Карина

Глава 6

—Арабова, тебе сейчас главное научится контролировать силу выпускаемой энергии. Если продолжишь вот так бесконтрольно выбрасывать молнии с огромной силой – это плохо закончится, – Ева Михайловна, преподающая практику элемента фулгур, убирала со стола то, что осталось от лампочки с прикрепленными к ней проводами. Женщина лет сорока пяти с забранными крабиком волнистыми каштановыми волосами и тусклыми зелеными глазами, которая даже в выходные оделась строго по форме, разве что набросив на плечи вязаную кофту. Карина подметала осколки. Управлять элементом получалось совсем не так, как планировалось. Лампочки не горели, а просто лопались от переизбытка напряжения, а сама конструкция с проводами приходила в негодность. После седьмой безуспешной попытки зажечь свет, Ева Михайловна наконец отпустила Карину. Убрав в кабинете последствия своего элемента, она вышла в пустой коридор. Ученики либо сидели в общежитии, либо где-то гуляли, и лишь несколько человек все еще пытались проявить свой элемент. В домик идти не хотелось, тем более придется столкнуться с множеством осуждающих или насмешливых взглядов. Будто никто из них никогда не делал что-то случайно, пусть это происшествие менее масштабным от ее оправданий “я случайно” не станет. Карина вышла в сад и села на скамейку, тяжело дыша. Спина болела безумно. Ощущение такое, будто там, под кожей, что-то сдавливает легкие и распирает кости. Вдохнуть достаточно глубоко для комфортного без боли не получалось. Дата операции была лишь примерной, как сказали врачи, все зависит от ощущений и внешнего вида спины. Когда кожа станет совсем синей и тонкой от напирающих изнутри крыльев – значит пора. Боль на тот момент утихнет.

–Привет, розетка, – послышался будто издалека голос Жени, она приземлилась рядом.

–Вы всегда теперь меня так называть будете? – Карина усмехнулась, выходя из полудремы.

–Прозвище за тобой уже закрепилось, – Женя тихонько засмеялась.

–Что ты тут делаешь?

–К врачу вызывают, – она вздохнула, – у меня ведь раньше всех крылья появятся.

–Операция уже сегодня? Почему не сказала?

–Сама не знала, только что записку прислали. Может, она и не сегодня…

Повисла недолгая пауза.

–Ты говорила, – осторожно начала Женя, – что отчества у тебя нет…

–Ты это к чему? – Карина зевнула.

–Тоже отец ушел?

–Я его не знаю, – она хмыкнула, – и мама не знает, – Карина помолчала. – Из детдома я. Подкинули, когда мне и года не было. Оставили записку с именем и датой рождения, на этом все.

Снова молчание. Карина сама не понимала, почему вдруг рассказала про это Жене. Было в ней что-то такое, что заставляло выдавать что-то личное. Будто бы они очень давно знакомы. Есть такие приятные персоны, которым по каким-то причинам открываешься, сам того не замечая. С прекрасными глазами, мягким голосом и приятной аурой. Женя как раз была одной из таких.

–Я своего отца тоже не знаю… Мама нашла себе нового… мужчину. Мужика. Его я бы тоже предпочла не знать, – она замолчала, уставившись на каменную дорожку. – Что же это я вдруг, – Женя засмеялась и встала, – я пойду. Извини, что нагружаю.

Карина несколько секунд вглядывалась в зеленые глаза.

–Ничего страшного, – она встала, – давай провожу до врача. В общежитие идти неохота, к тому же у меня сейчас проводку меняют.

Они шли по непривычно пустынным коридорам. Мимо лишь пару раз прошли несколько старшекурсников, жалуясь друг другу на отработки.

–Спина не болит? – спросила Карина, потягиваясь и морщась.

–Нет. Сейчас как раз-таки не болит, – Женя вздохнула, – но, как говорится, это дело поправимое, – она снова засмеялась. – Сейчас вскроют и вернется боль.

