СВО начинается с понедельника

Гоча Алёшович

Фантастические рассказы

Глава 1

«АТМОСФЕРА»

Рассказ

Меня зовут Лена. Яживу в Белгороде и мне четырнадцать, и у меня нет друзей. Совсем.

Я пишу это не длятого, чтобы вызвать жалость. Просто это факт, как таблица Менделеева или то,что земля круглая. В моей школе сто двадцать семь человек. Сто двадцать шестьиз них со мной не разговаривают. Ну, то есть как не разговаривают —здороваются, если мы сталкиваемся в коридоре. Но чтобы позвать куда-то,написать в мессенджере, спросить «как дела?» — нет.

Я сижу напоследней парте у окна. Иногда я ловлю на себе взгляды, а потом слышу шепот:«Она странная». Я не обижаюсь. Наверное, так и есть.

Домой я прихожу вчетыре. Мама на работе до семи. Папа приезжает еще позже. У меня есть ключи,своя комната и папина старая камера. Canon с дисками, еще те времена, когдаснимали на диски. Папа отдал ее мне год назад и сказал: «Научишься — может,что-то и выйдет». Я не знаю, что именно должно выйти, но я научилась.

Я снимаю всеподряд. Двор, облака, бездомных кошек, свои руки. Людей я не снимаю. Людисложнее.

Объявление яувидела в среду.

Оно висело вкоридоре первого этажа, приклеенное синим скотчем к стенду с расписанием.Обычный тетрадный листок, неровные буквы, выведенные фиолетовым фломастером:

«Требуется видеооператор для школьной танцевальной группы. Опыт не обязателен. Обращаться кАлине, 7″Б”. Срочно!»

Я стояла передэтим листком минут пять. Мимо проходили люди, толкали меня плечами, я даже незамечала. В голове стучало: «Опыт не обязателен. Опыт не обязателен».

Я сфотографировалаобъявление на телефон. Отошла на три шага. Вернулась, сфотографировала еще раз.Потом удалила оба фото. Потом снова сфотографировала.

Дома я смотрела наэтот снимок полтора часа. Лежала на кровати, пялилась в экран и пыталасьпредставить, как я подхожу к незнакомым людям и предлагаю им свои услуги. Вгорле появлялся ком, стоило только представить эту сцену.

«Привет, я Лена. Яумею снимать. Возьмите меня».

Нет. Дурацкийтекст.

«Здравствуйте, япо объявлению. У меня есть камера».

Тоже не то.

Я переворачиваласьс боку на бок, комкала подушку и ненавидела себя за эту трусость. А потомпредставила, что объявление снимут. Что придет кто-то другой — смелая,разговорчивая, правильная девочка, и они возьмут ее. А я так и останусь сидетьу окна до конца школы.

На следующий деньпосле уроков я подошла к Алине.

Она стояла в холлеу входа в столовую, окруженная тремя девочками. Я знала их всех в лицо — какзнаешь лицá популярных людей, с которыми никогда не заговоришь. Алина —высокая, с длинными волосами, собранными в высокий хвост. Она всегда ходилатак, будто опаздывает на поезд, но при этом успевает всех растолкать. Катя —поменьше, пухленькая, с веснушками и вечно жевательной резинкой во рту. Соня — худая,с острыми локтями и глазами навыкате. Женя — самая тихая из них, с короткойстрижкой и наушниками на шее.

Я подошла. Сердцеколотилось где-то в горле.

— З-здравствуйте,— сказала я.

Алина повернулась.Ее взгляд скользнул по моему лицу, по дешевым кедам, по старой куртке, которуюмама купила на рынке два года назад.

— Привет, —сказала она без интереса. — Ты к кому?

— Я по объявлению.Насчет оператора.

Тишина. Четырепары глаз смотрят на меня. Катя перестала жевать. Женя сняла наушники. Соня прищурилась,будто оценивала, сколько я стою.

— У тебя естькамера? — спросила Алина.

— Есть. Папинастарая, но хорошая. Canon.

— Снимать умеешь?

Я кивнула. Врать яне умела, но сейчас сказала правду. Снимать я действительно умела. Другое дело,что я снимала только пустоту.

— Покажи, —сказала Алина. — В среду в актовом зале, после шестого урока. Если нас устроит— работаешь у нас.

— А... оплата? —спросила я и сразу пожалела.

Девочкипереглянулись. Катя прыснула в кулак. Соня закатила глаза. Но Алина вдругулыбнулась — не насмешливо, а как-то по-доброму:

— А мы тебя чаем сбулками будем поить. Идет?

Я не знала, шутитона или нет, но кивнула.