из книги и картинки из воспоминаний. На стене в гараже висят разные ножи. Заклинание изгнания всплывает в памяти, как по щелчку.

Забегаю в гараж и четко хватаю самый большой нож со стены. Губы быстро шевелятся, глаза закрыты – я шепчу заклинание в лезвие, удерживая нож на ладонях.

Вой и лай все ближе. Звук когтей, рвущих под собой бетон, заставляет отвлечься. Я не успею!

Снова и снова тараторю заклинание, но две твари выпрыгивают из проема прямо на меня. Секунды растягиваются в минуты перед неизбежным. Я не успела…

Внезапно, ворота гаража разлетаются в щепки, которые летят мне в лицо с порывом сильного ветра.

Открываю глаза, а передо мной, преграждая путь собакам, стоит Дарк. В следующую секунду адские псы бросаются на него. Один впивается клыками в левую руку, другой в правую. Дарк стряхивает одного, направляя в стену, а второго хватает за гриву. Раздается визг, скулеж и дым рассеивается.

Вторая собака запрыгивает на Дарка сверху, но он успевает сомкнуть крылья над головой. Острые перья режут пса, но он рычит и пытается укусить.

Черные крылья резко расправляются, скидывая тварь. Дарк перехватывает его на лету и впечатывает в бетонный пол так сильно, что тот трескается, а пес развеивается черным дымом. Наступает тишина.

Глава 18

Глава 24.

– Оля! – Дарк срывается с места ко мне, забившейся под верстак с ножом в руке.

В порыве бросаюсь к нему на шею. Дарк поднимает меня на руки словно пушинку, укрывая крыльями.

– Прости, – шепчет мне в волосы, а я вдыхаю его запах, прижимаясь сильнее.

Теплое чувство безопасности окутывает меня, и я быстро успокаиваюсь.

– Оля! Оля! – взволнованный голос Ивана. – Что здесь случилось?!

На обломках ворот топчется растерянный дворецкий в милой пижаме с котятами. Дарк раскрывает крылья, и мы оба, первым делом, давимся от смеха.

Иван смущенно опускает взгляд на пижаму и оправдывается:

– Это… Иванна с города привезла.

– Ладно вам! Пижама огонь!

– У тебя истерический смех, Ольга, или ты не замечаешь разрухи вокруг? – Иван резко принимает поучительный вид.

Видимо обиделся за смех над пижамой.

– Иван, тебе лучше уйти.

Дарк медленно ступает прочь из гаража, и не думая выпускать меня из рук.

– Уйти? – Иван мотает головой, не желая соглашаться.

Наконец, мои ноги касаются земли, но мы держимся друг за друга как приклеенные. Снаружи гараж выглядит плачевно. Ворот нет, стены покрыты трещинами, некоторые доски непоправимо лопнули. Я понимаю, что это начало. Зилий разорвет сделку.

– Теперь Дарк враг для Зилия, – вздыхаю, глядя на гараж, а затем на Ивана.

Тот потерянно озирается.

– Оля права. Оставаться опасно.

– Но…

– Никаких, но, – отрезаю без шанса на возражение. – Садитесь в машину и езжайте к Иванне.

Иван несколько секунд буравит меня взглядом. Для него это тяжелая необходимость. Наконец он опускает глаза и идет к машине. Ключ я не забираю, на острове это ни к чему.

Обнявшись, мы с Дарком провожаем взглядом мою ягодку, которой неумело управляет Иван. Машина дергается и глохнет, но хотя бы едет ровно по дороге.

– Как ты? – Дарк крепче сжимает меня в объятиях, осматривая каждый миллиметр лица. – Не думал я, что отец начнет сегодня.

– Я в порядке, ты успел, – расплываюсь в улыбке, вспоминая слова Иванны.

– Пришлось бросить одно важное дело.

– Какое?

– Пойдем, ты покажешь, где спрятан Соломон.

Мы решительно направляемся в дом, где сейчас горит каждая лампочка и светло как днем.

– Объясни, – едва поспеваю за его широкими шагами.

– Я был в аду, искал его.

– Правда?! – благоговейный восторг захлестывает меня. – Нашел?!

– Нашел, – улыбается он так нежно, сжимая мое плечо.

Мы поднимемся на крыльцо и дверь открывается. Дом скрепит и гудит трубами – волнуется, еще и Иван уехал. Провожу рукой по стене и получаю в ответ вибрацию.

– Он заключен в клетке, но его выпускают на прогулку раз в день.

– Как в тюрьме?

– Да, только надзиратели – демоны с пиками.

