Истинная на всю жизнь

– Истинную…? – дядя пошатнулся.

– Он даже успел заключить помолвку! – сыплет фактами Тейсон, а мне захотелось сбежать. Не покидает ощущение, что сейчас меня начнут избивать за связь с Лео.

– Не бывать этому!!! – прогремел Ростейн, и от его низкого рыка дрогнули стены.

– Бельмонты не получат даже ногтя наших женщин! – от ора дяди у меня заложило уши.

– Так докажи это! – неожиданно Тейсон начал кричать на сына. – При первом удобном случае вызови этого щенка на дуэль! Наследник Бельмонтов младше тебя! Ты должен справиться и показать всем, что Моргонты по-прежнему сильны и могущественны!

– Отец, неужели ты ничего не знаешь? – Ростейн наконец-то перестал орать и заговорил просто злым голосом. – Братья Бельмонты попали в тяжелую передрягу. Подробности скрывают, представители дома не делали никаких заявлений, но очевидно, что оба брата в тяжелом состоянии. В главной столичной лечебнице перекрыли целое крыло, кругом снуют люди Бельмонтов.

– Хм… – одобрительно протянул старый дракон. – Это хорошая новость. Если это так, значит, боги решили наказать Бельмонтов за все их грешки. Они оказались не достойны столь ценного дара Триединого, как тройня. Мы достойны!

– Уже нашел ей жениха? – огорошил вопросом дядя.

– Не спеши. Есть еще кое-что. Лорес, эта плесень, пронюхала о нашей девочке и похитила ее! Эта мерзость уже готовила брачный ритуал, когда ее выкрал Горт и принес ко мне!

Я ожидала от дяди очередного приступа ярости, но он внезапно посмотрел на меня с улыбкой и удивлением.

– Да ты нарасхват, племяшка! – рассмеялся он. – Отвернуться не успеешь, а тебя уже умыкнут. – Ее нужно представить обществу, – заявил Ростейн отцу. – Многие захотят узнать историю ее исчезновения и появления в нашей семье. Нужно дать понять всем драконам, что девочка больше не бесхозная, и поползновения в ее сторону будут пресекаться. Мной, – нажимом выделил он, и в глазах блеснула бешеная ярость.

– Разберись с Лоресом, – протянул Тейсон. – Его нужно наказать.

– Сделаю все, что смогу, – туманно отозвался Ростейн.

– Нет! Ты сделаешь больше! – с раздражением поправил его отец.

– Ты знаешь, что эту летучую мышь очень сложно вытащить из его норы, – бросил ему дядя. – Среди драконов много желающих намылить ему шею. Можно даже руки не пачкать. Достаточно лишь вытащить его из норы и бросить на растерзание. А как ты связалась с Бельмонтом? – внезапно спросил меня дядя, обернувшись ко мне и пронзив острым взглядом.

Какой же он пугающий мужчина! От него исходит физически ощутимая агрессия.

– Мы встретились, и он признал во мне истинную, – лаконично сократила, но с дядей не прокатило так, как с дедом.

– Где встретились? – вонзил в меня вопрос Ростейн, даже не моргая.

У меня сработал инстинкт самосохранения. Я поняла, что если скажу правду, то…случится что-то очень плохое.

– В парке возле Дубовой улицы, – солгала я, пытаясь спастись. Возможно, потом правда всплывет, но сейчас я не могу сознаться. Ростейн не из тех, кто станет слушать объяснения. Он уже обозначил отношение ко мне, стоило только войти в комнату. Не нужно подтверждать его предположение.

– И что он? – прищурился дядя. Вот же пристал, как банный лист!

– Познакомился, – пожала плечом я. – Стал ухаживать.

– И? – дядя подался вперед. Чувствует, что я что-то скрываю. Меня не покидает ощущение, что я общаюсь с хищником.

– А потом пропал, – я сглотнула, голос дрогнул от боли и волнения. Я ведь не лгу, Лео и вправду пропал, и даже не один раз. Вот и сейчас он очень далеко, но даже если я каким-то чудом доберусь до него, меня туда просто не пустят.

– Отец, ты же понимаешь, что Бельмонт от истинной не отступится? – Ростейн мгновенно потерял ко мне интерес и повернулся к Тейсону.

– И что? – фыркнул на него старый дракон.

– Будет непросто! – зарычал на него сын, и в его напускном раздражении мне почудился страх.

