Бывшие. Лада с прицепом

— И кто же? — без всякого интереса спрашивала я.

— Илья — лучшая партия для брака.

Не знаю, совпадение это или нет, но этот парень действительно зачастил к нам в гости.

Он приезжал каждый день и словно не видел моего равнодушия по отношению к нему.

Я говорила ему, что люблю другого, а он отвечал: моей любви хватит на двоих.

В итоге я сдалась

Первые три года брака мы жили вполне неплохо. Но после того как мой отец доверил Илье управлением филиалом, всё полетело кувырком.

Мой муж вдруг решил: раз он руководитель серьёзного филиала, значит, у него всё должно быть «по статусу».

Глава 3

Этот день я не забуду никогда. Именно он потянул за собой ряд событий, которые заставили меня возненавидеть собственного мужа окончательно.

Выйдя из подъезда, неожиданный сигнал машины заставил вздрогнуть.

— Илья, — выдохнула его имя, с удивлением, замечая, что он сидит в очень дорогом автомобиле.

Резкими движениями Зотов вышел из машины и громко захлопнул дверью.

Музыка орала на весь двор. Люди, проходящие мимо нас, пристально смотрели в нашу сторону. А я испытывала от этого жуткое неудобство.

Только его, казалось, ничего не напрягает, наоборот, радует.

— Посмотри, — кивнул взглядом на машину. — Красотка, да?

— Смотрю. Выключи музыку, ты пугаешь ребёнка!

— Наша! — Гордо приподнял голову и ухмыльнулся, но музыку всё-таки убавил.

— В смысле, наша? — не сразу поняла, что он имел в виду.

— Ты не понимаешь, что означает слово «наша»?! Я купил её для нашей семьи!

— Подожди, зачем? На какие деньги?

Я даже не смотрела в сторону автомобиля, а смотрела только на него.

— Ну как зачем... Ездить. Кататься. Наслаждаться. Кайфовать. Получать удовольствие. Понятно же для чего! Плюс, ты забыла кто я теперь? Меня должность обязывает не на развалюхе же ездить, а такой тачке. Всё по статусу! Всё по понятиям! — вижу, гордится собой. – Лада, чем ты недовольна опять?

Он фыркает от расстройства, что я не разделяю его странной радости.

— Такие решения мы должны были принимать вместе.

— Я сам не мальчик! Разберусь! Кроме того, напомню тебе: ты в декрете! Работаю только я. А значит, и игрушки я буду покупать такие, какие хочу именно я!

Естественно, его поступок отразился на нашем бюджете.

Первые несколько месяцев, когда появилась обязанность платить кредит, я особенно прочувствовала нехватку денег. Но изменить ничего не могла.

Я только-только начала приучать дочь к садику, и выйти в ближайшее время на работу для меня было сложной задачей.

Не знаю, на что рассчитывал мой муж, когда брал такой кредит, но предложить было несложно. Наверное, в глубине души Илья надеялся, что мой отец поддержит его и оплатит хотя бы часть этой покупки. Но этого не случилось.

Что-что, а холодный расчёт по всём был приоритетом для отца, и он не собирался оплачивать «хотелки» зятя.

Илья ждал. Сначала молча, а потом стал намекать мне, что мои родители могли бы и помочь нам с долгом за машину. Однако я не разделяла его мнения. Ведь до этого моё тоже никто не спросил!

Быть обязанной моему отцу, это как про историю, где вход рубль, выход два мне хотелось меньше всего.

Вспоминаю последние годы нашей совместной жизни, не замечаю, как возле меня останавливается молодой человек.

— Здравствуйте, — обращается ко мне, глядя в свой телефон.

Поднимаю на него глаза и застываю. Это лицо я узнаю из тысячи.

— Простите, не подскажете, это улица Первомайская, дом 1?

— Здесь— еле слышно выдавливаю из себя и опускаю глаза, в надежде, что мужчина меня не узнает.

— Прекрасно. Подскажите, пожалуйста, а квартира семьдесят в каком подъезде? — он всё-таки обращает на меня внимание, называя наш адрес.

Момент. Молчание. Удивление. Шок.

— Вот так встреча... — чувствую, как Егор пристально смотрит на меня.

— Согласна... Неожиданно

Он не стесняется рассматривать меня, и я в ответ поступаю точно так же.

Больше я не та пугливая девчонка, которая краснела только от одного его пристального взгляда в мою сторону.

Сколько мы не виделись... Около шести, семи лет, а может быть чуть больше.