–После операции же должно стать легче, разве нет?

–Должно, – согласилась она.

Вскоре они дошли до нужного кабинета и Женя зашла внутрь. Карина осталась ждать ее в коридоре. Усевшись на подоконник и согнувшись почти пополам, пытаясь облегчить давление в спине, и прикрыла глаза. Сентябрьское солнце все еще грело, хоть и не сильно. К ней подбежал рыжий потрепанный кот со шрамом на глазу, потерся об руку и мяукнул. После спрыгнул с подоконника и побежал по коридору. Карина осмотрелась, но никого рядом не обнаружила. Недолго думая, спрыгнула на пол и поспешила вслед за рыжим. Они неспешно проходились по длинному коридору. Перед ними распахивались огромные двустворчатые двери, за которыми был такой же темный коридор без окон. Карина в какой-то момент начала злиться.

–Слушай, – она повернулась к коту, – рыжий, ты куда меня завел? Путь когда-нибудь закончится?

Кот остановился, посмотрел на нее как на полоумную, после пошел дальше. Карина фыркнула и, скрестив руки на груди, больше никуда не пошла. Да и зачем ей идти за котом, тем более ждать от него ответа? Бред какой-то Рыжее пятно отдалялось в бесконечном коридоре, пока не пропало из виду. Факелы на стенах становились тусклее. Огонь в них еще горел, но ничего не освещал. Будто тот кот унес с собой свет. Карина вдруг поняла, что стоит по щиколотку в чем-то вязком и темном. Брезгливо подняла ногу с мерзким чавканьем, с ботинка стекала черная субстанция. Пахла она чем-то очень, до тошноты, приторным. К горлу подступил ком. Карина посмотрела вперед, но кота не увидела. Жидкость заполняла все пространство, текла откуда-то из коридора сзади, сползала с потолка и стен, вот она уже по колено в этой мерзости, и ее уровень поднимается с каждой секундой. Резко включился будто бы притупленный инстинкт самосохранения, осознав внезапно плачевность своего положения, Карина рванула вперед, где черной жижи меньше. Вязкая противная субстанция с чавканьем и неохотой позволяла передвигать ноги и идти в сторону двери. Дышать стало труднее. Бежать почти невозможно, а уровень жижи все поднимался, поднимался, поднимался… Задрав голову, Карина жадно хватала воздух. Вязкая жидкость уже сжимала грудную клетку. Сама мысль о том, что это попадет ей на лицо, вызывала тошноту. Сердце стучало редко, будто черная субстанция затрудняла и его движения, но сильно и больно, будто пробивая дыру в груди. Взгляд ее упал на карниз. Знакомый кот, как-то оказавшийся там, громко замяукал, мяуканье это перешло в почти человеческий вопль, от которого кровь стыла в жилах. Карина невольно зажала уши, обмазав волосы и лицо, но вопль не заглушился. Шерсть его встала дыбом, желтые глаза вытаращились настолько, что казалось, сейчас выпадут из орбит прямо в черную вязкую жидкость, в которой Карина начала захлебываться. Субстанция тащила ее вниз, стремилась поглотить, сделать своей неотъемлемой частью, заливая уши, рот, глаза. Вопль кота становился невыносимым.

–Рыжий, уходи отсюда..! – кое-как вдохнув выдавила Карина, давясь черной субстанцией. Во рту появился металлический привкус. Кот бросил на нее полный ужаса человеческий взгляд, в котором читалось страшное сожаление. Уходить он не собирался. Жидкость лишила Карину способности дышать и говорить, захлебываясь и пытаясь двигаться, она могла лишь с ужасом смотреть в желтые глаза кота. Черная субстанция начала заливать глаза. Последнее, что Карина смогла разглядеть, как рыжее пятно с оглушительным воем прыгнуло в вязкую жидкость, которая сразу и, казалось, с огромнейшим блаженством поглотила новую жертву целиком. Коридор пропал за толщей черной субстанции, Карину быстро утягивало вниз. Жидкость, казалось, заполняла ее изнутри, обволакивала внутренние органы и заменяла собой ее собственную кровь. Оставшийся клочок сознания понимал, что это конец. История на этом закончится…

–Эй, ты чего? – кто-то тряс ее за плечо.

