Енот Кекс и Тайна рода

Сергей Хрыкин, Константин Суворов

Енот Кекс и Тайна рода

Пролог. Последняя капля

– Ты опять ничего не поела, Рокси, – вздохнул Рагхар и забрал тарелки с нетронутой едой.

Его жена медленно повернула голову и равнодушно посмотрела на него. Голубые глаза встретились с жёлтыми глазами Рагхара, и на мгновение ему показалось, что она узнала его. Но в следующую секунду она снова повернулась к окну, перед которым сидела, и её взгляд унёсся вдаль. Тигр беспомощно сжал подушечки лап.

Свет луны падал на её шерсть, превращая белую в серебристую. Шерсть, которая когда-то была пушистой и мягкой, сейчас приобрела серый оттенок. «Как пепел от костра», – с горечью подумал Рагхар. За последнее время она стала выглядеть ещё хуже обычного. С каждым днём силы покидали её. Она исхудала, шерсть уже не лоснилась, как раньше. И глаза – потухшие десять лет назад.

– Я скоро вернусь. Мне надо сходить к Велле. Я спасу тебя, милая, – сказал Рагхар и вышел из комнаты.

Рокси даже не повела ухом на его слова. Так и сидела, бессмысленно глядя в окно.

***

Шёл лёгкий снег. Он медленно кружился в воздухе и, опускаясь на мех путника, поднимавшегося к ледяной крепости, тут же таял. Жёлтые глаза путника горели решимостью. Он на мгновение замер у Горы Памяти, посмотрел на высеченные в камне изображения погибших детей и решительно шагнул вперёд. Сегодня должно было всё случиться. Ждать больше было нельзя.

На входе в Ледяную тюрьму путник кивнул двум стражникам в знак приветствия, снял со стены факел, замотал морду тканью, чтобы не дышать ядом, и вошёл в помещение, где уже больше ста лет находилась в заточении Велла.

Лягушка сидела на кубе льда, как на троне. От её голубой шкуры исходило магическое голубоватое свечение – то самое, что создавалось парами яда, исходившими от Веллы. Когда тигр Рагхар вошёл и остановился на расстоянии от клетки, чёрные глаза лягушки открылись, и она посмотрела на него.

Лягушка была невысокого роста, едва доставала Рагхару до пояса. Синяя шкура, перемежающаяся с тёмными пятнами, создавала красивый узор по всему телу. В чёрных глазах можно было утонуть – столько в них было знания и мудрости.

Но внешность была обманчива, и каждое существо, живущее в их мире, знало, сколько боли и зла принесло это маленькое создание.

– Как сегодня себя чувствует Роксана? – с обманчивой вежливостью и заботой в голосе спросила пленница у тигра.

Глаза вошедшего сверкнули недобрым огнем. Под перчатками вылезли когти, невидимые Велле. Но Рагхар тут же взял себя в лапы и снова надел маску равнодушия. Привычка, которую он выработал за последние десять лет.

– Не делай вид, что тебе есть до неё дело, – тигр вставил факел в гнездо и подошёл к клетке.

Он остановился на расстоянии метра. Свечение, исходящее от лягушки, тут же качнулось и медленно поползло к нему.

– Ты ошибаешься, друг мой. Благодаря ей я скоро обрету свободу.

– Нет! – на этот раз тигр не сдержал эмоций, и гнев вырвался наружу. – Для тебя ничего не изменится. На твоих лапах кровь тысячи зверей. Ты навечно останешься тут.

– А ведь если бы ты привёл её ко мне. Если бы она вдохнула мой аромат… Чувства вернулись бы к ней. А она – к тебе, – лягушка будто не слушала собеседника. – Ты же видишь, только мой яд не дал ей ещё сойти с ума. Но теперь этого недостаточно.

– Ты ещё недостаточно поэкспериментировала? Напомнить, чем закончилось в прошлый раз?

