Тропою луны

Дина Макарова

Тропою луны

– Расскажите, что с вами произошло, – попросил доктор.

– Меня зовут Рита, – начала я, поудобнее устраиваясь на стуле. – Мне двадцать… с хвостиком лет. Недавно я бросила своего жениха, а он меня уволил с работы! Просто он по совместительству был и моим начальником! Но черт бы с ним! Это еще не самое страшное! В пылу депрессии, я поехала искать приключения на свою… на свои… вторые девяносто! Так вот после них, приключений, я и приобрела гладкую шерстку, когти, ушки и ХВОСТ! А как это случилось, я вам сейчас расскажу!

Глава 1. Свадьба брата.

В тот день женился мой единственный двоюродный брат Сергей. С Катей они встречались уже(!) три года и их женитьба стала "закономерной ступенью в развитии романа". Это с их слов.

Свадебное торжество шло по сценарию. Тамада рассказывал анекдоты, гости пили и падали. Все, как у всех! Я веселилась за всю свою возрастную родню. Пела, плясала, участвовала в конкурсе, даже в фонтане искупалась. Все было прекрасно, кроме моего тогдашнего жениха Виталия Аксенова. Ему было тридцать восемь, он был владельцем торговой фирмы, где я у него трудилась специалистом, и он был зануда!

Весь вечер он ныл! Все было не так! Начиная с моего оранжевого платья и заканчивая чересчур сладким праздничным тортом!

Но я терпела! Улыбалась через силу, но терпела! На днях он заикнулся, что хотел бы видеть меня одним из своих заместителей, и готов был передать мне весь транспортный отдел! А это прямой путь к большим деньгам и связям. Ну, и узаконить наши с ним отношения в ЗАГСе, я на тот момент, не прочь была. Люди через три года женятся, а мы уже пять живем! И ни туда и не сюда!

В какой-то момент, я попросила Виталия заткнуться. Как сейчас помню, его вытянувшееся лицо.

– Прости? – спросил он у меня в своей излюбленной манере и приложил руку к уху.

– Говорю, заткнись и хватит портить людям свадьбу! От тебя все гости уже шарахаются, – взяв его за плечи, сказала ему в лицо. – Не нравится что-то, вали отсюда! И не мешай мне отдыхать!

Как назло, мимо проходила тетя Лена, мама жениха Сережи.

– Рита! – ужаснулась она, придерживая свой беременный живот. – Что ты такое говоришь? Виталий Павлович, не обращайте внимания, она просто перебрала и переволновалась.

Виталий Павлович изображал непонимание и оскорбленную невинность. Стоял задрав нос и поджав губы. Увидела наше сборище и моя мама. И понеслось!

– Успокойтесь, – оборвала я женские стенания. – Здесь не место обсуждать мое поведение…

– Правильно, доченька, – запричитала мама. – Поезжайте домой, отдохните. Помиритесь заодно.

Усталая улыбка вылезла сама собой откуда-то из недр моего организма.

– Минуточку, – попросила я и сбегала к столу за своей сумочкой. Вернулась назад и вложила в руку опешившему жениху ключи от квартиры. – Вот! Прощай.

Мама и тетя Лена охнули.

Не понимаю, что на меня тогда нашло, но мне стало так легко!

– Ты… ты еще пожалеешь! – выдал мой бывший, покраснев от гнева и унижения.

– Пусть! – махнула я рукой и широко улыбнулась. – Зато я больше никогда не увижу, как ты машинкой бреешь волосы в носу!

Рядом кто-то захихикал. Оказывается, мы уже собрали толпу зрителей! Супер– шоу: Ритка бросает своего олигаршонка! То еще зрелище!

Виталий развернулся, чтобы уйти, но напоследок вякнул:

– На работу можешь не приходить! Вещи твои я сам отправлю по почте! И … ты пожалеешь!

И он навсегда ушел из моей жизни, сверкая напомаженными волосами.

– Рита! – хором и в отчаянье завопили мама и тетя.

