Право на ад

Сколько-то она простояла в оторопении. Затем остервенело начала расчищать проход. Вырвавшись из странной норы, рухнула на влажную траву и разрыдалась. Она сжала кулаки и уткнулась лбом в холодную землю, покрытую росой.

ГЛАВА 4. Игра в крайних

Рива отбросила одеяло и потянулась. Перевернувшись на живот, она полусвесилась с кровати и уставилась в окно. Восход только-только занимался. Она поспала от силы четыре часа. В голове шумело то ли от алкоголя, то ли от недосыпа.

– Цыц! – хрипло выплюнула девушка, зажмурившись, и в мыслях воцарилась тишина.

Странно, что после целой бутылки на двоих не подташнивало. Она села в кровати и зевнула. Руслан, укутанный в плед и сползший с подушки, сопел рядом. Грудь его мерно вздымалась, но чуть хмурое лицо говорило, что, когда он проснётся, похмелье не обойдёт его стороной. Телевизор он так и не выключил. Девушка поёжилась, оглядывая комнату. Обычно она хранила вещи в рюкзаке, куда сразу возвращала неиспользуемые, но тот вряд ли уцелел в злополучном отеле. Придётся потратить время, чтобы восстановить базовый набор.

Рива усилием воли заставила себя встать. По дороге в душ она стянула футболку. После душа скептически осмотрев свои штаны и олимпийку, решила, что на сегодня их ещё хватит. Пожертвовать ежедневной медитацией в виде часового бега она не согласилась бы ни при каких условиях. Это единственное, что когда-то не дало сойти с ума, а сейчас стало тем самым ритуалом, который психологи назвали бы опорным.

На протяжении всей пробежки Рива не могла перестать думать об одном: она надеялась, что мотоцикл уцелел. Сколько готовили этот байк к выходу в свет? Не меньше четырёх месяцев в него подселяли сговорчивых бесят. Слишком долго, ведь сейчас она не могла позволить себе остаться без колёс даже на несколько дней.

Она вернулась в квартиру на пике рассвета, когда Руслан ещё спал. Смыв следы пробежки, застелила свою сторону кровати и устроилась на подушке. В голове снова прорезались навязчивые голоса, которые теперь она заглушала усилием воли. Утренние часы всегда наиболее уязвимые для проникновения тьмы, пока сознание не до конца включилось.

«Молчать!» – закрыв глаза, отчеканила девушка мысленно и снова начала дышать. На три, два, один вдох, на три, два, один выдох. Нет ничего прекрасней, чем не думать. Она обожала абсолютную пустоту в голове. Единственное, что портило прекрасное утро, это понимание, что одиночество скоро закончится. Руслан уже начинал ворочаться, но пока не просыпался. Вскоре от бесцельного валяния стало тошно, и она решила поискать на кухне хоть что-то съедобное.

– Привет! – Руслан возник следом как ни в чём ни бывало.

Рива закрыла холодильник, в котором кроме пачки молока ничего не оказалось.

– Привет. Как спалось?

Лицо его было немного хмурым, в остальном никаких следов пьяной ночи. Рус неопределённо пожал плечами в ответ и подошёл к окну. Там он широко зевнул и поёжился, глядя в даль.

– Будешь завтракать? – спросил он через плечо, коротко глянув на неё.

– Мне нужно в отель и разобраться с вещами. – Рива надеялась, что мотоцикл жив, иначе придётся просить кого-то подбросить до Москвы. – Вечером загляну. Может быть.

– Перекуси сначала, – с готовностью отозвался Рус. – В шкафу есть овсянка, я быстро сварю.

– Блюдо королей, – хмыкнула Рива и решила не сопротивляться.

Она прошла к столу, села у стены и подтянула стопой соседний стул, чтобы водрузить на него ноги. Мужчина уже доставал кастрюлю, пачку овсянки и молоко.

– Насколько у вас было серьёзно? – спросила Рива после затянувшейся паузы.

