Студенческая романтика. Любовный кусь. Дорогая Лав, я тебя ненавижу. Комплект из 2 книг

– Они просто насмотрелись вчера на стриптизерш, – покачала я головой, невольно улыбнувшись.

Дэн закинул руки за голову и задумчиво посмотрел на дорогу, на проносящихся по тротуару курьеров на велосипедах, на пешеходов, на машины.

– Что не так?

– Думаю…

Я начала строчить текст введения в курсовую работу, периодически почесывая затылок, а Дэн продолжил свои рассуждения:

– …о том, что настоящая любовь в подростковом возрасте встречается крайне редко. И знаешь почему?

– Почему?

– Я читал, что физиологически взросление наступает быстрее интеллектуального. У подростков случается влюбленность или увлечение. Но обычно ничего серьезного. Многие начинают встречаться только потому, что боятся остаться в одиночестве, не хотят быть «какими-то не такими», невостребованными, непопулярными.

– К чему ты это ведешь? – Я нахмурилась и оторвала взгляд от монитора.

– О твоем нежелании отпустить Макса. Мне непросто это говорить, но… Я думаю, тебе пора оглядеться по сторонам. – Он сжал мою руку в своей. – Ты заслуживаешь быть счастливой.

– Ты рофлишь, что ли?

– Нет.

– Намекаешь на то, что мои чувства к Максу – это пустяк? – Во мне начало разгораться раздражение. – Что я начала встречаться с ним только потому, что боялась остаться без пары в то время, когда за другими девчонками ухаживали парни?

– Я говорю о том, что чувство, которое сейчас является для тебя «любовью всей твоей жизни», на самом деле было лишь первой влюбленностью. Но жизнь идет своим чередом… У него теперь другие цели в других мирах, у тебя здесь – свои.

– Ты говоришь как мои родители! Что Макс был просто увлечением! Ты не представляешь, как мне без него одиноко! Как будто часть меня умерла вместе с ним. – Моя нижняя губа начала дрожать, а в носу защипало.

Дэн, как и все парни, не выносил девчачьи слезы. Он растерянно протянул ко мне руки.

– Иди сюда!

Но я не сдвинулась с места. Он столько мне всего наговорил!

– Нет, не пойду. Я поняла тебя. Просто я надоела со своим нытьем. Это было ожидаемо. Давай не будем больше обсуждать эту тему, ок?

Хотя где-то в глубине души я понимала, что отчасти он был прав. У Макса были теперь «другие планы», а мне надо жить дальше.

Вздохнув, Дэн сам пересел со своего диванчика на мой и протянул салфетку.

– Не буду тебе доказывать то, с чем ты не хочешь сейчас смириться. И кстати… Мы всегда плачем не по другим людям, мы плачем только по себе любимым. Что это мы остались в одиночестве, что это нас больше не смешат чьи-то шутки, что это нас, таких прекрасных, не радует чья-то улыбка. Люди такие эгоисты!

Айвэн

Похоже, наступил следующий день, и вместе с ним из кухни потянулись запахи завтрака.

М-м-м!

Бьюсь об заклад, это Стас воскрес и приготовил для нас что-то съедобное. Мне нравилось, когда он оставался в городе – на плите всегда была горячая еда. Хотя наши молодые желудки вполне себе переваривали гвозди, которые по выходным готовил Дэн.

Я снял смарт-часы с зарядки и ужаснулся. Уже обед?! Нехотя встал, натянул шорты и направился на кухню. Дениса в комнате не было. Еще не приходил или уже ушел? Заглянул по пути в большую комнату. Стас и Костя спали. Кто тогда делал завтрак?

Шеф-поваром был Антонио, он готовил что-то типа американских толстых блинчиков. Рядом с ним неизменно сидел Серж, задумчиво глядя на гитару. Я кинул им молчаливый жест victory-hand[43] и вышел на балкон освежиться.

