П.Д.Г.

– Пришли координаты Верджила. Он в своём кафе. Построить маршрут? Или у вас есть деньги на транспорт? – поинтересовался Чувак.

– Сам дойду. Только заскочим по дороге кое куда. И музыку сделай погромче.

Сенд давно не заходил в эту часть Таиса. Здесь расположились туристические кварталы с их бесчисленными магазинчиками, ресторанчиками, подпольными игровыми залами и прочими увеселительными заведениями. А совсем рядом, через широкий променад, начинали тесниться элитные высотки, каждая – в своём уникальном, часто вычурном стиле, без единого архитектурного замысла. Вечный контраст был неотъемлемой душой этой космической станции.

Наёмник замер у входа в одно из многочисленных кафе. Здесь подавали исключительно блюда с Мезали – от восточных «высушенных Глаедов» до пресловутой травяной лапши, расползшейся по всей галактике. Когда-то Верджил удачно разглядел потенциал в этом месте и в счёт долга взял себе небольшое заведение, ещё до того, как квартал стал популярным.

Впрочем, всё это мало интересовало Сенда. Он неуверенно походил у входа, заглядывая в витрину, и лишь затем решился шагнуть внутрь. Его сразу встретила юная меза. Её зелёная кожа ещё не огрубела мелкими чешуйками, а на руках почти не было шипов.

– Здравствуйте, я могу вам помочь?

– О, эм… – Сенд ощутил явный дискомфорт. – Верджил хотел здесь встретиться… со мной.

– А, вы к прадедушке? Обойдите здание, там будет задний вход. Удачи.

Человек быстро кивнул и вышел. Зажмурившись на пару секунд и сжав кулаки, он выдохнул и направился в указанное место.

– А вы обладаете недюжей харизмой, капитан.

– Прадедушка. Ты слышал? А сколько они вообще живут?

– Нетактичный вопрос. Постарайтесь никого не оскорбить им. А в пересчёте на человеческие годы большинство мезов переступают порог в двести лет.

Наёмник остановился у узкой лестницы, ведущей в отдельный подвал. Закоулок был неприятным, зато неприметным. Он застыл, уставившись на железную дверь и прокручивая в голове возможные варианты развития событий. Потрогав заряженный бластер на бедре и перепроверив содержимое карманов плаща, Сенд постучал.

Глухой стук разошёлся по металлу и затих. Камера над дверью щёлкнула, фокусируясь на госте, и он невольно отступил. Тут же сработал механизм, и по звуку отключилось несколько защитных систем. Дверь приоткрылась.

Осторожно войдя в длинный коридор, он увидел в его конце старого меза в кресле-коляске.

– Безбашенный, не бойся, это я. Только закрой дверь.

Пришедший не торопился саморучно лишать себя пути отступления:

– Что происходит, Верджил?

– Снаружи никого не видел? Не хочу, чтобы сюда зашли посторонние. Ну, проходи, могу предложить тебе выпить, интересно такое? Мы сверху заказали еды, пока тебя ждали. Чего хочешь?

– Кто «мы»? – Сенд продолжал стоять у входа, придерживая дверь.

Верджил слегка смутился:

– Ну, идём, познакомлю. Ха, а прозвище тебе и правда не подходит. Просто доверься. Сколько мне по-твоему должны были бы заплатить, чтобы я попробовал тебя прикончить? В самом то деле…

Нехотя Сенд отпустил дверь и медленно двинулся вглубь. Вблизи Верджил казался ещё старше, чем по видеосвязи. Толстая, морщинистая кожа покрыта грубыми чешуйками, а шипы от плеч до кистей закостенели от времени.

– Напоминаю про взрывчатку, – бросил Сенд, следуя за фиксером в предпоследнюю комнату коридора.

В помещении стоял большой стол, за которым сидели остальные гости. Наёмник настороженно окинул их взглядом. Ближе к выходу – девушка с завязанными глазами и сиреневой кожей, за спиной у неё виднелась рукоять меча. В дальнем углу – седой зариец, чьё татуированное тело скрывал плащ, оставляя на виду лишь недоброе лицо. Рядом с ним – ещё один молодой мез.