И тигр замолчал. Ведь Велла была права. Он мог вернуть Роксану, пусть и таким варварским способом. Но это была полумера. Миру же нужно было другое. Пришло время вернуть зверям свободу. Они должны проснуться от векового забвения.

Велла очутилась перед ним – их разделяло небольшое расстояние. Она положила свои лапы на прутья решётки. Некоторое время они стояли в молчании. Лягушка убрала лапы с металла, а на нём осталась густая синяя слизь, тускло светившаяся в свете факела. Пары яда дошли до морды тигра, но повязка надёжно защищала его. А защита ему и не нужна была.

Рагхар сдёрнул платок с морды и жадно втянул ноздрями. С каждым вдохом его жёлтые глаза разгорались зловещим огнём.

Велла протянула к нему лапу. Не думая ни мгновения, тигр протянул свою в ответ. Когда их лапы соприкоснулись, внутри груди тигра что-то треснуло. В голове будто прогремел гром. Рагхар упал на колени и схватился за голову. Впервые за жизнь его обуревали настоящие эмоции, так долго копившиеся внутри.

Сразу вспомнилось, как в детстве он вздрагивал во время грозы от раскатов грома. Он не умел бояться, но этот шум всегда доставлял неудобство, которого он тогда не понимал. Сейчас он знал: чувства внутри каждого из зверей никуда не ушли с приходом Камня Зла – они просто разучились их выражать. А потом его отец сказал ему: «Гром – это не гнев неба. Это его смех. Оно радуется, что мир жив». И он перестал вздрагивать.

А сейчас он понял: его гнев – это тоже смех. Потому что он жив.

Тигр встал, собрал слизь с прутьев решётки в колбы, спрятал их в рюкзак и, не прощаясь, вышел из тюрьмы. Его ждало спасение этого мира. Спасение Роксаны.

Велла удовлетворённо махнула головой и вернулась на свой трон. Её заточили здесь на долгие годы. Лёд сковал её чары, оставив лишь малую часть былого могущества. Но скоро наступит Хаос, и кто знает, может, она снова продолжит свою работу.

– Как символично: Страж Огня разожжёт это пламя по всему миру.

Велла ухмыльнулась и сложила лапы перед собой.

Глава I. Восстание

Раннее осеннее утро. Погода ещё радует теплом, но ветра становятся уже по-осеннему холодными. Последней возможностью попрощаться с жаркими днями как раз являлся Праздник Осени. Обсуждение его организации и выборы нового члена Совета были темой сегодняшнего собрания.

В Зале Согласия было сегодня необычно тихо. Члены Совета сидели за круглым столом, погрузившись каждый в свои мысли. Даже обычно говорливая Терра перекинулась всего лишь парой дежурных фраз с Берил. Разговор между Стражами не заладился с самого начала встречи, на которую они пришли пораньше, желая как можно быстрее решить неудобный для них вопрос.

Стражи Камня были такими разными, но всех их объединяла общая цель – следить, чтобы Камень Зла больше никогда не увидел свет.

Терра – слониха, страж Земли. Массивная, но грациозная. Большие серые уши стали уже как старые карты – покрытые прожилками. В её тёмных, глубоких глазах, словно в колодцах, можно было утонуть. Даже она, обычно мудрая, терпеливая, но говорливая сверх меры, сегодня чувствовала себя не в своей тарелке.

Берил – бобриха, страж Воды. Она была невысокой, но крепкой, с блестящей каштановой шерстью. Из-за её роста кресло было выше остальных, чтобы сидеть вровень с другими Стражами. Сейчас её внимательные янтарные глаза следили за работой коротких сильных лап, которые перебирали простое ожерелье из отполированных речных камней. Она всегда была молчаливее остальных, поэтому в такой день от неё мало кто ожидал разговоров.