Площадь перед общагой и учебным корпусом была абсолютно белая. Утром выпал первый снег и до сих пор не растаял. Я облокотился на перила и вдохнул морозную свежесть. Вчера я долго не мог уснуть, все думал о Виолетте. И еще этот эспрессо!

Я закрыл глаза и снова увидел в своих объятиях сексуальную официантку, как ее пальчики скользили по моим татуировкам, как притягательно выглядывала кружевная резинка чулок из-под коротенького подола, когда она наклонялась к гостям заведения за соседними столами, как соблазнительно покачивалось декольте и как блестели ярко-голубые глаза.

OMG! Хорошо, что сейчас я стоял на морозе!

Я улыбнулся себе под нос. С каждым днем Виви занимала все больше места в моем сердце. Только почему она ничего не ответила на мое эмодзи? Могла хотя бы смайлик или стикер какой-нибудь отправить в ответ. Или она прочитала сообщение спросонья и на что-то отвлеклась? В любом случае, мяч на ее стороне. Если захочет пообщаться после вчерашнего – пусть даст знать, а если нет… Насильно мил не будешь, как говорится. Пусть идет с Троцким на свидание. Он как раз ей интересовался. Козел.

Плечи начали подрагивать от холода, и, отбросив неприятные мысли, я вернулся на теплую кухню.

Серж не играл, а все так же лениво перебирал струны. Видимо, тоже никак не мог проснуться.

– Кажется, я вчера перебрал. Голова трещит! Не могу! – простонал Серж. – Вань, дай мне тоже водички…

– Так тебе и надо, урод, – пошутил Антонио, снимая панкейки со сковороды. Один полетел вниз, и Троцкому пришлось поднять его с линолеума и съесть.

– С пола-то не ешь… – цыкнул я. – Он же грязный!

– Быстро поднятое на считается упавшим.

– Тебя так твоя бывшая утешала, да? – хохотнул Серж.

Троцкий молча расстрелял друга из пальцев-пистолетов.

– Ты как себя чувствуешь, Ванек? – спросил Серж, принимая от меня стакан с минералкой.

– Нормально. Я же вчера только кофе пил. Уснуть, правда, долго не получалось.

– Дай-ка угада-а-аю… – протянул он. – Наверное, не мог унять непристойные мысли после того танца с Мармеладкой.

– Следил за мной?

– Скорее, за ней.

– Сказал же, что много кофе выпил, – насмешливо фыркнул я и отпил воду из стакана.

– Ну да, ну да. Я видел, как она наглаживала твои татуировочки. Сердечко, наверное, из-за этого всю ночь частило?

– Завидуешь? – Я улыбнулся и поставил пустой стакан в раковину.

– Не-а, – съехал с темы Серж. – Если захочу, она будет моей.

Я ухмыльнулся и пошел умываться, а эти двое ехидно захихикали вслед. Мне не хотелось поддерживать этот глупый разговор и открывать перед ними свою душу. Особенно перед Троцким. Он мне почему-то не нравился, вызывал необъяснимое отторжение. Хотя на людях Антон никогда себя непристойно не вел, не ругался ни с кем, выглядел всегда аккуратно. Мое отношение к нему было на уровне энергии, инстинктов. А Серж… Серж просто шалопай.

Смыв с лица остатки пены, я нанес лосьон после бритья. Он немного пощипал, но это было уже привычно. Глядя на себя в зеркало, я вспомнил про вчерашний разговор с заказчиком, из-за которого мне пришлось на некоторое время покинуть клуб. Шеф сказал, что тестирование приложения прошло успешно. Компания готова расплатиться со мной и с Ириной. Интересно, ей тоже сообщили или только мне?

В комнате я съел протеиновый батончик, закинул на плечо сумку с формой и пошел в зал. Работа была сдана, это значило, что сегодня у меня был свободный день. Можно провести больше времени на тренировке.