– Хватит с меня. Я так устала, – призналась я им.

Поцеловала обеих женщин в щеки, и покинула ресторан.

Вышла на оживленный проспект, когда уже стемнело. Вереницы оранжевых огней, уходящих вдаль, фары проезжающих машин и влажный ночной ветер поприветствовали меня. А мне так захотелось к реке! Благо набережная рядом. А в конце нее маяк!

Все же город ночью преображается. Днем он серый, пыльный и суетной. А после заката, он надевает ярко черный костюм с миллионом ярких огоньков. И я в своем оранжевом платье и на каблуках, сама выглядела, как огонек, и чувствовала себя частью города.

Уже стоя на мосту, увидела большую луну, зависшую над городом. Скоро полнолуние. Отчего-то в тот день ее свет манил меня особо сильно, а дорожки, оставляемые ею на гладкой поверхности речной воды, звали в неизведанные дали. Никогда раньше такого не испытывала! Лунный свет меня заворожил! Не знаю, что он пробуждает, какие пласты подсознания задевает, но только под этим светом внутри меня поднялось что-то неведомое…

Ночь – время романтиков, время мечтаний, переосмысления и новых начинаний!

Я ведь только в ту ночь осознала, что уже лето. Нет, число – то я знала! 07.07.07. Сережа не зря такую дату выбрал, три семерки должны принести счастье его семье.

А я из-за работы, из-за бесконечной суеты пропустила половину теплых деньков! Впрочем, как и позапрошлым летом. И поза-позапрошлым летом. Весну и осень я тоже пропустила. Смена времен года просто прошла мимо моего сознания.

Сначала заканчивала институт, потом стажировалась в Германии девять месяцев. Потом работала, работала и еще раз работала! Под аккомпанемент бесконечных нотаций Виталия.

– К черту все! Хочу отдыхать! – сказала я своей тени и выпила с горла за новую жизнь.

Лето – это волшебное время. Оно пахнет ягодами, загорелым телом, пряными травами на закате, горячим песком, раскаленными чувствами, кострами на берегу моря и в горах; оно наполнено событиями, встречами, падающими звездами и осуществлениями желаний! Разве нет? Вот и у меня оно будет таким! Я так решила!

Утром меня разбудил будильник. Я спряталась под подушку! Но годы непрерывной муштры сделали свое дело, и я заглянула в органайзер. Сегодня должен прийти груз! Потом вспомнила, что я теперь девушка безработная и счастливая упала обратно на мягкую подушку. Свернулась калачиком и решила, что жизнь-то, налаживается!

Ближе к обеду меня разбудили голоса!

– О, Сережка пришел! – обрадовалась я брату, не открывая глаз.

Через минуту он уже ввалился в мою комнату.

– Вставай, соня! – радостно крикнул он мне. – Ты едешь с нами!

Мое тело село на постели. Во рту была засуха, извилины свернулись. Зомби.

– Что хреновастенько тебе? – участливо спросил добрый братик, заглядывая мне в лицо.

Чуток кивнула и поморщилась! Голова!

– На, вот тебе, минералку принес, – кинул он мне бутылку холодного Боржоми.

– Ты мой спаситель, – прохрипела я и присосалась к живительной влаге. – Куда, говоришь, едем?

– Так, в деревню, к Катюше. У нас вторая часть балета, но уже с другими действующими лицами. Ты что, забыла?

Вспоминалось с трудом. Тетя Лена говорила, что Катюшина родня деревенская приехать из-за хозяйства в город не смогла. Поэтому молодожены решили второй день отмечать на малой родине невесты. Деревня была далеко, где-то в лесу. Даже название ее я не помнила. Родители Сережи не ехали, в силу восьмого месяца беременности тети Лены. Ей уже скоро внуки светят, но она решилась на поздние роды. Моя мама оставалась помогать ей. А я вообще ехать не собиралась: у меня груз должен был прийти!