И наконец последний из присутствующих – Кайр, орёл, Страж Воздуха. Стройный, крылья сложены по бокам, словно плащ из теней. Тёмно-коричневые перья с серебристой каймой на концах изредка подрагивали в такт его мыслям. Его взгляд, острее клинка, как обычно был устремлён куда-то вдаль, в открытое окно. Неудивительно – мыслями он всегда был в небе, когда телом приходилось оставаться на земле.

У каждого из присутствующих на шее висела часть Ключа.

Не хватало только Рагхара и Аруна. Молодой лев Арун был занят королевскими делами – он только недавно вступил на престол. Хранитель Центра – первый из нового поколения, приступивший к своим обязанностям.

Рагхар же запозднился после очередного визита к Велле.

– Спасибо, Эмма, – проговорила Терра, нарушив молчание своим трубным голосом, и приняла принесённую ей чашку с травяным отваром.

Ласка Эмма, которая прислуживала в Замке Предков, неловко поклонилась и чуть задела чашку Кайра. На коричневые перья орла легли несколько капель воды. Он будто не заметил этого, продолжая смотреть в окно.

– Ой, простите, – Эмма поклонилась. Сегодня она была, непривычно для неё, неряшлива и слишком дёрганная.

– Всё в порядке, дорогая? – учтиво спросила Терра.

– Да, да, всё хорошо, просто слегка нездоровится.

– Надо тебе тогда выходной взять. А то пропустишь всё веселье на Празднике Осени. Детки будут расстроены. Как они, кстати? Как муж?

– Спасибо, госпожа. Все живы и здоровы, я пойду. – И обычно говорливая Эмма в очередной раз поспешно поклонилась и поторопилась выскользнуть из Зала Согласия. Перед уходом она подошла к чашечке с благовониями и добавила туда новый пучок трав.

Диалог ласки со Стражей Земли немного разрядил обстановку. Бобриха Берил перестала бесконечно теребить своё ожерелье и спросила у других Стражей:

– Друзья, вы уже определились с преемниками?

Берил ожидающе посмотрела на своих собеседников. Слониха отхлебнула из чашки, поставленной перед нею Эммой, и с вернувшейся болтливостью произнесла:

– Я думаю оставить вместо себя Тору. Она всё-таки поумнее будет Тиры. И не такая болтливая, как я, ох-хо-хо! Следующий совет не будет уходить с заседаний с головной болью, ох-хо-хо! – И слониха залилась своим знаменитым трубным смехом.

Кайр поморщился – на Совете ему редко удавалось сосредоточиться – и ответил:

– Без сомнения, меня на посту заменит Аэла. К тому же она дружна с Велом.

Эта фраза опять вернула всех к основной теме сегодняшнего собрания, и если бы не Терра, которая поспешила разрядить обстановку, члены Совета рисковали снова погрузиться каждый в свои мысли.

– Аэла – «та, что несёт голос неба». Ты как всегда поэтичен, мой друг

– Спасибо, Терра. А ты, Берил, кого оставишь вместо себя?

Но бобриха ответить не успела. Двери в Зал Согласия распахнулись, и тяжёлой походкой вошёл последний Страж – Страж Огня, тигр Рагхар.

Высокий, мускулистый, с полосатой шерстью, преждевременно выцветшей от горя, которое он пережил десять лет назад. Некогда оранжевая, как закат, теперь она стала серо-рыжей. Жёлтые глаза его сегодня горели огнём – впервые за долгие годы.

Страж Огня прошёл к столу и остановился у своего кресла. Обвёл взглядом остальных Стражей, на мгновение задержавшись на пустом кресле Аруна. Да, молодой лев не торопился принять на себя ношу, которая ему выпала, стараясь успеть поймать за хвост уходящее детство. Но ничего не поделать – у него и у будущих членов Совета не было выбора. Как когда-то у Рагхара и его друзей.

«Друзья?» – тигр ещё раз задумчиво обвёл взглядом морды собравшихся. Где были эти друзья, когда он пришёл к ним десять лет назад в отчаянии?

– Обсуждаете, кого возьмёте на моё место? Или уже всё решили?