– Девушка-полукиборг опасна. Зариец вооружён. У меза справа – пистолет, – мгновенно просканировал комнату Чувак.

– Итак? – протянул Сенд.

Все смотрели на него, пока Верджил не проехал вперёд, заслоняя гостя.

– Сенд, присядешь? Тут принесли, как бы вы его назвали, лимонад. Только с нашей планеты и без лимонов. Может, есть хочешь?

– Не, спасибо. Лучше о заказе. Я могу как-то насолить Сероглазке?

– Ему можно доверять? – раздался стальной голос зарийца.

– Простите, а вы же Безбашенный? – спросил молодой мез. – Разве не вы в Пустой войне взрывали флотилии под управлением Нуля?

Он выглядел юным и смотрел на Сенда с восторгом, но тот лишь неуверенно покачал головой.

– Спокойней, прошу, – вмешался Верджил. – Сенд – мой давний приятель, а кем он был – неважно. Знакомьтесь: это мой внук Оутум, учу его промыслу. Это Нош-Хаот, наш заказчик и сопроводитель. А эта особа… прости, если оскорбил, Тезара.

– И кто она?

Девушка, несмотря на повязку, не отводила лица от наёмника, и он старался лишний раз не встречаться с ней взглядом.

– Та, кого сопровождают. Им нужен хороший проводник и капитан.

Услышав это, Сенд тут же отрезал:

– Что? Нет, спасибо. Верджил, у меня было всего одно условие. Одно. Простое. Условие. Слышишь? Не работать с людьми! Неважно, какой расы. Воровать, убивать, взрывать – что угодно, кроме одного! Но ты, блин, специально позвал именно меня.

– Безбашенный, а как же твоя бывшая команда? – встрял Оутум.

– Не смей! – Сенд зло посмотрел на юнца.

Расслабленного парня с йо-йо будто подменили. Теперь он видел во всех в комнате врагов, каждый из которых мог в любую секунду выстрелить или броситься с мечом. Мысленно он уже продумывал, как открыть дверь и обойти подготовленные ловушки.

– Да, я позвал именно тебя, Сенд. Эта девочка способна уничтожить не только Хэтхо с его бандой, но и «Милвори», на которых они работают.

– Пф! Что, ту самую пресловутую корпорацию зла? – ехидно спросил человек, положив руку на пояс.

– Ничего смешного, – проворчал Нош-Хаот. – Твоя задача проста: провезти нас по нескольким точкам в галактике, не используя прыжки и станции перемещения.

– Восхитительно. На станциях вас распознают, а прыжки привлекут внимание на радаре? В этом причина? То есть, вы и от СОВ скрываетесь?

– Сенд, тут дело в том, что информация – это хорошо, но не в этом случае. Здесь знания лишь навредят. Да, дело не похоже на то, к чему ты привык, но и цену ставь сам. Любую.

Но Сенд оставался непреклонен:

– Прости, Верджил, но это чертовски подозрительно. Я ухожу.

– Так и знал, – Нош-Хаот вздохнул и тут же достал из-под плаща винтовку.

В ту же секунду Сенд схватил молодого меза и прикрылся им.

– Все замерли! – крикнул Верджил, единственный, кто оставался без оружия. – Или отсюда никто живым не выйдет.

– Вот тут ты прав, – Сенд расстегнул пальто, обнажив жилет смертника. Взрывчатка опоясывала его торс, а один из проводов уходил под кофту. – Мед-игла воткнута прямо в сердце. Если оно остановится – всё взлетит на воздух!

– Боже мой, так ты не шутил?! Сенд, ты совсем поехавший?

– Я же два раза предупредил, с чего мне шутить?! Чего ещё ты мог ожидать?