– А ты боишься трудностей, наследничек? – прищурился дед. Ростейн стоит к нему так, что выражение его лица вижу только я. Дядя состроил такую гримасу, словно ему стоит огромных усилий не убить родного отца прямо в этом самом кресле.

– Если бы с Бельмонтами было так легко расправиться, ты бы справился, – совладав с собой, произнес Ростейн. – Правда, отец?

Со стороны деда послышалось тихое рычание.

– У тебя есть огромное преимущество – истинная Бельмонта! – напомнил ему Тейсон, и я вдруг почувствовала себя трофеем.

– Знаешь, племяшка, тебе очень повезло, что ты – моя родственница, – внезапно заявил дядя тихим хриплым голосом. – Будь ты мне чужой, я бы похитил тебя и присылал Бельмонту по кусочкам, – заявил мне этот садист, и у меня с лица схлынула краска. Он ведь не шутит. Я кожей чувствую, что дракон говорит всерьез! Он так и сделает. А может, уже делал и не раз…

– Не пугай девочку, кретин! – неожиданно вступился за меня Тейсон. – Она – твоя племянница и драконесса рода Моргонт! Не смей обращаться с ней так, как ты привык обращаться с женщинами!

– Прости, – неожиданно извинился Ростейн, глядя мне в глаза с выражением полной серьезности. – Я не хотел тебя напугать, – признался он без следа прежнего больного огонька в глазах. Я уже собиралась рассеянно кивнуть и под благовидным предлогом убежать из зала, как вдруг оказался очень близко. Подпрыгнул ко мне, словно тигр из засады. Я вздрогнула всем телом, но Ростейн ловко завладел моей рукой, сжал ее в стальных тисках своих пальцев и поцеловал тыльную сторону ладони, пристально глядя мне в глаза.

Мурашки побежали по спине. Это не был извиняющийся взгляд благородного аристократа. Это жаркий, обжигающий взгляд мужчины на женщину.

Который он не отводит.

Не выдержав, я дернула руку на себя, и каким-то чудом мне удалось ее вырвать. Ростейн не стал удерживать меня.

– Дедушка, – впервые я обратилась к своему родственнику так по-домашнему, – если позволите, я пойду к себе. Я устала и хочу отдохнуть.

– Иди, – вместо деда ответил дядя. – Выспись. Через несколько дней состоится прием в твою честь. Мы представим тебя драконьим кланам. Следующие несколько дней тебя будут обучать манерам, правилам этикета и основам драконьих традиций. Надеюсь, ты умная девочка, и тебе хватит сообразительности усвоить эти знания, – не то поддел, не то предупредил Ростейн.

Что ж, пожалуй, на этом знакомство с родственниками можно считать свершившимся. Развернувшись, я наконец-то ушла. Пока за моей спиной не закрылись двери, я чувствовала прожигающий взгляд дяди.

– Вижу, дядя вам не понравился, – Элиза прочитала все эмоции по моему лицу. – Что ж, он сложный человек, но со временем вы научитесь с ним общаться. Поверьте, Ростейн очень предан своему роду. Он своеобразен, но не даст вас в обиду.

Элиза всячески пыталась поднять мне настроение, а я не могла перестать думать о том, что понимаю, почему моя мама скрывала отношения с папой и свою беременность. Неожиданно я поняла, что поступила бы также на ее месте. Разве с такими родственниками можно по-другому?

* * *

Дядя не обманул. Всю следующую неделю я не знала ни покоя, ни отдыха. Бесконечные уроки этикета, оттачивание манер, осанка, походка, речь, драконьи традиции – через три дня я всерьез захотела сбежать от этой лавины знаний. Понимаю, что дядя и дед спешат, но никто даже не спросил, хочу ли я участвовать в мероприятиях. Меня вообще ни о чем не спрашивают.

Как объяснила Элиза, по законам драконов женщины принадлежат роду, как самая настоящая собственность. Дорогая и ценная, но все же – собственность. Глава рода распоряжается ею, как ему заблагорассудится. Дочь дракона не имеет права и шагу ступить без разрешения старшего мужчины. Помолвка, замужество и даже простое общение возможно лишь с разрешения отца или, как в моем случае, деда.

– Даже общаться без разрешения нельзя? – уточнила я, не поверив в объяснения наставницы.

– Можно столкнуться с вызовом на дуэль, – пояснила Элиза. – Но, как вы понимаете, мало кто желает связываться с вашим дядей. Дарг Ростейн известен как один из лучших воинов. Он прекрасно владеет мечом и кинжалами.

Да кто бы сомневался.