Я давно перестала считать. Я запретила себе считать. Я заставила себя его забыть.

У меня просто не было выбора, потому что он меня это выбора лишил сам.

Знакомое, родное лицо, только выглядит старше. Те же самые тёмные волосы, карие глаза. Только лёгкая щетина на лице прибавила ему возраста. А так он почти не изменился.

Хотя нет, взгляд совершенно другой.

Глаза того, кто был со мной тогда, в мои девятнадцать светились теплотой и нежностью, а у этого человека взгляд жёсткий и высокомерный.

— Сколько мы с тобой не виделись?

— Долго, — выдавливаю из себя, встаю и шагаю в сторону дочери. — В квартире семьдесят никто сейчас не живёт, — вру в надежде, что он поверит и уедет.

— А когда хозяева вернутся? — спрашивает меня вслед, и я отрицательно кручу головой.

Подхожу к Алисе, тихонько говорю ей, что нам пора домой, отряхиваю её руки от песка и быстрым шагом шагаю к подъезду.

— Погоди, куда спешишь? Остановись, поболтаем пару минут.

Веду себя так, словно не слышу этих слов. Пусть едет, откуда приехал.

— Мне некогда, — обрываю его речь в ответ и бегу от него как будто ошпаренная. — Дочь спать укладывать. Тихий час у неё.

Я понимаю, что моё поведение словно у школьницы, но ничего не могу с собой поделать.

Меньше всего мне хочется сейчас, чтобы он почувствовал моё волнение.

У Смирнова начинает звонить телефон, и я пользуюсь моментом, скрываюсь за дверью нашего подъезда.

В детском городке остались игрушки дочери, но мне плевать, заберу их потом.

Бегу к лифту как можно быстрее. Уверена, что ещё пару минут, и Смирнов окажется рядом, поняв, что я обманула его.

Чуть отдышавшись, жму кнопку лифта и оглядываюсь на входную подъездную дверь.

Лифт, как назло, тащится слишком медленно.

Залетаю в квартиру, закрываю дверь сразу на пару замков и начинаю раздевать дочь, желая таким образом занять свои мысли и руки.

Пальцы не слушаются, сердце лупит в груди.

Алиска что-то щебечет, говорит быстро, но я не понимаю её слов.

— Пить хочешь?

— Нет.

— Кушать? — перебираю возможные варианты, чего может хотеть ребёнок.

— Нет, — крутит отрицательно.

Гадаю, а в голове крутится только один вопрос: зачем Смирнову нужен мой муж.

Пару звонков во входную дверь, и я понуро принимаю свою участь повторной встречи.

Открывая дверь, глаз поднять не решаюсь. Но чувствую удивлённый взгляд Смирнова.

— Интересно — единственное слово, а потом долгая пауза. — Значит, не живёт никто, говоришь, в квартире семьдесят? Ясно Муженька прикрываешь.

Глава 4

— Чего надо? — я обычно не грублю людям, а ему неожиданно хочется.

— Ну как маленькая, — Егор усмехается, а я сквозь землю готова провалиться. — А ты не очень приветлива со старым знакомым. Позволишь зайти? — смотрит выжидающе.

Не знаю, как мне реагировать, и как поступить.

В квартире Алиса. Оставить её одну и выйти, чтобы поговорить я не могу. Но и впустить его в наш дом у меня нет никакого желания.

— Нет, не позволю. Уходи, жди того, кто тебе нужен внизу, — мне очень хочется спросить, зачем ему мой муж, но шестое чувство даже без вопросов подсказывает, что, Илья во что-то вляпался.

И это «что-то» как-то связано со Смирновым.

— Ладно, давай адрес, где его можно найти. Только прошу,не ври в этот раз.

— Мама, ты где? — слышу, как меня зовёт Алиса, и отвлекаюсь на неё. — Мамочка? — дочь выходит в коридор и тянет меня за руку на кухню. — Водички дай, пить хочу.

Пока я наливаю дочери воды и жду, пока она напьётся, Смирнов пользуется ситуацией и заходит в дом. Этот человек, который никогда не имел комплексов.

Краем глаза вижу, как Егор уже стоит в коридоре и наблюдает за нами через зеркало в прихожей.

— Я тебя не приглашала, — говорю еле слышно.

— А меня и не нужно приглашать. Но проверить я обязан.

— Что проверить?

— Не соврала ли ты мне, что его нет дома.

Пока разговаривает, смотрит теперь то на меня, то на Алису.

Дочь хочет спать, потирает глазки, но при тоже не сводит глаз со Смирнова.