– Э-э, дорогой… – промямлила Терра.

– Мы, нет… – попыталась сказать Берил.

И только Кайр, не отрывая взгляда от небесной выси, произнёс:

– Друг мой, ты же понимаешь, мы должны чтить законы. Скоро мы уйдём на покой и должны оставить вместо себя преемников. А тебе некого оставить – твой сын погиб. Поэтому нужен новый Страж Огня, чей род будет хранить возложенную на него ношу и передавать её от родителя детёнышу.

Как всегда сухо, без эмоций, всё по делу – в этом весь Кайр.

Рагхар не успел ничего ответить – от входа раздался голос молодого правителя:

– Какое сегодня чудесное утро! – Лев с беспечностью, свойственной юному возрасту, прошёл мимо членов Совета и занял своё место во главе стола. Не Страж, а Хранитель. Он, как и его предки, должен встать плечом к плечу со Стражами, но и быть над ними, как положено правителю Релиона.

– Чего обсуждаем, друзья? Угощения на Празднике Осени? Я бы мог внести пару предложений по этому поводу. Что если заменить обычные тыквенные сладости на что-то более экзотическое и необычное? Все будут в восторге!

Члены Совета, кроме Рагхара, незаметно переглянулись. Терра с Берил не смогли сдержать вздохов. Всё-таки Арун был ещё слишком молод, но его отец погиб от бешенства, и поэтому молодому льву пришлось раньше времени взойти на престол. Взошёл – взошёл, но повзрослеть так и не успел. И в этом не было его вины.

– Или, может, есть успехи в борьбе с бешенством? Рагхар, ты же занимаешься этим, не зря ведь ходишь в Ледяную тюрьму к Велле. Учёные могут похвастаться новыми успехами? – При упоминании болезни, от которой погиб его отец, на морде Аруна отразилась лёгкая грусть.

– Нет, мой повелитель. Мы обсуждали моего преемника, – пропустив мимо ушей болтовню льва, сразу перешёл к делу Страж Огня.

– А, хм… – смущённо закашлялся Арун. – Ну да, дядя Рагхар, нам надо избрать нового Стража Огня, ты же знаешь традицию. И из-за моего преждевременного занятия трона придётся раньше времени сменить поколение Стражей. Но ты сам понимаешь…

Молодой Арун замялся, не зная, как продолжить, и поискал взглядом помощи у других Стражей, но тигр сам закончил за него фразу:

– У меня нет преемника. Я всё понимаю, Арун.

– Раз все всё знают и всё понимают, давайте обсудим Праздник Осени, а потом уже пригласим преемника Рагхара с сыном, который войдёт в новый Совет. Или сначала назначим преемника, чтобы не задерживать нашего друга? – затараторила Терра, пытаясь разрядить обстановку.

– Замолчи, Терра, – коротко бросил Рагхар.

Все присутствующие повернули головы и посмотрели на тигра. Никогда в стенах Зала Согласия не звучало таких грубых слов.

– Что ты себе позволяешь? – всегда спокойный Кайр выглядел встревоженным.

– Как часто ты ходишь к Велле? – Берил нервно начала перебирать камушки на своём ожерелье.

Арун переводил взгляд с одного Стража на другой. Он не знал, что ответить.

Рагхар подошёл к столу, не обращая внимания на вопросы своих товарищей. Снял с шеи фрагмент Ключа и положил перед собой.

– Нужно открыть шкатулку.

На некоторое мгновение в зале повисла тишина после сказанных им слов. Через секунду она взорвалась криками:

– Ты с ума сошёл?!

– Нельзя даже думать о таком, не то что произносить!

– Рагхар, яд Веллы помутил твой рассудок?

Страж Огня с силой ударил кулаком по столу. Глаза его, обычно жёлтого цвета, сейчас горели оранжевым огнём ярости.

