Приговор

Рассвет не принёс избавления. Не унесла ночь с собой то что наслоилось за день. Пора было собираться на работу, а меня просто трясло от одной только мысли увидеть ту поганую рожу. Да и не сдержаться мог. За ночь даже как-то больше ненависти стало у меня к этому выродку. Могло и даже сломанной челюстью не ограничиться. Так что сначала думал и не пойти. Но надо было всё-таки поставить хоть какую-то точку. Да и всё лучше чем бесцельно бродить по ставшему неуютным дому.

Достал из холодильника ломти запечённой курицы, нарезал огурцов, заставил себя поесть. Заварил чай вышел во двор. Я живу в своём доме. Хотя не так – в доме на четыре хозяина – этом пережитке советского прошлого – экономия пространства в самой большой стране на планете, ну и денег. И это конечно не свой дом – с двух сторон соседи, но по крайней мере не приходиться мириться с жизнедеятельностью с верху и с низу. И можно выйти во двор, свой, выпить чая на свежем воздухе.

Вышел как всегда заранее. Когда проходил мимо гаражей "сторожевая собака" снова кинулась на меня. В сердцах полетел в неё камень. Не попал, но собака взвизгнув, поджала хвост, развернулась и поплелась на исходную, но повернув голову смотрела на меня, как будто хотела чтобы я видел обиду в её глазах.

Выйдя на прямую к магазину, я увидел Лёшу. Он стоял облокотившись плечом об приотворенную створку ворот, курил и смотрел себе под ноги. И увидев его я понял что сделаю. Единственное что я мог сделать. Я подойду к нему и сломаю ему челюсть. Ударю так чтобы её просто разворотило, чтобы пришлось налаживать кучу скоб, чтобы этот упырь ещё долго не мог внятно разговаривать. Но я пытался остановить себя, говорил что это бесполезно, это ничего не изменит, требовал развернуться и пойти домой, взять отгул или вообще уволиться, но всё это было впустую, и я только ускорял шаг. Когда я уже был в метрах пяти от Лёши он услышал шаги и поднял глаза. Увидев меня он выбросил окурок, протянул руку для рукопожатия и сделав шаг мне на встречу заговорил:

– Ты извини меня, я вчера погорячился. Просто день тяжёлый был, вот и наговорил лишнего.

Я замер, растерялся. Посмотрел ему в глаза. Он смотрел на меня примирительно, заискивающе.

– Не подходи ко мне больше, – сказал я и проигнорировав руку, зашёл в магазин.

Я прошёл в кабинет заведующей, расположился на небольшом диванчике и стал ждать. Войдя в свой кабинет, Оля возмутилась моему вторжению. Я поднялся с дивана, на котором даже слегка задремал, измученный бессонной ночью.

– Я увольняюсь, – сразу, без приветствия, сказал я.

– Почему? – сменила тон с сердитого на удивлённый Оля.

– Не могу работать с этой сукой, просто воротит от одного его вида. Боюсь сорваться.

Оля улыбнулась.

– Ну денёк то потерпишь?

– Он последний день? – обрадовался я.

–– Да.

– Увольняется?

– Нет, я увольняю. Думаешь мне приятно видеть его. Можно было бы и сегодня, но два человека на выходных, некому будет работать. Так что потерпи денёк.

Я вышел из кабинета, прошёл в зал. Лёша ждал меня чтобы снять плёнку (это удобней делать вдвоём). Я прошел мимо него и стал снимать плёнку сам. И ворота пошёл открывать сам (было трудно). И в начавшемся рабочем дне старался держаться от Лёши подальше. А его было много. Он неустанно сновал в книжных проходах с довольной улыбкой (видимо ещё не знал что это его последний день, а то бы точно не улыбался). Лёша любит свою работу, общение с покупателями. Всегда решительно бросается к вошедшему с вопросом: "Вам что-нибудь подсказать?".

И поймав в очередной раз незадачливого покупателя Лёша стал ему что-то рассказывать, по-моему даже уже не о книгах, и говорил с таким удовольствием, с таким упоением, с такой радостью жизни. И меня это так возмутило. Вот стоит ублюдок который оправдывает Чикатило, замучившего и убившего столько людей и радуется жизни. И мне так захотелось подойти к этому увязшему в сетях покупателю и рассказать что это за человек перед ним. И я двинулся. Но был пойман Олей, увидевшей что-то недоброе в моих глазах, все время крутившейся где-то поблизости, видимо опасавшейся моей горячей головы.

