Философия развития и религия разума. Свободный полёт. Том 2

Виталий Иванов

Философия развития и религия разума. Свободный полёт. Том 2

Религия Разума

Философия и религия

Фундаментальные общечеловеческие концепции, касающиеся самых основ мироздания, развития Вселенной, начала ее и конца, могут быть выражены с одинаковой полнотой через различные и даже, казалось бы, исключающие друг друга системы понятий: материализма – идеализма, атеизма – религии… Разное понятийное оформление, суть – одна.

Все мировоззрения, создаваемые сотни и тысячи лет лучшими из людей, различным образом отражают единый наш мир, общий для всех, и предлагают различные способы нашего бытия, познания и развития сущего.

Задачи философии и религии одинаковы. Они призваны дать людям такое мировоззрение, которое максимально отвечало бы объективному назначению человека и человечества, нашей мировой Миссии. С этим мировоззрением должно быть удобно и эффективно жить. Оно должно давать направление жизням, ориентировать их на уверенное и соразмерное развитие Целого.

Религия – естественная, органичная форма объяснения мира, имеющая глубокие корни еще в природе до человека.

Ее появление тесно связано с возникновением психики и сознания, которые возможны только при наличии веры в то или иное объяснение сущего – всего, чему являемся мы свидетелями и в чем участвуем. Хотя бы простейшее объяснение: мир существует потому, что он существует! Но, чем выше сознание, тем сложнее вера его.

Уровень осознания Бога соответствует уровню развития вида и его положению в мире.

Религия – первая форма объяснения мира. Философия дополняет религию, ставя перед собою задачи не только объяснения, но и целенаправленного развития мира. В истинном понимании их высокого назначения между философией и религией нет различия и нет исторического разрыва.

Каждая нарождающаяся религия или же философия первоначально – гипотеза, предлагающая какое-то новое объяснение мироздания. Одни, немногие, выдвигают гипотезу, и, если та в каком-то смысле оказывается удобной, другие, многие, принимают ее и строят из гипотезы веру. Для всех.

Со временем вера вырождается в догмы и ортодоксию. Тогда возникают гипотезы новые, часть из которых опять становится верой. И так может быть – без конца!..

В последние времена учения о развитии мира, не помещаясь в рамках ортодоксальных религий, пошли по пути атеизма. Но отсутствие веры – самообман. Любое мировоззрение – схема идеального мира, построенная на вере в определенные взаимосвязи, только в какой-то мере подкрепленные опытом.

Утверждение, что «религия – порождение страха», оскорбительно для человечества. Не страх, а необходимость комплексного осознания, объяснения мира породила религию и, одновременно с нею, сознание. Атеистическое объяснение мира – просто другой вариант объяснения окружающего.

Животным и человеку для поддержания жизнедеятельности необходимо ориентироваться в среде. Для выживания и, тем более, преобразования мира сознанию нужны точки опоры, надо иметь достаточно стабильный мир идеальный, отвечающий материальному. И субъект строит его на каркасе из основных, краеугольных понятий – заповедей и аксиом. Этот каркас и есть вера, единая для многих людей. В рамках нее люди создают индивидуальные, динамичные структуры психики и сознания. Чем сложнее окружающий мир и организм индивида, тем обширнее, совершеннее вера. И, чем сложней вера, тем больше может она вместить индивидуальных, динамичных конструкций.

Религия – высшая форма веры. Она объясняет человеку, зачем он живет, работает, рожает детей, подкрепляет его, руководит им. Указывает наше положение в мире, ориентирует «я» во Вселенной, дает версию смысла существования.

К этому призвана и философия; но она расширяет стоящие перед человеком задачи. Мы должны не просто существовать, но познавать и развивать мир! – утверждает она.

Философия пытается объяснить то, во что принято верить.

Философия – синтез науки, религии и поэзии; поэтическая вера в науку; искусство на базе знаний своего времени прозревать будущее.