– Если выстрелить в мозг, сердце ещё проработает некоторое время, – не опускал винтовки Нош-Хаот.

– Да ни фига! Наступит кислородное голодание, и электрические импульсы прекратятся!

– А разве не сердце перегоняет кислород? – предположил Оутум в захвате наёмника.

– Да, но мозг без сердца не работает, значит, я прав, – парировал зариец.

– При чём тут это? Если ты прострелишь мне голову, я умру. У мёртвых сердце не бьётся!

– Бывают исключения, – Оутум оказался плохим заложником.

– Так может, проверим? – Нош-Хаот слегка надавил на курок.

– Ну давай!

Тезара вдруг встала:

– Хватит. Безбашенный, ты нам нужен.

Зариец тут же, словно по приказу, опустил оружие. Сенд, ошеломлённый, ослабил хватку, и юный мез вырвался.

Верджил с облегчением вздохнул:

– А теперь давайте без насилия. Сенд, что ты хочешь за эту работу?

Наёмник неотрывно смотрел на лиловое лицо девушки. Та, в свою очередь, была повёрнута к нему, и, если бы не повязка, можно было бы подумать, что она смотрит прямо ему в глаза. Он помахал рукой у неё перед лицом, но безрезультатно – лишь вызвал рык зарийца:

– Тезара тебе не игрушка. Быть может, она единственная, кто спасёт нашу галактику.

Эти слова были услышаны:

– Теперь вам точно придётся рассказать, во что пытаетесь меня втянуть. – И Сенд наконец присел за стол.

На мгновение ему показалось, что Тезара улыбнулась. Но, взглянув на скалящегося Нош-Хаота, он отбросил это впечатление.

– Почему Верджил знает детали, а я нет? Ладно он, но пацан тоже в курсе?

– Потому что я курирую миссию, а Оутум помогает.

Сенд развёл руками:

– Тогда я весь во внимании.

Прежде чем зариец заговорил, это сделала девушка:

– Ты прав, заслуживаешь знать правду. Слышал что-нибудь про «кукол»? Профессиональные убийцы, преданный расходный материал для корпораций. Готовы отдать жизнь за хозяина и добраться до жертвы любой ценой. Просто функция, которую не жаль списать. Таких, как я, и взяла твоя «корпорация зла».

В годы Пустой войны они спонсировали все стороны и собирали древние артефакты. Как-то раз им попался странный сигнал из ниоткуда взявшегося разлома. Милвори нашла сразу несколько таких аномалий – назвали их «туннелями». Энергия оттуда была на порядок сильнее, чем у обычных артефактов предтеч. Эти туннели пересылали друг другу неопознанные сигналы, а корпорация в это время искала способ попасть внутрь. И, конечно, тех, кого не жалко будет туда отправить.

Поэтому мы подходили. И недавно «Милвори» нашли ключ ко входу в разлом. Но их эксперименты привели к тому, что туннели стали лишь нестабильнее, всё активнее пересылать сигналы.

– Что за сигналы?

– Неизвестно. Но в зоне разломов люди испытывают одни и те же галлюцинации. Передаваемая тень мощной энергия растёт, и, возможно, уже сейчас её потенциальная опасность больше, чем у всех артефактов вместе взятых. Но «Милвори» продолжают провоцировать выбросы. Поэтому их нужно остановить.

– Почему вы не сообщили СОВам? И почему уверены в опасности, если остальным нет дела?

– Союз закрывает на это глаза. «Милвори» их ослепили. Любое вмешательство может спровоцировать агрессию. Но то, что скрывается в разломе… – Тезара замолчала на мгновение, будто вспоминая что-то. – Видения, словно предвестник беды. Мы можем оказаться просто не готовы к такому.

Сенд зачесал волосы назад и сцепил ладони на затылке:

– Не верю. И не в то, что те гады готовы рискнуть миром ради ещё большей власти, а в тебя. Приученные с детства убивать не улыбаются тем, кто готов подорваться со всеми в комнате, и уж тем более не спасают вселенные по доброй воли. Ещё в твоей истории слишком много пробелов, это от незнания или ты просто ещё не придумала?