Лёша ушёл раньше конца рабочего дня. Когда я начал укрывать стеллажи его уже не было видно. К закрыванию ворот я привлёк зама управляющей и продавца-консультанта женского пола.

Вечер решил провести у своей девушки. Её зовут Алина. Не могу сказать та ли она самая, которая на всю жизнь. С которой создать семью, завести детишек. Говорят что если встретил ту что на всю жизнь, это сразу поймёшь. У меня не так. Но у нас всё хорошо. И её вроде бы не смущает мой скромный заработок и туманные перспективы. Но как дальше будет не знаю. Жилплощадь есть. У меня с пристройкой три комнаты. Но пока мы обтекаем тему нашего совместного будущего. Но я жду разговора. Так что всё пока под вопросом. Вообще моя жизнь под вопросом. Не знаю что делать со своей жизнью. Какую дорогу выбрать. Копаюсь в себе в поиске своего пути.

А город накрыл туман. И я иду к ней в тумане. Туман надолго. Может насовсем. Иду покрытый сыростью. Неторопливое движение противотуманных фар на дорогах. На тротуарах фонари в своей немощной борьбе.

Зашел в магазин, купил зелёного чая с жасмином и миндаль для неё. Огонёк аптеки подсказал ещё покупку.

Запутался в цифрах домофона. Проехался на лифте. Она открыла залитая светом уютной квартиры. Приятно было смотреть на неё, после сырости и неприглядности улиц. Но и в целом приятно. Тёпленькая, чистенькая в коротеньком, соблазнительном халатике солнечного цвета. Пошутила: "Может зайдёшь?".

Конечно послушал как прошёл её день. Но недолго. Потянулся к пуговичкам. Потом к губам. Но остановился, недовольно покачал головой.

– Ой, ладно, ладно, сейчас сотру, – сердито проворчала она. Пошла в ванную. Не люблю когда она использует губную помаду, да и косметику в целом, да и духи. Пытаюсь бороться, но пока вот сопротивляется.

Вернулась, стала руки в боки.

– Доволен?

– Да.

На ночь не остался. Никогда не остаюсь. Не могу заснуть когда под боком. Предпочитаю спать один, а у неё больше притулиться негде. Поэтому в третьем часу ночи побрёл домой. К трём дошёл. Проснулся в семь.

Выходной. Но "выспаться в выходной" не для меня. Сплю мало. Побрёл на кухню готовить завтрак. Остановил выбор на омлете с молочной колбасой. Я долгое время пытался найти рецепт омлета который подавали в советских столовых. Такой, нарезанный на квадраты, всегда холодный. Очень любил я его. И в поиске перепробовал много рецептов, но безуспешно. А потом узнал что его готовили в специальных печах, и повторить его в домашних условиях невозможно. Так что я периодически захожу в места общественного питания, вдруг где-то его всё ещё подают.

По плану закупиться продуктами. Взял рюкзак. Всегда хожу за покупками с рюкзаком, очень удобно, особенно если обратно гружённым идёшь пешком.

"Сторожевая собака" демонстративно меня проигнорировала. Ну вот и хорошо.

И хорошо что выходной не в общий выходной. Можно спокойно бродить по супермаркету, без необходимости протискиваться, а потом без необходимости отстаивать очередь. Зашёл в чайный магазин. Купил и любимого и на пробу, и немного молотого кофе.

Вернувшись домой принял душ, заварил чай и устроился с книгой в кресле. Вайнеры "Лекарство против страха". Я вообще не люблю детективы, и не планировал читать Вайнеров, но как-то в магазине, в самой недорогой серии появился роман "Место встречи изменить нельзя", который на самом деле называется "Эра милосердия", а "Место встречи изменить нельзя" это название сериала, но издательства желая привлечь внимание к книге, довольно часто, да почти всегда дают роману название сериала, что как-то неэтично по отношению к авторам, да и название "Эра милосердия" больше подходит к замыслу авторов.

И вот я чего-то загорелся купить эту книгу, хотя сериал смотрел не раз, а читать книгу после просмотра экранизации не люблю. Но видимо не последнюю роль сыграла цена. Книга мне понравилась. Очень хорошо написана, да и финал не такой как в сериале. После этого купил "Гонки по вертикале", правда другие работы Вайнеров выходят уже только в дорогих сериях, но я под впечатлением, и с двадцатипроцентной скидкой пошёл на эту трату. И был очень рад этому. Просто великолепная книга, и потрясающе написанная. И с тех пор, не часто конечно, но покупаю Вайнеров. Получаю настоящее удовольствие от их книг.