–Рано тебе засыпать в любом положении, – усмехнулся кто-то еще, – уроки у вас еще не начались.

Карина резко выпрямилась и широко распахнула глаза. Старшекурсница, которая трясла ее за плечо, от неожиданности чуть вздрогнула. Русые распущенные длинные волосы и карие глаза, смотрящие на нее с беспокойством.

–Ты в порядке? – спросила другая старшекурсница, рыжая, с карими глазами. – Бледная очень.

Карина молча поджала губы, переводя взгляд то на одну, то на вторую.

–Слушай, может к врачу ее? – предложила блондинка.

–Нет, не надо, – Карина словно пришла в себя и прокашлялась, убирая хрипотцу голоса.

–А мне кажется надо, – рыжая взяла ту за руку, – а то вдруг упадешь где-нибудь, не найдут до понедельника.

–Нет, спасибо, – отрезала Карина, вырвав руку из хвата. – Не спала всю ночь, так еще и заснула тут в неудобном положении, вот и снится… плохое.

Старшекурсницы переглянулись.

–Как скажешь, – они удалились, беспокойно оглядываясь. Карина приложила руку ко лбу, рукавом свитера стерла пот. Скорее всего это реакция организма на ее элемент. Ученикам от небольшого количества магической энергии становится нехорошо, а у нее такое… Причем неконтролируемое. К тому же бессонная ночь и боли в спине наверняка тоже повлияли. Вот и результат. Карина нервно усмехнулась. Кота все же жалко.

Через несколько минут, а может несколько десятков минут (Карина потеряла счет времени), в коридор вышла медсестра. Облокотилась на стену и глубоко вдохнула. После перевела глаза на Карину, все еще сидящую на подоконнике.

–Бондареву ждешь? – спросила она.

Карина кивнула.

–Зря ждешь, – сказала медсестра, – она выйдет только завтра, если повезет. Ступай. И, ради Правительства, не сиди на подоконнике. От окон дует. Не хватало еще, чтобы крылья твои застудило, – она еще раз глубоко вздохнула и прикрыла уставшие глаза. Карина осторожно слезла с подоконника. Закатное солнце освещало бледное лицо медсестры. Ощущение такое, что она так же скоро провалится в дрему. Карина осмотрела коридор. Накрыли неприятные воспоминания о сноведении. Она поморщилась и пошла в сторону зала, откуда можно выйти на улицу. Шаги гулко отдавались по всему пустынному коридору. Карина проходила знакомые со сна места, а сердце билось все сильнее и быстрее. Вспомнился рыжий кот. Наконец, не выдержав, она, оглядевшись, рванула через коридор в зал, а там и к выходу в сад.

Глава 7

—Они скоро целиком покроются перьями, – Женя стояла посреди своей комнаты перед Аней и Кариной, оставшись в одном лифчике, и демонстрировала спину, – буквально пару дней.

Из ее тела вырастали крылья. Точнее то, что должно ими стать. А пока что это напоминает крылья птенца, размером с ее спину. В каком-то месте покрытые крохотными жалкого вида перьями, где-то – пушком. Рядом почти затянувшиеся шрамики. Спина все еще красноватая, а ближе к крыльям синеватого цвета.

–Они так и останутся серыми, или окрас позже сменят? – спросила Аня.

–Останутся, – довольно ответила Женя, вертясь перед зеркалом, – может только на концах потемнее будут, но это не точно.

–Тебе пойдут, – Карина немного отклонилась назад, осматривая подругу.