– Я не могу видеть бомбу, но могу видеть человека, который её надел. Нам не поможет никто, кроме того, кто хоть и озлобился на мир, но ещё не полностью от него отвернулся.

Верджил наконец вмешался:

– Хорошее это дело или плохое – тебе ведь всё равно, на чьей стороне стоять, лишь бы направить кулак на Хэтхо и его хозяина.

– Допустим. А он кто в этой истории? – Сенд ткнул пальцем в Нош-Хаота, снова дразня его.

– Тот, кому не всё равно. Я работал в «Милвори» и помог сбежать Тезаре. Достаточно для легенды… Безбашенный? – Последнее слово прозвучало с пренебрежением.

– Чувак? – Сенд отвёл взгляд и жестом попросил паузу.

– Классическое спасение вселенной, где без вашей помощи всё пойдёт прахом. Но, если вам интересно моё мнение, это приключение может помочь вам снова вернуться к жизни.

– Ну, тогда да здравствует веселье. – Наёмник неловко улыбнулся собравшимся.

Everybody Wants to Rule the World – Tears For Fears

У переулка остановился раритетный четырёхместный эфиред. Более быстрый, более опасный и – что главное – на колёсах. С водительского места вышел ещё один мез, передал ключи Оутуму и скрылся за углом.

– Вряд ли ваши лица уже вывесили в розыск, – Сенд распахнул дверь новым спутникам.

Первым высунулся Нош-Хаот, окинув окружение настороженным взглядом, и лишь затем вышел. За ним последовала Тезара, а последним выкатился Верджил. Его коляска упёрлась в ступеньку – и сработали механизмы, колесо приняло угловатую форму для подъёма.

– Мог бы и летающую коляску купить, – Сенд услужливо придержал ему дверь.

Старый мез отмахнулся:

– Быстро разряжаются, а мой рабочий день дольше. Механика – вот вечная классика. Оутум вас довезёт, только скажи куда.

– Пыльный пригород. Знаешь? – Сенд посмотрел на молодого меза.

Тот кивнул и распахнул дверь пассажирам. Сенд занял место рядом с водительским. Верджил медленно объехал свою отреставрированную гордость, прощаясь с каждым и попутно любуясь транспортом, пока очередь не дошла до окна наёмника:

– Сенд. Спасибо, что поверил. Чтобы ты ни говорил – иногда нужно думать о тех, кто не может помочь себе сам.

Наёмник отвел взгляд:

– Может, «тем» стоило подумать о себе в первую очередь, чтобы не оказаться в такой ситуации? – Он потрогал след от мед-иглы на груди. – И ещё… Лучше избавься от бомбы. Не уверен, что умею их обезвреживать.

Верджил вздохнул:

– Не всегда получается так, как мы хотим. И не у всех. Ну ладно, ещё выйдем на связь.

Он легко хлопнул по борту, и машина тронулась.

Туристические кварталы светились вывесками, хотя до искусственного заката ещё оставалось какое-то время. Магазинчики и пешеходы мелькали за дорожным ограждением из силового поля. Некоторые прохожие останавливались посмотреть на проезжающую редкость. Раритетный Эфиред выбрал трассу, уводящую из города. Оутум построил маршрут и отпустил руль, разворачиваясь к пассажирам:

– А зачем вам в Пыльный пригород? Это же не наша территория.

Сенд неохотно буркнул:

– Там мой корабль.

Этот факт немного смутил собеседника:

– А где тот, что вы одолжили раньше?

– Та развалюха сломалась на краю открытой карты. Да и кофе там был отвратный. Поэтому едем за моим старым. Надеюсь, вернём.

– Почему? – спросила Тезара.

Наёмник ответил ещё неохотнее:

– Да я его как-то проиграл в гонке.

– Намеренно, – вдруг раздался голос Чувака в салоне.