Серж поймал меня у двери, когда я застегивал куртку.

– Э? А завтрак?

– Оставьте в холодильнике. Скоро вернусь.

– Ладно. – Он снова скрылся на кухне, а я сбежал вниз по лестнице, разогревая мышцы.

Кроссовки оставляли мокрые следы на тонком слое снега. Вдыхая аромат приближающейся зимы, я думал, что после тренировки надо позвонить Ире, обсудить проделанную работу. Было очень интересно, закажут ли мне сопровождение приложения? Это был бы отдельный договор и приличная сумма сверху.

После тренировки я съездил в город и купил себе новые беспроводные наушники. Когда сидел за письменным столом и настраивал на них звук, на столешницу передо мной неожиданно опустился стакан кофе с надписью маркером «Айвэн» и выпуклый крафтовый пакет с логотипом сетевой кофейни. Но прежде, чем я успел обернуться, почувствовал яблочный аромат.

Меня смешило прозвище, которое мне дали Виолетта и Денис.

– За какие заслуги? – поинтересовался я у Виви, которая уже присела на кровать моего соседа. Дэна с ней не было. Мне стало безумно приятно, что она вспомнила обо мне, когда прогуливалась в центре города. Отбила-таки «мяч».

– Это аванс за будущий урок английского. – Виви надула пузырь из жвачки и шумно его лопнула. – Занесла, пока горячий, – хихикнула она.

– Все-таки решила снова заниматься? – Я хлопнул ладонью по пустующему стулу Дэна.

Она пожала плечами.

– Ты разве сейчас свободен?

– Да. На днях сдал крупный проект, над которым работал последние два месяца, и пока не взял новый. По учебе задания сделаю вечером, там немного. Поэтому… можешь присаживаться.

Виви недолго о чем-то размышляла, но потом все же сняла парку и бросила ее вместе с рюкзаком на кровать Дениса.

– Где, кстати, твой дружбан?

– Поехал к друзьям из его интерната. – Она протерла бумажным платком красный носик и села рядом.

Меня накрыла новая волна ее парфюма, и в моем воображении веером открылись приятные воспоминания вчерашней ночи.

– Какая сегодня тема?

Я взял принесенный ею пакет, заглянул внутрь и обнаружил сэндвич с красной рыбой и авокадо. Вытащил его и напел перед тем, как откусить:

– Есть только миг между прошлым и будущим, именно он называется… – и добавил серьезно: – Present Continuous, – свободной рукой открыл перед ней учебник. – Мое любимое время в английском.

Виви вздохнула и нехотя начала переписывать на листок маркеры времени и упражнение, на которое я указал. Пока я ел, развалившись на стуле, она все писала и писала. Ее брови задумчиво опустились, губы забавно вытянулись трубочкой. Очень серьезный вид! Почти что профессорша!

Мы сидели рядом, и я чувствовал тепло ее бедра. В моем животе буйствовали бабочки размером с птеродактиля.

– Из тебя вышел бы хороший учитель английского, – заметила Виолетта. – Ты внимателен к деталям, так понятно объясняешь и подсказываешь. Я заметила твое стремление к совершенству.

– Лестно слышать… – и отпил черный кофе. – Но, знаешь, я очень страшен в гневе. Безжалостный критик и дотошный педант. Поэтому рекомендую тебе зубрить грамматику перед моими уроками. – Я протер рот от крошек влажной салфеткой.

– Неужели ты мог бы треснуть ученику по спине линейкой?

– Конечно.

– И даже мне?

– Тебе достанется в первую очередь, – пошутил я. – Особенно если ты сейчас же не найдешь ошибку в выражении «have a rest»[44] и не скажешь, как оно переводится.

Я отпил из стакана божественный эликсир и показал мизинцем на переписанный ею текст. Она забыла поставить артикль.

– Хэвэрэст? Это же гора в Гималаях, – заржал заглянувший в мою комнату Антон.

