Колдовская книга. Том 1

– Ну, ты же просила вчера, – пожал он плечами с невинным видом.

– Иди, поешь, – велела бабушка с хитрой улыбкой, – завтрак на столе.

Было видно, что она не верит ни одному его слову, но пока не могла разгадать, что задумал внук.

В доме взгляд Игоря в первую очередь обратился к колдовской книге, лежавшей на буфете. Он отвел взгляд и прошел мимо, игнорируя ее, а сам со страхом подумал, что ночной кошмар может повториться. И зачем он только занимался этой ерундой? Хотел богатства, а получил страшных уродцев, которые явно стремились его свести с ума или удушить одеялом. Ему вспомнилось, что в ужастиках главные герои уничтожали колдовскую книгу, и все последствия заклинаний исчезали.

Однако он боялся даже прикоснуться к книге. Присев за стол, Игорь стал есть первое – суп со щавелем, стараясь не думать обо всей этой чертовщине. Потом колдовскую книгу заметила бабушка и недовольно поинтересовалась, что это такое. Игорь соврал, что взял у друга почитать.

– Что, интересная? – бабушка стала искать очки. – Может и мне почитать! О чем там?

– Она молодежная. Тебе не интересно будет, – поспешно воскликнул Игорь, испугавшись, что бабушка еще чего доброго по незнанию прочитает вслух какое-нибудь заклинание и вызовет тварь похлеще гномов. Схватив книжку со стола, он выскочил на улицу с твердым намерением сжечь ее. Оказавшись за калиткой, он двинулся к огромной куче сухой травы, которая образовалась вследствие прополки грядок. Он собирался сунуть книгу в кучу сорняков и поджечь, но его окликнули.

На дорожке, идущей мимо домов, стояла знакомая девушка – Наташка. Они несколько раз встречались в одной компании. На вид лет пятнадцать. Смуглая, с обесцвеченными коротко остриженными волосами, в короткой джинсовой юбке, колготках в крупную сетку, туфлях на высоченном каблуке и модной рваной майке. Он даже не знал, что она живет где-то поблизости.

– Эй, привет, что делаешь, – поинтересовалась она, разглядывая книгу в его руках.

– Костер решил развести, – буркнул он, рассудив, что про гномов ей знать необязательно. Еще сочтет за психа, да всем растрезвонит. И вообще рассказывать кому-либо такое не следует, даже Андрею. Он дал себе зарок молчать несмотря ни на что. Наташка попросила посмотреть книгу, взглянув на него насмешливо из-под длинных ресниц. Он нехотя протянул опасный фолиант девушке. Обилие странных, порой страшных картинок в книжке привело Наташку в восторг.

– Слушай, а дай мне ее почитать. Я увлекаюсь такой фигней, – попросила она, полистав страницы.

Игорь только пожал плечами: – Бери, – а сам подумал, что уничтожит книжку позже, когда девушка ее посмотрит.

– Только вслух не читай заклинания, – поспешно предупредил Игорь, испугавшись за девушку.

– Почему? – улыбнулась Наташка.

– Так, на всякий случай, – буркнул Игорь в ответ и опустил глаза.

– Да брось ты! – отмахнулась она беззаботно. – Это же не какая-нибудь древняя книга. Ее недавно напечатали. Из такой заклинания действовать не будут. Так, для прикола можно прочитать.

– Не надо для прикола, – попросил Игорь с испугом. Спохватившись, он взял себя в руки и надел на лицо маску спокойствия.

– А что заклинания реально работают? – спросила Наташка уже заинтересованно.

– Нет! Не работают, – соврал Игорь. – Я так, на всякий случай!

– Какой ты, однако, осторожный, – хихикнула Наташка и пообещала, – когда прочитаю, то занесу книжку твоей бабушке.

– Ладно, – вздохнул Игорь, жалея, о том, что дал девушке книжку. Он сам не ожидал от себя следующих слов и даже не понял, как они вырвались: – Может, сходим в кино или в парк, если хочешь?

– Может быть, – улыбнулась Наташка, – но не сегодня. Запиши мой телефон.

– Мне некуда, – растерялся Игорь, – говори так, я запомню…

Они попрощались. Девушка ушла, а Игорь еще долго смотрел ей вслед. Он размышлял о том – хочет ли Наташка на самом деле пойти с ним погулять или просто посмеялась над ним. На нее многие парни смотрели с интересом, но подкатить от чего-то не решались.