– Ох, дедушка, – в груди болезненно сжимается сердце.

– Мне нужно вернуться и забрать его. Теперь это будет сложнее. Зилий не остановится и будет пытаться похитить тебя.

– Ты не оставишь меня одну.

Мы стоим у двери под лестницей, ведущей в подвалы. Моя рука лежит на круглой ручке, я жду ответ.

– Придется, Оля. Мы спрячем тебя, но сперва нужно добраться до Соломона.

– И что тогда?

– Его тоже нужно спрятать. Зилий придет и за ним.

Шумно выдыхаю, переваривая его план. Делать нечего, а за себя я постою… сколько смогу.

– Хорошо, так и будет.

Открываю дверь, и мы начинаем спуск. Стена, что прячет проход, исчезает с одного моего прикосновения. В прошлый раз пришлось напрягаться.

Затхлый запах подвала неприятно щекочет нос. Я уверенно иду вперед по темноте, прекрасно различая каждую мелочь.

Поравнявшись с зеркальными подвалами, я останавливаюсь, ощущая, как и в прошлый раз, взгляд.

– Что? – Дарк обхватывает мои плечи сзади, а я поворачиваю голову вправо.

Там, из темноты комнаты на меня смотрят белые и красные глаза.

– Демоны?

Дарк заглядывает вслед за мной.

– Ого, да. Вот, где Соломон их держит.

– Кто они? – задавая вопрос, поворачиваю голову в другую сторону.

– Те, кто прорвался на землю.

– Это возможно? – не могу оторвать взгляда, а Дарк подталкивает меня вперед.

– Да, через людей, – продолжаем движение. – Они наговаривают им обещания, а те вызывают неосознанно или осознанно. Так они и пролезают в обход ворот.

Наконец, мы упираемся в тупик.

– Пришли?

– Да, – прикладываю руки к стене, и по телу пробегает дрожь.

Я сильнее вжимаюсь в стену всем телом, и она начинает растворяться, пока не исчезает полностью. Комната та же и дедушка стоит в той же позе. Его лицо сильно постарело еще больше, как и в моем сне.

– Ему остались сутки, максимум двое, – Дарк обходит живую статую, осматривая.

– Зилий лгал изначально?

– Да, семь дней не наступили бы.

Кончиком пальца касаюсь протянутой руки дедушки. Только холод и пустота сосуда без души.

– Оля, мы должны спрятать его и запечатать вместе, что бы я мог проникнуть без тебя.

– Хорошо, но куда?

– В башню?

– Нет, – решительно отвергаю, – туда я пойду сама.

– Уверена?

– Да, там много артефактов. Я смогу подготовиться.

– Ты ведь не закрыла портал?

– Нет.

– Там могут быть нежелательные гости.

– Они не выйдут за круг.

– Псы могут.

– Я знаю, что с ними делать. Только надо закончить заклинание на ноже, от которого они развеются.

– Хорошо, но пойдем вместе.

Дарк осторожно поднимает тяжелого Соломона, и мы выходим из подвала. Куда еще не придумала, но отсюда нужно убираться.

Когда мы выходим к насосам, стена занимает свое место вновь, а мне на ум приходит идея. Дом меняет пространство, как вздумается. С Жориком были даже консервы.

Дарк ставит дедушку на пол, а я без объяснений подхожу к стене и мысленно направляю дому картинку из воображения. Стена под ладонью мгновенно реагирует короткой вибрацией. Я закрываю глаза и представляю продолжение этого помещения, скрытого стеной и запечатанного печатью демона и охотника.

Внезапно раздается скрежет. Открываю глаза, а стена, которой я касаюсь отъезжает от меня.

– Ты делаешь новую комнату? – Дарк восторженно наблюдает, как образуется небольшой карман.

– Дом делает.

Дарк бережно ставит дедушку в новое укромное место. Приложив руку к стене, я прошу закрыть его. Не проходит и двух секунд, как стена вырастает перед нами.

– Теперь печать, – оборачиваюсь к Дарку.

Он берет мою руку в свою, переплетая пальцы, и мы прикладываем ладони вместе.

– Знаешь, как наложить печать?

– Нет.

– Просто прикажи своей энергии и дому. Сейчас наши силы едины.

Киваю, придумывая слова, но они сами всплывают в мыслях, и я начинаю:

– Этот тайный вход не увидят глаза, кроме тех, чья энергия вливается в него. Его не откроет никто, кроме одного из нас. Я ставлю нерушимую печать.