Философия – творение веры «научными методами».

Мировоззренческие концепции, которые не становятся верой, религией, называются философиями.

Материализм построен на субъективном, отталкивается от данных нам органов ощущений и разума – конкретной ограниченности самого человека и изобретенных им средств познания и развития.

Идеализм пытается расширить эти границы, перешагнуть через рамки доступного опыта, объединить представляющееся нам прерывным в единое, конечное и временное связать с бесконечным и вечным.

Материализм и идеализм – не антагонистические, но взаимно дополняющие друг друга концепции, которые могут быть слиты в одно единое мировоззрение.

Материя – основа всего. В том числе, человека. И в философии надо отталкиваться от базы – материи, а не от следствия – человека.

На протяжении истории, философски осмысливая мир, человечество, по сути, осуществляет познание материей себя самое. Развитие философских концепций, с одной стороны, являет собою приближение к истине (приближение структуры идеального мира к структуре мира материального), это – познание материального мира; а, с другой стороны, нацелено через развитие идеального (создание нового в идеальном) – на развитие материального мира.

Самопознание и саморазвитие материи являют собою два главных направления мировой воли и, в частности, философии активного мирового начала, достигшего наивысшего собственного развития в человеке.

В философии, как в религии, есть пророки, верующие и служители. Человек, создающий или открывающий новое, – пророк; не раздумывая принимающий что-то – верующий; хранящий и разъясняющий веру другим – служитель.

Такое разделение можно распространить на все сферы интеллектуальной, духовной человеческой деятельности.

И через тысячу, миллион или миллиард лет, какую бы форму ни принимал Разум, он, весь или какие-то его части будет верить, что Бог существует. Потому что и тогда останется необъяснимое и непознанное. Только когда необъяснимого не останется, наступит конец всему. Он даст Начало.

Право на развитие идеала

Окончательной религии не бывает.

Даже самые древние картины мироздания не исчезли, но сохранились как памятники человеческой мысли, звенья в цепи перевоплощений развивающейся идеи.

Гипотезы и откровения древних – звенья бесконечного ряда гипотез и откровений, устремленного в будущее. Наши предки так же, как мы, не обладали и не могли обладать истиной абсолютной. Домыслы об утерянном рае – мечты, обращенные в прошлое.

Человечество хранит все свои исторические заблуждения. Но с особенною любовью – те, которые на каком-то этапе развития представлений сыграли позитивную роль.

Только не верящие в себя, отчаявшиеся люди мечты свои устремляют в прошлое, а не будущее.

И философия, и религия призваны созидать идеал – человека, общественного устройства, гармонии мира. Не может быть идеала в статике, он развивается. Потому не может, не должно быть никакой «окончательной» философии или религии.

Первое право каждого человека и всего человечества – право на развитие идеала.

Мудрость – философия любви

Что такое философия? Древние говорили: она – любовь к мудрости.

Но что же есть мудрость? Может быть, философия любви?

А что тогда такое любовь? Разве она – не естественная мудрость природы и не философия лучших, прозревающих истинные цели Всевышнего, продолжающих, начатое когда-то и не должное с нами прерваться, нескончаемое Творение Мира?

Философия, мудрость, любовь – добрые ангелы Разума, через череду смертных людей, постепенно открывающего и строящего себя, Вселенную, Бога…

Конец света. Изобилие одного и того же

«Конец света» наступит, когда будет достигнуто бессмысленное и безрадостное, но, увы, для многих долгожданное «изобилие». Тогда не останется больше желаний – способность желать людьми будет утрачена, прекратятся страдания, никто не будет чувствовать собственной жизни, и исчезнут границы «я». Не будет зла больше в мире по отношению к человеку, потому что человека больше – не будет, ничего больше не будет, только – вечный покой!

Все тела остановят движение по отношенью друг к другу и сольются в одно, без размеров. Остановится движение в атомах. Не будет более изменений – ни химических, ни физических, ни внутриатомных. И все это будет достигнуто безмерной силою единого Разума.

Будет витать Дух среди плоти, ставшей субстанцией. Чей Он, что и зачем? Будет Бог вездесущ, плоть Его – всюду, и везде – Дух Его.

Так все и будет… А может быть, – и не так… Духа – тоже не будет! Везде – одна только субстанция, без структуры, пространства и времени. Не будет ни причины, ни следствия. И будет сие – высшей стадией «всеединства», потому что не останется уже никого и ничего не будет из многого…

Не будет времени, потому что, не будет никаких изменений. Застынет плоть, и Дух остановит движение. И воистину неизменен и абсолютен будет тогда Бог! Никто не сможет сказать – ведь никого больше не будет! – есть в мире плоть или нет ее; есть Дух или же Его нет; и есть ли, на самом-то деле, на свете Бог, где-нибудь в одном месте или – везде и повсюду? Все будет одно и равно себе, ничего не будет другого. И это будет конец всего, что когда-либо было… Ничего не останется, кроме – одного и того же!

Осуществится тогда мечта многих об «изобилии»… Но никто не вспомнит об этой мечте – некому будет вспомнить и не о чем! Ведь такой мечты – никогда не было, не было – ничего!

Даже света нигде не будет, но не будет и тьмы. И, может быть, это будет победа света над тьмою; а может быть, – тьмы над светом. Никто этого уже не узнает…

Не будет злого и доброго, любви или ненависти. Не потому что победит зло и ненависть или, наоборот, добро и любовь, а потому что, победит в мире – глупость, стремящаяся стереть все границы: между светом и тьмою, злом и добром, ненавистью и любовью; между странами и народами, идеями разными; между великим чувством одиночества Избранного и тупым единеньем толпы!..

И свернется небо, как свиток

Пророк сказал: «И свернется небо, как свиток…»

Оно – свернется! открыв дорогу вечным мечам, убивающим все живое. Все, что, ослепленный гордыней своей, без конца переделывал, перекраивал под себя и – вот: окончательно погубил человек. Не переделал он мир, а разрушил… Вместе с собою!

Тонка грань между злом и добром, и она – драгоценна, потому что соединяет Единое. Хуже всех тот, кто стремится эту грань уничтожить. Как можно дальше надо разводить зло и добро, а не пытаться стереть «одну сторону у медали».

Разорвав пополам веревку, увидим опять у каждой из половин два конца, только половинки станут короче. Так же – зло и добро, величину их уменьшают – одновременно.

Потому, бороться со злом надо, выращивая добро и ясно осознавая – не бывает одного без другого. Однако, понимая и то, что избыточная любовь влечет за собой смерти не хуже, чем самая лютая ненависть, оборачиваясь в чудовищную противоположность свою, страшней какой не бывает.

Радикальное уничтожение «зла» – наибольшее зло из возможного. Абсолютно искореняя зло, уничтожаем мы не его, а границы между злом и добром – необходимые перегородки для функционирования Целого как единого организма.

Уничтожив по отношению к какому-либо объекту все зло или же все добро, мы полностью уничтожим и сам этот объект. При этом сотрется и вся память о нем.

Конец света наступит, если вдруг уничтожат все зло, или же все добро – абсолютно. Тогда будет уничтожен наш мир, драгоценный разнообразием.

«Страшный суд» – «конец света» или «вечная жизнь»?

Удивительно, что апокалипсис или «конец света», конец нашего «христианского мира», версия которого описана в Откровении Иоанна, абсолютно логическим образом вытекает из проповеди Христа о любви, жертвенной и бездеятельной, беспредельной любви! Характерно, что именно апокалипсисом оканчивается Новый завет, да и вся Библия. Конец Библии, завершающая идея учения – конец света. Вот к чему, оказывается, мы стремимся!

Добровольная смерть Христа на кресте как бы рекомендует такую же судьбу человечеству, всем людям, всем жизням. Пожертвовать собой, умереть в любви к сущему, живому и неживому, распасться структурно, отойти в развитии как можно дальше назад, слиться в одно аморфное целое, без разграничения на индивиды, без «я», стать сразу всем – «землею и небом». Потом – может быть! – как-нибудь и воскреснем… В ином мире каком-нибудь. Или же – ни в каком. Никто ведь не знает!..

Даже и не хотят знать! Просто – «верят»…

Нет, если все умрут, – никто не воскреснет!

Откровение Иоанна или Апокалипсис – не тайная ли насмешка Апостола над людьми, слепо верующими во всемогущество Бога, который вовне нас, и забывающими о Боге, который внутри каждого человека?..

«Страшный суд» происходит в каждом из нас всякое мгновение жизни. По делам и мыслям своим мы накапливаем в себе награду и наказание, получаем, что заслужили.

Внутри нас самих «конец света» и «вечная жизнь». Умирая, мы выставляем поступки свои на «страшный суд» мира, который окончательно определяет, что же мы заслужили перед Богом, Вселенной. Лишь лучшая, нужная миру часть от нас остается, получая вечную жизнь. Остальное навсегда исчезает…

Сколько необходимого миру мы в себе создали, столько нашего «я» получит «вечную жизнь».

Не бояться страданий

Человек – Сын Божий, открывающий Пути и земли обетованные. Мы созданы, чтобы пробовать и находить; при этом, конечно же, – ошибаться. Потому ошибка – не «грех», а путь к истине. Не ошибается только мертвый. Чем человек активнее ищет свой путь, тем, соответственно, больше находит, но чаще и ошибается.

Ошибки приносят страдания, муки… Получается, человек создан для мук и страданий! Сначала преимущественно – физических, а с развитием мира, во все большей степени – нравственных.

Потому, не надо впадать в отчаяние от нравственных мук. Чем сильней мы страдаем, тем больше нам дано миром и в большей мере мы – люди, значимее для нас глубинные вопросы мироздания и бытия, познания и развития.

Может быть, с углублением и усилением наших страданий по поводу несовершенства себя и всего окружающего мы все больше соответствуем нашему назначению, лучше исполняем заданную нам миром Миссию.

Если бы человека из нашего времени вернули на тысячу лет назад, он еще больше не соответствовал окружающему и еще сильнее страдал. Но страдал бы уже по нашему миру, который казался ему несовершенным недавно.

Это искусственный вариант опережения внутренним идеальным человеческим миром мира внешнего, материального. Но и в обыкновенной реальности сознание человека всегда несколько не совпадает с действительностью, в чем-то опережая ее, а в чем-то, наоборот, отставая. Именно здесь – главная причина страданий! Но, если убрать несоответствие материального и идеального, жизнь и развитие прекратятся.

Если однажды человечество обнаружит себя удовлетворенным во всех отношениях, прекратится познание и развитие мира, человек успокоится в благополучии, превратится в безынициативное и аморфное нечто. Зачем миру такой человек? Разве это уже человек?

Нет, Бог создал людей страдающими. Страдание – наша судьба, неизбежное следствие высокого положения на ступенях лестницы эволюции. И, пока мы будем достойно принимать все страдания, исполняя задачи, соответствующие нашему уровню, не наступит для нас конец света. Не наступит он и для мира…

Нравственное страдание сообщает нам о возможности подвига.

Христос страдал больше всех. Но не только лишь на кресте, может быть, даже меньше всего – на кресте. Страдал Он – в течение всей своей жизни… Именно поэтому, больше всех Он был – Человеком и больше всех – Богом.

Неправильно, думаю, придавать такое значение смерти Его…

Жертва – не в смерти, прекращающей наши страдания, она – в мучительной жизни. Потому что жить – больно!.. Среди несовершенства этого мира, который мы можем улучшить лишь на малую толику, пройти всю жизнь до конца, творя в меру сил своих лучшее, наталкиваясь повсюду почти на равнодушие и непонимание ближних… Которым, если дано страдать меньше, то и меньше дано увидеть, понять. Не только – грязь и несовершенство, но и бессмертную красоту вечного мира!

Пройти свой Путь до конца – подвиг. Живи! Живи, мучаясь!.. По мукам своим обретаем мы счастье. Кто не знает труда и страданий, не испытает радости достижений, полноты бытия. Лишь тот, кто много и глубоко страдал, ощущал в полной мере и счастье.

Те же, кто, не выдержав, уходят из жизни, – слабы. Они не смогли узнать счастье лишь потому, что на пути к нему испугались соразмерной силы страданий.

Будем жить, сколько возможно, и – воздастся нам! Счастьем – за труд и подвиг, муками – за неудачи, ошибки. В этом – вся жизнь наша. Страдая и находя счастье, мы создаем ее сами.

Не бегите страданий! Не стыдитесь их перед собою или другими… Не стыдитесь страдать! Лишь через страдание – путь к счастью истинному.

Страдание более всего личностно. Только через него мы осознаем себя в мире как личности и познаем всеединство.

Принятие страдания снимает его. Если мы принимаем страданье как должное, оно не обременяет нас больше. Тогда удаляется наше «я», и мы становимся как бы надличностным разумом мира. Страдания и даже смерть нашего «я» уже ничего не значат для нас. Имеют смысл – не наши лично страдания, а все страдания и все счастье, что есть на Земле и в нашей Вселенной.

Не избегать страданий, а через собственные страдания возвыситься до страданий целого мира и помогать всем и всему. Вот – Путь человека, который становится одним из любимейших сынов и прекраснейших лиц единого Бога!

Животные – двигаются, чего-то хотят… Следовательно, и они тоже – страдают. Ведь желания и у них не всегда исполняются. Так же, как мы, они страдают и радуются всю свою жизнь…

Каждое «я» получает и отдает миру в меру назначенного ему. Мало кто находит силы в себе перейти очерченную от рождения грань, стать творцом, а не просто переносчиком жизни… Но здесь – высшее счастье и, соразмерное счастью, – страдание!

Исполним назначенное

В жизни человечества так много страданий из-за того, что люди еще не поняли своего назначения в мире. Не исполняя назначенного, мы мучаемся и не понимаем, отчего происходят наши мучения; не видим смысла жизни своей и, потому, не получаем от нее радости. Или получаем много меньше возможного… А именно – ровно столько, насколько используем наши творческие возможности. Мы причиняем зло друг другу и миру вместо того, чтобы свободно творить и радоваться плодам нашего творчества.

Животные страдают меньше, чем мы, потому, что исполняют мировое свое назначение. И они страдали бы еще меньше, если бы не то зло, которое вносят в мир люди, имеющие в отличии от животных сознание, способные выбирать, но неправильно избирающие собственный путь.

Жить – больно! Но надо жить, здесь, на земле. Дети Его, мы созданы Господом для строительства новой Вселенной, материальной и духовной, реальной, очевидной, очам видной Вселенной, а не для ожидания какого-то иного мира «загробного»!

Нам подарена воля, относительная свобода. Пользуясь ей, мы должны приложить усилия, чтобы найти в себе, проявить вложенную в нас миром Идею. Эта идея самым естественным образом оказывается нашей Мечтою. Реализовывая собственную Мечту, мы исполняем мировое свое назначение и, именно в силу этого, обретаем высшее возможное на Земле счастье.

Наша свобода воли состоит в выборе: искать собственную Мечту, исполнять Миссию или же нет; жить полною жизнью или существовать как-нибудь, не зная зачем, до последних дней своих каждый миг бессмысленно ожидая и боясь смерти.

Для ясного осознания Миссии требуется огромная внутренняя работа самопознания, для ее исполнения – огромная работа самореализации. Преждевременная смерть обрывает наши усилия на какой-то части предназначенного пути. Это ограничивает потенциальные возможности мира. Потому, каждый должен стремиться пройти свой путь до естественного конца.

Человек, реализовавший собственную Мечту и, соответственно, исполнивший Миссию, уходит из жизни без страха, отчаяния, сожаления. Он сделал все, что хотел и должен был сделать…

Подлинное бессмертие

Добровольная смерть – пример слабости, а не силы. Подлинная жертва, приносимая людям и богу, целому миру, не в преждевременной смерти – какой угодно, пусть самой мучительной, – но в долгой жизни, полной труда, поиска и страдания, длительного творческого страдания. Потому что, человек, созидая всю жизнь собственную Мечту, не может не страдать, видя отсутствие воплощения своего идеала.

Но, по мере наших страданий и, соответственно, глубине нашего самопознания и зоркости вИдения мирового несовершенства, а с другой стороны, по мере наших личных усилий в реализации Миссии, – мы обретаем счастье свое, видя плоды осмысленного, благословляемого миром и Богом собственного труда.

Ложная концепция жертвы, не имеющая под собою вразумительного обоснования и ведущая в большинстве случаев к неоправданному, искусственному прерыванию жизни людей, должна быть заменена концепцией исполнения миссии и полноты бытия, включающего в себя и счастие, и страдание. Полноценного бытия, позволяющего использовать все дарованные нам от природы возможности.

Страшна не смерть, но жизнь, прожитая напрасно. Оставь – и останешься. Люди, открывшие, сотворившие нечто новое, остаются в памяти людей века и тысячелетия. Это подлинное бессмертие, очевидное, очам видное, не требующее слепой веры в какие-то «иные миры».

Эти «иные миры» видели за всю историю человечества лишь немногие «избранные», которые ведь могли быть не всегда честны даже перед собою.

Все видят сны. Некоторые видят их наяву и даже заставляют себя искать что-то, для других вовсе невидимое. Но все-таки мало кто имеет самомнение такой силы и такую бессовестность, что отваживается заявлять о том, что именно его сны, а не другого какого-то человека и есть подлинная реальность, нечто такое прекрасное и высокое, что тысячелетия мечтает увидеть все человечество.

Жизнь – поступок свободного человека

Если тяжело жить и приходят мысли о тщете всех усилий, одиночестве, непонимании окружающих, подумай, может быть, это и есть величайшая жертва – неся муку отличия своего, прожить жизнь, непохожую на другие, до ее естественного конца? Что если именно ты избран нести сомнения не смиренного духа, не довольствующегося общепринятой схемой существования, ищущего и прозревающего отдаленные пути Разума?

Кто-то должен первым открывать новые двери, что бы за ними не находилось…

Не перекладывай ношу свою на других раньше времени, живи до конца. Ты избран – из многих!..

«Понимают» друг друга те, чьи сознания составляют какие-то пересекающиеся части общего идеального мира. Такие люди – а их абсолютное большинство – все могут найти общий язык. И только творец, всю жизнь созидающий новый, непохожий ни на что существующее мир идеальный, собственную Вселенную, обречен на постоянное одиночество, непонимание.

В этом – жертва, приносимая людям, Богу, Вселенной. Ради понимания индивидуального, которое становится частью общественного сознания, обычно, только после смерти творца, он во многом лишает себя взаимопонимания с другими людьми, и даже самыми близкими.

Приобщение к вечному после смерти, бессмертие… Конечно же, только его возможность, ведь, может быть, и – ошибка! Ну, а при жизни – будни труда, ожидание, жертва?.. И – только?

Нет! Найти собственное лицо означает стать лицом Бога. А это – наивысшее счастье, доступное смертному. Ни с чем не сравнимо наслажденье от собственных, ни у кого не заимствованных мыслей и ощущений.

Полнота бытия и жертвенность не совместимы. Поступок свободного человека может назвать жертвой только человек несвободный.

Так же не совместимы жертвенность и любовь.