Глава 7

Наташка миновала группу пьяных гопников у подъезда без особых приключений. Ее не трогали, так как знали, что она встречается с очень авторитетным человеком, который при необходимости похоронит любого обидевшего девушку. Наташке нравилось, что гопота ее побаивалась, но не нравилось отсутствие выбора. Моряк год назад выбрал ее своей девушкой и она не могла ему отказать. Девушки, отказавшие бандиту, исчезали. От него не могла защитить ни милиция ни предки. Ее родители – мама бухгалтер, а папа мастер на заводе, которым на год задерживали зарплату. Беспредел в девяностых был всеобъемлющим. Моряка не смущал ее возраст и не пугала уголовная ответственность за совращение несовершеннолетних. Он делал, что хотел. В отчаянии Наташка ходила к знахарке, чтобы та сделала отворот. Только зря деньги потратила. Моряк не утратил к ней интереса. Оставалась надежда, что он найдет другую жертву. Однако шло время, но ничего не менялось. Родители думали, что она добровольно встречается с бандитом, считали чуть ли не проституткой. Расскажи она им правду, Моряк их бы просто убил, чтобы не мешали. Он ее предупредил заранее, что так и будет, а она любила родителей. Поэтому Наташка молчала и надеялась, что найдет выход из ситуации. А на что можно было надеяться? На чудо. Когда она увидела книжку о колдовстве в руках у Игоря, то подумала, что это знак. Подобное не может быть совпадением. Сжимая книжку в руках, она вошла в квартиру. Ее мать, Вера Степановна, усталая сорокалетняя женщина, облаченная в домашний халат, шлепанцы и с бигудями в волосах, выглянула из кухни и прокомментировала ее появление: – Явилась! Посмотри на себя, как ты выглядишь! Как последняя шалава. Перед людьми стыдно! Вот отец за тебя возьмется!

– Все так ходят, – огрызнулась Наташка, снимая туфли.

– Плевать мне на всех. Не так мы тебя воспитывали… – продолжала Вера Степановна, когда Наташа юркнула в свою комнату и захлопнула дверь. От обиды на глазах у нее навернулись слезы. Родители не понимали, что она их защищает. Весь мир у нее рушился. Она хотела стать врачом, но ее для этого надо было хорошо учиться. А как можно хорошо учиться, если приходилось постоянно таскаться по бандитским гулянкам раскрашенной, в непотребных тряпках. И о собственной семье можно было не мечтать. Моряк прямо сказал, жениться вообще не собирается. Он даже деньги ей выдавал строго под отчет – купи такие-то чулки, парфюм, туфли и попробуй ослушаться. Ему было плевать, что их семья выживает лишь за счет того, что папа ворует на заводе. Немного успокоившись, она переоделась в домашнее, села на кровать и принялась листать книжку. Ей требовался заговор на смерть или на худой конец проклятие, вызывающе импотенцию. Знахарка отказалась от ее предложения, испугавшись последствий. Теперь, скорее всего, слухи о ее визите достигнут ушей Моряка. Вот тогда ей точно конец. Взгляд Наташки зацепился за заклятие к богине смерти Маре. Оно показалось ей интересным. Требовался защитный амулет из метеоритного железа. Знаки на нем следовало начертать железным когтем кота-баюна. Наташка решила, что поскольку на дворе двадцатый век, то для этих целей вполне подойдет обычный тетрадный лист и шариковая ручка. Она перерисовала защитный амулет. Получилось недурно. Непонятные знаки, куча закорючек, а по центру круга страшная тетка с рожками на голове, державшая факел в одной руке и человеческим череп в другой. Она аккуратно положила рисунок перед большим овальным зеркалом трюмо. Подумала о Моряке, представила его грубое «картофелеобразное» лицо, направила на этот образ всю свою злость и прочитала заклинание из книги. Мать из кухни услышала голос дочери и крикнула, что у нее шумит вода, поэтому она ничего не поняла.

– Я не с тобой разговариваю, – крикнула ей в ответ Наташка раздраженно.