Такое ощущение, что они изучают друг друга, и каждый не скрывает своего любопытства.

— Красивая у тебя дочь, — говорит серьёзно. — На тебя очень похожа.

Сказав эти слова, он замирает и переводит взгляд на меня. Видимо, понимает, что ляпнул лишнего и быстро напоминает о причине, по которой пришёл в наш дом. — Ну что, когда вернётся твой мужик? Хотя какой он мужик

— Он что-то натворил? — всё-таки спрашиваю Егора.

— Да. Стукнул мою тачку, а затем сбежал с места ДТП. Причём, сбежал как крыса, в надежде, что я его не найду.

— А с чего ты решил, что это он стукнул её? — мне так хочется верить, что Егор ошибается.

Тут же вспоминаю, что говорил мне про товарную стоимость машины представитель банка, и с ужасом догадываюсь: ситуация становится ещё хуже, чем я могла подумать.

— Не сомневайся, не ошибся. Стукнул именно он. Когда он уезжал с места ДТП, сердобольные люди номерок его запомнили. Записали номер, дождались меня, рассказали, как всё было. Ну а я, в свою очередь, нашёл вас. В общем, эти прекрасные люди сдали мне твоего мужика с потрохами.

— Не может быть, чтобы он был настолько идиотом. Неужели действительно уехал? — говорю эти слова вслух не задумываясь.

— Видимо, всё-таки идиот — Смирнов улыбается, а я готова за эту улыбку его придушить.

— Его расчёт был прост. Машина очень дорогая, никто не осмелится стать свидетелем этого происшествия. А люди не побоялись.

Становится стыдно перед Егором за моего мужа.

Выглядит это действительно мерзко.

Но я знаю, что за Ильёй водятся такие грешки, как трусость.

— Егор, Илья на работе, — выдавливаю из себя. — Мне некогда болтать с тобой, — киваю в сторону дочери. — Адрес сейчас напишу, поезжай к нему туда.

Достаю ручку и листок Ии быстро записываю ему адрес его места работы.

— Там и решайте все своим вопросы. Разбирайся с ним. Меня не втягивайте.

— Обычно жёны более участливы к проблемам мужа — Убирает листок в карман.

— Ну, будем считать, что я равнодушная жена. Я тебе не царапала машину, с места ДТП не сбегала, ответственности никакой перед тобой нет. Поэтому прошу тебя покинуть мой дом.

— Согласен. Только боюсь, что всё равно ты ощутишь все прелести этого ДТП.

Смотрю на него с вопросом, не понимая, о чём он.

— Чего ты так удивилась? Деньги всё равно придётся искать вместе. Вы же семья! — поясняет незамедлительно. — Только делайте это побыстрее. Не затягивайте! Ты меня знаешь, я слишком долго ждать не люблю.

Да, я знаю. Терпение и Смирнов — вещи несовместимые.

Один-единственный раз, когда он сам захотел подождать — это наше желание заняться любовью.

Егор знал, что я не была опытна в этом вопросе, поэтому не торопил меня, не принуждал, не заставлял, не уговаривал.

Как говорил сам Смирнов: ему хотелось, чтобы я запомнила этот день на всю жизнь. Поэтому он никуда не торопился.

Вспоминая это, теперь все его слова и поступки никак не вяжутся у меня с его реальным образом подлеца.

Если было всё так, как он говорил мне тогда, и между нами было что-то большее, чем сексуальное влечение, почему я он поступил со мной как предатель позднее?

Но есть ли смысл теперь об этом вспоминать и тем более страдать из-за этого.

— В общем, я даю твоему муженьку два дня для того, чтобы найти деньги на ремонт моей машины и связаться со мной. Заявлять на него пока на него не буду. Но он должен понимать, что прав я его лишу в момент! Ведь он покинул место ДТП. А такие вещи, сама понимаешь, бесследно для водителя не проходят. Если твой муженёк не хочет стать пешеходом, пусть выходит на связь. Вот моя визитка.

— Хорошо. Обещаю, он позвонит тебе.

Ничего больше не сказав, ещё раз мазнув по моей дочери взглядом, Смирнов разворачивается и уходит, тихо прикрыв за собой дверь.

Глава 5

Будучи дочерью обеспеченных родителей, я выросла в достатке.

Всё изменилось несколько лет назад, когда отец внезапно решил, что моему мужу пора «вставать на крыло» и наконец-то становится самостоятельным.