Я вдруг почувствовала себя мебелью. Конечно, и среди магов женщина в каком-то смысле «принадлежит» отцу и мужу, но не до такой же степени! В доме отца я свободно передвигалась, общалась с теми, с кем желала, и даже одежду выбирала себе сама.

Но в замке дракона мне и шагу не дают ступить без сопровождения! Два телохранителя, наставница и бесконечные учителя. Из спальни нельзя и шагу ступить без сопровождения, да и внутри нее я редко остаюсь одна.

Каждую ночь перед сном я неизменно думала о Леонарде. Просила его вновь присниться, но на утро не могла вспомнить ни одного сна. В голове остались лишь смутные образы. На седьмой день перед пробуждением я ясно увидела лицо Лео Бельмонта. Брови сурово сведены на переносице, губы упрямо сжаты, а взгляд выражает одно – желание почесать кулаки.

Я внутренне содрогнулась от такого настроения дракона.

– Кархэ! – грозно выкрикнул он, и я проснулась.

– Элиза, а что такое кархэ? – решилась спросить я, когда наставница расчесывала мои волосы.

– Откуда вы знаете это слово, даргана? – нахмурилась она. Мой вопрос ее удивил и не понравился.

– Приснилось, – не стала лгать я. Вообще, Элиза создает приятное ощущение умной и образованной женщины. Ее не хочется обижать и вводить в заблуждение. Тем не менее, она все еще не знает, что я связана с Леонардом Бельмонтом.

– Это плохое слово, дарагна, – поджала губы Элиза. – Не знаю, кто вам его сказал, но приличные драконессы его не произносят.

Получается, что во сне Лео обозвал меня. К чему такие сны? За все это время я не получила ни одной весточки о своем драконе. В замок не приносят газет, как в дом моего отца. Никто не сплетничает в моем присутствии, поэтому приходится самой осторожно интересоваться у Элизы о новостях и происшествиях в драконьем сообществе.

– Ваше появление произвело фурор! – с радостью сообщила мне наставница. – Драконессы очень ценны, а дочери старших родов и вовсе бесценны. Даргу Тейсон пришел уже десяток предложений о помолвке, из них четыре – из высших семейств, – произнесла она, искренне радуясь за меня, как за родную дочь.

А я чуть со стула не упала, когда это услышала!

– Надеюсь, он не дал никому согласия? – занервничав, я сжала ткань небесно-голубого платья.

– Что вы! – рассмеялась Элиза. – Он дождется, когда ему начнут предлагать место в Совете, и только тогда даст свое согласие. Вы не пугайтесь так, даргана, – заметив мое состояние, наставница поспешила меня успокоить. – Ваш дедушка никогда не отдаст вас недостойному мужу, а среди высших драконов недостойных и вовсе нет. Будущий супруг будет заботиться о вас и беречь. Моргонты относятся к старшим родам драконов, а вы и вовсе будете выданы за представителя высшего рода. Уж поверьте, я давно знаю вашего дедушку. Он не прогадает, – Элиза подмигнула я, стараясь поддержать.

В целом, не могу сказать, что происходит нечто, к чему я была не готова. Даже отец получал предложения о помолвке. Я всегда знала, что рано или поздно меня выдадут замуж. Это нормально для девушек моего положения. Можно даже сказать, что я «засиделась в девках».

Глава 5

О том, чтобы выйти замуж по любви, никогда не было и речи. Любовь – это блажь, каприз, наивная и глупая мечта юных девушек. Брак – прежде всего сделка, выгодное соглашение, союз. Любовь в нем – совершенно необязательный элемент.

Так я думала, пока не встретила Леонарда Бельмонта. С первой встречи я ощутила притяжение к этому мужчине. Еще не зная, кто он и откуда, где-то в глубине души я уже понимала, что этот мужчина мой.

Хм… Интересно, а могут ли драконессы чувствовать своего истинного? Этот вопрос я задала Элиза.

– Говорят, что да, – удивила меня ответом наставница.

– А почему так неуверенно? – напряглась я.

– Таких случаев очень мало, даргана, – покачала головой она. – Драконесс выдают замуж в довольно раннем возрасте. Они мало общаются с мужчинами вне своего клана. Случай вашей покойной матушки – исключение из правил. Она была очень способной девушкой, и отец позволил ей поступить в академию магии. Так все и случилось, – вздохнула Элиза, а у меня сердце сжалось от боли и чувства вины.

«Если бы не мое появление, она была бы жива» – мысль кинжалом вонзилась в сердце.