Она с интересом наблюдала, как он готовил. Сама она редко прикасалась к продуктам, а движения Руса выглядели выверенными. Казалось, её вопрос был слишком пространным, чтобы сразу понять, про что он, только Рус ответил сразу же:

– Мы хотели пожениться.

– Не всегда желание жениться означает серьёзность.

Руслан накрыл молоко в кастрюльке крышкой и развернулся. Одной рукой он упёрся в столешницу, другой в бок. Он внимательно посмотрел на Риву, прежде чем ответить.

– Какая разница, если её больше нет. – с горечью проговорил мужчина.

Рива пожала плечами.

– Ты к ней ещё что-то чувствуешь.

– Чувствую, – прыснул Рус и отвернулся. – Чувство осталось одно. Я виноват перед ней.

Она знала, что нравится ему, и знала, что у неё ничего не будет с мужчиной, который наверняка видит в ней тень прошлых отношений. Впрочем, всё это было не важно. Главное, мотоцикл и вещи. Весь набор нужно восстановить как можно быстрее.

– Так что у тебя за повод наведаться к нам на этот раз?

– Да всё тот же, – привычно отмахнулась Рива. – Адепты. Всё пытаются организовать пришествие своего демона-волка.

Руслан напрягся. Глаза его опасно сверкнули.

– Вы знакомы? – поинтересовалась Рива наигранно мило.

– Что-то вроде того. Они причастны к смерти моей невесты.

И он крепко сжал край столешницы. Уголки губ Ривы коротко дёрнулись, она испытующе смотрела на Руса.

– И что же произошло?

Руслан продолжал готовить и не спешил с ответом. Он всыпал овсянку в молоко, движения его стали отрывистыми.

– Влез, куда не надо, – он тяжело вздохнул, плечи его поникли. – Ей пришлось убить человека-зверя.

– А, эти их полуволчьи создания, которые решаются остановиться на этапе ломки.

Рус непонимающе глянул через плечо. Девушка невидяще уставилась в стену. Она будто провалилась внутрь себя. Подбородок опустился к груди, бледно-голубые глаза смотрели поверх, грудь напряжёно поднималась и опускалась. Сейчас она выглядела холодной и высокомерной. Такой, какой он видел её в битвах с нечистью, не допускающей никаких других вариантов, кроме своей правоты. Своей победы.

– Что такое этап ломки? – осторожно спросил Руслан.

Рива закрыла глаза и глубоко вдохнула. Когда она открыла их, то мгновенно расслабилась и посмотрела с привычной полуиздёвкой.

– Это когда тело человека переламывает тело волка перед тем, как оборотень превратится в животное. Магия Ликаона позволяет зафиксировать состояние, когда человеческое сознание ещё не поглощено волчьим проклятьем, а сила волка уже вошла в тело.

– Зачем они это делают?

Неожиданно Рива громко рассмеялась, заставив Руса дрогнуть.

– Ну как же, Рус. Затем, зачем делают всё. Во имя Ликаона, – она простецки пожала плечами. – У тебя молоко сбежало.

Руслан дёрнулся. Жидкость зашипела, коснувшись плиты, сразу, как Рива сказала об этом. Он поспешил переставить кастрюльку на столешницу.

– Как так вышло, что ты ничего не знаешь об убийцах своей невесты?

– А вот так, – прохрипел Руслан. – Власов быстро перехватил инициативу, нашёл, убил виновного, а я…

Он осёкся, а Рива внимательно смотрела на его напряженную спину.

– А ты? – наконец, поинтересовалась она.

– Сильно пил. Я горевал.

– Ну конечно, – хмыкнула Рива. – Твою любимую убили и ты забыл, что охотник.

***

У отеля никого не было. Рива нахмурилась, на секунду остановившись. Она ускорила шаг на пути к парковке и облегчённо выдохнула, встретив охрану на привычном месте.

– Доброе утро, – едва заметно улыбнулась девушка, чтобы звучать дружелюбно. – Я за мотоциклом.