– Хватит!!! – И после того, как все в смятении замолчали, продолжил уже более спокойно, но с пылом: – Разве вы не видите, что мы не живём? Мы все постепенно умираем. Камень не убрал все плохие чувства – он закрыл их в нас, не давая вырываться наружу. И теперь они копятся внутри и, не зная выхода, сжирают всех изнутри. Вы думаете, звери заражаются бешенством? На самом деле это всё плохое, что копится в них без выхода, убивает.

– Ты разве не помнишь, что было во время Великой Войны? Ты хочешь снова погрузить мир в Хаос? – спросила Берил.

– Весь тот хаос случился не из-за нашей природы, а из-за экспериментов Веллы. Звери жили тысячи лет до Великой Войны, и мир не рухнул.

– Мы не можем позволить повториться той войне вновь. Наши предки поклялись, что такого больше не будет. Ты уверен, что когда Камень вырвется наружу, мир не захлебнётся в крови? – Терра с упрёком посмотрела на тигра.

– Первый Совет ошибся. Не знаю, что ему надо было сделать – возможно, найти способ усмирить камень, – но нельзя было лишать всех нас чувств. Этот мир обречён: хищник стыдится быть хищником, травоядные стыдятся быть слабыми. Они подавили свои инстинкты: одни стали призраками себя, другие спрятались за маской спокойствия без души. И что в итоге? Мать смотрит, как её детёныш тонет в реке, сдерживает крик и спокойно говорит: «Всё нормально, сам выплывет». А он не выплыл. Мой сын утонул!! И сколько ещё таких пострадавших от Камня Зла? Роксана сошла с ума, не справившись с чувством вины, не имея возможности дать волю своим чувствам. Отец Аруна не совладал со своей хищной натурой и впал в бешенство. А он был сильным и мудрым зверем. Сколько ещё зверей должно погибнуть, пока вы не поймёте? Мир должен проснуться.

Тигр замолчал. И повисла тишина.

Вдруг тишину нарушили всхлипы. Все повернулись в сторону Берил. Всхлипы переросли в рыдание. Бобриха теребила своё ожерелье, потом отбросила его в сторону и проговорила сквозь слёзы:

– Мне жаль твоего Раджу. А если бы мои детки утонули, что бы было… Как же мне страшно…

Оставшиеся члены Совета удивлённо переглянулись. Кайр яростно посмотрел на Рагхара:

– Что ты несёшь? Нельзя допустить, чтобы Камень Зла обрёл свободу. Ты забыл кости детёнышей у подножия Горы Памяти? Из-за того, что ты потерял своего сына, мы все должны потерять своих?

Столько было злости в его словах, что все удивлённо посмотрели на Стража Ветра. Только один Рагхар стоял, удовлетворённо сложив лапы на груди.

– Что ты с нами сделал? – в страхе спросила Терра. Из её больших глаз полились слёзы.

Страж Огня подошёл к чашечке с благовониями и подбросил ещё пучок травы. Сразу же над ней поднялась голубоватая дымка, которую до этого не замечали остальные звери.

– Я всего лишь пробудил вас, – хищно ухмыльнулся он.

– Ты отравил нас ядом Веллы, предатель! Ты предал моего отца и всех нас! – гневно закричал молодой лев, вскакивая с места и бросаясь на тигра.

Но Страж Огня превосходил его массой и опытом. Ему не составило труда уклониться от броска Аруна, схватить его за гриву и швырнуть обратно в сторону стола, за которым сидели остальные Стражи.

– Рагхар, успокойся, пожалуйста, – проговорила Терра, поднимаясь из кресла. – Иначе…

И с этими словами она плюхнулась обратно, не в силах больше встать. Она удивлённо посмотрела на свои конечности, которые перестали её слушаться. Потом перевела взгляд на травяной отвар, принесённый Эммой, и ей сразу всё стало понятно.

– Стража! – крикнул Кайр и хлопнул крыльями.

Но в ответ ничего не произошло, хотя Страж Воздуха точно знал, что почётный караул никогда не покидал свой пост.