–Проблема в том, что половину одежды перешивать придется, – она вздохнула, – у врачей мне, конечно, выдали персональный комплект специальной одежды, но не буду же я все время только в нем и ходить.

–Эй! Мы так на лекцию опоздаем, – в дверь забарабанил Макс, – вы долго там возиться собираетесь?

–Идем, – Женя накинула рубашку. На спине у нее два длинных отверстия для крыльев. Недолго повозившись с пуговицами и затяжками, они наконец вышли. Серые крылья с рубашкой смотрелись будто бы меньше. Пробежавшись до замка, они замедлили темп только на третьем этаже, проходя мимо профессора Лорети, метнувшего на них грозный взгляд. Дождавшись, когда тот свернет в другой коридор, рванули дальше. В аудиторию влетели ровно со звоном колокола.

–Мисс Ривс, – немного запыхавшись, сказала Аня, – извините.

–Занимайте места, – она поправляла плакаты-рулоны, висевшие на доске. Худая, невысокая женщина с холодными голубыми глазами и мягким, приятным голосом. Темно-русые волосы собраны сзади крабиком. Компания поспешила занять свой ряд.

–И так, – мисс Ривс повернулась лицом к собравшимся, – если кто-то еще не знает, я Элинор Ривс, преподаватель магического природоведения, курса Туманностей. Моя задача – подготовить вас к предстоящей практике, чтобы вы все показали наилучшие результаты. Наши лекции будут построены на изучении повадок, слепых зон, сильных и слабых сторон основного противника, а также причины их появления. Начнем с простого, что же такое Туманности, – она довольно быстро и аккуратно нарисовала очертания человека, внутри которого находился большой белый круг. Рука Ани взметнулась было вверх, но учительница в тот день задавать вопросы и слушать ответы на них не собиралась.

–Симонова, – мисс Ривс повернулась к девочке и замялась, – прошу прощения… сегодня говорю только я… Рада, что вы уже что-то знаете, хвалю. Я в вас и не сомневалась… – Аня чуть порозовела. Вся группа одновременно повернулась к ней.