Она смотрела в зеркало и ждала появления божества или какого-нибудь знака. Заглянула в книгу и поняла, что забыла про жертву. Как же все сложно. Наташка решила, что порежет себе руку перочинным ножом и кровь будет ее жертвой. Взяла нож, поднесла к ладони, замерла, не решаясь нанести себе рану, потом поднесла к самой коже, немного вдавила, но так и не смогла разрезать. На кухне мать гремела посудой. По радио играла какая-то старинная мелодия. Всхлипнув от бессилия, Наташка отбросила нож в угол комнаты и подумала, что вся ее затея полный бред. Что она, маленькая, чтоб в сказки верить? И вообще ритуал надо было проводить ночью в час козы, да только ночью родители сразу бы проснулись и дали бы ей по башке за все эти выкрутасы. Она вновь подумала о Моряке. Тот обещал вечером за ней заехать. Они с братвой ехали в сауну, а ей требовалось изображать девушку бандита, причем выглядеть счастливой, иначе потом ждало наказание. Моряк умел бить, не оставляя синяков. Ее мысли прервало движение в зеркале. Наташка вскинула голову и увидела белокурую девочку лет семи с косичками в длинном белом платье до пят, выходившую из зеркала. В правой руке у девочки был кривой черный серп с зазубренным лезвием, выглядевший очень древним. В другой руке девочка несла огонек голубого цвета, словно освещая им себе путь. В ее глазах также клубилось голубое пламя. Наташка оцепенела точно статуя. Она не ожидала такого. Ритуал был не завершен, но эта штука все равно явилась. Девочка с улыбкой шла к ней, а из зеркала за ее спиной, сделавшегося непроглядно тёмным, потянулись во все стороны какие-то черные лианы или побеги. Наташке показалось, что это именно растения. Потом одна из лиан внезапно обвилась ей вокруг шеи и рванула все тело вверх. Наташка пробовала отбиваться, царапала ногтями шею, стараясь освободиться от удушающего захвата, но побег лианы был словно из стали. Она хрипела, задыхаясь, поднималась все выше и выше, под потолок. Ноги болтались в пустоте, не находя опоры. Что было сил Наташка лягнула стоявший рядом шкаф. Девчонка с улыбкой наблюдала за ней снизу. В мозгу Наташки зазвенел голос девчушки, словно осыпающиеся кристаллики льда:

– Ты должна мне свою душу…

Закричать не было возможности. В глазах застилало все красным. Затем в комнату вбежала ее мать. Вера Степановна пронеслась прямо сквозь таинственную девочку, как сквозь голограмму и схватила дочь за ноги, стараясь приподнять, чтобы ослабить удушающий захват петли. Наташка выбросила вперед слабеющую руку и ухватилась за плафон люстры. Стекло треснуло у нее в ладони, разрезало кожу, и во все стороны брызнула кровь. Несколько красных капель попали на листок со странным рисунком на полу. Тот мгновенно вспыхнул яростным пламенем и исчез, а вместе с ним исчезла и призрачная девчушка. Напоследок она превратилась в многорукого демона с горящими глазами и растаяла. В следующую секунду Наташка рухнула вниз на пол вместе с матерью и потеряла сознание. Она уже не видела, как Вера Степановна, рыдая, снимала у нее с шеи затянутые петлей колготки, затем срывающимся голосом вызывала скорую по домашнему телефону.

Глава 8

Вечером Игорь вернулся к родителям на квартиру. Оставаться у бабушки желания не было. А ну как вернутся гномы! Он надеялся, что в современных девятиэтажных домах эта нечисть не водится. Что за мерзкие твари?! Благодаря диснеевским мультфильмам он представлял всегда гномов несколько иначе. Его встретил перепуганный Андрей и полушепотом рассказал, как вызывал демона. После того, как он начал падать в ад он ничего не помнил. Зато утром, как обычно проснулся в кровати. Родители сказали, что он вел себя совершенно неадекватно, пока не уснул. Они даже решили, что он помешался или начал принимать наркотики. Хотели уже вызвать врачей, но к тому моменту он успокоился. Утром же Андрей понял, что второй раз нечто подобное его разум не вынесет и бегом побежал в церковь, несмотря на свои атеистические воззрения. Там он бухнулся в ноги отцу Григорию, чем привел последнего в полное замешательство и решительно потребовал, чтобы его немедленно крестили.

– Сын мой, для начала надо провести две предварительные беседы, – пробасил отец Григорий, слегка оробев от такого рвения парня, – требуется вера и искреннее покаяние в делах, совершенных не в соответствии с Божиим законом…

– Я очень верю, – возопил Андрей, хватаясь за одежды священнослужителя, – помогите мне!

– А ты часом не наркоман? – нахмурился отец Григорий.

– Нет! Нет! Клянусь, только помогите, – взмолился Андрей, – прямо сейчас! До завтра, боюсь, не доживу!

Отец Григорий смилостивился, велел оплатить обряд, купить крестик, а затем после краткой исповеди провели крещение. Андрей с гордостью показал брату крестик на шее.