– Вы ни в чем не виноваты, даргана, – заверила меня наставница, почувствовав мое состояние. Элиза вообще удивительно чуткая женщина. От нее невозможно утаить эмоции. – На все воля богов. Без их ведома даже лист с дерева не упадет.

– Спасибо, – улыбнулась я отражению женщины в зеркале.

– До торжественного приема остается всего два часа, даргана, – напомнила Элиза, испортив мое настроение еще сильнее. – Сюда слетятся десятки драконов. В основном молодых и холостых, – она послала мне многозначительный взгляд, надеясь развеселить, но я только расстроилась.

– Чувствую себя товаром на ярмарке, – вырвалось у меня расстроенное.

– Быть драконессой и дочерью старшего рода – огромная честь, даргана, – заверила меня Элиза. Эта удивительная женщина в любой ситуации найдет плюсы. – Сегодня вы будете блистать и принимать комплименты. Вами будут любоваться и восхищаться. Поверьте, юных драконесс вашего возраста и происхождения очень и очень мало, а достойных холостых драконов очень много.

«А ведь моя мать предпочла отца всем этим драконам» – с теплом подумала я. Ей оказались неинтересны все эти высокородные ящеры. По сердцу оказался обычный маг с очень добрым сердцем.

– Элиза, ты сказала, что прибудут многие молодые драконы, – напомнила я. – Бельмонты тоже?

– Бельмонты? – наставница удивленно вскинула брови наставница. – Не думаю, что они явятся. Моргонты их не приглашали, хотя… – она вдруг задумалась. – Все возможно, – вдруг смягчилась Элиза.

– Почему ты вдруг изменила свое мнение? – с подозрением поинтересовалась я.

– Бельмонты относятся к одному из трех высших родов. Это самый сильный драконий род среди существующих сегодня. И самый многочисленный. У них целых два молодых сына, и оба неженаты. Им нужны невесты под стать. Если бы не вражда Моргонтов и Бельмонтов, я бы сказала, что вы – наиболее подходящая кандидатура для одного из братьев.

«Для Лео» – мысленно поправила я. Сердце его брата Тео уже занято.

Еще за много часов до начала приема замок Моргонтов начал гудеть, как разбуженный улей. Прежде в коридорах было тихо, а сегодня по ним снуют без остановки. Торопливые шаги, громкие крики, звуки перетаскиваемой мебели. Все куда-то спешат, снуют туда-сюда, ругаются и нервничают. Даже не улице – бесконечная суета и беготня.

А за два часа до начала начали пребывать драконы. Первой «ласточкой» был сверкающий белоснежный ящер, пролетевший над замком и скрывшийся на той стороне, которую из моего окна не видно. Не сомневаюсь, что он приземлился на ту самую площадку перед парадным входом, на которую вчера прибыл мой дядя. Через полчаса после белого дракона прилетел светло-зеленый, затем черный, красный, фиолетовый, а затем я просто сбилась со счета.

Помимо летающих ящеров я вижу всполохи открывающихся порталов. Гости все пребывают и пребывают, и мои родственники не заставили себя ждать. Двери моей спальни распахнулись, явив дарга Тейсона в парадном камзоле, расшитом золотом.

– Готова? – довольно улыбнулся он, оглядывая меня с ног до головы.

Элиза расстаралась. Она распустила мои волосы, завила крупные локоны и уложила их в сложную прическу при помощи маленьких заколок. Получился очень нежный, женственный и невинный образ. Длинные золотые волосы и алое платье из гладкой и очень дорогой ткани. Пышное, с жестким кринолином, который сковывает меня, словно железными прутьями.

– Царственная красота, – проговорил Тейсон, удовлетворенно кивая. – Но кое-чего не хватает, – с этими словами справа от него появился паж со шкатулкой в руках. Дракон откинул крышку, и внутри оказалась изящная золотая диадема со множеством мелких цветков. – Это фамильная драгоценность, – пояснил дед и аккуратно поддел украшение пальцами, а я поразилась, как идеально эта диадема подходит к браслету, подаренному мне Лео. Элиза разрешила оставить украшение, отметив, что оно очень дорогое и красивое. Но отметила, что последнее слово останется за даргом Тейсоном.

Тейсон водрузил диадему мне на голову, закрепив ее специальными зубьями. Он ни слова ни сказал про мой браслет.

– Твоя мать когда-то надела эту диадему на свой первый бал, – с нежностью вздохнул дед. – Ты очень похожа на нее, Анна, – мое имя он произнес по-особенному. Очевидно, что имелась в виду совсем не я.