– Что ты с ними сделал? Ты опустился до убийства? – в его голосе слышался ужас.

Страж Огня с сожалением покачал головой. Для них он теперь был чудовищем, а он всего лишь хотел свободы для всех зверей. Ничего, время всех рассудит.

Рагхар хлопнул в ладоши и громко позвал:

– Войдите!

В зал вошли стражи, которых безуспешно звал Кайр минуту назад, а с ними – ещё несколько солдат из охраны Аруна. Помимо военных были и другие. Все они с неприязнью смотрели на членов Совета.

– Что ты наделал, Рагхар? – Берил уже не плакала, она со страхом смотрела на вошедших.

– И ты с ним, Эмма? Как ты могла? – Терра заметила маленькую ласку, стоявшую у ног только что вошедших зверей.

Ласка Эмма виновато вжала голову в плечи, но взгляда не отвела.

– Я дал им свободу. Свободу думать, решать. И чувствовать.

– Как ты смог обойти магию камня? – Кайр широко расправил крылья, загораживая собой пришедшего в себя Аруна.

– Яд Веллы в малых дозах способен вернуть чувства на время. Я обнаружил это, когда работал над лекарством против бешенства.

– Ты не понимаешь? – подала голос Терра. – Велле нельзя доверять. Ты забыл, что Великая Война произошла из-за неё? Из-за её экспериментов, которые вышли из-под контроля?

– Никто ей не доверяет. Я не собираюсь её освобождать из тюрьмы. Меня вполне устраивает её нынешнее положение.

Страж Огня снял свой фрагмент Ключа и обратился к остальным:

– Отдайте мне свои фрагменты, и я открою шкатулку сам. Всё, что произойдёт дальше, будет полностью на моей совести.

Оставшиеся Стражи переглянулись. Явный перевес сил в пользу Рагхара не оставлял им выбора. Слониха была обезврежена зельем Эммы, молодой Арун только приходил в себя после броска тигра, да и куда ему было тягаться с превосходящей силой Стража Огня. Орёл и бобриха также не представляли угрозы для маленькой армии Рагхара.

– Ну что же, раз не хотите по-хорошему, то вы сами не оставляете мне выбора. Взять их! – приказал он своим прислужникам.

Но те не спешили выполнять приказ. Чувства к ним вернулись, но они не испытывали ненависти к членам Совета и не желали им зла. У многих дети выросли вместе с детьми Стражей, а родители были хорошо знакомы между собой.

Страж Воздуха воспользовался замешательством стражи и, смахнув крылом немногочисленную посуду со стола в сторону входа, крикнул через плечо:

– Арун, беги! Шкатулка не должна попасть в лапы Рагхару!

Терра нашла в себе силы чуть приподняться и рухнула перед армией Рагхара, опрокинув часть зверей и подмяв под себя. Берил тут же бросилась под лапы оставшимся стоять. Создалась лёгкая неразбериха. Пока одни выбирались из-под слоновьей туши, а другие поднимались, сбитые крепкой бобрихой, молодому правителю – Хранителю шкатулки – удалось выпрыгнуть в окно и спуститься во двор здания Совета.

Тигр высунулся в окно вслед за ним и приказал оставшимся подопечным, которые ждали снаружи:

– Поймайте Аруна! Он не должен сбежать!

Когда он отвернулся от окна, Стражи уже стояли в центре комнаты (точнее, Кайр и Берил стояли, а Терра сидела, облокотившись на стол) и с вызовом смотрели на Стража Огня.

– Ты же знаешь, что наши фрагменты ключа всё равно тебе ничего не дадут. Нужен ещё пятый – Хранитель которого давно покинул нас. И Арун сбежал, так что шкатулки с камнем у тебя тоже нет.

– Льву далеко не убежать, его скоро поймают. А что касается пятого фрагмента – я знаю, где его искать.