Глубоко вдыхаю и направляю силы в руку. Разряды сливаются воедино, просачиваясь в стену словно паутина. Мгновение и все исчезает, но я знаю, что вход под защитой.

– Умница, а теперь в башню.

– Подожди, – чувствую, что сил не хватит на оборону. – Мне нужно выпить смузи.

На кухне все так же уютно, но дом наполнен тревогой. Я пью стоя, ведь ноги трясутся. Дарк пьет вместе со мной. Ему это нужно не меньше, ведь Зилий будет пытаться вернуть его на темный путь.

Бутылки опустели, мы покидаем кухню и дом, который жалобно скрипит нам вслед.

– Он не сможет пройти сам, а значит будет слать псов, пока те не справятся.

– Нужно запечатать портал.

– Сразу, как придем.

Решительными шагом, мы входим в разгромленный гараж. Проход в тоннель зияет черной дырой – заклятие слетело, когда Дарк вломился за мной.

– Как тебе удалось разрушить печать дедушки?

Спускаясь по узкой винтовой лестнице за Дарком, я чувствую исходящую от него энергию. Он готов бросится в бой сию секунду, но не просто так, а за меня. Его волнение и страх друг за друга передаются и мне.

– Не знаю, я почувствовал, что тебе страшно и вернулся. Физически я был не далеко.

– Где?

– У Иванны.

– Что? – резко торможу, ведь я тоже там была.

– Когда-то давно, ее мать водилась с Зилием. Земля под её домом пропитана адским зловонием. Я сам проник в дом, что бы спрятаться, пока буду в аду.

– И где же ты прятался? – догоняю своего мужа.

– На чердаке.

– И ничего не слышал, что было внизу?

– Нет, я ведь был не там. Почему ты спрашиваешь? – Дарк останавливается, когда мы спускаемся в тоннель.

– Просто так, – глупо улыбаюсь, сжимая в руке нож, что прихватила с гаража.

Мысленно выдыхаю – он не знает, что я была у Иванны. Добравшись до второй лестницы, становится понятна сила псов. Видимо, они с трудом помещались в узком проходе и рвали лестницу лапами, пока толкались. Некоторые ступеньки поломаны, куски перил валяются под ногами и повсюду рытвины и глубокие царапины от когтей.

Дарк притормаживает, когда мы почти поднялись. Идем в тишине, постоянно прислушиваясь. Пока все тихо, но Дарк решает мной не рисковать.

Он выставляет руку вперед, останавливая меня. Слова не нужны, достаточно взгляда, что бы понять его просьбу. Киваю в ответ, и он поднимается дальше один.

Тишина без Дарка давит на уши. Я слышу его невесомые шаги и перестаю дышать. Поднялся, тишина… прижимаю руки к груди. Вдруг резкий грохот и шум драки врывается в разум. Бросаюсь наверх, с диким воплем:

– Дарк!

Пол минуты и я врываюсь в кабинет с разбитой дверью. Дарк стоит у северного окна, а вокруг него растворяется в воздухе черный дым.

– Пес? – хватаюсь за дверной косяк, что бы затормозить.

– Да.

– Ты? – отдышка такая дикая, словно десять километров пробежала.

– Все хорошо.

Дарк в три шага пересекает кабинет, принимая меня в объятия. Сердце стучит как ненормальное, но быстро успокаивается. Страх просачивается в кровь, путая мысли, а нельзя.

– Все будет хорошо, – шепчет мне в макушку Дарк.

– Уверен?

– Да, – он нежно перехватывает мое лицо, и наши взгляды встречаются. – Знаешь почему?

– М?

– Потому, что я люблю тебя.

Время замирает. Я вижу только его горящие черные глаза, в них пылает любовь, как и во мне. На губах застыли слова любви.

Наше сладкое мгновение тишины и тепла нарушает легкое дуновение горячего воздуха. Инстинктивно вырываюсь из объятий мужа и бросаюсь к столу. Возле него, на полу, так и лежит перочинный нож. В круге появляется черный дым. Резким движением руки, я делаю надрез, проговаривая заклинание закрытия так быстро, как могу.

Хлопок, словно маленький взрыв звезды, и тишина.

– Отлично! – Дарк подходит ко мне и берет окровавленную ладонь в свои руки. – Сейчас ты знаешь, что делать. Закройся всячески, используй все средства.

– Да, – киваю, а ладонь перестает болеть.

Когда Дарк отпускает мою кисть, то я с удивлением вижу лишь запекшуюся кровь и никакой раны.

– Люблю, – Дарк озаряет меня улыбкой и быстро уходит.

