Орден

Девочек знобило. Они сидели на диване обернувшись в занавеску сдёрнутую с окна дачного дома. В ремонтном боксе было прохладнее, в подвале было больше воздуха чем в погребе-душегубке коттеджа. Девушки понемногу начали приходить в себя. Но очень хотелось пить. Когда к ним подходил Квасин они не поднимали на него глаза. Они знали что он как бешеный зверь, способный на любую жестокость.

Егорка сидел на первой ступеньке деревянной лестницы в подвал и смотрел в глубину сгущающейся темени. Он не видел заложниц, но почти чувствовал их дыхание и дрожь. Удалось осторожно разъяснить Квасину, что связывать девочек необязательно. Можно просто охранять их сидя у входа в подвал. Лебедев думал, и все же решил — нужно идти задаваться.

Фары выключили.

Из-за неплотно прилегающих друг к другу воротин оставалась вертикальная полоска белого света, которая хоть как-то помогала видеть внутри бокса. В подвале же была полная темнота.

Квасин развалился на сидениях «газели». Киря что-то все время шуршал и суетился, что-то искал, какие-то оставленные им ранее вещи. А Жмых все время находился в состоянии оцепенения, в своих тяжёлых горьких думах о своей участи.

— Жмых! — позвал Егорка, — иди посиди пока тут.

Жмых не задавая вопросов уселся рядом и уставился в темноту.

Егорка подошёл к двери «газели» и обратился к Квасину, — Тёма, девки хотят пить. Да и нам надо что-то пожрать.

— И что ты предлагаешь?

— Давай я сгоняю добуду чего-нибудь?

— Ты думаешь ты самый хитрожопый? Сидеть! — рявкнул Квасин, — Киря!

— Чего!?

— Пойдешь в магазин, купишь воды, еды и … ведро! — Квасин злобно расхохотался.

Решение спрятаться в промзоне было удачным. Находилась она на окраине города. Проехать в неё из Чижей можно было и по шоссе, возвращаясь в город и через поле, по грунтовке, но для этого нужно было продвинуться по шоссе немного от города. Грунтовка была накатана мотоциклистами. Съезд на неё с шоссе совсем не заметен и не многие знали что извилистые колеи могут сквозняком, через поле, вывести к городу. Но Киря знал. Он пару раз ездил вдоль поля на велосипеде к автомагазину на шоссе.

Кроме того, два молодых оперативника, отправленные к месту работы Кири и Жмыха в автосервис, не обратили внимания на то что он работает всего месяц. А владелец умышленно умолчал о старом месте расположения автомастерской. Он не хотел привлекать внимания к инциденту с самовольным подключением, да и с оформлением прав на собственность было не все гладко.

***

— Так, умники и умницы, все собрались?! Долгих вступлений не будет, — начал совещание начальник следственного отдела, — Максим Игоревич, слушаем Вас.

В кабинете за длинным столом были собраны все следователи отдела. Все ведомые ими дела были отложены. Приоритет остался за делом о похищении девушек. Так же присутствовали и начальники оперативных подразделений и группы захвата. Оканчивались шестые сутки с момента исчезновения похищенных, и пятые с момента начала поисков. На базе следственного отдела было решено развернуть оперативный штаб.

Кнороз подробно изложил все детали дела. Многим они были и так известны. За развитием событий по расследованию следили почти все правоохранители города.

— Всё, Максим Игоревич? — после недолгой паузы в докладе спросил начальник отдела.

— Да, спасибо, я закончил.

— В таком случае прошу хорошо подумать и высказать свои соображения.

Дальше началась полемика.

Особо был поднят вопрос о необходимости продолжения «перехвата». Часть сотрудников высказывалось о бессмысленности продолжать усиливать посты на всех выездах, если преступники уже ушли из города. Если же негодяи ещё в городе и вдруг решат его покинуть, то скорее всего они сделают это либо пешком либо на другой машине. Так же существовал риск разделения похитителей и жертв. Возможно преступники решат бросить «неудобную ношу» и бежать? Что тогда делать дальше? Где искать девушек, а где преступников? Останутся ли в таком случае заложницы живыми? Такое развитие подразумевала бы удвоение поисковых сил, при и так ограниченных ресурсах.

Решали где целесообразней сосредоточить силы полка ДПС, базирующегося в городе. Либо продолжать «перехват», либо отправить милиционеров прочесывать возможные места нахождения преступников. Максим Игоревич считал что обыскивать весь город трудоёмко, долго и бессмысленно. Тем более что банды может в нём и не быть. Он предлагал свернуть активную внешнюю деятельность милиции и организовать тотальную слежку за местами проживания и работы мерзавцев. Наблюдение, по замыслу Кнороза, должно было обеспечиваться сотрудниками в штатском, посменно. С постоянным изменением постов наблюдения.

Не все хорошо восприняли предложение Максима Игоревича, однако, начальник отдела с ним согласился. Он был человеком решительным и умным. К тому же его настораживала перспектива подключения к делу Уголовного розыска. Если это произойдет, считал начальник отдела, часть деятельности и сил будет распылена на введение в курс дела, объяснения принятых решений, перечислением принятых мер и тому подобное. И всё это тогда, когда каждый час на счету.

***

Шестые сутки Оля и Инна находились в плену психопата и его подельников. Пятые сутки они проводили в тёмном подвале бывшего автосервиса. Быт был скуден до предела.

Киря в первый же день притащил много пакетов быстрорастворимой лапши и вяленой рыбы. Он думал что поступил умно, но уже к утру следующего дня всех преступников охватила невыносимая жажда. Да такая, что Квасин сам выгнал Кирю за водой, как только открылись магазины.

Девушкам давали по одному пакету лапши в день. Нечистоты собирали в старые канистры из под масла и тосола. Больше из укрытия Квасин не разрешал выходить никому.

Вода расходовалась быстро, хотя никто не смел применить её для бытовых и гигиенических нужд. От принесенных Кирей двух девятнадцати литровых бутылей осталось литров пять. Скоро нужно было выходить за водой опять.

В один из дней Квасин, наблюдая за упадком духа своих компаньонов, сам решил пролить свет на их дальнейшие планы. Он, вдруг, начал рассуждать о длительности активности милиции, и приводил убедительные доводы о грядущем затишье. Квасин ссылался на угасание интереса средств массовой информации к преступлению. Такой вывод он строил на том, что по радио всё реже упоминалось о пропавших девочках.

— Когда о нас совсем забудут, тогда и уйдем, — говорил он спокойно.

— Куда уйдем? — спросил Егорка.

— Мы уйдем на Юг. Там тепло. Там и обоснуемся.

Егорка ничего не ответил. Он воспринимал всё сказанное, как бред сумасшедшего.

В помещении бокса негде было уединиться, но было темно. Егорка рассчитывал на то что Киря скоро опять пойдёт за водой и нужно было, что бы он обязательно попался. Как этого добиться? Егорка думал.

В подвале девочки тихо переговаривались. Инна тихонько убеждала отчаявшуюся Олю в том что их ищут, и скоро найдут.

Днём еле слышно хрипел радиоприемник «газели». На ночь приемник выключали, дабы никакой случайный прохожий не мог уловить ни малейшего звука у ворот бокса.