Отец ни на секунду не сомневался, что мой муж справится с этой задачей. Ведь он так верил в своего зятя!

Собственно, как раз родители в своё время настояли на этом союзе, считая Илью безупречной партией.

Сейчас, спустя несколько лет, я осознаю, сколько сил папа вложил в то, чтобы выдать меня удачно замуж.

Проблема была лишь в одном: в свои девятнадцать я мечтала выйти замуж по любви. Это и было бы моим пониманием слова «удачно».

Отец же хотел выдать меня замуж за умного и перспективного парня. И именно так обозначало его понимание «удачно».

Наблюдая за успехами Ильи, папа буквально сиял от гордости, неустанно повторяя, что лучшего выбора и быть не могло.

А я привыкшая доверять родителям и подчиняться их воле, не спорила.

Бунт я устроила лишь единожды: когда в моей жизни появился Егор Смирнов.

Уверенный и нагловатый, дерзкий и амбициозный, имеющий свою точку зрения на любую ситуацию и вопрос, он казался мне идеальным.

Мы были словно минус и плюс, которых тянуло друг к другу.

Но мой отец считал иначе.

Сначала папа наблюдал за нашей парой и хранил молчание, надеясь, что всё пройдёт само.

Потом начались попытки внушить мне, что Смирнов со мной только ради выгоды. Но и это не остановило меня.

Отцу было плевать на бабочки в моём животе. А мне было плевать на то, сколько денег у Егора в кармане.

Признав, что я безумно влюбилась в этого парня, отец потребовал от меня, чтобы я рассталась с ним. И именно тогда я впервые проявила свой характер, сказав твёрдое «Нет».

Отец был обескуражен, зол, удивлён и возмущён. Но он не из тех, кто примет сопротивление.

Своё девятнадцатилетние я встречала в роскошном ресторане, который сняли специально ради этого случая. Тогда мне казалось, что этот праздник – подарок для меня, а оказалось, – это были смотрины.

— Одень это красное платье, — настаивала мама. — Посмотри, как оно струится по твоим бёдрам, и обтягивает красивое тело, грудь. Волосы уложи на одну сторону. Они будут сверкать в лучах яркого света.

— Мама, ты меня как на парад невест наряжаешь, а не на празднование дня рождения.

— А вдруг, — она загадочно улыбалась.

— Никаких парадов невест. Никаких «а вдруг!». Мам, я Егора люблю. Хоть ты меня поддержи.

Визажист, стилист, парикмахер сделали из меня настоящую красотку.

Я выглядела чуть старше своих лет: больше макияжа, больше открытого тела, и непривычный образ.

Скинув фото любимому, я ожидала восхищения, но в ответ получила лишь скромное сообщение «Малышка, ты сама на себя непохожа».

— Здравствуй, дочка, — широко улыбался и целовал меня отец в щёку. — познакомься, это Илья Зотов, — представлял очередного молодого человека.

Парень улыбался мне широкой улыбкой, не скрывая своего открытого интереса к моей персоне. А отец наблюдал за нами со стороны и удовлетворённо кивал каждый раз, когда тот появлялся возле меня.

— Обрати внимание на Зотова. Он очень умён и перспективен. Я взял его к себе на работу, и парень очень удивляет меня своими суждениями, — настаивал родитель.

Я отмахивалась, смеялась и снова повторяла, что люблю Егора.

— Любовь не вечна. Он не сможет обеспечить тебе достойное будущее, — приводил отец новые аргументы.

— Вместе обеспечим, — снова сопротивлялась я.

— Поиграется и бросит, — душил меня страшными прогнозами, но я лишь улыбалась, не допуская такой вероятности.

Однако не прошло и трёх месяцев, как выяснилось, что отец оказался прав.

Егор внезапно остыл, а затем и вовсе заявил, что я ему наскучила.

— Ну, и что я говорил? Я оказался прав! — отец давил авторитетом. —Теперь отбрось глупости и присмотрись к Илье. С ним ты будешь как за каменной стеной.

Я вновь пошла на поводу у родительской воли, убеждая себя, что отец не может желать мне зла.

В голове постоянно крутилась старая поговорка о том, что «стерпится — слюбится» и я искренне верила в то, что такое возможно.

Только спустя семь лет, снова встретив Смирнова, такого чужого, но одновременно родного, я поняла, что и не стерпится, и не слюбится.

Егор одним своим присутствием вырвал меня из затянувшегося анабиоза, заставив признать горькую правду: я, поддавшись на уговоры отца уничтожила свою собственную жизнь.