– Нет, не забыла, – соврала я. – Когда выезжаем?

– Сейчас! Полчаса тебе на сборы! – рявкнул братишка и потрепал меня по голове. – Девочки на кухни кофе варят, я чую. Давай подтягивайся!

Кое-как доползла до ванны, потом собрала вещи и вышла на кухню. Мама, тетя Лена и Катя с Сережей пили кофе с вчерашним тортом и что-то бурно выясняли.

– Никаких поездок! – увидев меня, крикнула мама. – Пусть к Виталию Павловичу идет извиняться! Слышишь меня? Он столько для тебя сделал, а ты? Так опозорить его перед людьми!

– Сестренка, успокойся! – заступилась за меня тетя Лена. – Может у них кризис в отношениях и им надо побыть немного врозь. Пусть съездит, проветрится! Там горный воздух, сосны, свежие продукты. Вернется и видно будет, – закончила речь моя мудрая тетя.

Мама вздохнула и благословила.

Пока грузили вещи в багажник Сережиного Ниссана, я заметила целый ящик бутылок с текилой и огромный кальян.

– Что это? – удивилась я.

– Это ликбез для деревенских, – пояснил брат и закрыл багажник. – Будем приобщать к мировой культуре пития, – заржал он под конец.

– Скажите, доктор, а вы верите в судьбу? В предопределение? – задумчиво спросила я, глядя в окно.

Мужчина с добрыми глазами, пожал плечами.

– А я вот сейчас понимаю: в мире вообще нет ничего случайного. Некоторые события происходят, несмотря ни на что. Они записаны в книге судьб. Все предопределено и обязательно случится!

– Вы жалеете?

Я улыбнулась.

За окном автомобиля проносились поля, аккуратные деревеньки, стога сена. Под жарким июльским солнцем горела ярко-зелёная трава. Я опустила окно и вдохнула этот божественный аромат свежескошенной травы и лугового разнотравья. Теплый ветерок обдувал мое лицо.

– Слушайте, ребята, а где ваши свидетели? – вдруг вспомнила я. Ехали мы почему-то втроем.

– Наш отчаянный свидетель подрался с кем-то на улице, лежит с переломанной рукой, – пояснила Катюша. – Оля осталась с ним. Мы так на них надеялись!

– Кстати, Ритусик, забыл сказать, – посмотрел на меня брат в зеркало. – Ты теперь у нас будешь свидетелем. Мы ж венчаться будем! Без тебя не обойтись!

– Эй, мы так не договаривались! – я даже слегка испугалась. – Я не знаю, как себя вести. И вообще, быть свидетелем на свадьбе очень сложная задача. Еще и церковь! Я там сто лет не была!

Можно сказать, я уже была в панике.

– Спокойно, сестренка, прорвемся! Я сам ничего не знаю, – "успокоил" Сережа. – Будем импровизировать.

– Я же тебе два месяца рассказывала, что и как! – возмутилась новоиспеченная жена.

– Прости, котенок, но все очень сложно, – погладил жену по руке Сергей.

– А без венчания нельзя? – с надеждой спросила я.

Братик наигранно вздохнул:

– У них деревня с древними традициями. Не отмажемся.

– Не бойтесь, – сказала Катя с улыбкой. – Все у нас получится!

Глава 2.

На подъезде к деревеньке, дорогу нам перегородила толпа людей. Нас шумно встречала Катюшина родня. С песнями, плясками и закуской. Мы вышли и оставшийся путь шли пешком. За машину просили не беспокоиться и вещей не брать.

Я пыталась хоть как-то сориентироваться в этой пестрой толпе. Людей, как и говорила, было много. Видимо, у Кати вся деревня в родственниках! Но больше всего меня удивили их костюмы. Мне они сначала показались традиционно русскими, но потом подметила и чужие элементы: венки с длинными лентами на голове у девушек, и не менее странные береты на головах у мужчин.

– А кто они по национальности? – тихо спросила я у Сережи.