– Вот оно как, – изумился Игорь и подумал, что это, пожалуй, ответ на его проблемы. Настало время забыть про атеизм. Проявления чертовщины наглядно доказывали и существование Бога.

Игорь рассказал брату свою историю про гномов. Когда он закончил, они некоторое время сидели молча.

– Надо эту книгу сжечь, – первым нарушил молчание Андрей.

– Да я ее дал Наташке почитать, – признался Игорь.

– Нахрена, – изумился Андрей, – а если с ней что-нибудь случится? У тебя есть ее телефон?

– Да, я взял у нее телефон, – Игорь достал из кармана вырванный из записной книжки кусочек бумаги с записанным телефоном девушки.

– Она тебе телефон дала?! – удивился Андрей.

– Да, я даже погулять ее пригласил, – небрежно пояснил Игорь.

– Смело, – кивнул Андрей, – не думал, что ты отважишься на такое. У нее парень жуткий бандос. Если узнает, то закатает вас обоих в бочку с цементом и в пруд.

– Как бандос?! – оторопел Игорь. К такому повороту событий он был не готов. Вспомнилось предсказание цыганки и в животе как-то все похолодело и стянулось неприятным узлом.

– Так. Про это все знают, – пожал плечами Андрей, – отморозок еще тот. Мочит всех направо и налево. У тех, кто ему должен и не смог отдать, отрубает правую руку и хранит дома заспиртованной в банке.

– А у кого руку отрубили, он остается жив и его отпускают, – спросил поникший Игорь с робкой надеждой.

– Нет, конечно, – отрезал Андрей уверенно, – их отдают на растерзание дрессированному медведю. Устраивают как бы соревнования такие. Человек бежит, а медведь преследует его на одноколесном велосипеде. Догоняет и лапой отрывает голову…

– Да откуда ты берешь всю эту дичь? – перебил его возмущенный Игорь. – Я ничего такого не слышал. Ты прямо сейчас это нагло придумываешь!

– Ну, может и приврал немного, но это для твоего же блага, чтобы к Наташке не совался, – согласился Андрей и велел, – давай звони ей и спрашивай про книгу!

Игорь набрал номер телефона, записанный на бумажке. Непродолжительные гудки, а затем ответил злой мужской голос: – Кто это? Говорите! Я слушаю!

Игорь в нерешительности молчал, обдумывая, что сказать. Голос у мужика был настолько злобный, что если судить по интонации, окажись он с ними в одной комнате – порешил бы обоих на месте. Может это и был Наташкин парень – бандос. Или у нее отец такой суровый? Угораздило же его связаться.

– Это ты, гнида, давал моей дочке наркотики?! – проревел в трубку незнакомец и зловеще пообещал, – Я найду тебя и ноги, руки поотрываю!

Игорь быстро положил трубку.

– И что, – поинтересовался брат с удивлением.

– Да поздно уже, – пожал плечами Игорь, – позвоню лучше завтра.

Про себя он подумал, что утром злой отец Наташки уйдет на работу и он спокойно позвонит девушке, попросит вернуть книгу. Так будет лучше для обоих. Что ж за засада такая – и отец у нее псих, да еще встречается с бандитом.

– Мне срочно надо покреститься! – сообщил Игорь брату. – Какое у них там расписание?

– Пошли завтра с утра, я договорюсь, у меня там знакомые есть, – заверил его Андрей.

Глава 9

Борис Иванович Мартынов по кличке Моряк позвонил в дверной звонок и посмотрел на часы. Пора уже было ехать, а эта курица не соизволила выйти в обговоренное время к подъезду. Теперь ей не избежать наказания, но позже. Он не хотел видеть кислую рожу Наташки на сходняке. За его спиной сопели двое телохранителей – Жареный и Бита, оба бывшие десантники. Сам же Мартынов в прошлом до отсидки за убийство, служил в морской пехоте, откуда и возникло такое погоняло. Двухметрового роста, с квадратной фигурой, бритый, грубый и безжалостный он одним своим видом троглодита наводил ужас на окружающих.

Дверь открылась и на них взглянула испуганная и зареванная тетка – мать Наташки.

– Вы к кому, – спросила Вера Степановна, осторожно оглядывая гостей.

– К тебе, мать! Почтальоны мы, – пошутил Моряк, – позови Наташку.

– А ее нет, – всхлипнула Вера Степановна.