Нош-Хаот схватился за оружие:

– Кто это?

– Здравствуйте, капитан зовёт меня Чувак. Хотя мой интеллект был спроектиро…

– Мой помощник.

– И напарник, – добавил голос из колонок.

Сенд кивнул.

– И друг.

– Как он подключился к радио? – Оутум тыкал в неработающие кнопки.

– Вообще-то, я подключился ко всей системе транспорта несколько минут назад, когда капитан соединил меня с ним.

Наёмник развёл руками:

– Не люблю кататься без него.

Тезара наклонилась вперёд, ближе к человеку:

– Вы с ним хорошо ладите. Ты полагаешься на него? Почему?

Сенду стало неловко. Он перевёл взгляд на её меч, сложенный до размеров кобуры.

– Это же ИИ-помощник, как иначе?

– Я его спасаю и веселю.

– И бесишь. Думаю, нам нужна музыка.

– Погоди. Что с кораблём? Как это – проиграл? – Нош-Хаот тоже придвинулся.

Сенд, глядя на зарийца, потрогал гарнитуру и начал подпевать нарастающей внутри салона музыке:

– Таков мой собственный замысел, это моё собственное раскаяние…

Он старался не смотреть на девушку сзади, но та не давала покоя. Почему она, в отличие от телохранителя, ни разу не доставала меч? Как ориентируется, не видя? Её раса была незнакомой – черты локтийки смешивались с земными, но не являлась ни тем, ни тем. А был ли хвост? Так и ее скажешь – под плащом не разглядеть.

Сенд начал разглядывать её украдкой, пока взгляд не встретился с её лицом – снова повёрнутым к нему. Сенд поспешно отвернулся, но было поздно.

– Спроси, если интересно.

– В другой раз.

Вскоре машина выехала из каменных джунглей в пустовавшие и заброшенные районы. Здания здесь были старые, а улицы давно не светились рекламами. И почти наверняка, у каждого прохожего, провожавшего машину взглядом, была при себе пушка.

– Нам к старой полосе, – Сенд проверил заряд своего бластера. – Оутум, только не возвращайся той же дорогой. Тебя могут ждать.

Мимо пронеслись радициклы, поднимая пыль и ветер. Один из них пристроился рядом, заглядывая в стёкла. Наёмник жестом указал куда тот может ехать, и всадник, усмехнувшись, рванул вперёд.

– Дыра даже по меркам Таиса, – Нош-Хаот зорко следил за округой.

– Именно. Нам, кстати, за ними.

Эфиред съехал с основной дороги, где была постоянная зарядка, и перешёл на ручное управление. Они миновали последние следы цивилизации и выехали на заброшенную взлётно-посадочную полосу. Когда-то здесь садились первые звездолёты, теперь же территория принадлежала гонщикам. Их маршруты петляли через городские трущобы и пустынные, незастроенные окраины и даже сквозь цивилизованный уголок. Чем опаснее – тем лучше, и нет придела совершенству.

Машина припарковалась рядом с выстроившимися на старте манёвренными стрэтчами и радициклами с тюнинговыми ускорителями. На смотровой площадке, где толпились ставщики, выделялась одна фигура – высокая женщина в роскошных экзотических мехах. Она заметила прибывших, указала на Сенда пальцем и поманила к себе.

– Выглядит жутко, – прошептал Оутум. – Безбашенный, ты её знаешь?

Наёмник молча вышел из машины. Толпа у подножия площадки расступилась, пропуская его по ступеням.

– А нам что делать? Ну вот почему он просто ушёл? Я же не оставлю дедушкин эфиред!

– Это его проблемы, пусть сам и разбирается, – проворчал Нош-Хаот.

Внезапно Тезара тоже вышла и направилась через толпу. Зарийцу пришлось последовать. Оутум лишь успел изнутри захлопнуть дверь на замок:

– Что ж, я подожду тут.

Девушка догнала Сенда, когда тот бормотал себе под нос:

– Сократить маршрут?.. Ладно, какие ещё варианты? – Он обернулся. – Ты куда?