– Да, русские вроде, – ответил брат, продолжая натянуто улыбаться. – Но с сербскими корнями.

Вскоре мы вышли к очень красивому месту: в самое сердце небольшой деревеньки с белоснежной церковью посередине. Мы прогулялись по площади вокруг нее, и я увидела, что все улицы, начинаются отсюда. Лучиками, разбегаясь от площади в разные стороны. Этакое солнышко получается. Улочки и сама площадь были украшены флагами и бумажными фонариками. В воздухе витал дух праздника. Никаким навозом, Слава Богу, не воняло и куры под ногами не путались. Почему-то раньше я себе именно так представляла деревенские пейзажи. Но деревенька Биляна больше напоминала мне мини – городок из Старой Европы.

Когда мы дошли до симпатичного двухэтажного домика родителей невесты, оказалось, что Катюшу часть родни увела в другой дом. До завтрашнего венчания мы ее не должны видеть. Нам же сегодня вечером предстоял ужин и знакомство с родней.

Обилие впечатлений, много народу и вчерашний алкоголизм не прошли даром: к ночи у меня разболелась голова. Я тихонько выскользнула из-за праздничного стола и вышла на крыльцо. Прошла вглубь двора и села на лавочку. Просто наслаждалась долгожданной тишиной и одиночеством. Лето, теплая июльская ночь, пение сверчков, безоблачное небо с мириадами звезд над головой… Что еще для счастья надо?

– Вам плохо? – неожиданно близко раздался мужской голос.

Ко мне подошел друг Сережи и Кати. Говорят, он учился вместе с ними в институте. Но на городскую свадьбу почему-то не смог приехать. Кажется, его представили, как второго свидетеля.

– Благодарю, сейчас я себя прекрасно чувствую, – улыбнулась я.

– Позволите? – спросил он и присел рядом.

Повисло молчание. Но оно не было напряженным, и я все же нехотя перебила его.

– Вы извините меня, но я не запомнила ваше имя, – честно призналась я.

– Это и неудивительно, – усмехнулся мужчина. – Такое скопление народа. Я – Стефан.

– А я – Рита, – протянула я ему ладонь.

Мой собеседник взял мою ладошку в свою и тихонько погладил другой рукой, не спеша отпускать.

– Наконец-то мы познакомились. Заочно я тебя знаю уже много лет, – улыбнулся он мне. Видимо, увидел недоумение на моем лице и пояснил: – Сережа много рассказывал о тебе, пока мы учились.

– Понятно, – улыбнулась и убрала ладонь из его рук. – Я про тебя тоже слышала. Ой, Стефан, а ты не расскажешь, что нас ждет завтра? Мы ж как-никак свидетели. Почетная обязанность…

Мужчина наклонился и сорвал маленькую ромашку, потянул мне. Неловко приняла неожиданный знак внимания и засмущалась.

– Во-первых, мы не свидетели, – стал рассказывать Стефан, откинувшись на спинку скамьи и, глядя в небо. – Мы – кумовья молодоженов. У нас в это вкладывают несколько иной смысл, чем в других местах. Сережа и Катя добровольно выбрали нас в родственники, как свидетелей своей любви. Мы будем с ними все время обряда венчания в церкви. Говорят, после этого между нами установится духовное родство. И скорее всего, мы станем крестными их детей.

Он замолчал и с улыбкой посмотрел на меня.

– Рита, расслабься! – засмеялся он. – Это просто поверье такое в деревне! Подержим в церкви венчальные свечи и все! Праздновать! Никаких выкупов не будет, в силу того, что ребята уже женаты. Завтра накроют столы под шатрами на поляне, что у реки. Старший Сват будет встречать гостей и вести праздник. А мы будем веселиться: танцевать, петь песни и прыгать через костер!

– Ну, и сказочки у вас, – выдохнула я, теребя бедный цветочек.

– О, ты еще про исчезнувшую вместе с жителями деревню не слышала, – продолжал потешаться Стефан.