– Будь осторожен! – кричу вслед, хотя надо было сказать совсем другое…

Глава 19

Глава 25.

В опустевшем без Дарка кабинете эхом звучат удаляющиеся шаги, и наступает тишина. Внутри, птицей в клетке трепещет душа, зная, что исход этой ночи может быть не в мою пользу. Резким движением рук, сбрасываю с себя ненужную тревогу.

– За дело! – говорю непонятно кому и направляюсь к стеллажу с книгами.

Свечи стоят, как положено, и дымят. Дым постепенно заполняет кабинет. Я не буду никого вызывать, гости и сами нагрянут. Однако, я хочу четко их чувствовать и принять по своим правилам.

В руках прохладная пиала с травами. На выдохе, выпиваю содержимое залпом, морща нос. Сильный аромат и вкус бьют в голову, одурманивая. Ощущение, что небо с землей меняются местами, но это быстро проходит. Открываю глаза и вижу, как дым от гармалы не просто наполняет весь кабинет, а сосредотачивается в центре звезды переливаясь оранжевым оттенком.

Сейчас тени, что я видела раньше, обретают очертания зеркального отражения кабинета, но пустого и безжизненного, как весь тот мир.

На столе лежит нож с гаража. В прошлый раз мне не хватило одного слова для завершения заклинания, но сейчас он заряжен убивать адских псов. Быстро и точно выговариваю нужные слова над мечом, что висел на стене – пришло его время поработать. От острого лезвия веет магией и заговором, но я подстрахуюсь и добавлю.

В резной деревянной шкатулке с амулетами выбор не маленький и вес тоже. Кулоны, кольца, браслеты и кожаные ремни на разные части тела. Для любой девочки эта груда металла и камней не представила бы ценности. На украшения это не тянет, скорее потрепанные доспехи. Местами почерневшее серебро и железо, темное заряженное дерево и грубо выделанная кожа. Эти вещи создавались, что бы защищать.

Мое внимание приковано к двум широким браслетам – щиткам из серебра. От кисти и до локтя они закрывают мою руку полностью. Кожаные шнурки завязать себе очень сложно, приходится подключать зубы. Этот артефакт поможет мне удержать меч, и использовать руки, как оружие, ведь они буквально пропитанные магией против демонической силы.

Пока я пытаюсь завязать последний узел, сидя на полу рядом с кругом, на той стороне портала начинается возня. Быстро затягиваю узел и подскакиваю. Волосы стянуты в плотную косу до середины спины, в руки ложится как влитой меч. Браслеты-щитки делают эту тяжелую ношу почти невесомой. Заговоренный нож упирается в бок рукоятью, что торчит из-под ремня.

Во мне вздымается решимость и гнев. То, что движет вперед. На кону жизнь дедушки, моя любовь и все люди, которые не должны увидеть толпы монстров, что жрут людей. Никто не пройдет в этот мир!

Тени в сером облаке дыма, что теперь полностью сосредоточен в круге, начинают сгущаться. Я слышу, как цокают когти по паркету, как утробно рычат адские псы. Ноги полусогнуты, я готова.

– Ольга! – рев Зилия врывается в голову.

Меч падает из рук. Меня складывает пополам, в ушах неимоверно звенит до боли. Закрываю уши, но его голос все звучит и звучит, не давая вздохнуть. Я бесполезно корчусь на полу. Нога задевает упавший меч, отфутболивая его под стол.

Черные морды сплетенные из тьмы показываются из портала. Приоткрыв один глаз, я вижу их, но боль в ушах и звон в голове не дают нормально думать.

«Ты не должна открывать врата, Оля! Ни при каких обстоятельствах!» – голос дедушки прорывается сквозь рев Зилия далеким эхом. Продолжая шептать его слова, я тянусь к ножу, что плотно прижат ко мне. Два рычащих и щелкающих зубами пса, подходят к границе круга, проверяя его на прочность. За ними тьма все сгущается, выпуская следующих тварей.

Со слов дедушки перехожу на заклинание изгнания, заглушая голос демона в голове. Я говорю все громче, ощущая, как возвращается разум. Адских псов прибавляется, я вижу как натянута граница круга и черный дым начинает просачиваться сквозь него.

Хватаю нож и, поднявшись на колени, режу по черному дыму. Тут же раздается скулеж. Псы синхронно содрогаются. Десять пар красных глаз пышут на меня гневом. Вой оглушает, но я поднимаюсь на ноги.

Тьма сочится отовсюду. Широким выпадом бросаюсь к лабораторному столу, выхватывая из-под него меч. Взмах и острое лезвие рассекает дым. Псов все больше, они словно в трубе ползут вверх по границе круга до самого потолка. Барьер удержит! Удержит.