Стражи удивлённо переглянулись между собой. Никто из них давно уже не слышал про пятый фрагмент ключа и про его Хранителя.

– Но вы ведь знаете, что ключ из четырёх кусков тоже откроет шкатулку, – добавил он с вызовом, глядя на Стражей.

У тех от этих слов в ужасе расширились глаза. Они в страхе смотрели на тигра, не веря, что он способен пойти на такой шаг.

– Ты не посмеешь, – выдавила из себя слониха, высказав общую мысль.

Бывший Страж Огня снял с себя цепочку со своей частью ключа. Он подошёл к остальным хранителям и поочерёдно сдёрнул с шеи каждого их фрагменты. После этого соединил их вместе. С лёгким щелчком четыре куска одного целого объединились в Ключ. Рагхар надел его себе на шею и повернулся к Игни – леопарду, который должен был занять его место в Совете.

– Собери отряд и отправляйся в Лес Тихих Корней. Найди пятый фрагмент ключа.

– Слушаюсь… – Игни на мгновение замялся, потом встал на колено и, склонив голову, добавил: – Мой повелитель.

Тигр поморщился, но принял это новое звание. Если чтобы освободить зверей из векового плена ему надо возглавить их, то он возглавит.

***

У замка его уже ждали. Он издалека увидел слишком оживлённых зверей, которые о чём-то спорили со стражей. Чтобы не искушать судьбу и избежать ненужного насилия, он пошёл через тайный ход. Около него он замешкался. Давно уже не пользовался Арун потайным лазом, и оказалось, что он слегка перерос его.

– Да как же тут пробираться в случае чего? – в сердцах проговорил юный наследник.

– Может, это потому, что лаз предназначен для слуг, которые поменьше ростом, а не для наследника трона Релиона, Хранителя Центра, – раздался сбоку от Аруна знакомый голос.

Лев бросил попытки забраться в лаз и распрямился. Около него стоял старый барсук Корвин. Он с любопытством смотрел на своего ученика. Рядом с ним лежал походный рюкзак и меч Аруна.

– Учитель, что ты тут делаешь? – удивлённо и обрадованно спросил Арун.

– Судя по всему, в очередной раз спасаю твою пушистую жопку, – старчески рассмеялся барсук. – Что произошло на Совете? Замок весь на ушах, ни с того ни с сего явились звери и требуют либо выдать тебя, либо чтобы им разрешили войти. Они странно себя ведут – я бы даже сказал, что они в ярости, но это же невозможно. После Великой Войны злые эмоции навеки поглотил Камень Зла.

– Рагхар поднял восстание. Он одурманил зверей с помощью яда Веллы и теперь хочет открыть шкатулку, чтобы выпустить Камень Зла на свободу. Думаю, Ключ уже у него, – и молодой лев пересказал всё, что произошло в башне.

Корвин ахнул. Поправил маленькие очки на носу и задумался. Через мгновение он оживлённо произнёс:

– Лира. Тебе нужно идти к ней.

– Но как же шкатулка с Камнем Зла? Нельзя допустить, чтобы она попала в лапы к Рагхару!

– О, мой юный друг, пока ты тут пытался залезть в лаз, я как раз переводил дух. Чуть ранее я пробрался из него наружу, прихватив для тебя кое-что из личных вещей и припасов на первое время.

И старый барсук показал на рюкзак у своих ног. Арун радостно схватил Корвина и заключил в объятия.

– Э-эх, отпусти, раздавишь! Ты, конечно, ещё не как твой отец, но сил тебе уже не занимать, – кряхтя, возмутился барсук.

– Значит, идём в Башню Молчаливых Свитков? А что дальше? У Рагхара уже своя личная армия, и раз он смог одурманить их, то продолжит и дальше набирать себе последователей таким способом.

– Ты как всегда импульсивен, мой юный друг. Ты же тоже был в Зале Согласия и вдыхал пары яда Веллы. Опиши мне – ты что-то почувствовал новое?