Надо было закрыть дверь!

– Троцкий, ты такой остроумный, – из меня засочился сарказм.

– Привет, Виви. – Антоха будто и не слышал меня.

– Привет, – повернулась она к нему, обхватив спинку стула. – Не болит голова после вчерашнего?

– Болит кое-что другое…

Я тоже обернулся и посмотрел на него с любопытством.

– Душа! – Он сел на кровать Дэна. – Я к тебе, Виви, с этим вопросом как к специалисту. Ты же психолог…

– Начинающий, – поправила она.

– Ну да. – Взгляд Антона ненадолго остановился на стакане с моим именем. – Хочу, чтобы ты на мне попрактиковалась. Я недавно с девушкой расстался. Мне так плохо, не знаю, как избавиться от депрессии. Подумал, может, ты мне как-нибудь поможешь? Что-то посоветуешь?

Вот же горемыка!

Он поделился бы, скорее, с Сержем, чем с ней…

Но Виви посмотрела на него с пониманием и положила ладонь на его руку.

Она переживала сейчас почти то же самое.

– Без проблем! Я попробую с тобой поработать.

– Мы могли бы где-нибудь встретиться, – оживился Троцкий, – съесть тирамису, распить лавандовый бескофеиновый раф на кокосовом молоке с семенами чиа или корицей.

Я закатил глаза.

– Может быть, где-то в центре? – продолжил Троцкий, не глядя на меня. – Мне не с кем поделиться этой болью. Меня никто не понимает!

Виви сочувственно кивнула.

– Ты принял правильное решение. Это раньше учили не выносить сор из избы, а копить негатив в себе. Поэтому и умирали раньше времени от болячек на нервной почве. Или тиранили близких, заставляя их умирать раньше времени. Но сейчас все по-другому. Наконец-то мы приходим к тому, что нужно «вытаскивать» из себя все, что мучает… Так что. Ты большой молодец, что пытаешься разобраться в себе! Когда? Где?

– Не знаю… договоримся. – Он пожал плечами. – Скинь мне пропущенный, я тебе напишу.

Признаю, какой же хитрый план! Вот так просто втереться в доверие, прикинувшись страдальцем.

Да, Виолетта ничего мне не обещала, у нее есть полное право ходить на свидания и на разные встречи с кем она хочет. Но… В этот момент я серьезно подумывал над тем, чтобы сломать Троцкому руку вместе с телефоном.

Антонио показал ей экран:

– Дозвонилась. Я напишу.

– Хорошо. – Виви улыбнулась ему, а он ей.

– Я тоже, кстати, хорошо английский знаю. – Троцкий никак не мог уйти. – Предлагаю тебе обмен услугами.

– Не лучше меня, – заметил я.

– Да, Антон, мы пока справляемся, – сказала Виолетта.

– Но если Ваньку будет некогда, обращайся, не стесняйся, – подмигнул он.

– Вы закончили? – с нотками недовольства спросил я, покосившись на Троцкого и показывая, что мое время не резиновое, а он явно тут лишний со своими подкатами. – Можем продолжать?

Виолетта кивнула, и мы снова начали разбирать особенности времени и проверять выполненные ей упражнения. Я положил руку на спинку стула за ее спиной и пододвинулся ближе. Смотрел, правильно ли она расставляет окончания и меняет форму глагола to be. Хотя… об английском я сейчас думал вскользь. Гораздо больше меня волновало, что же замышлял Троцкий? Мне все это не нравилось. Очень не нравилось.

Глава 16

Айвэн

Утро началось с бодрящего крика отчаяния.

– Как же хочется спать! Злые силы отобрали у меня бодрость духа! – Не открывая глаз, Дэн вздыхал на всю комнату. – Может, пропустим первую пару, а?