Глава 6

Я меряю шагами комнату, тщетно пытаясь переключить внимание на лепет дочери.

После ухода Смирнова внутри всё клокочет от избытка чувств, и я никак не могу успокоиться.

Пробую прилечь рядом с Алисой и подремать, но стоит сомкнуть веки, как перед глазами снова возникает Егор.

Я пытаюсь прогнать его из мыслей, но разговор об аварии и Илье не позволяет мне отключить ощущение надвигающихся проблем.

— Мама, а кто этот дядя? — спрашивает дочь, проснувшись после обеденного сна. Она, на удивление, не забыла о незнакомце.

Не успеваю ответить, услышав входящий звонок.

— Привет, мам.

— Привет. Лада, всё нормально?

— Да.

— Тогда что с твоим голосом? — мама чувствует меня.

— Ничего. Ты хотела поговорить?

— Да. Я хотела спросить: как у вас с Ильёй? Не ладится?

— С чего ты так решила? — удивляюсь такому заявлению.

— Чувствую. Значит, правда не ладится, — вздыхает. — Лада, я не хотела тебе говорить, но он звонил мне на днях.

— Да? Не знала. А что он хотел от тебя?

— Наверное, поддержки. И чтобы я поговорила с тобой.

— Мама, мы взрослые люди, и сами разберёмся в своих отношениях, — не хочу грубить маме, но иначе свои границы обозначить не получится.

— Прости, да, я знаю. Но я хочу только добра.

— Ладно, говори, что ему было нужно. — Сдаюсь, снова уступая.

— Илья сказал, что ты с ним очень холодна.

— Он сам виноват.

— Да, но разве ты не помнишь, чему я тебя учила?

— Помню. Что я должна уметь обеспечивать своему мужу уют, комфорт, — закрываю глаза и перечисляю всё, что мне закладывали с детства как мантру. — А ещё, что много зависит от женщины.

— Верно. Всё это очень важно.

— Мам, а как же я? — тихо спрашиваю я.

Она оставляет мой вопрос без ответа. Мне кажется, она даже не осознаёт глубинной сути моего вопроса.

— Поясни. О чём ты?

— Как же я сама? Что должен мне в ответ мой муж кроме денег? Которых, кстати, не так много, как он вам говорит.

— Лада, вам не хватает? — чувствую, как мама замирает.

— Хватает Но...

— Тогда о чём речь?

— Я об отношениях. Человеческих. Где есть двое: муж и жена. Где есть уважение к партнёру, участие в его жизни.

— У вас дочь! А значит, никаких «двое» больше не существует, — пресекает мама мои размышления.

— Мам, помнишь Егора? — перевожу тему и вступаю на зыбкую почву. Мне так хочется поделиться с ней своими чувствами.

— А он здесь при чём? — Не нужно видеть лица родительницы, чтобы почувствовать, как она замерла.

— Я случайно встретилась с ним и...

— Стоп! А вот с этого места поподробнее. То есть дело в нём?! Потому ты так охладела к мужу? Только не говори, что ты уходишь к нему? — в голосе мамы появляются нотки страха.

— Нет. Конечно, нет. Но я сегодня вдруг поняла, что совершила ошибку, выйдя за Илью. Зря я тогда так

— Что ты такое говоришь?! — повышает тон. — Прекрати!

Слушая маму, я чувствую, как между нами вырастает глухая стена, пробить которую невозможно.

Хотя теперь мне всё чаще кажется, что она существовала между нами давно. Только я этого не замечала.

Мы разные. И это нужно признать. А ещё смириться и перестать доказывать друг другу, что каждый из нас прав.

— Ладно, мама. Меня дочка зовёт, — обманываю её, желая закончить разговор.

— Лада, не вздумай признаться Илье, что виделась с Егором. А я сделаю всё, чтобы об этом не узнал отец.

Попрощавшись с мамой и стараясь отвлечься от навязчивых мыслей про Егора, не сразу замечаю, как телефон разрывается от уведомлений.

На экране высвечивается целая цепочка:

«Лада, нам надо срочно увидеться».

«Попроси маму посидеть с дочкой и дуй в ресторан Пингвин!».

Следующее, более требовательное: «Ответь на звонок!».

Ну а последнее как крик: «Это касается твоего мужа!».

— Привет. Что случилось? — звоню подруге.

— Привет, — чувствую, что голос Наташи очень взволнован. — Ты игнорируешь мои сообщения. Прочитай!

— Прочитала. Что случилось?! — повторяю вопрос.