–Всем молчать и слушать меня, – голос мисс Ривс вдруг изменился. – Как вы уже знаете, в каждом живом существе имеется душа – энергия, невероятная кладезь магических частиц. Чистейшее в любом существе. Что же происходит, когда человек идет, скажем, на убийство, – она перечеркнула рисунок, – его внутреннее содержимое отравляется. Каждый раз, переступая через нормы морали, мы губим душу. И чем дальше – тем хуже, – мисс Ривс перечеркнула рисунок еще несколько раз, – пока не дойдет до пика. Душа становится настолько ничтожной, что при смерти ее носителя не может отправиться в мир иной. Обременяемая всей той чернотой, накопившейся в ней за все время жизни, она вскоре обретает тело, становится материальной. Вокруг нее образуется энергетическая оболочка, которая через несколько дней становится плотной. Появляется Туманность, трех- или четырехметровое существо. Живыми существами они не являются, несмотря на наличие некой души, способности передвигаться, питаться и даже эволюционировать. Не имея рассудка, возможности умереть, закончив свои муки, при этом страдая от вечного непереносимого голода, единственное, что может успокоить на время вечные терзания – кровь или плоть другого живого существа. От голода они умереть не могут, им и пища не нужна. У Туманностей есть лишь позыв, страстное желание насытится, – она стерла с доски рисунок, после развернула первый рулон. – Туманности делят на три типа. Первый тип, – она указала на плакат с изображением черной дымки, – считается самым безобидным. Он виден людям, в отличие от остальных двух, в виде темного плавающего тумана, но это вовсе не значит, что угрозы он не представляет. Часто можно встретить на местах катастроф, где много жертв, также на полях сражения после того, как все немного успокоилось, гораздо реже в моргах или на кладбищах. Они не любят суету и шум, но это вовсе не значит, что они не выжмут все возможные соки из того, кто попадется им в момент безумного голода, где бы он ни был. Действуют весьма просто – зависают над жертвой, вводят в некий транс, после обвиваются вокруг ее тела, душат и испаряют кровь, потребляя ее. Высасывают, можно сказать. Если жертва сопротивляется – увеличивает свою плотность, сдавливая будущий перекус и ломая ему кости. Несмотря на то, что выглядит как дымка, тело у этого существа имеется, – мисс Ривс обвела указкой самую темную непрозрачную часть Туманности на плакате, – бить нужно сюда. Отлично работают ингис, фулгур и аква. С остальными элементами придется повозиться, чтобы обезвредить данный тип. Второй тип, – она раскрутила второй плакат. Этот тип Туманности совсем не походил на предыдущий. Черный торс с очертаниями небольшой головы, из которого торчали длинные тонкие острые ленты. Лица нет – голова просто будто обтянута сверху черной кожей. Вместо глаз впадины, вместо носа – небольшой горбик. Существо окутано черной дымкой, но не такой густой, как у первого типа. – Как вы можете видеть, у этого типа более выраженное тело. Оно гораздо опаснее первого типа за счет более быстрого передвижения, но подниматься так же высоко уже не может. Черные ленты могут без особых усилий порвать кожу и перерубить кость. Способность испарять кровь у него осталась, но не настолько развитая, как у первого типа. Питается не только высосанной кровью, но и плотью полакомиться не прочь. Рот у него в центре внизу, между лентами, в месте их прикрепления к торсу. Более агрессивное существо с развитыми органами слуха. Кожа его способна улавливать малейшие колебания воздуха или звуковых волн, она светочувствительна, так что бежать от него бесполезно, все равно услышит. Против него хороши все элементы. Голова – слабое место, ленты лучше не трогайте – они безумно крепкие и как-либо повредить их может не каждый солдат на очаге, вы уж тем более. Третий тип, – она развернула третий рулон. Туманность уже не имела лент, они преобразовались в ноги. Те, что прикреплены к предполагаемым плечам, гораздо длиннее задних. На спине собраны несколько пар более тонких, но более острых ножек. Черное существо походило на паука. Рот на этот раз имелся: огромный, от предполагаемого местоположения уха до другого уха. Из него торчали два длинных серых языка.

–Он не такой быстрый и проворный, как его предшественник, но гораздо сильнее. Обегать деревья ему не нужно, он спокойно может подмять их под себя. Кровь уже не испаряет, питается плотью, в предпочтении сердце и легкие. В отличие от других типов над землей парить не может, бегает на четырех конечностях, остальные использует как оружие. Слабые точки – торс и голова. Подходят все элементы, – мисс Ривс вздохнула и оглядела затихших учеников. – Туманность считается обезвреженной, если вы ее обездвижели или вырубили. Чем сильнее удар – тем лучше, тем дольше она будет находиться без сознания, это важно, чтобы существо успели забрать. Рекомендую после такого обезвреживания для надежности связывать туманность с помощью элемента терра. Это все основные моменты. Надеюсь, вы все прекрасно понимаете, что не будь этих туманностей, нас бы тоже не существовало. В природе все зависимо, на все минусы свой плюс, так что рекомендую вам из кожи вон лезть, чтобы выполнить свое предназначение.

Карина немного нахмурилась, оглядывая плакаты. Мисс Ривс, кажется, что-то забыла. У туманностей есть еще один, так сказать, вид. Разумный, от которого у Правительства очень много проблем. Его и к туманностям не относят, слишком уж они отличаются, пусть и имеют схожую природу.