В удовольствии читалось недолго. За стеной зазвучала "All summer long" Криса Ри. Классная песня, если только она не звучит из-за стены. Это у меня сосед, большой поклонник творчества Криса Ри и аналогового звука, слушает только пластинки. Он и похож на Криса Ри. Ему лет под пятьдесят, у него тёмные волосы почти до плеч, усы, вот только огромный очень, самый большой человек которого я когда-либо встречал, и не руки – ручищи, моя рука при рукопожатии просто теряется, но при этом ужасно добрый. Когда я только въехал сам подошёл, познакомились, предупредил что любит слушать музыку, просил не сердиться если она иногда будет звучать слишком громко. Для таких случаев я одно кресло перетащил в кухню. Она у меня пристройкой, и от общей с ним стены отделена тремя дверями и стенами, так что туда звук не доносится. А по ночам он музыку не слушает. Так что мы добрые соседи. Он работает на шахте, в лаве, и пока я не сделал отопление помогал не покупать хороший уголь.

Другой стеной соседями пожилая семейная пара, где дед с плохим слухом любит смотреть телевизор по ночам. Потеряв надежду докричаться до него, я купил наушники с длинным проводом. С тех пор это тихая стена.

Дослушав "All summer long" я перебрался в кухню. Как я всё же хочу жить в своём доме, чтобы не приходилось примеряться с чьей-то жизнедеятельностью за стеной. Я очень люблю тишину.

Оказавшись на кухню, решил пообедать. Ну раз уж. Почему-то подумалось о картошке. Что-то было. Какой-то штрих. Не вспомнил. Картошку решил запечь. Задумал было во дворе, в золе, так вкусней всего, но взглянул на серое небо, серый двор, нет, не буду заморачиваться, закину в духовку. Не так конечно вкусно как в золе, но тоже хорошо. Заодно и дом протоплю. Косточки его старые прогрею. Можно конечно было бы и в печи запечь, я её благоразумно после установки отопления не демонтировал, но тоже морока. Духовка подойдёт. Помыл картошку. Чистить или нет? С чищеной потом не надо возиться, но если не чищеной запекать, то вкуснее. Закинул нечищеную. Лучше всего иметь дело с молодой картошкой, её даже рекомендуют с кожурой есть, вся польза картошки в кожуре молодой картошки. Но вкус конечно отличается. Вообщем вкусней всего старая картошка запечённая в золе, но на это надо решиться.

Нарезал сало, сам выбирал, сам солил. Достал баночку солёных огурцов, здесь доверился производителю. А ещё молочную колбасу. Очень люблю с печёной картошкой. Ну и штрихом зелёный лук, чеснок. Не тягаться, для меня, с этим ролам, пасте Болоньезе, ризотто, да что не поставь напротив.

Включил маленький телевизор, прописанный на кухне. Отыскал канал с советского прошлого фильмами. Люблю советское кино. В этом умершая великая страна нам оставила прекрасное наследство.

"Двенадцать стульев" Гайдая. Замечательно. Как по мне, несомненно, и во много лучше варианта Марка Захарова, хоть там и россыпь звёзд побольше.

Управившись с обедом снова уткнулся в кресло и книгу. Я очень люблю книги. Мне даже приятно просто держать книгу в руках. И всегда интересно какой стиль у автора, что за замысел он вложил в своё произведение. Читал с удовольствием. Тихо, тепло. Потом стал собираться. Забил спортивную сумку спортивной амуницией.

Я занимаюсь боксом, но так для себя. Было время, я хотел заниматься боксом профессионально, но в то время работал на стройке, а эти два пути посчитал несовместимыми. С работой тогда было крайне плохо, и найти что-то подходящее возможности не было. Уже работая в книжном магазине я снова загорелся желанием заниматься боксом. Хотя и в книжном, казалось бы, но работа тоже не способствует совмещению со спортом, ну таким, интенсивным, ноги всё-таки сильно устают. Но по выходным я езжу на тренировку. Приятно помахать кулаками, не рискуя попасть под уголовную ответственность.

Я тренируюсь во дворце спорта, высвечивающим как маяк своими панорамными окнами, всем тем кто решил посвятить свою жизнь спорту, ну или просто заниматься для себя.