– Мы напарники. Если ты помогаешь нам, то и мы тебе.

Троица поднялась наверх, откуда открывался вид на городскую стену с одной стороны и край Таиса с силовым полем – с другой.

Их встретили охранники и женщина в мехах:

– Безбашенный? Не говори… – она щёлкнула пальцами, – вернулся за «Амадеусом»?

– Безбашенный в прошлом. Пока что просто Сенд. Я могу получить его обратно?

Женщина рассмеялась, мелькнув таблеткой эмоцалина за губами:

– Как я откажу тебе в шансе его выиграть? Ты сделаешь мне шоу! Но что поставишь на кон?

Наёмник ожидал этого:

– Семьдесят эдо. И себя.

– На кой мне «Сенд», если он больше не Безбашенный? Ты уже пользованный материал, – она взглянула на его спутников, – а вот она будет… полезнее.

– Исключено, – отрезал Нош-Хаот.

Сенд решил поторговаться:

– Внизу стоит славный эфиред. С водителем в придачу.

– Не играй со мной. Мне нужна преданность, а не роскошь. Не побрякушки приносят деньги, а люди.

– Сказала та, что обвешана мехами вымерших видов. К слову, негуманно. Ну же, королева гонок, почти сотня эдо – серьёзная ставка.

Та покачала головой. Тогда Тезара шагнула вперёд:

– Я буду залогом. Но он не проиграет.

– Обожаю настроенных на сотрудничество. – восторженно сказала женщина. – Но это гонка на двоих. Кто твой напарник, Сенд?

Тот взглянул на закат, где поблёскивал бордовый корабль средних размеров, похожий на ромб со срезанными углами. Его «Амадеус».

– О да, это он. Управление, говорят, было расстроено. Ты то хоть сам им правил?

– Нош, ты будешь…

– Нет. – отсёк зариец.

Тогда наёмник посмотрел на Тезару:

– Эм… Тезара…

Зариец снова встрял, теряя самообладание:

– Даже не думай! Ты безответственный тип, но её не впутывай в свои проблемы! Мы платим не за то…

– Остынь, малыш! – по знаку королевы телохранители навели оружие на зарийца. – Спроси её ещё раз, ездок без прозвища.

Сенд повернулся к девушке:

– Мне просто нужен номинальный второй игрок. Ничего больше. Посидишь, почувствуешь скорость, ветер в волосах и свобода, всё такое. Оутума я не уговорю, а Нош, кажись, хочет меня прибить.

Тезара чуть улыбнулась:

– Я всё сделаю. Но после победы у меня будет просьба.

Сенд ответил улыбкой, в глазах вспыхнул азарт. Он повернулся к королеве:

– Нам стрэтч, пожалуйста.

Как только в заезде появились новые имена, ставочники зашептались. Королева гонок предоставила гостям манёвренный транспорт, о котором её и попросили, но добавила на старт и пару своих участников. У каждого мотоцикла было по двое всадников. Один ведёт, другой стреляет. Трасса пролегала через пустошь, переходящую в мусорные свалки, заброшенные улицы и делала крюк до центра Таиса с его оживлённым движением и множеством кварталов.

– Обществу не нравилась экосистема на своей планете, и поэтому они создали её подобие в открытом космосе. – Сенд посмотрел на незастроенные просторы, цепляя жетон айро-покрова на спину девушки. – В общем, держись крепче. Если повезёт, они в нас даже не попадут.

Оутум, как ему и сказали, уже уехал. Нош-Хаот остался на смотровой площадке и молча злился, пока не подсел к зрителю с биноклем с тремя окулярами :

– Эй, ты. Кто здесь перспективен?

Белокожий трёхглазый наблюдатель оторвался от прибора:

– Эм, если хотите на кого-то поставить, лучше поторопитесь. Букмекеры вот-вот начнут пересчитывать проценты. Если вы тут впервые, берите тех, что под вторым номером – их главная поставила в последнюю минуту.