– Ваша внучка внешне очень похожа на матушку, но характером разительно от нее отличается, – Элиза осмелилась вмешаться в разговор. – Она более отважная и прямолинейная. Уж если что натворит, так не только скрывать не станет, но и всем напоказ выставит.

– Что ж, я заметил, – дед наградил меня острым взглядом. Это упрек? – Идем, Анна-Лиза. Всем не терпится увидеть тебя.

Тейсон провел меня через переход между башнями замка. Спина гордо выпрямлена, подбородок вскинут, весь его вид выражает огромную гордость.

Высокие дубовые двери бального зала распахнулись, и мне с трудом удалось удержать на лице улыбку. Полный зал! Даже не так – он переполнен людьми! Да и не только ими. Драконы, маги, где-то я заметила гномов и небольшую делегацию эльфов. Здесь не меньше тысячи гостей. Огромная толпа, и все пришли, чтобы посмотреть…на меня.

В этот момент я порадовалась, что Тейсон стоит рядом и фактически держит меня. Если бы не он, я бы точно упала в обморок от волнения и испуга или убежала бы отсюда прочь.

Почувствовав мое состояние, Тейсон ободряюще сжал мою руку. Он явно получает удовольствие от всего происходящего, наслаждается всеобщим вниманием и своим триумфом.

Для нас образовался живой коридор, по которому мы с дедом плывем под живую музыку. Где-то на южной стороне играет оркестр. Я начинаю запоздало отмечать, что зал украшен магическими цветами, которые оплели весь потолок, стены и колонны. Магические цветы горят ярким светом, служа источниками света.

Как же красиво! Только сейчас, когда волнение немного отступило, я смогла заметить, как прекрасен сегодня бальный зал! Волшебная красота, будто весна расцвела посреди ранней зимы.

Дедушка провел меня через живой коридор и поднялся по небольшой лестнице к золотому постаменту. Теперь и он, и я возвышаемся над толпой, глядя поверх их голов. Музыка притихла, и Тейсон заговорил громко и уверенно:

– Триединый смилостивился над домом Моргонт и послал нам чудесный подарок. Он вернул нам нашу внучку! – впервые я увидела, как дед счастливо и открыто улыбается. – Анна-Лиза, прекрасный бриллиант дома Моргонт! – торжественно возвестил Тейсон, и зал наполнился стройными аплодисментами.

Все присутствующие смотрят только на меня. Мой взгляд скользнул по бесчисленным лицам, но ни на одном из них я не увидела неприязни или недовольства. Все смотрят с любопытством, умилением, а кто-то глядит на меня оценивающе, присматривается.

– Сегодня ее вечер! – заявил Тейсон, когда хлопки стихли. – Первый танец Анны-Лизы принадлежит ее дяде и главному защитнику – моему сыну Ростейну. А потом можете попробовать очаровать мою внучку. Но имейте в виду: я выберу ей самого достойного мужа, – прозвучало очень многозначительно. Я услышала посыл: «Если вы не можете предложить очень большой выкуп за невесту, то даже не приближайтесь».

И вдруг из звезды вечера я ощутила себя главным экспонатом на выставке. Не хватает только огромного шестизначного ценника.

Зазвучала музыка, и справа от меня появился дядя. Он приблизился плавной бесшумной походкой сытого тигра. Настоящий хищник – в движениях, взгляде и характере. Ростейн протянул мне ладонь, и я послушно вложила в нее свои пальцы.

Зазвучала традиционная драконья музыка. Дядя вывел меня на середину зала, которая оставалась пустой все это время. Я положила вторую руку на его крепкое плечо и ощутила себя неловко. Начался танец. Ростейн сверлит меня пристальным взглядом, от которого я начинаю волноваться и сбиваюсь с ритма.

– Почему вы смотрите на меня так, будто хотите сожрать? – спросила я прямо, хоть и шепотом.

Мой вопрос заставил Ростейна усмехнуться. Думаю, если бы не обстановка, дядя бы расхохотался.

– Может, ты вкусная? – насмешливо предположил он и продемонстрировал свои зубы.

– Что во мне вкусного? – сглотнула я. Почему-то мне совсем не весело, а очень некомфортно.

– Молодая драконица, прекрасная и умная. Тобой хочется любоваться, – прозвучал странный комплимент. Впрочем, что в нем странного? Дядя похвалил племянницу. Правда ведь? Вот только, умудрился произнести эти слова с такими липкими интонациями, что по телу пробежала дрожь.