— Я сейчас сижу в ресторане с девчонками, а недалеко от меня сидит твой муж. Он не один. Он в компании какой-то девицы.

— Илью?! — переспрашиваю, не веря своим ушам.

— Ну да, а у тебя что ещё с какой-то есть муж? — пытается пошутить.

— Нет, его ты видеть не можешь. Он на работе, — уверенно говорю в ответ.

— Они все так говорят, — усмехается на мои слова. — В общем, некогда болтать. Думаю, тебе лучше приехать.

Между нами повисает неловкая пауза. Я мешкаю, потому что не могу поверить в слова подруги. Хотя, с другой стороны, я никогда не ловила её на лжи. С чего вдруг ей врать мне сейчас?

— Алло, Лада, ты приедешь? Или или, если не хочешь, сделаем вид, что я тебе не звонила?

— Нет, зачем. Сейчас попрошу соседку, чтобы она посидела с Алисой, и приеду.

— Жду! — удовлетворённо отвечает Наташа.

Глава 7

Пока я добираюсь до ресторана, подруга успевает скинуть мне несколько фотографий, где мой благоверный сидит с какой-то дамой.

Они довольно далеко от Наташи, но я не сомневаюсь, что это Илья.

Меня накрывает очередное возмущение. Нет, не из-за того, что он встречается с какой-то девицей, а потому что он мне врёт.

Нагло и без всякого стеснения.

— Лада, только пожалуйста, не переживай. Мы всё выясним, — начинает уговаривать меня подруга на входе в ресторан.

— Наташ, нормально всё. Спасибо, что позвонила.

— Если что, он меня не видел. — Тараторит она. — Я к нему не подходила, наблюдала издалека. — Смотрю на подругу и не понимаю, почему она так нервничает.

Наташа переминается с ноги на ногу, кутаясь в тонкое пальто, и выглядит так, будто это её сейчас поймали на измене, а не моего мужа.

— Наташ, ты чего так волнуешься? Перестань! Это я, как жена нервничать должна, но никак не ты.

— Как же мне не нервничать. Лада, я сначала тебе позвонила, а теперь жалею. Вдруг это деловая встреча? Или какая-то клиентка?

— Клиентка? Он не работает с клиентами. Не его уровень. Деловая встреча? В девять вечера в «Версале»? — я откровенно усмехаюсь. — С шампанским в ведёрке, которое я разглядела на твоём втором фото?

— Да, всё так. Но Теперь я чувствую, будто я сейчас разрушаю твой брак с Ильёй. А У вас ведь ребёнок

— Нельзя разрушить то, чего давно нет. Наташа, я бы на твоём месте сделала точно так же. Ни о чём не сожалей, — беру подругу за руку и стараюсь успокоить. — А насчёт ребёнка: иногда мне кажется, что дочери для него не существует. Так что

Перевожу взгляд с Наташи на вывеску. Пафосный и дорого отделанный фасад ресторана «Версаль» сияет огнями и буквально кричит о своей статусности. Это одно из самых дорогих мест в городе.

Место, где один только десерт стоит как одна четвёртая ежемесячного взноса за машину Ильи.

За ту самую машину, выплата кредита по которой постоянно задерживается.

Зайдя внутрь, оглядываюсь по сторонам и замечаю Илью. Он сидит вполоборота ко мне.

Коротко стриженный брюнет с резкими, почти грубыми чертами лица — тот тип мужской красоты, который с годами становится только статуснее и привлекательнее.

Нос с горбинкой, волевой подбородок, поджарое тело, которое идеально облегает дорогой, безупречно наглаженный костюм — и это всё мой муж.

Илья всегда очень нравился девушкам. Его манера держать спину, уверенные жесты, когда он поправляет манжету рубашки или лацкан пиджака — всегда производили нужное впечатление на окружающих

А ещё ораторское искусство. Им он владел в совершенстве.

Но кроме девушек он умел произвести впечатление и на поколение постарше.

В своё время на моего отца и маму он тоже произвёл. Да ещё до такой степени, что они были уверены: лучшей кандидатуры в мужья для меня не найти.

— Ну что же, пора. — Иду вперёд и замечаю, как ритм сердца начинает ускоряться.

— Мне кажется, она похожа на тебя, — пока я уверенно подхожу к нужному столику, Наташа успевает сказать мне то, что я сама заметила.

Я прищуриваюсь, рассматривая незнакомку. Светлые волосы, мягкий овал лица, даже манера наклонять голову при разговоре. Это почти моя копия.