– Нет. Что про этих скажешь? – Он показал на свою команду.

Собеседник посмотрел в свой прибор:

– Новички, кажется. Не знаю, не видел их раньше, да и стрэтч стоковый. Не стоит.

Сбоку рассмеялся другой азартный игрок:

– Любители! Мне сказали, что это Безбашенный вернулся. Впрочем, да, даже так он не стоит риска.

– Почему? – прорычал Нош-Хаот.

– Да сдал он. Где-то год назад забил на правила и стал просто нападать на всех участников. А потом ушёл, наверное, сам понял, что больше не тянет в одиночку.

Белокожий ахнул:

– А, этот парень! Тогда я тоже его знаю. Да, жаль. Раньше гонялся с какой-то девчонкой, а потом, видно, поссорились. Хм, а это новая или старая? О, кажется, начинается!

Зариец взял бинокль и стал смотреть за участниками сам.

– Чувак, тебе придётся показывать оптимальный маршрут. – Сенд поправил солнцезащитные очки, в стёклах которых уже отображался финальный отсчёт.

В первую же секунду моторы заревели, и клубы дыма скрыли стартующих. Наёмник почти сразу оказался в хвосте и пристроился в воздушный карман за более быстрыми соперниками. К несчастью, его заметили, и соперник спереди стал в него целиться. Сенд тут же свернул с траектории и выстрелил сам. Лазер не пробил вражеский щит.

Ровная полоса закончилась, началась бугристая дорога, замедлявшая все радициклы. У стрэтчей тут было преимущество за счёт лучшей гравитационной устойчивости.

Наёмник поравнялся с теми же соперниками, но не успел он ничего сделать, как сбоку блеснуло лезвие меча, с лёгкостью проткнувшее радицикл соперников. А вражеский стрелок лишился руки в ту же секунду, как прицелился в героев.

– Ух ты. – Слова Сенда унёс ветер.

Он рванул на крутой подъём, и они взмыли в воздух. Водитель включил заряженное ускорение, и стрэтч пронесся вперёд, грубо приземлившись неподалёку от начавшейся перестрелки. Чтобы не провоцировать новое столкновение, по крайней мере сейчас, Сенд снова ушёл в сторону, взлетая на очередном трамплине. Несколько таких прыжков принесли ему не только боль в пояснице, но и преимущество, оставляя сразу нескольких участников позади. Но пустыня кончалась, впереди высились горы мусора.

– Эй, хочешь что-то крутое? – крикнул он назад. – Когда подлетим, потрогай световой шлейф.

Наёмник подпрыгнул на последней кочке, а Тезара протянула руку назад, пытаясь коснуться следа. Уже приземляясь на груду хлама, она крикнула:

– Я ничего не почувствовала! Что-то не так?!

– Не-а, так и должно быть! Но… просто представь: ты только что потрогала почти что солнечный ветер, сталкивающийся с магнитным полем! Разве не круто?

– О! – она вдруг рассмеялась. – Тогда да, это круто!

К ним подъехал ещё один стрэч и атаковал, закидывая бомбами. Сенд завилял, уклоняясь от взрывов, и начал палить из бластера наугад. Девушка перехватила из его рук оружие и метким выстрелом подорвала бомбу, ещё не успевшую покинуть руку атакующего. Вражеский мотоцикл тут же разлетелся на куски.

Сенд почувствовал, как бластер вернулся в кобуру, и рванул в расщелину между двух мусорных холмов, где дорога была получше.

Нош-Хаот следил за гонкой через видавший виды экран, выделенный для гостей смотровой площадки. Первые участники уже выехали со свалки на улицы заброшенных кварталов. Время от времени, после выбывания очередной пары, раздавались истеричные крики и ругань. Кто-то лишался всех денег, а кто-то – и тех, что занял. Для гордого зарийца это было паршивое и грязное место. Как, впрочем, и для большинства.