Предложение было очень соблазнительное… Лежа в кровати, я обдумывал сказанное соседом. Вчера он поздно вернулся от своей девушки, а потом до середины ночи сидел над практическими заданиями, на которые забил в выходные. Я тоже лег поздно: мы с парнями до трех часов ночи играли в Доту.

– Давай. – Я перевел будильник на полтора часа вперед и перевернулся на другой бок.

Какое же это было удовольствие – спать дальше! Однако совесть мешала отключиться мгновенно. С минуту я все же поворочался, размышляя, что Абросимов наверняка будет рассказывать про дифференциальное исчисление, про то, как оно разбивает сложные задачи на бесконечное число более простых частей, а интегральное исчисление складывает их обратно… Я знал материал, но посещения? Стоит ли надеяться на автомат после такого утра, как сегодня? Дэна, кажется, ничего не смущало, он уже храпел. Я вздохнул и все же провалился обратно в сон, мягкость и тепло кровати располагали к этому. Прорвемся!

После одиннадцатого звонка нам все равно пришлось воскреснуть. Хотя ужасно хотелось сделать вид, что будильника не было. Жутко злой, Дэн ушлепал на кухню ставить чайник, я пошел следом. Выпил стакан воды.

– Встал не с той ноги? – спросил я, поставив пустой стакан в раковину.

– Да нет, с той… которой хочется пинать людей, – измученно вздохнул Денис, наливая чай в наши кружки-ведра. – Глаза слипаются! Когда вернемся после пар, сразу завалюсь спать!

Что-то мне подсказывало, что он этого не сделает. Вероятно, будет во что-нибудь резаться или уйдет в гости к подружке. И завтрашнее утро начнется абсолютно так же: с обещаний лечь пораньше.

– Ты не будешь чай?

– Буду. Но сначала выпью кофе.

Он пожал плечами, типа «как знаешь», и сел за обеденный стол, а я ненадолго вышел на балкон, чтобы сбросить остатки сна и взбодриться.

– О! Виолетте тоже ко второй паре, – прочитал Дэн в телефоне, когда я вернулся. – Попросил ее зайти за нами. Ты же не против?

– Нет.

Через двадцать минут она стояла у двери и с интересом разглядывала нас. В объемной парке с мехом и пушистой белой шапке она выглядела по-зимнему уютно. Если бы Виви знала, какой ураган эмоций она у меня вызывала! Хотя показывать свою заинтересованность мне было неудобно.

– Вы будто зомби! – Виолетта покачала головой, просунула большой палец под лямку рюкзака и поправила его на плече.

– Они долго играли вчера, – сказал Дэн, застегивая теплый пуховик. – А я наконец-то сел за учебу.

Виви хихикнула, глядя на своего друга:

– Твоя куртка идеально подходит для ночевки в сугробе.

– Сегодня минус двадцать! Не хочу, знаешь ли, простудиться, поэтому приходится косплеить капусту… Сама-то! Что это у тебя там? – Он шутливо похлопал ее по бедрам и талии, будто производил обыск. – Неужели пояс из собачьей шерсти?

– Из верблюжьей, – пикировала она.

– Я так и думал!

Они обернулись на меня.

– Ванек, ты утеплился? – спросил Денис. – Сегодня довольно холодно.

– Да.

– Расскажи, нашел ли в карманах куртки что-нибудь, припрятанное там с прошлой зимы?

– Не-а. – Я нагнулся, чтобы завязать теплые ботинки. – Всегда отдаю вещи в химчистку, когда заканчивается сезон.

Денис коротко хохотнул.

– А мне подфартило! – весело чирикнула Виолетта. – Когда достала куртку, нашла пятьсот рублей!

Я уже хотел вставать, как вдруг Виви протянула руку и взъерошила мне волосы. Поднял на нее глаза, молча спрашивая, зачем она это сделала.

– Любопытно было, какие они на ощупь, – и улыбнулась.

– И как?

– Мягкие. Я думала, будут жестче.

Что-то в ней поменялось за последние дни. Она по-другому смотрит и больше улыбается.