– Пожалуйста, не надо страшилок на ночь, – улыбнулась я. – Как думаешь, ужин уже закончился?

– Видимо, да, – ответил мужчина. – Сережа вышел. Идем.

Братишка стоял на крыльце и высматривал меня.

– Вот ты где! – обрадовался он, завидев меня. Потом разглядел и друга. – Стеф, и ты здесь! Слушай, побудешь деверем завтра на свадьбе? Надо будет Катюшу охранять. Украдут и такой выкуп потребуют! Вовек не расплачусь! Да, и позориться не хочу!

– Конечно, брат! – ответил Стефан и похлопал его по плечу. – Глаз с нее не спущу.

– Все – таки дурацкие у вас тут ритуалы! Не видел жену весь день! – возмутился новоиспеченный муж.

– Ребят, простите, что перебиваю, но можно мне пойти лечь? – усталым голосом спросила я.

– Да, Ритусик, спроси у тети Марыси, она покажет, куда лечь, – ответил братец.

Попрощавшись, я пошла в дом. А за спиной ребята продолжали шутить.

– Какая она тебе тетя Марыся? Она – мама! – смеялся Стефан.

Поймала себя на мысли, что мне нравится смех парня. Уж очень он заразительный. И кажется, засыпала я тоже с мыслями о Стефане.

Утром был кипиш! В доме было многолюдно. Все бегали, кричали, азартно ругались, потом также весело мирились!

Ко мне пришла подружка Кати, Анна, и стала приводить меня в порядок. А именно дала мне платье из грубого сукна, цветной платок и красные круглые бусы.

– Мне точно нужно это одеть? – помнится я даже скрестила пальцы в ожидании ответа.

– Обязательно, – отрезала девушка. – Как ты в церковь войдешь?

Я пожала плечами и стала одеваться. Потом она ловко повязала мне платок на голову.

– Тебе не нравится? – сжалилась она, и мы вместе заглянули в зеркало. – Посмотри какая красотища. Ты очень похожа на сербку.

"– Сомнительный комплимент, конечно" – подумала я, но спорить не стала. Вид в зеркале меня неожиданно привлек.

Поучаствовать в подобном костюмированном торжестве – это здорово! Почувствовать себя простой сельской девушкой. Немного наивной, но несомненно свободной от предрассудков большого города. Лежащее в моем чемодане короткое черное платье от Шанель, показалось мне теперь верхом безвкусия, а я сама зазнайкой. Оно стоит примерно столько же, сколько и молодая телочка. Только вот в деревне польза от коровы и от платья существенно различаются.

– Мне очень нравится. Колоритно, – заверила я девушку. – И я в этом платье себе нравлюсь!

– Маргарита, ты готова? – раздался из-за двери голос Сережи. – Нам пора выходить.

Реакция у братика на мое появление была странная: он молча уставился на мою голову, повязанную платком.

– Что? – уперла я руки в боки.

Сережка не выдержал и громко заржал. Смеялся долго и от души, вытирая с глаз выступавшие слезы.

– Надеюсь, у моей Кати будет фата, – выдал он. – А то я не выдержу и все испорчу! Прости, Рит, но ты мне напоминаешь, Бабку – Ёжку! Кстати, где наш фотограф?

Я обиделась, причем серьезно и подумывала, как сбежать домой! Но вместо фотографа к нам подошел Стефан. В просторных брюках, белой рубашке и жилете. Немного взъерошенный, но чисто выбритый. Я тогда подумала, что он похож на раннее утро. Такое же свежее, бодрящее и солнечное.

Мужчина оценил картину маслом и с улыбкой сказал другу:

– Сереж, а ты знаешь, что родственники Катюши настаивают, хотя бы на частичном исполнении традиций?

– Какие еще традиции? – возмутился братик. – Мы ж итак венчаться будем!

– Я пытался их облагоразумить, но увы! – развел руками Стефан. – Выкуп невесты, стрельба из лука – это то, что я не смог переспорить.