Дверь на входе алюминиевая, громким, затихающим дребезжанием извещающая на весь дворец, что кто-то прибыл или покинул его. В холе дежурная, с вечно недовольным лицом, отвечающая когда с ней здороваются, немного небрежно, устало, как бы нехотя, но волком смотрящая на того кто посмел с ней не поздороваться.

Наша группа тренируется третьей, до нас две тренировки тех кто занимается боксом целенаправленно, выступает на соревнованиях. Сначала детская группа, потом взрослая. В нашей группе тренируются те кто занимается для себя, изначально для себя или уже завершив спортивную карьеру, для себя. К моменту нашей тренировки зал так пропитывается запахом пота, что кажется и не пробиться сквозь эту накипь. Распахнуты окна, гудит во всю мощь вентилятор, но тщетны усилия, под сотню тел своим усердием пропитали каждый дюйм поверхностей этого зала, и наверное даже если пару месяцев не проводить здесь тренировки и выветривать, не искоренит это дух спортивный. Боксёрский зал. Но мне так нравиться обстановка – квадрат ринга, большое зеркало, качающиеся маятником мешки. Я часто приезжаю раньше, чтобы посмотреть как идёт тренировка у тех кто живёт этим миром. Я так люблю этот мир и мне так жаль что я не в нём. Я горячий поклонник бокса, смотрю трансляции, и вряд ли чего-то не знаю о профессиональном боксе. Это большая моя мечта которая не сбылась, и о которой я буду тосковать до конца дней моих. Ранка, вечно чуть-чуть кровоточащая.

Этот Дворец спорта очень подходит для занятий боксом. В центре, углублением большой гимнастический зал со всеми полагающимися ему снарядами, по бокам, с двух сторон зрительские ряды, по периметру колонны, от них в метрах полтора внешняя стена, и вот в этих метрах полтора, прямоугольником (плюс холл) метров пятьсот, очень удобно бегать во время разминки, или совершая какие-то упражнения, часто по пол тренировки проходит в этом прямоугольнике.

Мы пробежались, размялись, поработали в парах. Вот здесь опасность для меня. Мне как-то раз поставили синяк, так Оля меня потом каждый день попрекала этим, пока он не сошёл. Видите ли не пристало работнику книжного магазина быть с синяком. И утро начиналось с её осуждающего взгляда, и в конце рабочего дня я получал его на дорожку. Грозилась даже увольнением если это будет повторятся. Думаю не шутила.

Горячей воды нашей группе опять не хватило. Жаль. Я планировал после тренировки заехать к Алине. В тёплое время года это ничего, можно и под холодной помыться, но уже холодновато для этого. Только один из нашей группы решился под душ, закалённый видимо. Я в такой ситуации действую по примеру японцев – намочил полотенце, обтёрся. До дома, а там колонка, выбирай температуру. Но к Алине уже скорей всего поленюсь идти.

Алюминиевая дверь громыхнула, известив Дворец спорта что его кто-то покинул, и я направился на трамвайную остановку. Эта часть мне очень нравиться, не знаю почему, но я люблю ездить на трамваях. Как-то особняком они стоят среди городского транспорта. Есть что-то в них особенное, не знаю что.

Дома долго и с удовольствием мылся под душем нужной температуры. На ужин чечевица с варёной скумбрией, салат из тёртой свеклы и моркови, заправленный нерафинированным подсолнечным маслом. Очень салат этот подходит под бобовые. Особенно он хорош когда овощи напитались после лета солнечной сладостью.

Идти поленился. Перед сном книга. За стенами тишина, мышцы налиты усталостью располагающей к чтению.

Небо определённо было расположено к дождю. Грозило вот вот дать слабину. И я не успел. Когда пересёк границу магазина с меня жутко текло. Просто залил пол под собою. А потом стали стягиваться и другие работники магазина, и всё лили и лили на пороге, и уже приходилось растягиваться в шпагат чтобы миновать образовавшуюся лужу. И постепенно увеличиваясь численностью, мы как безумные бегали по магазину спасая книги от образовывающихся новых потоков с крыши. Укрывали стеллажи, подставляли вёдра. Не магазин а решето. А потом несмотря на дождь пошёл покупатель, как будто у нас без него было мало воды.

И ту были свои некоторые сложности. Люди почему-то не понимают что мокрыми руками они безвозвратно портят товарный вид книги. А иногда так просто стоит с раскрытой книгой в руках, безразлично воспринимая что с его глупой головы на книгу падает вода.

Но людей было немного. В целом большей частью люди понимали что поход в книжный магазин не такая неотложная необходимость, чтобы пробираться к нему в дождь.