Синткретический человек

— Да, одобрил. И согласен, потому что в этом есть смысл. Потому что вижу перспективу. А ты недослушал. Тебе предложено участвовать в эксперименте по внедрению синтетиков в нашу структуру. И это не те машины, что были раньше. Ну, в смысле функционала. Сами-то оболочки из Канады, ещё допандемийные разработки, а вот ПО уже новейшее, совместное с зарубежными партнёрами. Но есть и чисто наши дополнения. Самообучающийся искусственный интеллект. Твоя задача: научить его, в смысле, её… э-э… да всему, что знаешь. Считай, что тебе дали новичка.

— Если интеллект самообучающийся, то зачем мне её чему-то обучать? — упрямился Шон.

— Знаешь, как называли таких как ты в пору моей молодости? — вздохнул Додонов. — Душнила. Потому что хотелось придушить!

— Да? А я читал, что это потому, что людям от общения с занудами становилось вроде как душно.

— Ага. Настолько душно, что придушил бы.

— Я вас понял, товарищ капитан. Но если уж мы заговорили о занудстве — вы сказали «предлагают». То есть, я могу отказаться?

— Можешь. Но не откажешься.

— Почему вы так думаете? Я ещё чего-то не знаю?

— Ты знаешь всё. А я знаю тебя. Но решение, конечно, за тобой. Да, чуть не запамятовал: в Проекте ты, выходит, будешь ещё и наставником, поэтому тебе увеличат ставку. А по окончании испытательного срока твоей... гм... напарницы ты получишь старлея, хватит тебе уже с двумя звёздочками ходить. У тебя сутки на размышление. Позвонишь завтра вечером. Если в деле, в понедельник я вас представлю на летучке. Остальные пусть думают, что она чья-то, так даже удобнее. Ещё есть вопросы?

— Да. Почему Канада?

— «Синтея Хьюманс».

— И… что? Мне это должно о чём-то говорить?

— Изобретатели суперлатекса.

Шон покопался в памяти и вытаращил глаза:

— Они же производили интим-роботов!

— Лучших интим-роботов, — уточнил Додонов. — Их изделия позиционировались как полноценные спутники жизни. Но закон серьёзно ударил по сбыту, а потом Сдвиг. Пандемия, конечно, дала небольшой скачок в продажах, но потом началось сам знаешь, что. Много продукции зависло.

— То есть, для Проекта по дешёвке закупили списанный хлам? И почему я не удивлён?

— Я бы не назвал это хламом. Материал и правда, хех, фантастический. Столько лет пролежать на складе, а выглядит… увидишь, в общем. Откровенно говоря, я сам не ожидал. Это тебе не китайские или индийские поделки из борделей для извращенцев. И уж точно не боевые андроиды. Действительно высокие технологии.

— Но почему женщина?

— Не знаю, решение принимал не я.

«Ёбаная Маша, — с досадой подумал Шон. — Вот зачем меня так долго гоняли в последний раз. Хотя стоп!»

— Как меня могли допустить к проекту, если знают, что я был во Враце?

Этот небольшой болгарский городок печально прославился «бунтом» боевых дронов. Из-за непонятного сбоя батальон суперсолдат перешёл в режим самосохранения и стал воспринимать любого человека с оружием как угрозу. Тогда погибло очень много людей. Шон участвовал в ликвидации свихнувшихся машин и с тех пор с опаской относился ко всем синтам.

— Маша считает, что у тебя нет ПТСР.

— А я вот считаю, что есть.

— Ну, как я уже сказал, решать тебе, — Додонов забрал планшет. — Сутки на размышление, даже чуть больше. Жду твоего звонка до восемнадцати ноль-ноль завтрашнего дня.

Хотя Шон выпил немного, алкотестер в машине уловил запашок, и Старый ниндзя предупредил, что ехать можно только в режиме автопилота.

— Хорошо, вези домой, — вздохнул Шон.

Все его мысли, разумеется, вертелись вокруг нового назначения. И было их чуть меньше, чем сонм. Беспокоила даже законность самой операции. Синты, или синтетические люди, или искусственные люди, появились незадолго до Сдвига. Робототехника в XXI веке развивалась семимильными шагами. Как-то быстро исчезала неуклюжесть в движениях, походка всё больше копировала человеческую. Главной проблемой оставалась мимика, воспроизвести её казалось для машин невыполнимой задачей. Так было, пока одна японская корпорация не представила инновационный продукт — робота, которого невозможно было внешне отличить от человека. Для его создания использовали образ живой девушки. На презентациях они выходили вместе, словно сёстры-двойняшки. Зрителям предлагалось угадать, кто из них кто, делались ставки, но результат редко оказывался верным. Юми и Юри стали мировыми звёздами. А когда на помощь робототехнике пришли нейросети, эпидемия искусственных двойников захватила планету. Воспроизвести копию себя становилось всё более доступно. От открывающихся перспектив захватывало дух.

Надо сказать, что человекоподобных роботов создавали не только ради развлечения. Умные и ловкие машины помогали своим владельцам-инвалидам, следили за детьми, выгуливали домашних животных, выполняли рутинную работу по дому. В общем, стали полноценными помощниками. Но вскоре начали вылезать неприятности. Одна ушлая программистка обучила своего двойника основам поведения в человеческом сообществе и отправила на работу вместо себя. Коллеги заметили подмену только через несколько месяцев. Впрочем, робот не совсем заменял девицу, она периодически подключалась к нему, работая удалённо и вместе с тем как бы присутствуя в офисе. В компании поначалу отнеслись к такой выходке негативно, даже хотели уволить её за прогулы. Коллеги тоже не оценили столь хитрый манёвр: ты или работай из дома, или сиди вместе с нами. А один парень подал иск на компенсацию морального вреда. Мол, машина заигрывала с ним, и теперь он испытывает невероятные муки. Однако в головной конторе внезапно предложили официально трудоустроить робота. Пусть девушка сидит дома, а в кабинете синт. Потому что парочка работала эффективнее других сотрудников.

Прочие работодатели тоже узрели плюсы такого альянса. Появились целые офисы, где находились только человекоподобные машины. Причём необязательно двойники реальных людей. На работу принимали любого синтетика, если он подходил по определённым параметрам. Тот факт, что хрупкой девушкой мог управлять здоровенный мужик за сорок, никого не волновал. В этом тоже были свои плюсы: например, люди с ограниченными возможностями получили шанс жить более полноценной жизнью. Хотя порой это управление выглядело забавно. Роботы вели себя полностью как люди: отлынивали, спали на рабочем месте, воровали канцтовары, ссорились, сплетничали, дрались, флиртовали, занимались сексом и так далее. Заговорили о правах синтов. Норвегия и Аргентина первыми признали синтетиков новой разновидностью человеческой расы. За что, разумеется, были подвергнуты жесточайшей критике. Вспомнили о законах, предписывающих сообщать о том, что с вами общается искусственный интеллект. Следом начались более серьёзные проблемы. Роботы получали повреждения, а их владельцы требовали не только дорогостоящего восстановления, но и оплаты больничного. Отпуск, выходные, золотые парашюты*