Брату стало не до смеха, а я почувствовала себя отомщенной.

– Простите, девушки, – обратился к нам Стефан. – Доброго вам дня. Вы отлично выглядите!

– Учись, ребенок, – обратилась я к скисшему брату. – Как надо с девушками общаться!

– Я ж стрелять не умею, – прошептал Сережа и закрыл глаза руками.

– Да, ладно тебе, – похлопала я его по руке. – Куда-нибудь да попадешь!

– Кх, – вмешался Стефан. – Там в яблоко надо попасть, что на крыше дома у невесты!

Челюсть отвисла даже у меня. На Сережу вообще было страшно смотреть.

– Бояться некогда, пора идти, – сказал Стефан и мы пошли.

Правда, я вернулась в комнату и быстро сгребла все свои украшения, что взяла с собой. И сложила в кошелек с наличностью. На всякий случай!

Снова мы шли по улице в толпе людей, но к нам еще присоединились музыканты и барабанщики. Так, что я едва различала разговор Сережи и его друга.

– Что это вообще за обычай такой? – упавшим голосом спрашивал брат.

– Раньше считалось, что каждый мужчина должен быть готовым к войне. Тот, кто не владеет оружием, не способен защитить свою семью, – ответил Стефан. – Не бойся, прорвемся. Я кое-что придумал.

У дома невесты нас ждало столько народу, что я усомнилась в том, здесь только одна деревня!

– Может через окно невесту похитим? – предложила я, окинув взглядом живую стену.

Тут от толпы отделилась группа молодых парней и перешла на нашу сторону.

– Ого! – только и смогла выдать я.

Видимо, Стефан подумал, что я говорю о количестве, потому что сказал:

– Не смотри, что нас мало. Зато красавцы, как на подбор. Девчонки не устоят, – улыбнулся он.

Еще какие красавцы! Семь высоких, мускулистых, загорелых брюнетов! Стефан восьмой! Вчера я как-то не обращала на кума внимания. Ну, высокий, ну здоровый… Но сейчас, на фоне других деревенских парней поняла, что он и его братья(?) сногсшибательные мужчины. Им в рекламе Кельвин Кляйн сниматься надо, а не сено косить и навоз чистить!

Настал ответственный момент: Старший Сват подал Сереже огромный лук. Катюша с крыльца попробовала возразить, но не нее цыкнули женщины и загородили ее своими спинами.

Бледный братишка сглотнул ком в горле, но лук поднял. Братья – богатыри встали полукругом за Сережей, практически перекрыв зрителям весь вид, но никто не возмутился почему-то. Стефан же встал за спиной жениха. Подправил его свисавший локоть, другой рукой стрелу. Прицелился и сказал тихо:

– Отпускай…

Время замерло. Стрела попала в цель, и упала где-то за домом. Мальчишки рванули за ней и принесли с важным видом. Стрела вошла точно в середину зеленого яблока!

– Ура! Ай, да жених! – закричали радостные гости. Даже качать пытались бледного Сережу.

– Спасибо, – одними губами прошептала я Стефану. Он улыбнулся и подмигнул.

Прекрасно пройденный тест с луком не помог нам в дальнейшем квесте! Подруги невесты встали стеной перед крыльцом и не желали отдавать нам ее. Но перед обаянием друзей жениха отступали! Подробно рассказывать о балагане под названием "Выкуп" даже не буду! Главное, что пробились! Правда, остались мы с пустыми карманами! В буквальном смысле! Я отдала все: цепочки, кольца, даже серьги из ушей сняла!

"– Вроде местные не бедствуют. Откуда только такие традиции взялись?" – недоумевала я.

Времени думать не было. Из дома показались Катя в красивейшем белом платье и фате, и Сережка. И мы двинулись к церкви. Вскоре меня нашел Стефан и пристроился рядом.

– Не обижайся на нас и на наши традиции, – сказал он мне.

– Ничего страшного…, – начала было отнекиваться я.