–Вы не будете рассказывать нам о Теннебрисах? – спросила она, подняв руку. Именно Теннебрисы интересовали Карину больше всего, она рассчитывала, что и о них им расскажут хоть что-то. Если о Туманностях они знали часть того, что им сейчас рассказала мисс Ривс, то о Теннебрисах они знали только сам факт их существования. И то, что страшные это существа. Их способность управлять магическими частицами и выделять энергию мощнее и больше, чем у любого Магриса. Выглядят как люди, но с серой кожей, прямыми иссиня черными волосами и ярко-ярко-синими глазами.

–О Теннебрисах… – мисс Ривс странно на нее посмотрела, закусила губу и помолчала. – На следующем курсе. Не сейчас. Сейчас еще рано, – резко и жестко отрезала она. – Теперь достаем толстые тетради, разберем каждый тип поподробнее. Писать на моих уроках будем много, предупреждаю сразу.

–Чего это она? – шепотом спросила Карина.

–Рано нам такое изучать, – ответила Аня.

–Почему рано? Разве мы не должны знать своего врага в лицо? – Макс нахмурился.

–Пока что изучаем тех, с кем нам столкнуться придется в скором времени, – сказала Женя. – Не притащат же они на практику настоящего Теннебриса. Он бы в кашу размазал сначала их, а потом и тех, кто оказался в лесу.

–Тем более, мисс Ривс сказала, что изучать мы их будем позже. Нам и об этих запоминать и записывать очень много чего, если сюда прибавить еще и разумный вид… У нас головы на столько не хватит! – сказал Дерек, со вздохом доставая тетрадь.

–Потише, – повернулся к ним Хью, – дайте послушать. Интересно же. Эйнар, ты чего?

Эйнар согнулся за партой, глядя куда-то в пустоту, сквозь учительницу, и черкая в тетради какие-то рисуночки.

–Ничего. Голова болит от вас, – он хмыкнул.

Они быстро переписывали с доски очередную информацию о первом типе Туманностей. Записывать приходилось с огромной скоростью, буквы выходили корявыми и не всегда разборчивыми. Пальцы болели, но отпустить ручку, чтобы их размять, никто не решался. Иначе потом уже не угонишься за мисс Ривс и ее диктовкой. Карина поджала губы, голова ее гудела, половину речи учительницы она уже не разбирала. Рука автоматически записывала все, улавливаемое ушами. Головная боль начинала перерастать в тошноту. Договорившись с Хью, что тот даст ей после урока переписать свой конспект, поспешно вышла в уборную. В глазах все плыло. Карина умылась холодной водой и прикрыла глаза, облокотившись на раковину.

–Почему мы должны мучится из-за того, что нам свойственно? – довольно громко и грубо спросила она сама не зная у кого.

–Потому что до этого тринадцать лет жили в других условиях, – раздался голос Ани. Рядом открылся кран, зашумела вода. Карина открыла глаза и посмотрела на бледную подругу.

–Тоже плохо стало?

–Да. Но это не от влияния магической энергии на тело. Крылья скоро появятся, Женя рассказывала, что тошнота – это симптомы, – Аня закрутила кран и облокотилась спиной о стену. Карина пристроилась рядом. Холодная вода помогла: тошнота и головная боль постепенно проходили.

–Возвращаться надо, – после недолгого молчания сказала Аня.

–Они там наверняка уже листа два исписать успели, – Карина усмехнулась.

–Все четыре.

Час, отведенный на лекцию, наконец закончился. Долгожданный звон колокола, ученики вывалились в коридор. В аудиторию влетел ворон с запиской в клюве, бросил ее на парту перед Кариной и Аней и, поворчав что-то о том, что не подписывался на то, чтобы целыми днями искать разных учеников и передавать им записки, поспешно улетел.

–Что это? – Дерек выхватил свернутый в трубочку листок у Карины из-под носа.

–Это не тебе, – Карина вырвала сверток у того из рук и развернула.

“Симонова Анна и Арабова Карина, просьба в срочном порядке явиться в медицинский кабинет.”

–Мне такую же присылали, – сказала Женя, заглядывая девочкам через плечо.