Глаза выхватывают языки черного дыма, что постоянно пробивают брешь защитного круга, но я успеваю раз за разом их отсекать. Раздирающий душу вой не кончается, но я продолжаю громко читать заклинание изгнания. Руки неустанно рубят дым, что сопротивляется словно имеет плоть.

Одним взмахом я отрубаю приличный столп тьмы, и истошный вой заглушает всех остальных. Адский пес исчезает в круге, исчерпав себя.

Морды, зубы, красные глаза все они пытаются пролезть в мой мир. С громким криком я пронзаю барьер мечом, достигая пса. Барьер цел! В другой руке нож, которым перерезаю очередной жгут тьмы. Их слишком много, но меч достает далеко. Не знаю насколько его хватит, и начинаю методично протыкать псов, которые гневно рычат на меня, мечтая вырваться.

Меч и нож работают синхронно, словно я оттачивала эти движения всю жизнь. Кровь охотника, что дремала все это время, выходит на арену.

Из сотни псов остается десяток. Барьер жалобно трещит, переливаясь зарядами. Он не успевает восстанавливаться. С диким воплем я разрубаю сразу троих псов наотмашь. Руки болят, в голове лишь бой.

Громкий хлопок, и адские псы вырываются наружу сквозь лопнувший барьер. Челюсти разъярено смыкаются на предплечье, но тварь тут же отскакивает с дымящейся белым дымом пастью. Амулеты работают на ура, пока я разрубаю одного за другим остальных.

Меч гулко падает острием в пол. Тяжелое дыхание, дрожь в ногах и руках. Пот застилает глаза, но я смотрю в две последние красные точки перед собой. У пса, что попробовал браслет на вкус, отсутствует нижняя челюсть. Вместо нее все та же тьма.

Мы стоим и смотрим друг на друга, словно изможденные хищники. Только я знаю, что тварь не чувствует усталости.

– Не жди, я не упаду, – цежу сквозь зубы, расплываясь в улыбке.

В ответ мне раздается рык, но в следующую секунду пес переключается на окно.

– Оля! Оля! – раздается крик с улицы.

– Иван? – ошарашено прислушиваюсь, но взгляд прикован к псу.

Стоит мне только моргнуть в сторону окна, как тварь бросается, но нож уже наготове. Безобразная пасть и последний огненный вздох. Зверь развивается дымкой навсегда.

В два шага преодолеваю расстояние до окна.

– Оля! Девочка моя?!

Голос Ивана потерян. В груди вспыхивает страх. Неужели до него добрались?!

Бросаюсь к другому окну и вот он, в своей пижаме с котами. Босыми ногами с взъерошенными седыми волосами мужчина медленно идет к дому, озираясь.

– Иван! – кричу, срываясь с места к лестнице.

В руке меч, словно вросший. Нож под ремнем на боку. Силы есть, нужно еще немного.

Поднимаясь в гараж, понимаю, что не закрыла портал. Чертыхнувшись про себя, ускоряюсь к Ивану. Потом сразу вернусь!

Вырываюсь из гаража, а на улице все в неестественно красном цвете. Резко останавливаюсь, поднимая взор в небо. Над островом зависла словно раскаленный шар красная луна.

Взгляд камнем падает вниз. Иван озирается через плечо и замечает меня. Его взгляд такой потерянный, что хочется быстрее его обнять как ребенка и успокоить.

– Иван, почему вы здесь?! – бросаюсь к нему, с тревогой осматривая бедолагу.

– Я – я… – заикается он, – не знаю, Оля.

Иван покорно идет в мои объятия. Такой щуплый и ослабленный, словно прошел три круга ада.

– Как не знаю? – говорю так тихо словно с напуганным ребенком, что бы успокоить его. – Вы должны были остаться у Иванны. Здесь опасно.

– Да, я помню, но я не мог не прийти.

– Что случилось?

– Мне пришло озарение. Откуда не знаю, но это правда, Оля.

Он поднимает взгляд, в котором океан искренности и боли.

– Он лжет, – шепчет Иван, неестественно сжимая кисти в кулаки.

– Кто? – ошарашено всматриваюсь в его морщинистое бледное лицо.

– Дарк, – Иван резко озирается. – Он здесь?

– Дарк, что?

– Оля, он здесь? – Иван хватает меня за плечи, но мне интересно другое.

– Вы сказали, что он лжет?

– Да, так и есть. Мне пришло озарение. Нам надо спешить!