– Че ты лепишь, старая, она должна быть дома! Я ей велел, – мгновенно рассвирепел Моряк и, оттолкнув женщину, ринулся в квартиру, – сам посмотрю!

Телохранители последовали за ним. Вера Степановна пыталась протиснуться между ними, но ее не пускали в квартиру: – Эй! Что вы делаете! Я в милицию позвоню!

– Заткнись, если хочешь остаться целой, – рявкнул на нее Жареный и продемонстрировал кобуру с пистолетом, скрытую под кожаной жилеткой.

Вера Степановна покорно замолчала. Моряк прошел на кухню, огляделся, затем вошел в комнату Наташки, заметил брызги крови на полу, стенах и даже на потолке, разбитое зеркало в трюмо, сорванную с верхней петли дверь шкафа с одеждой.

– Что тут за херня произошла? – требовательно спросил Моряк.

Телохранители бесцеремонно впихнули Веру Степановну в комнату. Та совсем обалдевшая от подобного обращения пролепетала: – Наташа хотела повеситься. Я еле успела вытащить ее из петли. Ее в психиатрическую забрали. Муж к ней поехал с врачом поговорить. У меня давление поднялось и я не поехала…

– Какого хрена, – Моряк зло отпихнул ногой стул и заметил открытую книгу, валявшуюся на полу. Поднял ее, проглядел открытые страницы в засохших каплях крови, нахмурился, захлопнул и показал женщине: – Это что такое?

– Книга какая-то, – совсем растерялась Вера Степановна. Она не понимала к чему эти вопросы.

– Сам вижу, что книга, – проворчал Моряк и пошел с книгой к выходу, размышляя кем заменить Наташку. Потом он выяснит, какого хрена она его так подставила. Совсем видно крыша потекла.

Глава 10

В сауне были только свои и охрана из десяти быков. Стол накрыли в главном зале рядом с бассейном, чтобы отдыхающие после парилки могли опрокинуть стопку и окунуться в воду. Играла музыка, а ей в аккомпанемент визжали доступные девицы. Моряк в мрачном настроении немного посидел за столом, а потом поднялся в свой кабинет, что располагался на антресоли комплекса отдыха «Изумруд». Его терзали нехорошие предчувствия. Он снова подумал о Наташке и взглянул на колдовскую книгу, лежавшую на письменном столе. Включил настольную лампу и принялся листать страницы. Ему доложили, что девка ходила к местной знахарке и пыталась наслать на него смерть. В колдовство он не верил, но раз у нее в голове такие мысли, пора избавляться от неблагодарной твари. А ведь он к ней привык. Моряк тяжело вздохнул и налил себе в бокал коньяку, потом, взяв мобильник, набрал номер главного врача психиатрической больницы.

– Привет, Вован, услуга с тебя нужна, – пробасил он в трубку, – девку тебе молодую сегодня привезли, повеситься пыталась. Наташкой зовут. Фамилии не знаю. Адрес – Тихая, дом 17. Завтра выпусти ее часов в девять. Остальное не твоя забота.

Получив утвердительный ответ, Моряк поблагодарил собеседника, попрощался, отключил мобильник, бросил на стол и потянулся за бокалом. Выпить не успел. Из темного угла комнаты раздался шорох. Моряк уронил бокал на ковер, выхватил из кобуры пистолет, в движении снял с предохранителя, передернул затвор, досылая патрон и резко развернулся, целясь в источник звука. Рука слегка подрагивала. Из темноты вышла девочка лет семи в белом. Ее глаза странно светились синим ледяным огнем, а прямо над макушкой гостьи пылал перевернутый полумесяц. Он хотел выстрелить, но не смог. Тело отказывалось действовать.

– Я пришла от Наташи за твоей душой, – раздался звенящий детский голос в голове у Моряка. От этого нечеловеческого голоса леденела кровь в жилах.

– Оставь мне жизнь! – мысленно взмолился Моряк, полностью теряя самообладание от страха. – Забери души у других! Там внизу много народа! Бери любого!

– Хорошо, я заберу их всех, – глумливо ухмыльнулась девочка, – но и ты не уйдешь от расплаты!

Из темного угла во все стороны расползались черные хищные корни. «Она не ребенок», – с ужасом подумал Моряк, наблюдая за тем, как фигурка перед ним распухает и меняется.

Жареный, исполнявший в команде Моряка функции начальника службы безопасности, с беспокойством посмотрел в сторону антресоли. Ему не нравилось, что пахан так долго не появлялся. Интуиция подсказывала ему, что что-то не так. Он кивнул Бите: – Иди, позырь, что там?