Дэн украдкой подмигнул мне, пока она не видела.

Неужели между нами начало что-то клеиться?

Ночью снова выпал снег. Пока мы шли на остановку, эти двое вдохновенно носились по парку Института биологии, играли в снежки и хохотали. Я чувствовал себя кринжово, когда мимо нас проходили другие студенты и глазели то на них, то на меня… Как же я не люблю такое пристальное внимание! Так и хотелось заставить Дэна и Виви бросить это дурацкое дело и поспешить на автобус. Дети, что ли? Но когда в меня прилетел снежок, во мне неожиданно проснулся азарт и желание побеждать, и я просто не мог им не ответить. Сначала попал Дэну в живот и в голову, а потом специально промахнулся мимо Виви. Она так заливисто смеялась, что я был смущен до неприличия. Меня же девушка не жалела, зарядила два раза в плечо, один раз – в спину, и пару месяцев назад – в самое сердце, когда объявилась на пороге нашей с Дэном комнаты.

Хотя постойте-ка! Я же увидел ее раньше. На выдаче ордеров. Точно… Сразу заметил ее яркий прикид, когда передавал листок для записи в очередь, и потом долго наблюдал издалека, как они с каким-то кудрявым парнем – с Дэном – трепались, сидя на лавочке и потягивая кофе. Что это? Случайность или кто-то там наверху устроил нашу встречу снова? И как я мог забыть про это?

– Все, хватит, – успокоил я их. – Придем в универ промокшие.

– У Айвэна все по часам, время на развлечения вышло, – поддразнил мою педантичность Дэн. – Руки по швам! Снежки в сторону! Шагом марш на автобусную остановку!

– Нет ничего плохого в том, чтобы быть организованным, – сказал я, направляясь по тропинке к выходу из парка. Дэн и Виви что-то жизнерадостно обсуждали позади. Я улыбнулся. Хотелось бы мне иметь хоть немного их бесшабашности.

Но вот и минус их легкого отношения к жизни и безответственности!

Мы пришли на остановку слишком поздно, когда здесь столпилось много студентов из нашей общаги, все пытались уехать в центр. При этом из ближайшего поселка маршрутки шли уже полные. Час пик. Я обернулся на друзей и увидел только виноватые улыбки. Мне оставалось только обреченно закатить глаза.

– Да ладно тебе, – хлопнул меня по плечу Дэн. – Не случится ничего страшного, если опоздаем на полчаса.

– Это в лучшем случае, – цокнул я.

Нам чудом удалось втиснуться в автобус, который ходил здесь крайне редко. В салоне было, мягко говоря, тесновато. Из плюсов – мне посчастливилось быть прижатым к объекту своей симпатии.

– Можно я буду держаться за твой локоть? Иначе я сейчас упаду, – пискнула Виви и уткнулась носом в мою парку, потому что ее кто-то пихнул.

– Конечно.

То и дело на нее наваливался какой-то толстяк, поэтому пришлось оградить ее рукой, обняв за спину. Мужик болтался по салону, будто безвольный мешок картошки в кузове грузовика. Наконец я не выдержал и оттолкнул его, чтоб он не раздавил Виви в лепешку. Он посмотрел на меня недовольно, но мой взгляд был жестче. Убедительнее. Взгляд льва, оберегающего свою собачку[45]. Ему пришлось протиснуться дальше по салону, чтобы не огрести.

Автобус еще долго толкался в утренних пробках, и мне хотелось, чтобы он тащился до нашей остановки примерно вечность.

Стиль, лоск, блеск, фарт – все слилось воедино в образе Троцкого, собирающегося на встречу с Виолеттой. Что и говорить, он умел себя преподнести. Со вкусом подобранные дорогие шмотки, во всем образе – легкая небрежность. Сразу и не скажешь, что живет в общежитии для бедных студентов. И где он только нашел читы, чтобы совмещать в себе эту невероятную харизму, прекрасный юмор и изумительную внешность?