Когда этот танец закончится? Я чувствую себя в капкане его рук. Ростейн не позволил себе ни одного лишнего прикосновения, но мне хочется, чтобы все это поскорее закончилось.

– Эти щеглы сегодня будут подбивать к себе клинья, – негромко сказал мне Ростейн, когда танец приблизился к завершению. – Не развешивай уши и не ведись на их обаяние. Им нужна не ты, а имя дома Моргонт в своей родословной, – дядя остановился. Отпустив меня, он ушел, а я испытала огромное облегчение.

А дальше началась бесконечная череда потенциальных женихов.

– Позвольте вашу руку, – произнес высокий блондин с голубыми глазами. Я уже знала, что каждый мой танец отписан конкретному кавалеру. Список «женихов» мне принесли еще три дня назад, и там было шестнадцать имен, каждому из которых я должна посвятить по одному танцу продолжительностью не менее семи минут.

– Конечно, господин Гростер, – улыбнулась я, уже зная, что говорю с наследником великого дома, второго после Бельмонтов. Благо, Элиза ввела меня в курс дела и вкратце рассказала о каждом из кавалеров.

– Вы очаровательны, – отвесил мне комплимент первый претендент. Молодой мужчина, на вид лет двадцать пять. Пепельные волосы, красивые черты, стройная фигура, военная выправка. Он хорош собой, вежлив, галантен. Как может не понравиться такой мужчина?

– Благодарю, – я натянула на лицо улыбку.

– За исключением глаз, – неожиданно произнес Гростер.

– А что не так с ними? – не поняла я его. Я-то думала, что он будет осыпать меня комплиментами, но кавалер хмурится, разглядывая меня.

– Они у вас, как у раненой собаки, – заметил он. – Такие грустные, что хочется не то добить вас, не то подкормить.

От такой откровенности я потеряла дар речи. Мне не послышалось? Он это всерьез?

– Не обижайтесь, – Гростер заметил мою реакцию и улыбнулся. – У меня есть дар эмпата, Анна-Лиза, и я прекрасно чувствую эмоции людей. Даже те, которые они пытаются скрыть. Особенно их.

– И что вы чувствуете в отношении меня? – зачем-то поинтересовалась я, о чем тут же пожалела.

– Что ваше сердце отдано другому, – Гростер будто в грудь меня ударил. – Любовь ощущается как прекрасный аромат небесного цветка. Она не из этого мира, и ее сущность не описать земными словами. Я даже не буду пытаться соперничать с тем, кто вызвал у вас столь глубокие чувства, Анна-Лиза. Скажу сказу: это невозможно. Кем бы ни был этот счастливец, он в вашем сердце навсегда.

– Как невесту вы меня отвергаете? – у меня не получилось скрыть облегчение в голосе.

– Нет, Анна-Лиза, – удивил меня блондин. – Это вы отвергаете меня. Может, еще не осознаете этого в силу своей неопытности, но мой зверь явственно чувствует ваш отказ. Поверьте, драконьи инстинкты не ошибаются.

– Спасибо за откровенность, дарг Гростер, – поблагодарила я, удивленная нашим разговором.

– А вам спасибо за искренность, – танец завершился, и молодой дракон поцеловал мою руку на прощание.

Второй кавалер не дал мне и пяти минут передышки. Я даже отдышаться не успела, как начался второй танец, и меня подхватил новый претендент на мою руку.

– Вы прекрасны, даргана! Прекраснейшая из всех женщин, которых мне доводилось видеть! Восхитительная! Лучшая! Я очарован! Вы – моя судьба! Я влюблен в вас с первого взгляда! Думаю о вас беспрестанно и не могу перестать! Вы навеки в моем сердце! – все это я слушала на протяжении всего танца, длившегося, как мне показалось, целую вечность.

Второй кавалер не давал мне и слова вставить. Я даже не успела спросить, как его зовут, а сам он не представился. К его лицу словно приклеили улыбку, от которой мне стало зябко. Парень не замолкает ни на минуту, атакуя меня комплиментами, словно стрелами. Я не знаю, какую цель он преследовал, но добился только одного – когда музыка стихла, я решила, что больше никогда не желаю видеть этого чудика. Особенно – слышать его голос! Не знаю, зачем его вообще допустили до танца со мной. Молодой дракон явно не дружит с головушкой.

Третий кавалер оказался на удивление молчалив. Он почти не говорил, рассматривая меня с интересом и открывая рот лишь затем, чтобы сообщить нечто существенное: