Свинцовые волны

– Это понятно… – буркнул начальник управления. – Но делать-то что?! У нас есть недвусмысленный приказ Президента! От нас ждут конкретных результатов! Что я могу положить на стол Президенту через месяц?

Присутствующие на совещании переглянулись. Понятное дело, что надо что-то отвечать, брать на себя ответственность… Но в том, что им это припомнят – сомнений не было никаких! Пусть и не сейчас, пусть через год или даже больше – но ответка неминуемо последует. Большие деньги требуют уважения. А очень большие…

– Нам не простят резких действий, которые могут затронуть интересы крупного бизнеса… – осторожно высказался один из присутствующих.

– А бездействия нам не простит Президент! – возразил начальник управления. – И смею вас уверить, он-то точно ничего ждать не станет!

Присутствующие молчали.

– Короче! – подвёл итог начальник. – Ваши предложения я жду к вечеру! Совещание окончено!

* * *

Сэр Джеймс Регин больших постов не занимал. Да и странно было бы требовать от представителя древнего и знатного рода нахождения на государственной службе. Да и вообще – на какой угодно…

Предки сэра Джеймса достаточно в своё время сделали для короны, чтобы ни у кого более и не возникало даже мысли о том, что потомки этого рода должны вообще где-нибудь служить! В каком угодно качестве!

Но…

Вот делать что-нибудь «для души»…

Таковых запретов не имелось, да и быть их не могло.

И само собою разумеется, что подобные услуги щедро оплачивались заинтересованными лицами. Не как заработная плата, разумеется!

Так…

В знак благодарности…

Ничего не было зазорного и в том, что сей уважаемый аристократ встречался с очень многими людьми. В том числе – и с лицами, находящимися вне привычного круга общения. И порой – даже и вообще нигде и никем не признанными в качестве…

Да в каком угодно качестве!

А хоть бы и с бандитами – что тут такого?

По отношению к сэру Джеймсу они ведь ничего предрассудительного не совершали же?

А мнение окружающих…

Оно давно уже не интересовало его вообще никак. Вот мнение людей его круга – другое дело!

Но оно, как правило, не совпадало с мнением так называемого общества…

Так что, уважаемый всеми аристократ возвращался домой, в родовое поместье с очередной такой встречи. Поговорил с партнёрами, получил кое-какую информацию, которую вскорости должен был передать представителю одной серьёзной структуры.

Обычное дело, обычная, почти уже будничная…

Работа? Нет, конечно!

Просто почтенный джентльмен ведёт обстоятельный разговор с умным собеседником и делиться впоследствии полученной информацией с другим…

Кто сказал – связной?!

Это оставьте для низкопробных боевиков!

И всё шло как всегда – буднично и обычно.

Так и водитель сэра Джеймса привычно свернул на дорогу, которая вела к родовому поместью. Знакомый и неоднократно проверенный маршрут, никаких неожиданностей тут не бывает.

Точнее – не было раньше.

Ну кто ж, скажите на милость, виноват в том, что некоторые водители не всегда могут справляться с управлением?

Так и сейчас – не совладал с рулём молодой парень, вчерашний иммигрант…

А сидел он, как на грех, за рулём бензовоза…

Выдержка из полицейского протокола. 

«… в возникшем после столкновения автомашин пожаре погибли все водители и пассажиры обоих автомашин. Спасти никого не удалось.

За рулём бензовоза находился водитель – Махмуд Солейми, 28 лет, иммигрант из Пакистана. Опознан по отпечаткам пальцев – ранее имел приводы в полицию.

За рулём автомобиля «Бентли» находился водитель автомашины – Альфред Хайли, 46 лет, опознан по уцелевшему водительскому удостоверению. Также проведено опознание по следам от операций – ранее он служил в армии, свидетельства об имеющихся ранениях есть в его личном деле.

Пассажир автомашины «Бентли» – Джеймс Регин, опознан по именным часам, полученным им в знак признательности от Кабинета министров Её Величества. Тело сильно обгорело, и провести опознание по другим признакам не представляется возможным…».

Выдержка из оперативного сообщения. 

«… контакты между представителями «чёрных кораблей» (далее по тексту – сторона № 1) и правительством Её Величества (сторона № 2) установлены около года назад. Встречи проводятся регулярно, общение ведётся через посредников из аристократической среды. (Сведения о них – см. приложение № 1).

В ходе встреч достигнуто определённое взаимопонимание… Со стороны № 1 передано некоторое (не установленное) количество спецоборудования для прикрытия кораблей. И выделено несколько специалистов для оказания помощи в монтаже и настройке[3]. Сторона № 2 в свою очередь предоставила возможность стоянки и бункеровки на отдалённых территориях, на неиспользующихся в настоящее время бывших базах флота Великобритании.

Финансовых взаимоотношений между сторонами не ведётся.

Встречи проводятся нерегулярно, каждой из них предшествует предварительное согласование (см. приложение № 2).

Ответственные лица из числа служащих Адмиралтейства и Кабинета министров Её Величества находятся на связи 24 часа в сутки (см. приложение № 3).

Операция строго засекречена, ей присвоен высший гриф секретности…».

Белый дом. Кабинет Президента США.

– И вы хотите сказать… – сплёл перед собою пальцы рук Президент. – Что наши союзники, втайне от всех, сотрудничают с так называемыми пришельцами?

Госсекретарь кивнул.

– Полученные нами сведения на это однозначно указывают. Да и Министерство обороны, как выяснилось, тоже имеет все основания подозревать Британию в нечестной игре.

– Ларри? – обернулся хозяин кабинета к Министру обороны. – Что вы на это можете сказать?

Ларри Флинт, новый Министр обороны, занявший этот пост совсем недавно – после скоропостижной кончины своего предшественника (ничего криминального, просто сердце подвело…) – открыл лежавшую перед ним папку.

– Вы позволите, сэр?

– Ради бога! Что у вас там?

– Всё началось с того, что согласно совместному протоколу А-43 мы регулярно обмениваемся навигационной информацией с союзниками и странами НАТО.

– Я что-то слышал об этом… – наклонил голову Президент. – И что?

– Аналитический отдел флота обнаружил несовпадение в данных, поступивших от морского Министерства Соединённого королевства. Они однозначно расходились с информацией, которою нам предоставляли прочие участники соглашения. Почти во всех случаях…

– Почти?

– Схожая информация приходила только из Японии. Их данные – в некоторой части – совпадали с данными морского министерства Великобритании.

– И как вы можете это объяснить? Ошибка исключена?

– Мистер Президент… Указанные данные включают в себя не только информацию от военных кораблей! Она суммируется и с донесениями из торгового флота, всевозможных научных и исследовательских экспедиций – даже из сообщений капитанов частных яхт! Попросту невозможно подделать все сообщения!

– Но вы же сами только что сказали, что англичане и японцы это сделали? – нахмурился Президент. – Поясните!

– Они и не подделывали всё! Это даже технически почти нереально. Всё гораздо проще… Компьютер, обрабатывая информацию, автоматически присваивает высший приоритет данным, полученным от военно-морского флота. Как наиболее полным и точным. А если что-то не укладывается в общую картину, то таким данным присваивается гриф «недостоверные», и… Сами понимаете… И вот именно на основе приоритетных данных и выстраивается общая картинка…

– Вы хотите сказать, что наш флот в те районы не заходил?

– И сейчас не заходит – это же сфера интересов конкретных государств. Места расположения военно-морских баз, складов… Там есть свои гарнизоны, службы охраны… Даже свои патрульные корабли. Предупреждая ваш возможный вопрос, мистер Президент, хочу отметить – мы туда не заходим и сейчас! Дабы…

– … не спугнуть возможного противника… – проворчал хозяин кабинета. – Ну, уж это-то я понял! Значит, бритты и джапы работают тут против нас? Это вы хотите мне сказать?

– Да, мистер Президент! – твёрдо ответил Госсекретарь. – Они перешли на сторону противника!

Глава 3

– Заканчивается подготовка до дивизии морской пехоты. С этой целью значительная часть имеющихся у противников штурмовых батальонов переброшена на этот остров, – на экране высветилась карта.

Начальник нашей разведки указал на ней место расположения казарм – таковых было два – и вернулся к докладу.

– На Штормовые острова будет выделено подкрепление – до трёх сводных батальонов, которые сменят находящиеся здесь части. Два батальона – это пехотное заполнение тех укреплений, которые должны быть здесь уже частично построены к этому времени. Один батальон предназначен для охраны предполагаемых позиций береговой артиллерии – таковые планировалось начать строить уже сейчас.

Всё верно, подобная задача была поставлена перед частью группы прибывших инженеров…

Надо сказать, что операция прикрытия – не без огрехов, конечно – но, в целом, удалась.

Высадившаяся на берег смена охраны угодила прямо на заранее установленное управляемое минное поле. Нет, сразу там ничего не рвануло – им честь по чести было предложено сложить оружие…

С ожидаемым эффектом, увы…

Прибывшие на «восстановление» штурмовики, ничуть – вследствие ранений и прочего – своей выучки, однако же, не утратили!

И моментально – как змея, которой наступили на хвост – развернулись в боевой порядок, даже и не попытавшись прорваться назад, на суда. На своё и на стоящее рядом – то, что рабов привёзло.

Вернее было бы сказать – кое-кто попытался это сделать…

Стартовавшие по радиосигналу «ОЗМ-72» слегка остудили их пыл, а вдоль пирсов ударили и «МОН-200» – отсекая горячие головы от трапов.

Пользуясь неизбежной суматохой, от противоположного берега стартанули давно дожидавшиеся этого момента катера с десантом. У них имелась предельно простая задача – захватить все плавсредства противника! Пусть и сильно повреждённые – по фигу!

Лишь бы на воде держались…

А тут ещё и скорострелки на башнях вступили в бой…

Словом, боя, как такового, не произошло. Скорострелки всё сделали…

Дочистили тех, кто уцелел от мин…

И сразу же, не успели ещё на берегу прибраться, на судно, привёзшее смену охраны, рванулась особая группа…

И спустя несколько дней подошедший на сигнал тревоги корабль обнаружил в открытом море едва державшееся на воде судно. По всем параметрам это был то, что везло на штормовые острова сменных охранников.

Корабль дымился и кренился на левый борт. А вся палуба, равно, как и подпалубные помещения, были завалены мёртвыми телами. На надстройках виднелись многочисленные повреждения от снарядов и скорострелок (с ними так и вообще ничего придумывать не пришлось…).

Никаких судовых документов обнаружить не удалось (понятно, кто тут постарался…), а помещения команды – так и вовсе подожгли, оттуда тоже дым вовсю валил…

В радиорубке, склонив голову на передатчик, так и остался сидеть мёртвый радист. Видимо, это он и отдал сигнал тревоги…

Надо, кстати, отметить одну любопытную подробность!

Любой радист мог дать сигнал тревоги. И даже ряд старших офицеров корабля.

А вот отключить его – имел право только капитан – и никто другой! Только у него имелся для этой цели специальный ключ-допуск!

А мы – мы опять собираемся на вылазку.

Прекрасно понимая, что начало боевых действий непосредственно на островах моментом ставит крест на нашей возможной связи с Землёй, прибытии помощи и подкреплений…

Да и вообще – на всём…

Иванов предложил нанести превентивные удары по судам и кораблям противника в местах их базирования. Не все, но некоторые из них нам теперь известны.

Оттянуть выход кораблей, заставить им искать врага в непосредственной близости к себе – это могло решить очень много вопросов. А главное – оттянуть удар по острову!

И опять – «Стрела»…

А кто ж ещё?

Все прочие подразделения, скомплектованные из хорнов, пока ещё недостаточно обкатанные в бою, и спрогнозировать результат их применения пока весьма затруднительно.

А посылать в бой морскую пехоту…

Оно, конечно же, эффективно, но вот последующую реакцию – буквально всего Данта, предсказать будет нетрудно! Сплочение всех перед лицом внешнего врага…

Нафиг-нафиг!

Лучшего подарка некоторым капитанам и вообразить трудно!

Главного капитана тут не избирали уже очень давно!

Да, процесс этот пройдёт не гладко, с неизбежными распрями. Кого-то закопают в тайне, кого-то, вполне возможно, что и утопят открыто.

Но итог нас всех не порадует – вся планета станет сплочённым военным лагерем!

Она и сейчас, строго говоря, таковым является…

Правда, отдельные части лагеря смотрят в разные стороны и подчиняются своим капитанам…

И нам совсем не надобно, чтобы один из них – а по умолчанию им станет самый жестокий и успешный в деле войны и грабежа капитан – получил бы верховную власть над всеми прочими.

Грузимся на корабли…

Точнее – на один корабль и два катера. Все местной постройки, но капитально доработанные.

Хотя внешне…

Внешне всё выглядит вполне себе стандартно и привычно для глаза.

Главный на мостике – Хасан. Идеальный вайн, он в свою роль вписывается вообще на все сто процентов. Ну и прочие члены экипажа подобраны вполне себе со знанием дела…

Кстати, с последним кораблём из лома на помощь нашему «главзлодею» прибыло ещё несколько человек.

Уж по каким критериям их там выбирали…

Но внешне – вылитые чистопородные вайны! Язык, манеры поведения – комар носа не подточит!

Ну и всё прочее, надо полагать, тоже вполне себе на должном уровне.

Этих, как я думаю, в бой не пошлют – будут работать в тылу врага.

Почему я так думаю?

Так на мою шею повесили ещё и дообучение их групп сопровождения. Они-то – парни вполне себе подготовленные, но вот в местном «поле» ещё не работали…

И опять – из «Стрелы» пришлось откомандировать туда несколько опытных бойцов. Не для открытой сшибки, разумеется, а для наиболее быстрого врастания в местную среду!

А здесь, как ни крути, без знатока местных обычаев и правил поведения, никак!

Есть множество мелочей, которые весьма трудно учесть даже при самом тщательном и грамотном обучении…

Вот кто б мне раньше подсказал, что, отправляя куда угодно рядовых хорнов, их командир должен им выдать специальное предписание?

Никто не подсказал!

И если бы не неожиданная помощь местных…[4]

Н, все эти хлопоты теперь позади – и под ногами палуба корабля.

В море!

Острова пока ещё виднеются на горизонте, но с каждой минутой – всё слабее и слабее.

Спускаюсь в кубрик – там меня ждут все мои бойцы.

Тесновато – но ничего, нам не привыкать.

По неписанной традиции (а насколько внимательно хорны к ней относятся – и говорить не надобно), командир (а уж, если он ещё и глава клана…) обязан перед выходом на операцию сказать краткую речь и напутствовать своих бойцов.

Вхожу в кубрик – все встают. Это уже у хорнов в крови – командира всегда выслушивают стоя – и по стойке «Смирно!».

Я уж пробовал отдавать команду «Вольно!», приказывал сесть – они упорно стоят на своём!

Традиции…

Ничего не попишешь!

– Нас ждёт тяжёлая работа. Вы уже всё знаете…

Молчат парни.

Перед самым выходом нас провожал лично каперанг. И прямо сказал: «От вас зависит слишком многое – особо важное для того, чтобы выжили все остальные!».

Свои выводы парни сделали.

За день перед погрузкой я отпустил всех, кому было с кем проститься, по домам.

Да, это нарушение.

Ничего, погрузку закончат те, кто с нами на этот раз не уходит.

Хотя…

Желающих было…

Много!

Гораздо больше, чем требовалось. И процесс отбора был далеко не таким уж и простым – приходилось отказывать почти каждому второму. Корабль попросту не вместил бы всех желающих.

На берегу остались те, в чьих семьях ожидалось прибавление – и таких тоже хватало! Народ попросту времени не терял!

А вот каких трудов мне стоило им отказать…

Отдельная песня…

– На этот раз нам предстоит далеко не простая разведка, и лёгких налётов на спящего противника может уже и не быть.

Те, кто был со мной в прошлый раз, свои выводы из этих слов сделали – и до товарищей всё подробно донесут. Тут я могу быть спокоен.

– Боезапас с собой берём по максимуму, возможности его пополнить, скорее всего, может и не представиться. Взрывчатку – много, сколько каждый может унести. Прошу трезво рассчитывать свои силы – мне не нужны уставшие и запыхавшиеся бойцы!

Переглядываются парни…

– Высадив нас, корабли уйдут – мы не можем привлекать к ним ненужного внимания. Да у них и своей работы хватит. Тоже, чай, не просто на прогулку отправились! Так что, выбираться из всей этой каши будем сами. Нас постараются, разумеется, подхватить… Но вы и сами всё понимаете…

Чего уж тут непонятного…

– И ещё… – обвожу всех взглядом. – Противник настороже – нас постараются перехватить. И – уж как минимум – будут пробовать взять кого-нибудь живым. Сами понимаете – этого мы допустить никак не можем. Враг не должен знать – кто и откуда нанёс ему удар! До самого последнего момента! Поэтому – последнюю гранату бережём все! И я – не исключение. Мы все – идём вместе!

– Яр – дан! – единым выдохом отвечают мне парни.

Что ж…

Очень бы хотелось надеяться, что к этому крайнему средству прибегать никому не придётся…

* * *

Динамик корабельной трансляции прокашлялся.

– Внимание всем! Подходим к порту. Фаза «А»! Повторяю! Фаза «А»! Всем занять свои места, согласно расписанию.

В порт мы заходим одни, катера отстали от нас ещё поутру – у них свои задачи. Всё уже множество раз обговорено, каждый знает своё место.

Официально – корабль требует ремонта машин, оттого и скорость у нас относительно невысока.

Естественно, что на время ремонта не задействованные в нём члены команды могут быть размещены на берегу, но…

В этом случае они подпадают под командование капитана порта и могут быть задействованы по его усмотрению.

Нас этот вариант, разумеется, не особо-то и устраивает. И поэтому вся команда останется на борту.

Правда, офицеров с сопровождающими это не касается, они вполне могут жить в городе, сняв себе жильё или номер в гостинице. Ну, гостиница, по вполне понятным причинам, отпадает. А жильё снять нетрудно, для этого, как выяснилось, достаточно обратиться в портовое управление – там, для этой цели существует специальная служба.

Груз же корабля может быть – на усмотрение капитана – временно помещён на портовые склады, либо оставлен на борту. Впрочем, можно его и продать – если капитан сочтёт цену приемлемой. На это у него есть все полномочия.

Словом – мы обычный войсковой транспорт. Разумеется – вооружённый, что вполне соответствует местным понятиям. Несколько скорострелок установлены на верхней палубе, и выглядят весьма грозно. И воинская команда на борту присутствует – что тоже в порядке вещей.

Останавливаемся на внешнем рейде и ожидаем встречающего катера. На этот счёт мы достаточно осведомлены и соответствующую радиограмму в порт послали загодя, едва он замаячил на горизонте. Описав в ней причину захода в порт, капитан испросил разрешения занять место у стенки ремонтной зоны – таковая имелась в каждом порту.

Ответ не заставил себя долго ждать, нам указали место стоянки и приказали ожидать сопровождающих.

Катер подходит к борту – для встречи портовых офицеров уже спущен трап.

Против всяких ожиданий, вместо двух-трёх человек на борт поднимается не менее десятка – в том числе и четверо вооружённых моряков!

Вот это – здрасьте…

С чего бы так?!

Старший в группе представляется капитану и сообщает, что прибывшие с ним люди обязаны провести досмотр корабля!

Новости…

И весьма неожиданные!

Хасан сухо интересуется причиной такого досмотра.

– Некоторое время назад в одном из портов произошли беспорядки. Они были вызваны неизвестными вооружёнными людьми, которые, как мы полагаем, прибыли туда на проходящем корабле. В результате этого имели место столкновения, пожары и перестрелки…

Ага, так это он про наши тогдашние похождения говорит![5]

– … вследствие этого было принято решение об обязательном досмотре всех входящих в порт кораблей – на предмет соответствия заявленной цели захода…

Ну, положим, здесь их ждёт обидный облом – одна из машин специально приведена в нерабочее состояние…

– … помимо этого, вы обязаны сдать боезапас к бортовому вооружению – на время нахождения корабля в порту.