Поверх темно-зеленого свитера Троцкий накинул коричневую дубленку. Темные очки, какая-то хипстерская шапка. Уверен, что для него эта встреча – настоящее свидание, а никакой не сеанс психотерапии. Во-первых, ни один пацан не поделится с малознакомой симпатичной девчонкой своими переживаниями просто так. Особенно после того, как оценил ее фигуру в стриптиз-баре. А во-вторых, бабки у него имелись: Антон, как и я, подрабатывал неофициально и получал кэш «в конверте». Поэтому вполне мог себе позволить не один сеанс квалифицированного психолога. Но и это ерунда! Он мало рассказывал о себе, больше слушал и наблюдал. В общем, сегодня Троцкий просто хотел встретиться с Виолеттой, побесить меня и Сержа и, возможно, вызвать ревность бывшей.

Сергей тоже вел за ним наблюдение с кровати Константы, лениво перебирая струны. Судя по тому, как Серж едва заметно хмурился и кривил губы, было понятно: он недоволен тем, что Троцкий терся возле Виви. Но Антона это не волновало, его манил дух приключений и авантюризма. Он явно не собирался отсиживаться во френдзоне.

Когда он обливал себя парфюмом, я покусывал карандаш и думал о том, что вызывать машину «Скорой помощи» сюда, за город, очень проблематично. Если Троцкий хоть пальцем тронет Виви, обидит ее хоть как-то, медицинская помощь ему точно понадобится. Добираться сюда далеко… Боюсь, Антоха не доживет до приезда врачей.

Я прохрустел пальцы и шею.

– Куда это ты такой красивый, румяный? – спросил Константа, проскочив мимо него на кухню.

– В центр, по делам.

– Эй, привези мне бургер, – крикнул Костя. – Тут в холодильнике опять мышь повесилась.

– И мне! – проворчал из своего угла Стас. – И еще шоколадный маффин. Спасибо.

– Я вам курьером нанимался, что ли? Закажите доставку.

– За город? Ты же знаешь, что дорого! – Костя откопал в шкафу пакетик арахиса и шел обратно. – Серж, свали с моей кровати.

– Секундочку…

– Ладно, – фыркнул Антон и застегнул дубленку. – Если не забуду.

Скрип двери. Шум лифта.

Мой уровень раздражения подскочил до немыслимой отметки. Надо было еще в тот вечер оторвать ему пальцы, чтобы не смог сохранить ее номер. Но теперь нет никакого толка жалеть об этом post factum.

Чтобы успокоиться, я последовал мудрому совету Лао-цзы: сел на берег реки ждать, пока труп противника проплывет мимо… В сторону кухни прошел хмурый Серж с гитарой. Ладно. Я сел ждать, когда проплывут оба трупа. Вряд ли Виви уже забыла своего байкера.

Я повернулся к столу и продолжил писать реферат. Хотя это громко сказано. Полчаса медитировал, глядя на практически чистый лист и мигающий курсор, и только потом понял, что писать нет настроения, в голове – пустота. Закрыл файл и натянул наушники. Включил боевик, потому что у меня было подходящее настроение, чтобы наслаждаться взрывами и кровавым месивом.

Виви

– Пожалуй, вы с Дэном правы. Нужно жить дальше.

– Конечно, нужно. – Таня отпила чай. – Ты должна попросить у Деда Мороза в этом году, чтобы он за хорошую учебу и примерное поведение положил тебе под елочку Айвэна.

– Да какой Айвэн! Хватит стебаться. Умоляю… Пусть лучше принесет мне зачет по инглишу.

– Вот Ванек и поможет тебе получить его. Будет шептать тебе в наушник что-нибудь типа «Oh yeah, baby! Ты написала правильные окончания, все артикли стоят на своем месте»… Он на тебя всегда та-ак смотрит!