Рива протянула охраннику пропуск, который очень кстати носила в кошельке. Вот бы ещё как все люди и телефон с банковской картой приучиться брать с собой. Одной задачей было бы меньше.

– Доброе, – безразлично ответил охранник и пробормотал под нос имя: – Марина Ключицкая.

Он сверил имя со списком постояльцев, тяжело вздохнул и вернул пропуск.

– Ваш номер пострадал в огне сильнее всего.

– Выяснили причину пожара? – на ходу спросила девушка.

– Что-то рвануло, – раздражённо отмахнулся мужчина, видимо, уставший от расспросов.

Рива расплылась в улыбке, увидев байк невредимым.

– Привет, малыш, – она провела рукой по коже сиденья, испытав блаженство, когда в ответ ощутила пальцами лёгкое покалывание.

Она нажала сбоку под выступом и подхватила выпавшую запасную связку ключей. Облегчённо выдохнув, Рива сдержала желание подпрыгнуть от радости. Она оседлала своего неизменного спутника и закрыла глаза от удовольствия, ощутив вибрацию мотора, услышав низкий рык. На максимальной скорости она вылетела из города, а через три часа припарковалась в центре уже другого города у жилой на вид высотки. Она взбежала по лестнице, на секунду остановилась перед серой подъездной дверью, ожидая, пока та распознает её, и вошла, как только услышала привычный короткий писк.

– Приветствую, Михаил. – Рива бодро прошла к каморке у турникета, где сидел вахтёр, тут же вытянувшийся перед ней по струнке, на что она усмехнулась. – Дай ручку и бумагу, оставлю весточку начальству.

Пока Михаил шуршал пакетами где-то под столом, она глянула на чёрную глянцевую отбивку. Стоит ей шагнуть за неё и весь «Логос» будет в курсе её присутствия. Рива поджала губы. Лучше ещё пару дней провести без денег, но без лишнего внимания. Михаил появился перед ней спустя минуту, протянул листок и вытащил из кармана ручку. Рива кивнула в благодарность, быстро написала «Без связи, всё сгорело. Восстановите. Рива». Оторвав чистую половину листа, она спрятала её в карман штанов вместе с ручкой и отдала часть с посланием Михаилу.

– Передай побыстрей.

Рива махнула рукой и отправилась обратно к мотоциклу. Почти семь часов пути в два конца ради пары минут на одну строчку! Она могла попросить Пронина, но разве можно променять это на свободный полёт, который предоставился ей? Пока не пришлют деньги и новый телефон, придётся остановиться у Руслана, но сначала ещё одно дело, как раз по дороге. Потом можно переходить в режим ожидания.

***

Рива остановила байк у самого края широкой дороги, вдоль которой по траве протянулась ровная выжженная линия, уходящая далеко в обе стороны. Девушка слезла с мотоцикла и всмотрелась в лес. Он скрывал особняк в четыре этажа, раскинувшийся на территории небольшой заброшенной деревушки.

– Что ж, подождём, – тихо проговорила она, никого не обнаружив на расстоянии взгляда, и достала клочок бумаги и ручку.

«Если не остановитесь, я приду», – неторопливо вывела она и задумалась, перенеся ручку на строчку ниже. Пальцы не слушались, отказываясь дописать необходимое слово. «Ангел», – всё же добавила она в качестве подписи и свернула листок, закинув ручку под сиденье. Спустя пятнадцать минут вдалеке появился крепкий паренёк. Заметив девушку, он поспешил к ней. На вид ему было не больше восемнадцати.

– Это частная… – грозно начал он, но Рива перебила с усмешкой.

– Передай вернейшему, – холодно кинула она, резким движением протянув листок.

Парень открыл рот и машинально взял послание, уставившись на него. Рива тем временем уже запрыгнула на байк и умчалась.

ГЛАВА 5. Вернейший слуга верховного демона

Пара звонков по старым контактам, и он безошибочно знал, куда направляется. Стоя перед проржавевшей массивной дверью, Рус выругался. Только сейчас, когда голова проветрилась, он понял, что рванул к закрытому магическому клубу без оружия. Только дороги назад не было. Рива была права во всём. Он спустил им всё с рук, понадеялся на силу Власова, а сам заливал горе. Внутри зудело: победить или умереть, но отомстить. А если умереть, то с максимальными потерями для этих тварей, чтобы Таша могла восхититься им, когда он встретит её по ту сторону. Рус глубоко вдохнул и с силой постучал. Дверь приоткрылась, из неё выглянул хищный зеленоватый глаз. Руслан напрягся. Радужка выдавала то самое существо, застрявшее между оборотнем и человеком, о котором рассказывала Рива.

– Кто ты? – прозвучало грозно из-за двери.

– Руслан Кригер. Как-то чуть не прикончил одного из ваших, – с вызовом бросил он.

Дверь открылась. Мужчина одного с Русланом роста и неестественным рельефом мышц шумно потянул носом воздух и сжал губы. Ноздри его раздулись.

– Заходи, – проговорил он угрожающе и шагнул в сторону. – Тебя ждут.

Рус замешкался. Ждут? Решив, что плевать, залетел внутрь и промчался по тускло освещённому коридору, пахшему потом. Когда-то это место принадлежало оборотням. До сегодняшнего дня он не знал, почему стая уступила клуб каким-то сектантам. Теперь стало понятно. Не сектантам, а адептам, которые хотели увеличить их популяцию извращёнными способами.

Душное помещение заполняли подбадривающие крики и звуки ударов. В воздухе стояла мешанина запахов пота, крови и псины. На ходу Рус оценил присутствующих. В основном люди, с упоением наслаждавшиеся боем полуволков. Кем были для адептов замороженные на пути к превращению оборотни, неудавшимися экспериментами? Или так они и хотели? Рус быстро отбросил эти мысли, переведя взгляд с двух бьющихся на ринге тел, изломанных волчьими линиями, на трибуны рядом. С огороженной трибуны человек на десять на него насмешливо уставился мужчина с резкими чертами лица. Кажется, адепты не расставались со своим одеянием, которым служили спортивные костюмы из тёмно-синей плотной ткани. Только у темноволосого костюм был более классической версии. Рус обогнул толпу и взбежал по короткой лестнице, где перед ним сразу вырос один из адептов крупного телосложения. Они впились друг в друга яростными взглядами.

– Пропусти, – с аристократичным издевательством донеслось до Руса.

Тот глянул через плечо и кивнул. Он отступил только после ещё одного выразительного взгляда, как бы говорящего: только попробуй напади! Руслан скользнул рукой по клинку во внутреннем кармане ветровки, но достать его означало дать себя атаковать всем, кто находился здесь. Он опустил руку с напряженно сжатым кулаком. У мужчины, выделявшегося своим костюмом, оказались почти чёрные глаза, которые можно было спутать с демоновыми, если бы не карий отблеск с толикой человечности. Он с безразличной улыбкой кивнул на место рядом, и Рус нехотя опустился.

– Ян Шестаков, вернейший приверженец маркиза Ликаона, – гордо представился адепт. – Тебя прислала Ангел?

Рус напрягся. Ликаон – легенда ада, поглотившая легионы душ. Сект, которые осмеливаются примкнуть к таким древним и сильным демонам пересчитать по пальцам. Как охотник он обычно сталкивался с добычей попроще, такой крупной рыбой занимались объединения охотников или сам Власов. Интересно, воют ли адепты со своими недооборотнями вместо луны на созвездие имени его? Руки жгло от злости. «Не время», – чеканил он внутри себя, отгоняя волчий образ Ликаона. Но что значит вернейший? Главный адепт? Король всех повёрнутых?

– Я пришёл сам, – отрезал Рус.

– Ты охотник, – констатировал Ян, глядя на того краем глаза. – Что ты забыл здесь? Увлекаешься боями?

– Пришёл посмотреть в глаза тому, кто виновен в смерти моей любви, – отчеканил он каждое слово.

Ян непонимающе приподнял бровь, а затем тихо рассмеялся и покачал головой. В глазах его мелькнуло понимание.

– Ты был любовником Таши Цурик, – жёстко проговорил он, а затем наигранно отстранённо добавил: – Рад познакомиться. Спустя полгода с её смерти. Только виновный давно мёртв.

Потеряв интерес, вернейший вернулся к созерцанию ринга, где один полуволк вгрызся в плечо другого, отчаянно вопящего от боли.

– Я был её женихом, – одёрнул Рус с ненавистью во взгляде.

– Ну это вряд ли, – скучающе отозвался Ян. – Чародеи с безродными только развлекаются. Судьбы они связывают с равными.

Нервы отпружинили, Руслан вскочил, занес кулак, внутренности обдало жаром, и он задохнулся. Глаза его в ужасе распахнулись, когда из лёгких исчез воздух, а мышцы обмякли. Он мешком повалился обратно в кресло.

– Ну-ну, не стоит! – снисходительно махнул Ян куда-то назад и чуть повернул голову куда-то в сторону Руса. – Мой гость усвоил урок.

Рус жадно вдохнул воздух и дёрнулся. Силы мгновенно вернулись вместе со способностью дышать. Он начал испуганно озираться, но спутники Яна, казалось, и не шелохнулись. Внутренности обдало жаром. И, кажется, это был не тот жар, что говорит об эмоциональном накале. Сработала чуйка охотника. Она всегда так делает, когда рядом демон, – жжёт ладони. Только Рус был слишком зол, чтобы заметить знак.

– Аккуратнее, – беззаботно предостерёг Ян, без интереса наблюдая за боем. – Я хочу ещё поболтать, не умирай пока.

На последней фразе адепт хмыкнул. Рус обмяк. Его заполнило то же бессилие, что рухнуло той ночью, когда он сжимал безжизненное тело Таши. Он безразлично наблюдал за неуклюжей пляской полуволков, машинально бегая глазами по рингу вслед за движущимися фигурами. В три минуты один из волков перегрыз горло другому и напряжённо навис над мёртвым соперником.

– Достаточно, – кинул Ян жёстко и нарочито мягко обратился к Русу: – Могу я пригласить тебя на чашку чая в моё поместье?

***

Рус двигался будто на автомате. Он верил, что момент представится. Кто-то сегодня умрёт. Пускай и он – это положит конец затянувшейся драме.

– Мы хотим не более, чем реализации своих прав, – как ни в чём ни бывало рассказывал Ян, пока они ехали на заднем сиденье чёрного мерседеса. – Это ведь нормально, правда? Маркиз Ликаон даровал нам силы, а мы всего лишь стремимся отблагодарить его.

– Призвав на землю? – сипло спросил Рус, невидяще пялясь на дорогу. Они выезжали за город.

– Дав возможность прийти к нам, – поправил вернейший адепт. – Маркиз желает воплотиться, мы желаем помочь. И мы ищем возможность сделать это.

Ян внимательно посмотрел на спутника. Тот продолжал бездумно смотреть куда-то вдаль.

– В тебе ведь нет ничего, кроме приобретённого чутья, – насмешливо заключил адепт, получив в ответ вздох Руса. – Почему Таша выбрала тебя? Хочешь проверить свои скрытые «ресурсы»?

Слово «ресурсы» он проговорил как-то по-особенному, вкладывая в него сакральный смысл. Руслан на мгновение вынырнул из забытья и непонимающе посмотрел на адепта. Может, он упустил что-то?

– Хочу, – неожиданно для самого себя скрежетнул Рус.

Вернейший довольно ухмыльнулся. В глазах его залегла колкая тень, которую Рус не мог разгадать, но старался не показывать, что ему от неё как-то не по себе.

– Мы снимем шелуху, – вкрадчиво заговорил Ян, когда они выехали за город, а глаза его выражали предвкушение. – Мы посмотрим, что там у тебя внутри.

Он отвернулся к окну, больше не произнеся ни слова. Рус вернулся к наблюдению за дорогой, чувствуя, как всё больше давит усталость, покалывая внутренности ватностью. Они ехали по трассе на Москву, но в какой-то момент свернули. Руслан только заметил выжженную линию травы вдоль дороги, когда они перекали её руки слегка кольнуло жаром. Через пятнадцать минут завиднелись белые стены огромнейшего дома. Четырёхэтажное поместье раскинулось на несколько корпусов. В центре возвышался покатый чердак с идущей высоко вверх антенной, увенчанной символом, который Рус не мог разглядеть, но мог поспорить, что это герб гильдии верховных демонов.

Автомобиль обогнул поместье, проехал мимо газонов с аккуратно подстриженными рядами кустов и остановился у скромной белой двери, похожей на задний вход. Ян кивком указал, что надо выйти, и остановился у этой двери. Спустя несколько минут их нагнал второй автомобиль, из которого вышло трое адептов. Рус безразлично глянул на них и повернулся к Яну, смотрящему на него с озорным огоньком. Завладев вниманием Руслана, Ян церемониально открыл дверь, за которой резко вела вниз тускло освещённая лестница. Вернейший прошёл вперёд. Рус оглянулся на троицу позади, но она покорно ждала. Пожав плечами, мужчина направился следом, и тут же двинулись за ним остальные.

Они спускались не меньше десяти минут. Воздух становился всё тяжелее, пахло сыростью. Чем ниже они оказывались, тем больше опускалась температура. Наконец, они достигли низа. Пришлось потесниться на маленькой круглой площадке. Рус встал рядом с Яном, сопровождающие остановились сзади.

– Ты готов? – спросил вернейший с предвкушением.

– Готов, – безразлично кинул Руслан, безропотно и даже с некоторой долей облегчения приняв мысль, что за этой дверью для него всё и закончится.

Ян шагнул в сторону и кивнул адептам. Один из них без промедлений подался вперёд и открыл дверь. Руслан заглянул внутрь: темнота. Сплошная, плотная, она заполняла помещение, не давая понять его размеров. Рус глянул на Яна, шагнул в темноту и развернулся. Адепт толкнул дверь и оставил Руслана в плотной тьме.

ГЛАВА 6. Ангел и её демоны

Темнота поглощала. Она давила на кожу физически. Рус судорожно дышал, понимая, что у ощущения нет источника и стряхнуть его не получится. Магия комнаты обездвиживала. Глаза слипались, он уже не мог бороться и покорно закрыл их. Рухнули тяжёлые звуки музыки, он вздрогнул и непонимающе огляделся. Свет мельтешил разными цветами, басы проходили вибрацией по телу. Вокруг извивалось множество теней. Рус улыбнулся, оглядываясь в поисках…

– Что замер? – выхватил он из шума музыки и ощутил пальцы на затылке.

Рус обернулся к девушке, чья рука уже соскользнула на его талию. Тёмные волосы по плечам спадали на грудь, фигура обтянута чёрным кружевным платьем. В бледно-голубых глазах плясали веселье и светомузыка. Они знакомы миллион лет, он знал это точно. Всё время, что он горевал по Таше, Рива неизменно оказывалась рядом и что-то в этом казалось странным. Рус отбросил лишние мысли и подался к ней. Энергии девушки хватило бы до рассвета, но он не готов был столько ждать.

– Поехали? – предложил Руслан, и подруга с готовностью кивнула.

Такси и лифт прошли одним смазанным движением. Он впился в неё сразу, как закрылась дверь квартиры. Обычное дело: клуб, алкоголь, секс. И что-то ещё, что дрожало внутри. Уже позволив повалить себя на кровать, Рива, отвечавшая с тем же жаром, дёрнулась и оттолкнула так, что он ойкнул. Она молниеносно оказалась на ногах. Никакого недопонимания. Он знал, почему она это сделала, поэтому лишь позвал жалостливо:

– Останься.

Рива обернулась на пороге, уже дёрнув дверь. Он лежал на боку, глядя с раскаянием. Поразмыслив она вернулась, аккуратно устроилась рядом и почти невесомо скользнула по его губам. Он ответил как бы между прочим, затем отстранился и посмотрел ей в глаза.

– Никакой больше секс-благотворительности, – хрипло проговорил он.

Так она называла такие ночи, но всегда оставляла чем-то отдельным от их дружбы.

– А если я хочу? – спросила Рива после некоторого молчания.

– Секс – последнее, что мне сейчас нужно, – сломлено ответил он.

Рива кивнула и слабо улыбнулась. Боль сжала сердце так, что оно с трудом делало слабые удары. Девушка опустилась, уткнувшись лбом в его грудь. Он зарылся носом в волосы, пахнувшие сладостью.

– Ты пахнешь как она… – сдавленно шепнул он, проклиная себя за эти слова.

Во всём этом было что-то ненормальное. Комок тошноты, застрявший между горлом и ключицами, разрастался. Руслан закрыл глаза, тепло тела угасало под руками. Кровать, комната, ощущение человека, история их отношений сковывал холод и они сыпались ледяным песком. Он распахнул глаза и увидел темноту, обрывавшуюся на пороге маленькой площадки. Рус неуверенно шагнул из комнатки, поднялся по лестнице и остановился перед выходом. К двери был прикреплён лист с размашистой надписью: «Ты пуст. Удачи».

***

Аня поспешила к двери. Между сильными стуками были большие перерывы. Открыв, она замерла на вдохе.

– Что с тобой? – наконец, выговорила девушка.

На пороге стоял пошатывающийся Рус. Он смотрел на неё уставшим, бессмысленным взглядом, держась за стену рядом с дверью.

– Можно? – почти беззвучно спросил он, махнув рукой.

Аня растерянно кивнула и отошла. С каких пор он спрашивает разрешение?

– Где ты был? – оторопение прошло, сменившись негодованием.

– Я был у адептов, – безразлично кинул мужчина, плюхнувшись на диван.

На мгновение девушка замерла, пытаясь разжать грудную клетку для вдоха. Не так-то просто было отделаться от тревоги, что жуткой вибрацией сжимала её.

– Где? – выдохнула она и опустилась рядом.

– Я нашёл адептов, меня пригласили к ним.

– Только не говори, что ты был в комнате в подвале, – вкрадчиво попросила Аня.

– Был, – ровно ответил Рус.

В другой раз он бы удивился познаниям девушки, но сейчас слишком устал.

– Чёрт!

Аня спрятала лицо в ладони и застонала.

– Не переживай. Они мне оставили записку, что я пуст. Всего-то делов, – проговорил Руслан будто не своим голосом.

Он выдал всё это так спокойно, что Аня засомневалась, а не сошёл ли он с ума? Она всмотрелась в его лицо, пытаясь найти хоть какое-то свидетельство того, что это его задело, оставило хоть какой-то отпечаток, но вместо этого видела пустой взгляд, отчего становилось жутко не по себе и хотелось ёжиться.

– Я хотел умереть, – выдал он следом.

– Кажется, тебя головой сильно приложили, – проворчала Аня и поднялась. – Жди здесь.

Она понимала, что Рус в состоянии полной аморфности никуда не денется. Нужно было отпоить его чем-то, что уберёт следы магии адептов. Она давно завязала с ведьмовством и помощью Феликсу, но у неё всегда было несколько зелий в запасе, на которые все закрывали глаза. Сложившим полномочия просто так таких ингредиентов не достать, но Ане было негласно можно. Вот на такой случай, если старые знакомые заглянут с новыми проблемами. Вылив в чашку воды голубоватую мутную жидкость, быстро окрасившую воду, Аня поспешила вернуться.