–Ух… – Макс также заглянул в записку и поднял брови. – Удачи вам обоим. Вернетесь завтра, так?

–Два учебных дня пропустите… – с досадой пробормотал Дерек.

–А потом за программой не угонимся, – Аня скрестила руки на груди, – если ты еще не понял, тут пропускать уроки не так безвредно, как в человеческой школе.

–Я и Эйнар дадим вам конспекты, если понадобится, – сказал Хью, кладя руку на плечо Эйнара, который ушел в свои мысли.

Девочки закинули на плечи сумки и поспешили в коридор. Проходя через толпу учеников, вырвавшихся наконец на свободу после уроков, они взялись за руки, чтобы этот живой поток не отнес их в разные стороны. Пробираясь по стеночке, до медкабинета они добрались лишь через десять минут.

–Я говорила, надо подождать, пока толпа разойдется кто куда, – проворчала Карина.

–Мы бы еще больше времени потеряли, – Аня постучалась в дверь, – сколько времени пройдет, пока все разойдутся туда, куда надо.

–Наконец-то, – в коридор выглянула медсестра и открыла дверь пошире, приглашая девочек внутрь, – с ваших браслетов пришло оповещение, оперировать надо сегодня.

Карина подняла брови и уставилась на браслет, надетый у нее на руке. У медперсонала уже есть доступ к ним?

Сначала им сделали рентгеновский снимок, после развели по разным комнаткам.

–Чего стоишь, рубашку сними, переодевайся—медсестра подкатила столик с медицинскими приборами и махнула рукой на приготовленную одежду. – Потом садись сюда и облокачивайся на подставку.

Карина задержала взгляд на скальпеле. После зашла за ширму, стянула рубашку, переоделась в выданную специальную одежду и села на кушетку. Рядом стоял высокий столик с мягкой подстилкой.

–Спину согни.

–Это больно? – не выдержав, спросила она.

–Нет. Не вертись и все пройдет гладко, – медсестра взяла шприц. Карина поспешно отвернулась, положив лоб на руки и сжала зубы. Все, обратного пути нет, она уже пришла. Неприятный укол, спина начала неметь. Сознание вдруг перешло в состояние полудремы, перестало реагировать на коснувшийся кожи холодный металл. Боли, которую она ожидала, не последовало. Что ей вкололи, Карина не знала, да и было уже все равно. Вокруг бегал тот самый рыжий кот, который ей недавно приснился. Карина молча порадовалась за этого драного рыжика. Он живой и вполне целый, пусть и всего лишь плод ее воображения. Кот сначала ходил вокруг, после улегся у нее в ногах. Часть сознания понимала, что видеть его сейчас не нормально, хотя, учитывая то, в каком она сейчас состоянии, допустимо. Спину немного щекотало. Что – она старалась не думать. Не самые приятные ощущения, но вполне терпимые. Проблема лишь в том, что она не спала, а находилась в сознании, пусть и не полностью. Минуты длились в разы дольше обычного. Карина потеряла счет времени. Лежа на мягкой подушке и подложив руки под голову, она несколько раз все же засыпала. Или теряла сознание, точно сказать не могла. С тела вдруг будто сняли сдавливающие железные обручи. Из полудремы Карину выдернуло моментально, она резко втянула воздух полной грудью. Воздух… как же его не хватало все это время. И заметила она эту нехватку кислорода только сейчас, когда дыханию уже ничего не препятствовало. Она часто и глубоко дышала, вцепившись в высокий столик с мягкой подстилкой. Как раз сейчас тело наконец решило вернуть управление владельцу. Медсестры что-то говорили, но Карина их не слышала. Воздух, наконец наполнивший ее легкие в полной мере, интересовал ее в данный момент гораздо больше. Спину что-то оттягивало. Резко и сильно закружилась голова. Карина вскинула руки, прижав их к голове и сжимая ее, будто она скоро расколется на несколько частей.