Бита без лишних слов поднялся на антресоль и исчез в полутемном проеме, выходящем в коридор антресоли. Со щемящим сердцем Жареный посмотрел на гуляющую братву, на своих людей, рассредоточенных по периметру. Потом снова посмотрел на антресоль. Музыка показалась ему слишком громкой. Пела какая-то баба с прокуренным хриплым голосом. Неожиданно чудовищный вопль заглушил шум веселья. Было ощущенье, что орал человек, которого медленно разрывали пополам. И звук был характерный – словно рвется толстая ткань. Ему вспомнился барыга, которого Моряк казнил, разорвав джипом. Веселье за столом мигом прекратилось. В руках у охранников появилось оружие. Сидевшие за столом тоже напряглись. Жареный вытащил свой проверенный делом «Глок 17» из кобуры, что пряталась под жилеткой. Для его нелегкой работы конструкция пистолета являлась идеальной из-за отсутствия флажка предохранителя и курка. Выхватил – и в противнике уже дырка. Его смешило какое-то старообрядческое пристрастие Моряка к «Стечкину». Сам Жареный предпочитал идти в ногу со временем и умел считать доли секунды, что тратились на предохранитель и затвор. С пистолетом в руке он двинулся к лестнице. Кто-то выключил музыку. В воздухе повисла гнетущая тишина. На его глазах на верхней ступеньке лестницы появилась нога в итальянской лакированной туфле, что принадлежала Моряку. Затем на ступеньку ступила его вторая нога. Раздались гулкие шаги. Моряк медленно спускался. Движения медленные механические. С каждым шагом тело пахана открывалось все выше и выше: до колен, до бедра, до пояса. Ткань белых льняных штанов спускавшегося человека была забрызгана мелкими капельками красного. В руке Моряк держал «Стечкина», что совсем не понравилось Жареному. И вот со следующим шагом открылось посиневшее мертвое лицо Моряка. На шее виднелась широкая багровая странгуляционная борозда. Рот ужасно ощерен, язык вывалился, бросались в глаза потеки крови из носовых проходов, покрывавшие верхнюю губу. Дико вытаращенные кровавые глаза смотрели перед собой точно стеклянные. Присутствующие в комнате женщины завизжали. Несколько из них бросились к выходу. Кто-то застонал. Большинство – потрясенно молчали. Моряк продолжал спускаться. Была в этом какая-то неотвратимость. Жареный попятился, целясь в своего босса и судорожно решая, что предпринять.

– Эй, Моряк, что с тобой, перепил что ли? – хрипло спросил стоявший у него за спиной толстый укуренный верзила по кличке Лоб. Моряк, конечно не ответил, потому, что был мертв, а мертвые не отличаются разговорчивостью.

– Жареный, что делать? – неожиданно тонким голос пискнул один из телохранителей.

Жареный не знал ответа. Он только пятился и держал ходячего мертвеца на прицеле. Моряк встал у подножия лестницы и обвел собравшихся страшным взглядом. Затем вскинул пистолет и открыл беспорядочный огонь. Падая на пол и стреляя в своего бывшего босса, Жареный отметил его исключительную меткость. Каждая пуля достигала цели. Люди валились направо и налево с простреленными головами и вскрытыми грудными клетками. Кровь и мозги фонтанами разлетались вокруг. Жареный за шестнадцать секунд расстрелял магазин из девятнадцати патронов, заменил магазин и перекатился за бортик бассейна. В воде колыхались несколько полуодетых трупов гостей и один из телохранителей в расплывающихся пятнах крови. Моряк также расстрелял магазин и перезаряжал пистолет. Все, кто остался в живых и имел оружие, палили в живой труп, да только его это не сильно волновало. Жареный понял, что пора валить. Он не понимал, что происходит, но очень хотел жить. Вскочив, Жареный кинулся к витринному окну, стреляя на бегу в стекло. Стекло обвалилось перед ним, однако выскочить на улицу Жареный не успел. Пуля разворотила ему затылок, протащила вперед и бросила уже мертвое тело на осколки стекла.

Глава 11

На следующий день ближе к обеду Игорь дозвонился до Наташи, но трубку сняла ее мама. Женщина чуть не плакала в трубку. Сквозь всхлипы он понял, что девушку отвезли в больницу в невменяемом состоянии. Никакой книги она не видела у нее. Затем трубку выхватил отец Наташки и стал орать, что это они давали ей наркотики. Игорь молча разорвал соединение.