Не сказать, чтобы это было бы нам настолько уж необходимо – никто и не собирался вести огонь по судам и постройкам из скорострелок, эффект был бы…

Скажем так – неудовлетворительным…

– … не занятые в работах на борту корабля члены экипажа, помимо обязательной судовой вахты, разумеется, будут размещены на берегу, в казармах. И поступают под временное командование капитана порта. Они будут задействованы в охране порядка и обязательных работах в порту.

Чего-то подобного мы ожидали…

Но не настолько уж конкретно!

– … корабельный арсенал, за исключением необходимого для несения охраны корабля оружия, опечатывается.

Не страшно, у нас есть изрядный запас – даже резервная заряжающая машина надёжно заныкана…

– …впрочем, вы вольны поступить так, как считаете нужным. Можете в порт и не заходить, в этом случае вам отведена стоянка на внешнем рейде. Сход кого бы то ни было на берег – только после согласования с капитаном порта. Разумеется, это не касается вас и старших офицеров… Охрана и оборона корабля в этом случае – ваша собственная забота. Помощь в ремонте вам будет оказана на общих основаниях, прошу понять меня правильно!

То есть – в последнюю очередь, насколько я это понимаю…

– В случае моего захода в порт… – невозмутимо спрашивает Хасан. – Что будет с воинской командой? Они остаются на корабле и несут службу – так я вас понял?

– Сколько человек в вашей воинской команде?

– Двадцать человек – расчёты орудий…

– Поскольку боезапас орудий будет сдан на склад, то и расчётам делать на борту нечего.

– И двадцать человек – собственно воинской команды.

– Десять человек, со штатным вооружением, остаются на корабле, прочие – в распоряжение капитана порта.

Хасан невозмутимо кивает.

– Мне всё понятно. Не станем задерживать тех, кто должен провести досмотр. Дор Ао Гай – проводите их!

Он делает указующий жест – и один из присутствующих офицеров присоединяется к досмотровой группе, вместе с которой и покидает мостик.

– У меня есть несколько вопросов…

Старший из портовых служащих вопросительно наклоняет голову.

– Если корабль стоит на внешнем рейде, каким образом я могу продавать или покупать какие-либо товары? – интересуется наш капитан.

– Запросите управление порта – и к вам прибудет судно-перевозчик.

– Отлично. Может ли кто-то из моих офицеров сопровождать наш груз до его передачи покупателю и осматривать купленные мною товары на берегу?

– Разумеется! Он и сопровождающие его лица могут отплыть и возвратиться тем же судном-перевозчиком.

– Кто оплачивает услуги этого судна?

Портовый офицер только плечами пожал.

– Это зависит от ваших договорённостей с покупателем или продавцом…

– Мне всё понятно, – кивает Хасан. – Не окажете ли мне любезность отобедать со мною вместе, пока ваша команда осматривает мой корабль?

Это – крайне учтивое предложение…

Формально, если мы не входим в порт, а остаёмся на внешнем рейде, то и досмотр корабля не так уж и необходим – капитан вполне может и отказать в этом. И такие случаи, насколько я знаю, имели место быть. Без каких-либо последствий для корабля и его команды.

Но Хасан – вполне очевидно для нас – идёт на осознанный риск.

Да, всё лишнее в трюмах упрятано достаточно надёжно, и шанс на то, что досмотрщики хоть что-нибудь там отыщут – практически равен нулю.

Но…

Случайностей никто не отменял!

И капитан досматриваемого корабля не обязан проявлять какую-либо учтивость к проверяющим – сверх необходимого, разумеется. И в частности – приглашать их к обеду. Соблюли формальности, вежливо раскланялись – и хорош! Ничего сверх этого никто делать не обязан!

Формально, портовиков могли и просто на мостике оставить – мол, ждите своих, а у нас и так дел невпроворот…

Капитан у вайнов, кстати говоря, ест практически всегда в одиночестве – таков обычай!