– Это из-за войн, что разрывали Сербию во Вторую мировую, – перебил меня мужчина и взял под руку. – Если главу семьи убивали, то золотые украшения матери были единственным способом прокормить детей. Золото не обесценивается, как бумажные деньги. Эту деревню основали сербы, сбежавшие от войны, голода и разрухи. Традиции праздников – это то единственное, что их связывает с родной землей, – он запнулся, потом тихо добавил: – Тебе все вернут на празднике. Только не говори никому! Не принято.

Мне, честное слово, стало совестно, что я плохо думала о местных жителях.

Венчание прошло, ка по маслу. Ничего сложного от сватов не требовалось. Подержали венчальные свечи и свободны!

А уж когда нас, на автобусе, довезли до излучины реки, где были накрыты столы под шатрами, я просто была счастлива! Наконец-то все закончилось и можно просто праздновать! Катюша сказала, что сюрпризов больше не ожидается. Мы с братом переглянулись и выдохнули!

– Предлагаю поднять бокалы! – сказал Сережа. – Я теперь окончательно и бесповоротно женат на любимой женщине! Ура!

– Звучит, как первый тост! – услышал Старший Сват и все его поддержали: – Горько! Горько! Раззз! Два!

И понеслось! Одно поздравление сменялось другим, каждый предлагал выпить до дна. А так, как мы со Стефаном сидели рядом с молодоженами, перепадало и нам! Но столы ломились от всевозможной снеди, так что опьянения я не чувствовала. Вообще, я раньше и не подозревала, что в меня способно столько влезть! Но Стефан решил познакомить меня со всем, что было на стол и кормил меня лично.

– Что это? – спросила я, после ложки непонятной еды, после которой мои глаза вылезли на лоб.

– Это "люта паприка", – улыбнулся мужчина. – Ею предыдущую "Димлену" заедают.

– Ага, – не согласилась я. – Ее саму надо чем-то заедать…

– Отлично! Попробуй эти лепешки! – не понятно, чему обрадовался Стефан и попытался впихнуть в меня еще и булку.

– Ни за что! – для убедительности я даже рот закрыла руками.

– Жаль, – расстроился он. – Когда ты еще попробуешь национальные сербские блюда в России.

– В память о таком замечательном празднике, я буду ходить в сербский ресторан каждые выходные и заказывать новое горячее блюдо. Договорились? – улыбнулась я куму.

Мужчина как-то невесело усмехнулся своим мыслям и сказал:

– Действительно, что это я? Ты же можешь ходить в рестораны…

– Ты не так меня понял! – я схватила его широкую ладонь и сжала посильнее, чтобы он посмотрел на меня.

Но сказать я больше ничего не успела: откуда-то сбоку послышался вой трубы и удары! По инерции, я втянула голову и стала испуганно озираться. Но паники негде не было. Гости просто смеялись и выходили из шатра.

– Не бойся, Рита, это духовой оркестр приехал. Опоздали на пару часов, но приехали. Идем, сейчас самое веселье начнется! – сказал Стефан и потянул меня на улицу.

Не успели подойти к набережной, где был деревянный настил для танцев, как на нас обрушились оглушительные звуки труб, гармони и барабана. Катя уже пританцовывала, а Сережа хмурился, не понимая, что надо делать.

Все гости, от молодых до пожилых, хлопали в ладоши и пели. Затем поставили молодоженов в центр и встали в круг. Конечно, меня вовлекли в это действо! С одной стороны, за руку схватила троюродная тетка Катюши со стороны отца, а с другой, какой-то мальчишка. Мы все держась за руки, плавно сделали два мелких шажочка вправо, потоптались и снова два шажочка. И вскоре уже весь хоровод вертелся в бешенном ритме. Через какое-то время, показавшееся мне вечностью, все лица стали расплываться, а в ушах образовались пробки от громкой музыки. Нет, не подумайте, мне понравился танец. Чем-то похож на греческий сиртаки. Но он длился бесконечно!